Решение от 24 июля 2025 г. по делу № А40-156163/2024

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-156163/24-48-1104
25 июля 2025 года
г. Москва


Резолютивная часть объявлена 24 июля 2025 года

Полный текст изготовлен 25 июля 2025 года


Арбитражный суд в составе:

Председательствующего: судьи  Бурмакова И.Ю. /единолично/,

при ведении протокола помощником судьи Лянгузовой Е.М.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

истец: ФИО1 (дата и место рождения – сведения в материалах дела)

ответчик: ФИО2 (дата и место рождения – сведения в материалах дела)

О привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "СПУТНИК-21" (Г.Москва, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 20.03.2020, ИНН: <***>, КПП: 770101001, ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР: ФИО2, Дата прекращения деятельности: 15.12.2023) в размере 1 061 411,58 рублей

при участии согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

Иск заявлен об изложенном выше.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 18 сентября 2024 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 декабря 2024 г. по делу № А40-156163/2024, в удовлетворении требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 03.04.2025 г. по делу № А40-156163/2024 решение Арбитражного суда города Москвы от 18 сентября 2024 г. и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 06 декабря 2024 г. по делу № А40-156163/2024 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела истец заявленные требования поддержал.

Ответчик возражал по основаниям, изложенным в отзыве, ссылаясь на необоснованность требований.

Стороны представили проекты решения, которые в соответствии с Инструкцией по делопроизводству ВС РФ могут быть использованы судом полностью или в части.

Исследовав материалы дела, выполнив указания АС МО,  суд установил, что исковые требования подлежат    удовлетворению, так как признает обоснованными указанные ниже доводы истца.

В ходе повторного судебного разбирательства, судом установлено, что требования ФИО1 обоснованы наличием у ООО «СПУТНИК-21» перед ней не погашенной в полном объеме задолженности в размере 1 061 411,58 руб. по заключенному между ними договору займа от 30 апреля 2020 г. (срок возврата займа – 29 декабря 2020 г.).

15 декабря 2023 г. в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ) внесена запись о прекращении деятельности ООО «СПУТНИК-21» по причине недостоверности сведений о юридическом лице.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, на дату исключения юридического лица из реестра генеральным директором и участником ООО «СПУТНИК-21» являлась ФИО2

Полагая, что ответчик уклонялся от исполнения обязательств перед кредитором; уклонялся от предоставления истцу документов, отражающих финансово-хозяйственную деятельность ООО «Спутник-21», в том числе документов о расходовании денежных средств, полученных по договору займа от 30.04.2020 г.; что утрата возможности взыскать задолженность в принудительном порядке непосредственно с ООО «СПУТНИК-21» вызвана недобросовестными и неразумными действиями ФИО2, не исполнившей обязанность по предоставлению уполномоченному органу бухгалтерской и налоговой отчетности, а также указавшей в ЕГРЮЛ недостоверный адрес места нахождения общества, что стало основанием для исключения ООО «СПУТНИК 21» из ЕГРЮЛ; учитывая, что ФИО2 являлась контролирующим лицом общества и обязана нести субсидиарную ответственность наряду с должником-обществом, истец обратился в суд с настоящими требованиями.

Возражая против заявленных требований, ответчик сослался на их необоснованность и злоупотребление правом, так как истец сам является контролирующим лицом должника.

Суд, анализируя представленные по делу доказательства, доводы и возражения сторон, приходит к следующему. 

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен общий стандарт доказывания. И бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении контролирующих юридическое лицо лиц возлагается законом в таком случае на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 ГК РФ).

В силу статьи 21.1 Федерального закона от 08 августа 2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее – Закон № 129-ФЗ) и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08 февраля 1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ.

Само по себе непогашение задолженности, подтвержденной вступившим в законную силу судебным актом, не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков в неуплате данного долга, а также свидетельствовать о недобросовестном или неразумном их поведении, повлекшем неуплату долга.

