Постановление от 11 декабря 2023 г. по делу № А40-164869/2021

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-164869/21
11 декабря 2023 года
город Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 декабря 2023 года.


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании:

от ООО «Аксиома Менеджмент»: ФИО1, доверенность от 21.11.2023;

от АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА»: ФИО2, доверенность от 27.09.2021;

рассмотрев 04 декабря 2023 года в судебном заседании кассационные жалобы

временного управляющего ООО «Аксиома Менеджмент», АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА»

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 14 июля 2023 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 20 сентября 2023 года

о признании требования АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА» обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Аксиома Менеджмент»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.11.2022 (резолютивная часть от 31.10.2022) заявление ФНС России в лице ИФНС России № 4 по г. Москве признано обоснованным, в отношении ООО «Аксиома Менеджмент» (далее - должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы 25.11.2022 от АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА» поступило заявление о включении в реестр требований задолженности в размере 22.000.000 руб. основного долга, 9.766.191,78 руб. суммы процентов, предусмотренных пунктом 3.1. договора и начисленных за период с 20.10.2018 по 31.10.2022 на часть суммы основного долга в размере 22.000.000 руб., исходя из 11% годовых.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14 июля 2023 года требование АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА» (алее - кредитор) признано обоснованным в размере 22.000.000 руб. основного долга, 9.766.191,78 руб. процентов, предусмотренных пунктом 3.1 договора и начисленных за период с 20.10.2018 по 31.10.2022 на часть суммы основного долга в размере 22.000.000 руб., исходя из 11% годовых, но подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20 сентября 2023 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, временный управляющий ООО «Аксиома Менеджмент» и АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА» обратились с кассационными жалобами, в которых просят определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявители жалоб считают судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ООО «Аксиома Менеджмент» поддержал доводы своей кассационной жалобы.

Представитель АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА» поддержал доводы своей кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, кассационная инстанция не находит оснований для изменения или отмены обжалуемых судебных актов в связи со следующим.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между должником (заемщиком) и ООО «Тоталойл» (заимодавец) заключен договор процентного займа от 21.10.2016 № 90/16-З, в рамках которого ООО «Тоталойл» обязалось передать в собственность должника денежные средства в размере 200.000.000 руб. (с учетом дополнительного соглашения от 19.02.2018 № 4 к договору займа), а должник обязался вернуть предоставленные денежные средства и уплатить проценты за пользование ими в размере и срок, предусмотренные договором займа.

Пунктом 3.1 договора займа предусмотрено начисление процентов на сумму займа в размере 11% годовых; проценты начисляются на сумму займа со дня, следующего за днем фактического перевода суммы займа на расчетный счет заемщика до дня возврата суммы займа включительно.

Согласно пункту 2.4 договора займа (с учетом дополнительного соглашения от 01.09.2017 № 2 к договору займа) должник обязался возвратить ООО «Тоталойл» всю сумму займа и проценты, предусмотренные пунктом 3.1 договора займа, в срок до 31.07.2022.

Во исполнение договора займа в период с 21.10.2016 по 19.10.2018 ООО «Тоталойл» перечислило на расчетный счет должника денежные средства в счет исполнения договора займа в размере 83.932.000 руб. (с учетом возврата (погашения) по договору займа), что подтверждается выпиской по расчетным счетам ООО «Тоталойл».

В соответствии с договором от 18.10.2021 № 5 уступки требования (цессии) ООО «Тоталойл» уступило кредитору право требования к должнику в размере 29.253.369,86 руб., возникшее на основании договора, из которых 22.000.000 руб. - часть суммы основного долга, 7.253.369,86 руб. - сумма процентов, предусмотренных пунктом 3.1 договора и начисленных за период с 20.10.2018 по 18.10.2021 (дата уступки прав требований в пользу кредитора) на часть суммы основного долга в размере 22.000.000 руб., исходя из 11% годовых.

В соответствии с пунктом 2.4 договора займа (с учетом дополнительного соглашения от 01.09.2017 № 2 к договору займа) срок исполнения обязательств должника по возврату вышеуказанной суммы займа считается наступившим.

В соответствии с договором от 18.10.2021 № 5 уступки требования (цессии) ООО «Тоталойл» уступило АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА» (кредитор) право требования к должнику в размере 29.253.369,86 руб., возникшее на основании договора займа от 21.10.2016 № 90/16-З.

Согласно пункту 1.4 договора право требования переходит к кредитору с даты полной оплаты цены договора.

АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА» 21.10.2021 осуществлена полная оплата уступленных прав, что подтверждается платежным поручением № 362.

