Постановление от 9 июля 2025 г. по делу № А53-7656/2017

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-7656/2017
г. Краснодар
10 июля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 09 июля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 июля 2025 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Мацко Ю.В. и Резник Ю.О., при участии в судебном заседании от кредиторов: ФИО1 (ИНН <***>), ФИО2 (ИНН <***>) и ФИО3 (ИНН <***>) – ФИО4 (доверенности от 14.01.2025, 20.03.2025 и 27.01.2025), в отсутствие конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Сигма» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО5 (ИНН <***>), третьего лица – жилищно-строительного кооператива «Менделеевский» (ИНН <***>, ОГРН <***>), в отсутствие кредитора – ФИО6, иных участвующих в обособленном деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте суда в сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу кредиторов: ФИО1, ФИО2 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.12.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2025 по делу № А53-7656/2017 (Ф08-3954/2025), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сигма» (далее – должник, общество) 23.07.2020 ФИО6 обратилась в арбитражный суд с заявлением, в котором просила признать за ней статус члена ЖСК «Менделеевский» на тех же условиях, на которых этот статус приобретен иными гражданами-участниками строительства, в отношении объекта долевого строительства – однокомнатной квартиры с условным номером 36, общей площадью 35,87 кв. м на 5 этаже в жилом многоэтажном доме, расположенном по адресу: <...> (2-й этап строительства); исключить денежные требования ФИО6 в размере 1 496 тыс. рублей из состава текущих требований кредиторов должника; исключить денежное требование ФИО6 в размере 400 тыс. рублей из состава требований кредиторов третьей очереди.

Определением суда от 15.10.2020 к участию в рассмотрении спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ЖСК «Менделеевский».

16 октября 2020 года ФИО6 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представила в суд письменный отказ от требований об исключении из реестра требований кредиторов денежных требований в размере 400 тыс. рублей.

Определением суда от 11.12.2020, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 05.04.2025, принят отказ и прекращено производство по заявлению ФИО6 в части исключения денежных требований в размере 400 тыс. рублей из состава третьей очереди реестра требований кредиторов должника (далее – реестр). Остальные заявленные требования удовлетворены: за ФИО6 признан статус члена ЖСК «Менделеевский» на тех же условиях, на которых этот статус приобретен иными гражданами-участниками строительства на аналогичных условиях, в отношении объекта долевого строительства – однокомнатной квартиры с условным номером  36 общей площадью 35,87 кв. м, расположенной на 5 этаже в жилом многоэтажном доме по адресу: <...> (2-й этап строительства). Денежные требования ФИО6 в размере 1 496 тыс. рублей исключены из состава текущих требований кредиторов должника. Суды установили, что ФИО6 надлежаще исполнила обязательства по договору долевого участия от 10.12.2014, оплатила стоимость квартиры и является добросовестным участником строительства. Договор об участии в долевом строительстве не расторгнут. Заявитель имеет право, наряду с иными участниками строительства, также надлежаще исполнившими обязанность по оплате стоимости квартир, претендовать на аналогичных условиях на жилое помещение. 

В кассационной жалобе ФИО1, ФИО2 и ФИО3 (далее – заявители) просят отменить судебные акты в части удовлетворенных требований и направить спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Податели жалобы указывают на то, что в законодательстве установлен прямой запрет на превышение количества членов ЖСК количеству помещений. Суды приняли заведомо неисполнимые судебные акты и создали неопределенность в отношении жилых помещений, изначально подлежащих передаче заявителям. Вывод судов о наличии свободных жилых помещений противоречит материалам дела, а также письму ЖСК «Менделеевский» от 25.02.2025. Договор долевого участия от 11.08.2017 № 62 ФИО6 и должник заключили спустя три месяца после возбуждения дела о банкротстве. По мнению подателей жалобы, ФИО6 реализовала свое право на судебную защиту путем получения статуса текущего кредитора. Суды вынесли судебные акты, противоречащие вступившему в законную силу определению от 05.12.2017, в рамках которого было установлено, что требование ФИО6 о включении в реестр требования о передаче жилого помещений является текущим и по смыслу статьи 5 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не подлежит включению в реестр требований о передаче жилых помещений. Суды не выяснили вопрос о наличии жилых помещений для передачи ФИО6 и вносились ли изменения в проектную документацию в связи с требуемым увеличением площади.