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), либо в связи с наличием в ЕГРЮЛ недостоверных сведений о юридическом лице, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ.

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»; далее - постановление Пленума № 53) следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ.

При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчиков в результате их неразумных либо недобросовестных действий. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Приведенная выше правовая позиция неоднократно выражена Верховным Судом Российской Федерации в определениях от 30 января 2020 г. № 306-ЭС19 18285, от 06 июля 2020 г. № 307-ЭС20-180, от 17 июля 2020 г. № 302-ЭС20-8980 и др.

Из материалов дела следует, что с 20.03.2020 г. (дата создания ООО «Спутник-21») и до 15.12.2023 г. (дата прекращения деятельности ООО «Спутник-21») участником и генеральным директором ООО «Спутник-21» являлась Ответчик ФИО2

При рассмотрении спора истец указывала, что в период времени с 13.05.2020 г. по 05.09.2023 г. также являлась участником общества с долей участника в размере 50 %, при этом не являлась ни руководителем, ни генеральным директором, ни главным бухгалтером, ни финансовым директором, ни заместителем генерального директора ООО «СПУТНИК-21». Несмотря на то, что ФИО1 являлась участником ООО «Спутник-21» в период времени с  13.05.2020 г. по 05.09.2023 г., фактически она не была вовлечена в корпоративные правоотношения Общества, не имела доступа к информации о хозяйственной деятельности Общества, не могла реализовать свои права по управлению и контролю ООО «Спутник-21» ввиду недобросовестных действий и препятствий со стороны ответчика.

Согласно приводимым при рассмотрении доводам, 30 апреля 2020 г. между ФИО1 (Заимодавец) и ООО «Спутник-21» (Заемщик) был заключен договор займа, во исполнении условий которого обществу предоставлен займ в размере 895 000 рублей сроком возврата до 29 декабря 2020 г., а также сверх согласованной суммы займа были перечислены на счет ООО «Спутник-21» денежные средства в размере 20 000 рублей. Обязательства ООО «Спутник-21» по возврату ФИО1 суммы займа, причитающихся процентов по договору займа, суммы неосновательного обогащения не были исполнены.

Из материалов дела следует, что ФИО1 предпринимала меры, направленные на принудительное взыскание задолженности с ООО «Спутник-21» по договору займа, что подтверждается решением Басманного районного суда города Москвы от 18 октября 2022 г. по делу № 2-4564/2022, оставленным без изменения Апелляционным Определением Московского городского суда от 28.08.2023 г., и Постановлениями о прекращении исполнительных производств от 18.12.2023 г., так и действия, направленные на получение информации и документов финансово-хозяйственной деятельности ООО «Спутник-21», в том числе информации и документов о расходовании полученных по договору займа денежных средств, что следует из решения Арбитражного суда города Москвы от 28 декабря 2022 по делу А40-167795/22, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28 марта 2023 г., которым удовлетворены требования ФИО1 к ООО «Спутник-21» о предоставлении информации и документации о хозяйственной деятельности общества, в том числе документов о расходовании денежных средств, полученных по договору займа.

Учитывая изложенное, суд установил, что требования кредитора ФИО1 к ООО «Спутник-21», основанные на договоре займе, подтверждены вступившим в законную силу решением Басманного районного суда г. Москвы от 18 октября 2022 г. по делу № 2-4564/2022, оставленным Апелляционным Определением Московского городского суда от 28.08.2023 г. без изменения.

Материалами дела также подтверждается, что ФИО1 будучи добросовестным участником и кредитором ООО «Спутник-21» в отличие от ответчика предпринимала  меры, направленные против исключения ООО «Спутник-21» из ЕГРЮЛ, в период времени когда она была участником Общества, а именно ФИО1 подавались в регистрирующий орган возражения относительно предстоящего исключения ООО «Спутник-21» из ЕГРЮЛ 09 августа 2022 г. (л.д. 92).