Таким образом, суды правомерно указали, что с 21.10.2021 к кредитору перешли права требования к должнику, вытекающие из договора (статья 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Признавая требования АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА» в заявленном размере обоснованными и подлежащими удовлетворению в порядке очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, суды исходили из наличия оснований для понижения очередности удовлетворения данного требования. При этом суды правомерно руководствовались следующим.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах связанных с рассмотрением дел о банкротстве», следует, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Суды указали, что в отзыве на требование кредитора должник, временный управляющий и уполномоченный орган ссылались на аффилированность должника с ООО «Тоталойл» (правопредшественник кредитора/сторона сделки, на которой основано требование кредитора).

Вместе с тем, сам по себе факт аффилированности между кредитором и должником не свидетельствует о злоупотреблении правом кредитором при предъявлении требования к должнику либо направленности действий кредитора на уменьшение числа голосов независимых кредиторов должника и причинения им какого-либо вреда.

В соответствии с правовыми позициями Верховного Суда Российской Федерации, сама по себе аффилированность сторон сделки не свидетельствует ни о корпоративном характере требования из такой сделки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 305-ЭС19-16942(3) по делу № А40-69663/17), ни о наличии у сделки признаков недействительности (мнимости) (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2020 № 305-ЭС20-7078(1,2,3,4,5) по делу № А40-71303/19 и от 07.11.2018 № 264-ПЭК18 по делу № А41-77824/15).

Суды правомерно указали, что если финансирование с использованием конструкции договора займа, в том числе между аффилированными лицами, осуществляется добросовестно, не нарушает публичный интерес и не посягает на права и законные интересы третьих лиц, то не имеется оснований для ограничения такого рода финансирования и такая сделка не может быть признана мнимой исключительно по признаку ее заключения аффилированными лицами. В этой связи довод об аффилированности сторон договора сам по себе не имеет правового значения в отсутствие доказательств того, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов должника и его конкурсных кредиторов.

Доказательств направленности заключения договора займа на нарушение прав и законных интересов должника или конкурсных кредиторов (в том числе с учетом их размера, явно не позволяющего осуществлять контроль за процедурой банкротства) судам не представлено.

Суды установили, что из представленной выписки по расчетному счету ООО «Тоталойл» следует, что последний перечислил должнику денежные средства с указанием в графе «назначение платежа» «оплата по договору займа» с указанием номера и даты конкретного договора займа, имеющегося в материалах дела.

В данном случае суммы займов получены должником, в связи с чем цель, обычно преследуемая заемщиками в практике делового оборота при заключении договоров займа, была достигнута. Стороны совершили реальное исполнение договора займа: кредитор произвел выдачу сумм займа, должник получил в собственность денежные средства.

Суды обоснованно отметили, что последующее неисполнение должником обязательств по возврату займа свидетельствует лишь о самом неисполнении должником своих обязательств, реализации им собственной воли в ущерб имущественным интересам займодавца, но само по себе не указывает на мнимый или притворный характер сделки.

Судами установлено, что договор займа является возмездным (процентным), содержит основные условия и требования к сделке: указан конкретный предмет договора, наименование сторон, права и обязанности сторон, ответственность сторон, подписан генеральными директорами займодавца и заемщика.

При этом суды отметили, что реальность заемных отношений между ООО «Тоталойл» и должником подтверждается наличием не оспариваемых в настоящем деле письменных доказательств заключения договора займа сторонами и его исполнения, в частности, частичного возврата суммы займа по договору со стороны должника.

Судам представлены достаточные доказательства, подтверждающие реальность исполнения договора займа, а именно: доказательства, подтверждающие факт перечисления ООО «Тоталойл» и получения должником сумм займа, его погашения. При этом, как правомерно указали суды, сам по себе факт аффилированности между заемщиком и заимодавцем не является основанием для отказа в удовлетворении требований кредитора при условии наличия в материалах дела достаточных доказательств фактического исполнения договора займа сторонами, наличия и размера задолженности должника.

Доводы сторон о транзитном характере перечислений денежных средств обоснованно отклонены судами, поскольку носят предположительный характер, так как в их подтверждение должником, временным управляющим, уполномоченным органом не представлено каких-либо доказательств.