В судебном заседании представитель заявителей повторил доводы жалобы.

Законность судебных актов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций проверяется исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, с учетом установленных статьей 286 Кодекса пределов рассмотрения дела в арбитражном суде кассационной инстанции.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационную жалобу надлежит оставить без удовлетворения.

Как видно из материалов дела, определением от 27.04.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника – ООО «Сигма». Определением от 22.09.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7 При рассмотрении дела о банкротстве суд указал на применение правил параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве.

Решением суда от 13.11.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7 Определением суда от 19.12.2018 новым конкурсным управляющим утвержден ФИО5

10 декабря 2014 года должник (застройщик) и ФИО6 (участник долевого строительства) заключили договор № 17 участия в долевом строительстве 18-ти этажного жилого дома с помещениями общественного назначения и встроенной подземной автостоянкой (поз. 2), расположенного по адресу: <...> (2-й этап строительства) (далее – объект долевого строительства). Пунктом 1.1 договора установлено, что застройщик обязуется в срок до 30.06.2017 своими силами или с привлечением других лиц построить и передать объект долевого строительства участнику строительства, а участник долевого строительства обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства. Согласно пункту 1.2 договора объектом долевого строительства в соответствии с проектной документацией является квартира в многоквартирном жилом доме, выполненная в строительном варианте со следующим характеристиками:

– квартира однокомнатная, условный номер 56, этаж 7, площадь 37,4 кв. м.

– квартира однокомнатная, условный номер 57, этаж 7, площадь 37,61 кв. м.

Согласно пункту 3.2 договора участник долевого строительства вносит денежные средства в счет возмещения затрат на строительство в размере 3 млн рублей.

ФИО6 частично исполнила обязанность по оплате договора, что подтверждается копиями платежных поручений от 13.12.2014 № 519 на сумму 900 тыс. рублей и от 28.10.2015 № 723 на сумму 596 тыс. рублей.

4 августа 2016 года должник и ФИО6 пришли к соглашению о расторжении договора от 10.12.2014 № 17 и дополнительного соглашения от 27.03.2015 № 1, в соответствии которым должник обязался произвести возврат уплаченных участником долевого строительства денежных средств по договору в размере 1 496 тыс. рублей в срок до 30.10.2016. В связи с тем, что должник не исполнил обязательство по возврату денежных средств, ФИО6 обратилась в Аксайский районный суд Ростовской области с исковым заявлением. Определением Аксайского районного суда Ростовской области от 15.06.2017 по делу № 2-1249/2017 утверждено мировое соглашение, по условиям которого стороны признали, что договор участия в долевом строительстве от 10.12.2014 № 17 является действующим, а ФИО6 является участником долевого строительства.  

11 августа 2017 года в связи с государственной регистрацией расторжения договора участия в долевом строительстве и передачей объекта третьему лицу, должник и ФИО6 заключили новый договор № 62 участия в долевом строительстве, согласно которому объектом долевого строительства в соответствии с проектной документацией является однокомнатная квартира в многоэтажном доме с условным номером 36, общей площадью 35,87 кв. м, расположенная на 5 этаже (1-й подъезд) многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <...> (2-й этап строительства). В силу пункта 3.4 договора стороны зачли в счет оплаты договора денежную сумму в размере 1 496 тыс. рублей, внесенные участником долевого строительства по договору от 10.12.2014 № 17.