ООО «Спутник-21» было исключено из ЕГРЮЛ 15 декабря 2023 г. в то время, когда истец вышла из состава участников ООО «Спутник-21», но оставалась быть кредитором общества.

Согласно позиции истца, ФИО1 была вынуждена выйти из состава участников ООО «Спутник-21», ввиду недобросовестных действий и бездействий ФИО2, которые выражались в сокрытии от истца документов, отражающих финансово-хозяйственную деятельность ООО «Спутник-21», в том числе документов о расходовании денежных средств, полученных по договору займа от 30 апреля 2020 г., в отказе и уклонении от предоставления Истцу доступа к информации о хозяйственной деятельности ООО «Спутник-21». Поскольку предпринятые ФИО1 меры, направленные на получение доступа к документам финансово-хозяйственной деятельности общества, не привели к восстановлению ее прав как участника общества, ФИО1 вышла из состава участников ООО «Спутник-21».

С учетом изложенного, принимая во внимание представленные в материалы дела доказательства, в том числе решение Арбитражного суда города Москвы от 28 декабря 2022 по делу А40-167795/22, оставленное без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28 марта 2023 г.,  суд признает обоснованным довод ФИО1 о том, что она фактически не была вовлечена в корпоративные правоотношения общества, не имела доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности общества, не могла реализовать свои права по управлению и контролю ООО «Спутник-21», в связи  с чем была вынуждена выйти из состава участников, ввиду недобросовестных действий и препятствий со стороны ответчика. Суд признает недобросовестным и неразумным поведение ответчика по непредоставлению истцу доступа к документам хозяйственной деятельности общества и сокрытию от истца информации и документов финансово-хозяйственной деятельности общества. 

При указанных обстоятельствах суд отклоняет довод ответчика о том, что ФИО1 сама являлась контролирующим лицом общества, в связи с чем, по мнению ответчика, ФИО2 не может быть привлечена к ответственности по требованию истца, поскольку данный довод противоречит установленным обстоятельствам дела.

Суд также отклоняет ссылки ответчика на обстоятельства, установленные при рассмотрении дела № А40-152360/2022 и судебные акты по указанному делу, поскольку указанные судебные акты не имеют отношение к рассматриваемому спору и являются неотносимыми доказательствами, в связи с чем установленные обстоятельства в рамках дела № А40-152360/2022 не имеют отношения к настоящему делу и не могут быть преюдициальными, поскольку были установлены по иному делу при участии других лиц.  

При рассмотрении спора истец также указывала, что о недобросовестном поведении ответчика  при управлении обществом также свидетельствует неисполнение ответчиком как единоличным исполнительным органом обязанности по сдаче бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Спутник-21» за 2021-2023 гг.;   указание в ЕГРЮЛ недостоверного адреса и места нахождения юридического лица; не сообщение регистрирующему органу адреса фактического места нахождения ООО «Спутник-21», что повлекло за собой исключение общества из ЕГРЮЛ и, как следствие, невозможность взыскание задолженности непосредственно с должника. 

Из представленного в материалы дела ответа Инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Москве на запрос суда следует, что ООО «Спутник-21» состояло на учете с 20.03.2020 г., снято с учета и исключено из ЕГРЮЛ – 15.12.2023 г., при этом последняя налоговая отчетность представлена в первом квартале 2021 г. за 2020 г., иная бухгалтерская (финансовая) отчетность в инспекцию не представлялась. Из ответа инспекции также следует, что бухгалтерская и налоговая отчетность ООО «Спутник-21» за 2021-2023 гг. не сдавалась в налоговый орган, что также подтверждается имеющимся в материалах дела отчетом об ООО «Спутник-21», сформированного 16.09.2024 г. в сервисе law.1cont.ru.

Ответчик, занимая должность генерального директора общества и являясь его участником, имел возможность действовать добросовестно по отношению к  обществу и его кредиторам, исполнять предусмотренные законом обязанности (в том числе, обязанность инициировать банкротство организации в случаях предусмотренных законодательством о несостоятельности (банкротстве), а также обязанность по организации ведения бухгалтерского учета, предусмотренную п. 1 ст. 7 ФЗ "О бухгалтерском учете").