Так, в соответствии с письмом Банка России от 31.12.2014 № 236-Т «О повышении внимания кредитных организаций к отдельным операциям клиентов», транзитные операции могут характеризоваться совокупностью (одновременным наличием) следующих признаков:

зачисление денежных средств на счет клиента от большого количества других резидентов со счетов, открытых в банках Российской Федерации, с последующим их списанием;

списание денежных средств со счета производится в срок, не превышающий двух дней со дня их зачисления;

проводятся регулярно (как правило, ежедневно);

проводятся в течение длительного периода времени (как правило, не менее трех месяцев);

деятельность клиента, в рамках которой производятся зачисления денежных средств на счет и списания денежных средств со счета, не создает у его владельца обязательств по уплате налогов либо налоговая нагрузка является минимальной;

с используемого для указанных операций счета уплата налогов или других обязательных платежей в бюджетную систему Российской Федерации не осуществляется или осуществляется в незначительных размерах, не сопоставимых с масштабом деятельности владельца счета.

Доказательств, позволяющих прийти к выводу о наличии признаков, свидетельствующих о транзитном характере перечислений денежных средств по договору займа, судам не представлено.

Ссылка на судебный акт обоснованно отклонена судами, поскольку он принят при иных фактических обстоятельствах и не содержит выводов суда относительно правовой квалификации договора займа, заключенного между ООО «Тоталойл» и должником, и являющегося основанием заявленных кредитором требований.

Понижая очередность требования АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА», суды правомерно исходили из следующего.

Согласно пункту 7 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), очередность удовлетворения требования контролирующего либо иным образом аффилированного с должником кредитора по общему правилу определяется исходя из правоотношений, имевших место на момент возникновения обязательства.

В соответствии с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре, очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Согласно пункту 2 Обзора, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц. Из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов контролирующие его лица объективно влияют на хозяйственную деятельность должника. Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такое лицо подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо через подтверждение аффилированности как юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), так и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/14 и от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063 по делу № А40-233621/16).

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/06, доказывание соответствующего контроля может осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием офшорных организаций) или иным способом скрывается информация, отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля над должником.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием (отсутствием) юридических признаков аффилированности. Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2019 № 307-ЭС17-11745 по делу № А56-83793/14).

Согласно позициям, изложенным в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/14 и от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/15, фактическая аффилированность доказывается через подтверждение возможности контролирующего лица оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения должником предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Действия, направленные на повышение очередности удовлетворения требования, например, уступка аффилированным лицом требований к должнику формально независимому кредитору, эту очередность не изменяют.

Таким образом, как обоснованно указали суды, если изначально требования аффилированного кредитора к должнику подлежали бы понижению, факт передачи задолженности в пользу независимого кредитора не приводит к возможности их удовлетворения в составе третьей очереди.

Ввиду того, что задолженность возникла в период аффилированности первоначального займодавца ООО «Тоталойл» и должника, что не оспаривалось лицами, участвующими в деле, суды обоснованно заключили, что заявление АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА» должно быть рассмотрено с учетом разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в Обзоре.

Судами установлено, что задолженность должника перед кредитором - ООО «Тоталойл» по договору процентного займа от 21.10.2016 № 90/16-З ни ООО «Тоталойл», ни АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА» в судебном порядке не взыскивалась.

Непринятие длительный период времени мер по истребованию задолженности, фактическое предоставление должнику отсрочки оплаты задолженности, как обоснованно отметили суды, свидетельствует о компенсационном финансировании и необходимости понижения очередности удовлетворения требования кредитора либо отказе в удовлетворении заявления.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце восьмом подпункта 3.1 пункта 3 Обзора, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о доказанности реальности правоотношений, которые вместе с тем представляют собой компенсационное финансирование общества, что с учетом вышеприведенных разъяснений является основанием для понижения очередности удовлетворения требования кредитора.

Кроме того, суды обратили внимание на то, что кредитором не приведено доводов, опровергающих доводы возражающих лиц, о наличии схемы внутирокорпоративного финансирования и взаимосвязи аффилированных лиц.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции находит выводы судов первой и апелляционной инстанций законными и обоснованными, сделанными при правильном применении норм материального и процессуального права.

Указанные в кассационных жалобах доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационные жалобы не содержат, а приведенные в жалобах доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, могущих повлиять на правильность принятых судами судебных актов либо влекущих безусловную отмену последних, судом кассационной инстанции не выявлено.

Учитывая изложенное, оснований, предусмотренных статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для изменения или отмены обжалуемых в кассационном порядке судебных актов, по делу не имеется.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 14 июля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20 сентября 2023 года по делу № А40-164869/21 оставить без изменения, кассационные жалобы временного управляющего ООО «Аксиома Менеджмент», АО «ТЕХНОЛОГИИ БИЗНЕСА» - без удовлетворения.


Председательствующий-судья В.В. Кузнецов


Судьи Н.А. Кручинина


Н.Н. Тарасов