18 января 2016 года должник (застройщик) и ФИО6 (участник долевого строительства) заключили договор № 65 участия в долевом строительстве 18-ти этажного жилого дома с помещениями общественного назначения и встроенной подземной автостоянкой (поз. 2) по адресу: <...> (2-й этап строительства), согласно которому, застройщик обязуется в срок до 30.06.2017 своими силами или с привлечением других лиц построить и передать объект долевого строительства участнику строительства, а участник долевого строительства обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства. По условиям пункта 3.2 договора участник долевого строительства вносит денежные средства в счет возмещения затрат на строительство в размере 1 300 тыс. рублей, согласно установленному в договоре порядку. ФИО6 частично исполнила обязанность по оплате договора, что подтверждается копией платежного поручения от 18.01.2016 № 730 на сумму 400 тыс. рублей.

4 августа 2016 года должник и ФИО6 пришли к соглашению о расторжении договора от 18.01.2016 № 65, в соответствии которым, должник обязался произвести до 01.03.2017 возврат уплаченных участником долевого строительства денежных средств по договору в размере 400 тыс. рублей согласно установленному в соглашении порядку.

Указывая на то, что обязательства по оплате договоров участия в долевом строительстве исполнены, ФИО6 обратилась с заявлением о включении в реестр требования о передаче жилого помещения, а также требования в размере 400 тыс. рублей основного долга, 58 666 рублей процентов за пользование чужими денежными средствами, 3000 рублей морального вреда, 1200 рублей расходов по оформлению доверенностей, 230 833 рублей штрафа.

Определением суда от 05.12.2017 в удовлетворении заявления о включении в реестр требований о передаче жилых помещений требования о передаче жилого помещения отказано. Требование ФИО6 в размере 400 тыс. рублей основного долга, 58 666 рублей процентов за пользование чужими денежными средства, 3000 рублей морального вреда, 230 833 рублей штрафа включено в третью очередь реестра. Требование об установлении финансовых санкций учтены отдельно как подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов. Производство по заявлению о включении в реестр требований кредиторов расходов по оформлению доверенностей в размере 1200 рублей прекращено. При принятии определения от 05.12.2017 суд руководствовался тем, что требование ФИО6 о включении в реестр передачи жилого помещения, основанное на договоре от 11.08.2017, является текущим (настоящее дело о банкротстве возбуждено 27.04.2017) и подлежит оставлению без удовлетворения, так как по смыслу статьи 5 Закона о банкротстве текущие требования не подлежат включению в реестр требований о передаче жилых помещений.

23 июля 2020 года ФИО6, ссылаясь на уплату 1 496 тыс. рублей по договору участия в долевом строительстве, обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании за ней статуса члена ЖСК «Менделеевский» на тех же условиях, на которых этот статус был приобретен иными гражданами-участниками строительства, в отношении объекта долевого строительства – однокомнатной квартиры с условным номером № 36; исключить денежные требования ФИО6 в размере 1 496 тыс. рублей из состава текущих требований кредиторов должника (уточненные требования).

Обращаясь с настоящим заявлением о внесении изменений в реестр требований кредиторов, ФИО6 указала, что письмом от 07.07.2020 ЖСК «Менделеевский» отказал ей во вступление в ЖСК, указав, что требования заявителя включены в качестве денежных требований в третью очередь реестра требований кредиторов должника и подлежат удовлетворению за счет конкурсной массы должника.

Возражая против внесения изменений в реестр, заявители указали на то, что договор долевого участия № 62 ФИО6 заключила с должником 11.08.2017, то есть спустя более трех месяцев после возбуждения дела о банкротстве должника, в связи с чем требование являлось текущим и ФИО6 не могла претендовать на получение жилого помещения.