Непредставление налоговой и бухгалтерской отчетности относится к неразумным и к  недобросовестным действиям; в ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств - через процедуру банкротства.

Фактически действия ответчика, повлекшие исключение общества из ЕГРЮЛ, лишили истца возможности взыскать задолженность с должника в порядке исполнительного производства, а при недостаточности имущества - возможности участвовать при ликвидации должника путем включения требования в промежуточный ликвидационный баланс.

Ответчик не представил доказательств того, что был готов погасить задолженность, принимал меры, искал к этому средства, напротив материалы дела подтверждают, что ответчик не препятствовал исключению общества из ЕГРЮЛ и не пытался исполнить обязательства общества перед кредитором ФИО1

Бездействие ответчика свидетельствует о неразумности его действий, повлекших для истца невозможность взыскать присужденную решением суда сумму задолженности.

Такое поведение ответчика, который на момент исключения должника из ЕГРЮЛ являлся его генеральным директором и участником общества, свидетельствует о его недобросовестном поведении, поскольку не отвечает интересам юридического лица и влечет за собой имущественные потери на стороне истца.

В соответствии с п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», исключение общества из ЕГРЮЛ в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства (субсидиарная ответственность).

Если неисполнение обязательства Общества обусловлено тем, что лица, указанные в п. 1-3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В данном случае суд считает, что ответчик не мог не знать о наличии у общества непогашенных обязательств перед истцом, в том числе в связи с тем, что они установлены вступившим в законную силу судебным актом, вместе с тем он не предпринимал никаких действий к ее погашению.

Ст. 399 ГК РФ установлено, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Поскольку ответчик являлся генеральным директором общества и его участником, он может быть привлечен  к субсидиарной ответственности как контролирующее должника лицо.

Суд учитывает правовую позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2021 г. N 20-П "По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" в связи с жалобой гражданки ФИО3".

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и указывал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.).

Суд принимает также во внимание презумпцию, закрепленную в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, согласно которой предполагается, что отсутствие к моменту введения первой процедуры банкротства документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью (их сокрытие, непредставление арбитражному управляющему, утвержденному в деле о банкротстве), связано с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими противоправными деяниями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. Как следствие, это лицо должно отвечать перед кредиторами должника (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 № 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне рамок дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего («брошенный бизнес»). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц.

Ответчиком не опровергнут довод о том, что ответчиком была фактически брошена фирма с целью избежать ответственности в виде погашения задолженности перед кредитором ФИО1

Суд также учитывает, что процессуальная деятельность суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц.

Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела.

Суд учитывает правовую позицию, изложенную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07 февраля 2023 No 6-П, в соответствии с которой, если кредитор утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника.

В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

Контролирующее общество лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности общества с ограниченной ответственностью предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03 ноября 2022 No, от 15 декабря 2022 No 305-ЭС22-14865).

Привлекаемое к ответственности лицо, опровергая доводы и доказательства истца о недобросовестности и неразумности, вправе доказывать, что его действия, повлекшие негативные последствия на стороне должника, не выходили за пределы обычного делового риска.

Стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, в том числе, аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства.

Между тем в процессе рассмотрения настоящего дела ответчик мотивированных пояснений об организации хозяйственной деятельности общества, о своих действиях при управлении обществом, расходовании полученных заемных средств в пределах разумного предпринимательского риска не представил, аргументов, объясняющих причины неисполнения обществом судебного акта суда общей юрисдикции и прекращения хозяйственной деятельности общества, не привел.

Учитывая вышеизложенное, в том числе отсутствие у кредитора ФИО1 доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности ООО «Спутник-21», принимая во внимание также недобросовестное процессуальное поведение ФИО2 по настоящему делу, что выразилось в том числе в непринятии мер по раскрытию информации и документов о финансово-хозяйственной деятельности ООО «Спутник-21», в непредставлении пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении Обществом, о причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения обществом хозяйственной деятельности, в силу пп. 2 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве по настоящему делу невозможность осуществления расчетов с ФИО1 по вине контролирующего должника лица ФИО2 презюмируется, в связи с чем суд исходит по настоящему делу из презумпции того, что виновные действия (бездействие) именно ФИО2 привели к невозможности исполнения обществом обязательств перед ФИО1

При указанных обстоятельствах в силу Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П, обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, т.е. в данном случае на ФИО2

Однако ответчик не опроверг вышеуказанную презумпцию и не доказал отсутствие оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, в частности не доказал, что действовал добросовестно при управлении обществом и принял все меры для исполнения обществом обязательств перед кредитором ФИО1

Доводы ФИО2 о том, что она будучи руководителем ООО «Спутник-21» не совершала действий, направленных на вывод активов общества, уклонение от погашения задолженности перед истцом, сокрытие имущества должника, о том что распоряжение заемными средствами, предоставленными ФИО1, производилось в пределах разумного предпринимательского риска, не могут быть приняты во внимание и подлежат отклонению судом, поскольку опровергаются материалами дела, в частности нижеследующими доказательствами, которые дополнительно подтверждают недобросовестное поведение ответчика, действия которого по управлению ООО «Спутник-21» не были связаны с деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Во исполнение указаний Арбитражного суда Московского округа, изложенных в Постановлении от 03.04.2025 г., судом по настоящему делу были истребованы у Инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Москве и у АО «Альфа-Банк» в том числе следующие доказательства:

- Сведения об открытых/закрытых счетах ООО «Спутник-21» за период с 20.03.2020 г. по 15.12.2023 г.;

- Выписка о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Спутник-21» № 40702810002620004858 за период времени с 20.03.2020 г. по 15.12.2023 г.

Согласно ответу Инспекции Федеральной налоговой службы № 1 по г. Москве по состоянию на 26.05.2025 г. ООО «Спутник-21» имело один расчетный счет в АО «Альфа-Банк» № 40702810002620004858, который был открыт 25.03.2020 г. и закрыт 19.04.2024 г. Каких-либо иных счетов у ООО «Спутник-21» не имелось.

Исходя из представленной АО «Альфа-Банк» в материалы дела Выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Спутник-21» № 40702810002620004858 за период времени с 20.03.2020 г. по 15.12.2023 г. следует, что финансовые операции по счету ООО «Спутник-21» осуществлялись только лишь в период времени с 30.04.2020 г. по 26.10.2020 г., что соответствует периоду выдачи займа ФИО1 в пользу ООО «Спутник-21» отдельными платежами с 30.04.2020 г. по 26.10.2020 г. во исполнение договора займа от 30.04.2020 г.

Начиная с 27.10.2020 г. по 27.08.2021 г. по счету ООО «Спутник-21» производились лишь ежемесячные списания комиссии Банка за SMSоповещение в размере 99,00 рублей ежемесячно, согласно тарифам Банка ООО «Спутник-21».

11.11.2023 г. по счету ООО «Спутник-21» было осуществлено только лишь списание в размере 1 284,00 рублей по исполнительному производству № 661828/23/77055-ИП от 09.11.2023 г.

Изложенное свидетельствует о том, что 26.10.2020 г. ООО «Спутник-21» фактически прекратило осуществление своей деятельности, поскольку после указанной даты ООО «Спутник-21» не осуществляло каких-либо финансовых операций по своему расчетному счету, согласно Выписки о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Спутник-21» отсутствуют какие-либо зачисления и списания по счету ООО «Спутник-21» после 26.10.2020 г.,  за исключением списаний комиссий Банка за SMSоповещение с 27.10.2020 г. по 27.08.2021 г. и одного списания в рамках исполнительного производства 11.11.2023 г.