Удовлетворяя заявление ФИО6, суды первой и апелляционной инстанций обоснованно руководствовались следующим.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Кодекса дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Суд апелляционной инстанции установил, что с 01.01.2018 вступили в силу изменения в статью 201.4 Закона о банкротстве, внесенные Федеральным законом от 29.07.2017 № 218-ФЗ «О публично-правовой компании "Фонд развития территорий" и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"» (далее – Закон № 218-ФЗ). Пунктом 1 статьи 25 Закона № 218-ФЗ установлено, что названный Федеральный закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением статьи 15 и пунктов 3, 5 и 10 статьи 23 Закона. Официальное опубликование на интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru состоялось 30.07.2017, соответственно, с указанной даты закон вступил в силу.

На основании положений пункта 1 статьи 201.4 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства в отношении застройщика в ходе внешнего управления в деле о банкротстве застройщика требования о передаче жилых помещений, в том числе возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, и (или) денежные требования участников строительства могут быть предъявлены к застройщику только в рамках дела о банкротстве застройщика с соблюдением установленного настоящим параграфом порядка предъявления требований к застройщику. С даты открытия конкурсного производства исполнение исполнительных документов по требованиям участников строительства, предусмотренным настоящим пунктом, прекращается. То есть, с 01.01.2018 указанный порядок предъявления требований участников строительства распространяется как на требования, возникшие до возбуждения дела о банкротстве (даты принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом), так и на требования, возникшие после этой даты.

При этом суд апелляционной инстанции указал на то, что в момент принятия судом первой инстанции вышеуказанного определения от 05.12.2017 уже имело место официальное опубликование Закона № 218-ФЗ на интернет-портале правовой информации http://www.pravo.gov.ru (30.07.2017).

Таким образом, несмотря на то, что положения статьи 15 названного Закона, которым были внесены указанные изменения в статью 201.4 Закона о банкротстве, вступили в силу с 01.01.2018, в результате принятия судом определения 05.12.2017, которым в удовлетворении заявления ФИО6 было отказано, была создана правовая неопределенность. Фактически ФИО6 была лишена права на судебную защиту. После вступления в силу судебного акт она могла реализовать свое право на судебную защиту исключительно в рамках настоящего дела о банкротстве.

Кроме того, суды учли, что кооператив создан не за счет средств членов кооператива, а в рамках дела № А53-7656/2017 о банкротстве предыдущего застройщика – ООО «Сигма». Строительство многоквартирного дома завершено и объект сдан в эксплуатацию за счет государственных субсидий, выделенных в рамках регионального законодательства на основании соглашения от 23.09.2021 о предоставлении из областного бюджета субсидии объединению участников долевого строительства в размере 564 672 590 рублей. ЖСК «Менделеевский» не заключал договоры участия в долевом строительстве, что установлено судом (постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 06.07.2022 по делу № А53-34135/2021). 

В силу разъяснений, изложенных в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – постановление № 10/22), если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права.

Участие в долевом строительстве служит реализации права граждан прежде всего на обеспечение личной потребности в жилье. Неисполнение застройщиком обязательств по договору долевого строительства, особенно в силу наличия признаков несостоятельности (банкротства), привело к необходимости принятия государством мер для защиты интересов граждан и установления в регулировании банкротного законодательства приоритета удовлетворения интересов граждан.

Заявление кредитора о трансформации требований по своей правовой природе направленно на внесение изменений в реестр требований кредиторов путем замены денежных требований на требование о передаче жилых помещений, и не предполагает исключение и включение в реестр нового требования о передаче жилого помещения.

По смыслу статьи 201.5 Закона о банкротстве кредиторы должника – участники строительства в ходе процедуры банкротства должника вправе выбрать форму защиты своего права путем отказа от исполнения застройщиком его обязательств по передаче квартир в подлежащие оценке денежные требования.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 13239/12, включение при банкротстве застройщика требований участников строительства как в реестр требований кредиторов (в котором учитываются денежные требования), так и в реестр требований о передаче жилых помещений преследует один и тот же материально-правовой интерес участников строительства – получение соразмерного и пропорционального удовлетворения требований, в том числе посредством передачи объекта незавершенного строительства или жилых помещений (статьи 201.10 и 201.11 Закона о банкротстве).