Из анализа движений по счету ООО «Спутник-21» следует, что полученные заемные денежные средства от ФИО1 в  период времени с 30.04.2020 г. по 26.10.2020 г. по договору займа от 30.04.2020 г. на общую сумму в размере 895 000  рублей 00 копеек и полученные от ФИО1 денежные средства в размере 20 000 рублей сверх согласованной суммы займа были единственным поступлением на счет ООО «Спутник» за весь период существования ООО «Спутник-21», которые при этом были израсходованы ООО «Спутник-21» в день их получения в отсутствие разумного экономического обоснования, экономической выгоды и целесообразности, что свидетельствует о том, что целью таких перечислений является вывод денежных средств с расчетного счета ООО «Спутник-21» в пользу третьих лиц, а именно:

1)         в пользу ООО «Светлояр» (ИНН: <***>) на общую сумму 357 651 рублей за воду мин.природную ст. «Wi-Fi Water»;

2)         в пользу ООО «Аква Органика» (ИНН:<***>, Общество исключено из ЕГРЮЛ 23.10.2023 г.) в общем размере 520 000 рублей в качестве выдачи беспроцентных займов по договорам займа;

3)         в пользу АО «ПФ СКБ Контур» (ИНН: <***>) на общую сумму 23 220,00 рублей во исполнение счета-оферты № 20931188265 от 26.10.2020 г.

Между тем вышеуказанные финансово-распорядительные операции по счету ООО «Спутник-21» отражают факты недобросовестного и неразумного поведения ФИО2 как единоличного исполнительного органа ООО «Спутник-21», действия которой выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, ввиду следующего.

Согласно Выписки по счету ООО «Спутник-21», как уже было указано выше, со счета ООО «Спутник-21» в пользу ООО «Аква Органика» были перечислены суммы займов на общую сумму 520 000 рублей, однако при этом возврат денежных средств Заемщиком ООО «Аква Органика» не был произведен, что прямо следует из Выписки по счету ООО «Спутник-21», ввиду отсутствия каких-либо поступлений по счету ООО «Спутник-21». Доказательств обратного не было представлено в материалы дела.

Кроме того, согласно Картотеке арбитражных дел, ФИО2 как единоличным исполнительным органом ООО «Спутник-21» не было предпринято каких-либо мер по взысканию с ООО «Аква Органика» дебиторской задолженности по договорам беспроцентных займов.

Учитывая, что дебиторская задолженность является одним из активов предприятия, принятие мер по ее истребованию представляется необходимым элементом финансово-хозяйственной жизни общества, обеспечивающим в том числе возможность расчетов с кредиторами. В связи с изложенным в стандартной деловой практике лиц, участвующих в предпринимательской деятельности, обычным является принятие ряда мер, направленных на получение им причитающегося, как то ведение переговоров с контрагентами, направление претензий, предъявление исков, осуществление принудительного взыскания, получение исполнения, в том числе за счет имущества должников. В том случае, если указанные мероприятия окажутся безуспешными в силу обстоятельств, не зависящих от взыскателя (кредитора), неблагоприятные последствия такого неисполнения не могут быть возложены на руководителя. В ситуации, когда руководитель вышеуказанные меры не предпринимал, дебиторскую задолженность не истребовал, им должны быть представлены объяснения относительно причин такого бездействия, признание таких причин разумными и экономически оправданными может свидетельствовать об отсутствии оснований для привлечения руководителя к ответственности (указанная позиция содержится в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 05.06.2025 N Ф05-6191/2025 по делу N А40-126321/2024).

ФИО2, являясь генеральным директором ООО «Спутник-21», должна была взаимодействовать с контрагентами, в том числе с ООО «Аква Органика» (до его исключения из ЕГРЮЛ) по гражданско-правовым договорам, включая контроль за надлежащим исполнением последними своих обязательств и, в случае их неисполнения (ненадлежащего исполнения), принять соответствующие меры реагирования.