При этом в соответствии с названными статьями Закона о банкротстве правовое положение участников строительства является равным независимо от того, в какой из двух указанных реестров их требования включены.

Из параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве следует, что включение требований кредиторов в реестр требований о передаче жилых помещений не является иным способом защиты прав таких кредиторов, отличным от включения в денежный реестр требований кредиторов. Напротив, по существу реестр требований о передаче жилых помещений является частью реестра требований кредиторов, о чем свидетельствуют как необходимость учета данных и других неденежных требований в деле о банкротстве в денежном выражении, так и порядок такого учета (подпункты 1 и 2 пункта 1 статьи 201.7, пункт 3 статьи 201.12 Закона о банкротстве, пункт 34 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

В связи с этим, как справедливо указали суды, право выбора формы учета требования кредитора в деле о банкротстве застройщика принадлежит участнику строительства, оплатившему стоимость договора. Поэтому суд, исходя из волеизъявления участников строительства, может включить в реестр требований о передаче жилых помещений участников строительства, имеющих денежное требование к должнику согласно подпункту 4 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве, либо включить в реестр денежных требований кредиторов участников строительства, имеющих к застройщику требование о передаче жилого помещения.

Основной целью принятия специальных правил о банкротстве застройщиков является обеспечение приоритетной защиты граждан – участников строительства как непрофессиональных инвесторов. Для предъявления участником строительства в деле о банкротстве застройщика требования о передаче жилого помещения необходимо наличие доказательств исполнения обязательств по оплате данным участником строительства перед застройщиком по договору, предусматривающему передачу жилого помещения.

Суды пришли к верному выводу о том, что требования ФИО6 вытекают из договора от 11.08.2017 № 62 участия в строительстве жилья, который полностью ей оплачен, неразрывно связаны с обязанностью застройщика передать участнику строительства квартиру в установленные договором сроки, а потому ее требования наряду с аналогичными требованиями иных участников ЖСК подлежали включению в реестр о передаче жилых помещений.

Суд первой инстанции установил, и это подтверждено протоколом судебного заседания от 09.12.2020, что помещение, приобретенное ФИО6, реализовано. Однако для удовлетворения ее требований имеется свободное помещение, предоставляемое участникам строительства на равных условиях.   

То обстоятельство, что согласно пункту 13 статьи 25 Закона № 218-ФЗ Закон о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяется арбитражными судами при рассмотрении дел о банкротстве, производство по которым возбуждено после 01.01.2018, не свидетельствует о нарушении судом первой инстанции норм материального права, поскольку на момент рассмотрения спора воля законодателя была направлена на обеспечение равенства всех участников долевого строительства.

Суды верно указали, что в данном случае кредитор, надлежаще исполнив обязательства по оплате стоимости жилого помещения, вправе рассчитывать на исполнение обязательств по договору участия в строительстве жилья, а при неисполнении данных обязательств – вправе требовать защиты своих прав, в том числе путем предъявления требования о признании права.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 16.02.2023 № 308-ЭС18-17191(5) по делу № А32-1070/2017 указал, что процедура банкротства застройщика по правилам параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве призвана обеспечить соразмерное пропорциональное удовлетворение требований всех участников строительства, имеющих к должнику (застройщику) как требования о передаче жилого помещения, так и денежные требования, квалифицируемые в соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 201.1 названного Закона.

Одним из инструментов защиты прав участников строительства, связанный с получением причитающегося им предоставления, является механизм замены застройщика, посредством которого приобретателю (новому застройщику) передаются права должника на земельный участок с объектом незавершенного строительства при одновременном принятии им обязательств перед участниками строительства (пункт 1 статьи 201.15-1 Закона о банкротстве).

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 16.02.2023 № 308-ЭС18-17191(5) по делу № А32-1070/2017, форма изложения требования для его учета в реестре (о включении денежного требования либо о включении требования о передаче квартиры) не свидетельствует о разной правовой природе этих притязаний и не может приводить к различным подходам при определении уровня правовых гарантий участников строительства.

Исходя из необходимости обеспечения приоритетной защиты граждан – участников строительства как непрофессиональных инвесторов, суды обоснованно пришли к выводу о том, что права и законные интересы кредитора подлежат судебной защите путем внесения изменений в реестр требований кредиторов должника, включения его требования в реестр требований о передаче жилых помещений с одновременным исключением его денежного требования в соответствующей части из реестра требований кредиторов должника.

Применительно к настоящему обособленному спору, исходя из обстоятельств конкретного дела, а также принципа правовой определенности и равенства прав всех участников гражданско-правовых отношений, закрепленных в том числе в пункте 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд округа приходит к выводу о том, что в данном случае права и законные интересы ФИО6 подлежат такой же судебной защите, как и права иных участников ЖСК, в связи с чем суды первой и апелляционной инстанций правомерно удовлетворили заявленные требования.

Апелляционный суд отклонил довод заявителей о том, что после создания ЖСК «Менделеевский» были внесены изменения в проектную документацию и вместо строительства 18-ти этажного дома был построен 9-ти этажный дом в строгом соответствии с числом дольщиков, вошедших в ЖСК «Менделеевский», изменения в проектную документацию и разрешение на строительство в связи с включением в ЖСК «Менделеевский» ФИО6 не вносились, в связи с чем, по мнению подателей жалобы, квартира для ФИО6 даже не проектировалась, т.к. она не была участником ЖСК «Менделеевский», а имела денежное требование.

Суд апелляционной инстанции отметил, что исходя из пункта 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021, для признания лица, обратившегося с требованием о включении в реестр требований о передаче жилых помещений, участником строительства необходимо соблюдение следующих условий: наличие связывающего с застройщиком-должником договорного обязательства о передаче квартиры в будущем (прав на нее) и фактическая передача застройщику денежных средств и (или) иного имущества в целях строительства многоквартирного дома (подпункт 3 пункта 1, пункт 6 статьи 201.1, статья 201.7 № 127-ФЗ).

Аналогичная норма содержится в Законе о банкротстве. Так, для признания лица, обратившегося с требованием о включении в реестр требований о передаче жилых помещений, участником строительства необходимо соблюдение следующих условий: наличие связывающего с застройщиком – должником договорного обязательства о передаче квартиры в будущем (прав на нее) и фактическая передача застройщику денежных средств и (или) иного имущества в целях строительства многоквартирного дома (подпункт 3 пункта 1, пункта 6 статьи 201.1, статьи 201.7 Закона о банкротстве в редакции, применимой к спорным правоотношениям).

По смыслу приведенных норм права при рассмотрении вопроса об обоснованности данного требования суду достаточно проверить наличие формальных оснований на момент обращения кредитора с соответствующим заявлением, включая установление размера предоставленного им по сделке исполнения. Вопрос о возможности фактического исполнения застройщиком обязательства по передаче жилого помещения (статьи 201.11 Закона № 127-ФЗ) на этой стадии разрешению не подлежит. При этом, как правильно отметили суды, правопритязание нескольких лиц в отношении одного и того же объекта недвижимости само по себе не препятствует включению их требований о передаче жилого помещения в реестр требований кредиторов в случае, если таковые обоснованы и подтверждены надлежащими доказательствами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 301-ЭС20-11581).

С учетом правовой позиции, изложенной в пункте 3 постановления № 10/22, нарушенное право подлежало защите и восстановлению за счет имеющихся в распоряжении нового застройщика свободных квартир (по аналогии с подпунктом 6 пункта 4 статьи 201.11 Закона о банкротстве), а при отсутствии их – посредством возмещения рыночной стоимости спорной квартиры (абзац третий подпункта 4 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве), в очередности, предусмотренной при передаче квартир в натуре.