В отношении контрагента ООО «Аква Органика», исключенного из ЕГРЮЛ 23.10.2023 г., ФИО2 как единоличный исполнительный орган ООО «Спутник-21» имела возможность воспользоваться указанными правовыми инструментами в целях взыскания дебиторской задолженности по договорам займа. Вместе с тем, в рассматриваемом случае, ответчиком не были представлены доказательства принятия мер по взысканию дебиторской задолженности, сведения о судебных разбирательствах по взысканию дебиторской задолженности в Картотеке арбитражных дел отсутствуют, какие-либо разумные объяснения относительно причин бездействия ФИО2 не приведены, также ответчиком не были представлены доказательства, подтверждающие обоснованность причин бездействия и не истребования дебиторской задолженности с ООО «Аква Органика» в пользу ООО «Спутник-21».

Объективных препятствий для совершения необходимых мероприятий в период действия полномочий руководителя у ответчика не установлено, а из материалов настоящего дела наличие таковых не усматривается.

Таким образом, с учетом изложенного, перечисление займов в пользу ООО «Аква Органика» на существенные для ООО «Спутник-21» суммы в общем размере 520 000 рублей в отсутствие  их возврата и непринятия мер к их принудительному истребованию свидетельствуют о том, что такие сделки не имели разумного экономического обоснования, в результате их совершения был причинен существенный вред правам ФИО1 как кредитору общества. При указанных обстоятельствах поведение ФИО2 с очевидностью не соответствует критериям разумности и добросовестности.

Относительно финасово-распорядительных операций в пользу ООО «Светлояр» (ИНН: <***>) на общую сумму 357 651 рублей за воду мин.природную ст. «Wi-Fi Water» суд отмечает следующее.

Из Выписки по счету ООО «Спутник-21» следует, что ФИО2 как единоличным исполнительным органом ООО «Спутник-21» в пользу ООО «Светлояр» было осуществлено перечисление денежных средств на общую сумму 357 651 рублей за воду мин.природную ст. «Wi-Fi Water». При этом из Выписки по счету ООО «Спутник-21» в отсутствие в материалах дела первичных документов (договоров, актов приема-передачи, универсальных передаточных документов, товарных накладных и др. документов, отражающих хозяйственную деятельность Общества), а также в отсутствие каких-либо пояснений ответчика в обоснование разумной экономической выгоды и целесообразности перечислений в пользу данного контрагента не представляется возможным установить «судьбу» оплаченного товара, в том числе фактов того, была ли осуществлена поставка товара в адрес ООО «Спутник-21» по оплаченным счетам на общую сумму 357 651 рублей, была ли осуществлена ООО «Спутник-21» дальнейшая реализация такого товара, в случае если поставка была осуществлена в адрес ООО «Спутник-21». При этом суд учитывает, что Выписка по счету ООО «Спутник-21» не содержит каких-либо поступлений на счет ООО «Спутник-21» от каких-либо контрагентов по каким-либо договорам, за исключением поступлений полученных от ФИО1, что дает суду основание полагать, что товар не был реализован, либо не был оплачен контрагентами при его реализации, либо был реализован с условием оплаты в пользу третьих лиц, какая-либо предпринимательская деятельность не осуществлялась ООО «Спутник-21», суд также принимает во внимание, что в Картотеке арбитражных дел  сведения о судебных разбирательствах по истребованию товара и/или взысканию дебиторской задолженности за поставленный товар отсутствуют. При указанных обстоятельствах перечисление денежных средств в пользу ООО «Светлояр» не имело  разумной экономической обоснованности, а поведение ФИО2 в данном случае не может быть признано добросовестным, принимая в том числе во внимание факт того, что ФИО2 уклонилась от предоставления ФИО1 документов, характеризующих финасово-хозяйственную деятельность ООО «Спутник-21» путем их сокрытия от нее, вместе с тем в материалы настоящего дела данные документы также не были представлены,  и не были представлены какие-либо пояснения или доказательства в обоснование разумной экономической выгоды и целесообразности данной финансово-распорядительной операции.