Аналогичный вывод о необходимости передачи добросовестному участнику строительства свободной квартиры изложен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2024 № 305-ЭС20-23285(6) по делу № А41-60300/2019.

Таким образом, довод заявителей жалобы о том, что суд нарушил норму права, согласно которой количество членов ЖСК не должно превышать количество жилых помещений в многоквартирном доме, обоснованно отклонен, так как указанное не должно умалять объем правовых гарантий, предоставленных законодательством ФИО6 как добросовестному участнику строительства.

Суды учли волеизъявление ФИО6, добросовестно исполнившей условия договора долевого строительства, который не расторгнут, на получение жилого помещения (вместо возврата уплаченных по договору денежных средств). 

Суд апелляционной инстанции также отклонил довод заявителей о том, что фактически расход перекладываются на членов ЖСК «Менделеевский», поскольку кооператив создан не за счет средств членов кооператива, а в рамках дела № А53-7656/2017 о несостоятельности (банкротстве) предыдущего застройщика – ООО «Сигма», а строительство многоквартирного дома завершено и объекты строительства сданы в эксплуатацию за счет государственных субсидий, выделенных в рамках регионального законодательства на основании соглашения о предоставлении из областного бюджета субсидии объединению участников долевого строительства от 23.09.2021 № 1 в соответствии с лимитами бюджетных обязательств в размере 564 672 590 рублей. Установлено, что ЖСК «Менделеевский» не заключал договоры участия в долевом строительстве, что неоднократно установлено вступившими в силу судебными актами по настоящему делу, а также постановлениями Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 06.07.2022 по делу № А53-34135/2021, подтверждено сторонами в судебном заседании, в частности 11.06.2022 по делу № А53-34132/2021.

Довод о том, что при выделении субсидий на завершение строительства не были учтены текущие обязательства ФИО6, не может служить основанием для отказа участнику строительства, вложившего денежные средства в объект недвижимости, в судебной защите. На основании изложенного суды обоснованно пришли к выводу о том, что нарушенное право ФИО6 подлежит защите и восстановлению за счет имеющихся в распоряжении нового застройщика свободных квартир в порядке очередности (по аналогии с подпунктом 6 пункта 4 статьи 201.11 Закона о банкротстве), а при отсутствии их – посредством возмещения рыночной стоимости спорной квартиры (абзац третий подпункта 4 пункта 1 статьи 201.1 Закона о банкротстве), в очередности, предусмотренной при передаче квартир в натуре.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы были предметом рассмотрения апелляционного суда, получили надлежащую правовую оценку, фактически направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Кодекса, и на установление новых обстоятельств. Кассационная жалоба по существу спора не содержит каких-либо существенных доводов и ссылок на доказательства, которые заявители могли бы представить суду при разрешении заявленного требования.  

Иные доводы не опровергают правильность выводов судов первой и апелляционной инстанций и подлежат отклонению, поскольку направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, в отсутствие у суда округа для этого соответствующих полномочий. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 – 288 Кодекса, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде округа, предоставляют суду округа при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду округа подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды первой и апелляционной инстанций действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 Кодекса. Суды достаточно полно и всесторонне исследовали обстоятельства дела, надлежаще оценили представленные доказательства, правильно применили нормы материального права, учли судебную практику по спорам с аналогичными обстоятельствами. Поскольку неправильного применения судом норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, являющихся по правилам части 4 статьи 288 Кодекса безусловным основанием для отмены судебных актов, не установлено, суд округа не находит оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы в виде государственной пошлины за подачу кассационной жалобы надлежит отнести на подателей жалобы.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 11.12.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2025 по делу № А53-7656/2017  оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.    

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,                   не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий                                                                               С.М. Илюшников

Судьи                                                                                                              Ю.В. Мацко

   Ю.О. Резник