Относительно финансово-распорядительной операций в пользу АО «ПФ СКБ Контур» (ИНН: <***>) на общую сумму 23 220,00 рублей во исполнение счета-оферты № 20931188265 от 26.10.2020 г. суд отмечает следующее.

Указанная финансовая операция по счету ООО «Спутник-21» являлась последней и также не имела разумной экономической обоснованности и целесообразности в условиях отсутствия осуществления какой-либо финансово-хозяйственной деятельности ООО «Спутник-21» и полного ее прекращения после осуществления данного перечисления в пользу АО «ПФ СКБ Контур», а поведение ФИО2 в данном случае не может быть признано добросовестным.

Таким образом, учитывая вышеизложенные обстоятельства, поведение ФИО2 как единоличного исполнительного органа ООО «Спутник-21» является недобросовестным и неразумным, поскольку неспособность удовлетворить требования кредитора ФИО1 спровоцирована реализацией воли генерального директора ФИО2 и не связана с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности. Доказательств обратного не представлено в материалы дела.

Вместе с тем Ответчик не представил в материалы дела документов, раскрывающих имущественное положение ООО «Спутник-21» и объясняющих причины, по которым расчеты с Истцом не были произведены, не подтвердил, что действовал добросовестно и принял все меры для исполнения должником обязательств перед кредитором, об отсутствии причинно-следственной связи между его действиями (бездействием) и неисполнением судебных актов.

Приведенные ФИО2 доводы сводятся к невозможности ее привлечения к субсидиарной ответственности, однако, вопреки возложенной на нее обязанности судом не подтвердила добросовестное поведение при наличии неисполненного обязательства перед ФИО1

Совокупность установленных выше обстоятельств, позволяет суду сделать вывод, что ФИО2, будучи осведомленной о наличии задолженности перед ФИО1 и вступивших в связи с этим судебных актов о взыскании таковой с ООО «Спутник-21», мер по погашению задолженности перед кредитором не предприняла, также не предприняла мер по взысканию дебиторской задолженности, за счет которой можно было рассчитаться с истцом, не представила доказательства, подтверждающие обоснованность причин бездействия и не истребования дебиторской задолженности, не представила доказательства того, что ее действия по управлению обществом не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, не мотивировала обстоятельства нахождения недостоверных сведений в ЕГРЮЛ в отношении общества, не представила доказательств, свидетельствующих о наличии объективных причин, препятствующих представлению регистрирующему органу достоверной информации в отношении принадлежащего ей общества, также не представила доказательства в обоснование причин бездействия и непредставления в налоговый  орган бухгалтерской и налоговой отчетности за 2021-2023 гг., также не обосновала причины, по которым она будучи руководителем уклонилась от прекращения деятельности общества в установленных законом процедурах ликвидации и/или банкротства. В результате противоправного бездействия ответчика, юридическое лицо, находящееся под его контролем, не сохранило правоспособность, что повлекло неисполнение вступивших в законную силу судебных актов, подлежащих в силу статьи 16 АПК РФ обязательному исполнению.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о наличии достаточных оснований для привлечения к субсидиарной ответственности генерального директора и участника ООО «СПУТНИК-21» ФИО2.

Таким образом, выполнив указания АС МО, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению.

Госпошлина относится на ответчика в порядке  ст. 110 АПК РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь   ст. ст. 4, 110,  123, 124, 156, 167-171 АПК РФ,

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО2 в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СПУТНИК-21» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) в пользу ФИО1 долг в размере 1 061 411, 58 рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины, понесенные Истцом при подаче искового заявления, апелляционной и кассационной жалобы по настоящему делу в общем размере 53 614 рублей.


Решение может быть обжаловано в месячный срок в арбитражный суд апелляционной инстанции.


СУДЬЯ                                                                                            Бурмаков И. Ю.