Решение от 20 июля 2020 г. по делу № А35-10071/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КУРСКОЙ ОБЛАСТИ

г. Курск, ул. К. Маркса, д. 25

http://www.kursk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А35-10071/2018
20 июля 2020 года
г. Курск


Резолютивная часть решения объявлена 13 июля 2020 года.

В полном объеме решение изготовлено 20 июля 2020 года.

Арбитражный суд Курской области в составе судьи Сергеевой С.Л., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску

ФИО2

к ФИО3, ФИО4, ФИО5

о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании денежных сумм и процентов за пользование чужими денежными средствами,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - Федеральная налоговая служба, Общество с ограниченной ответственностью «Курская подшипниковая компания», ООО «Торговый дом ВСЗ».

В судебном заседании приняли участие представители (после перерыва):

от ответчика ФИО3 - ФИО6 по доверенности от 23.01.2019, от ФИО4, ФИО5 – не явился, извещен надлежащим образом,

от третьих лиц – не явились, извещены надлежащим образом.

Изучив материалы дела, заслушав представителей истца и ответчика, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Курской области с исковым заявлением к ФИО3, ФИО4, ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности, взыскании денежных сумм и процентов за пользование чужими денежными средствами.

В судебном заседании истец поддержал заявленные исковые требования в полном объеме, ответчик возражал относительно удовлетворения иска по изложенным в письменных отзывах доводам.

Кроме того, истцом было заявлено о фальсификации доказательств:

- договора №1Т-ТД купли-продажи ценных бумаг от 17.12.2013,

- акта приема-передачи векселя от 17.12.2013 от ООО «Технополис-XXI» к ООО «ТД ВСЗ»,

- соглашения о зачете встречных однородных требований от 17.12.2013,

- договора купли-продажи векселя от 17.12.2013 между ООО «Технополис-XXI» и ООО «Воронежпромлит»,

- договора купли-продажи №ВПЛ 1/21/08-13 от 05.08.2013 между ООО «Технополис-XXI» и ООО «Воронежпромлит»,

- спецификации к договору №ВПЛ 1/21/08-13 от 05.08.2013 между ООО «Технополис-XXI» и ООО «Воронежпромлит»,

- соглашения о зачете встречных однородных требований от 17.12.2013 между ООО «Технополис-XXI» и ООО «Воронежпромлит»,

- соглашения о переводе долга №3 от 30.12.2013 между ФИО3 и ООО «Юниделл»,

- соглашения о зачете встречных однородных требований от 31.12.2013,

- акта взаимозачета №20 от 17.12.2013 на сумму 19 227 775 руб. 93 коп.

- акта приема-передачи векселя от 17.12.2013 от ООО «ТД ВСЗ» к ООО «Воронежпромлит».

Согласно позиции истца фальсификация заключается в том, что время исполнения указанных документов не совпадает со временем, которым данные документы датированы.

Кроме того, истец просил истребовать у ФИО3 оригиналы документов для проверки заявления о фальсификации.

Из письменных и устных объяснений представителей ФИО3 следует, что ответчиком вся документация ООО «Технополис-XXI» была передана после прекращения полномочий генерального директора новому руководителю, в связи с чем подлинники документов у ФИО3 отсутствуют.

Вместе с тем представление документов в виде копии не противоречит части 8 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 6 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не может считать доказанным факт, подтверждаемый только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен или не передан в суд оригинал документа, а копии этого документа, представленные лицами, участвующими в деле, не тождественны между собой и невозможно установить подлинное содержание первоисточника с помощью других доказательств. Однако в настоящее дело копий документов с иным содержанием не представлено.

При таких обстоятельствах суд отклонил ходатайство об истребовании оригиналов документов у ФИО3

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Пояснения истца о недостоверности и сомнительности представленных ответчиком доказательств являются субъективным мнением одной из сторон арбитражного процесса и не могут являться основанием для исключения таких доказательств из материалов дела, документальных доводов в обоснование заявления истцом не представлено; ввиду чего заявление о фальсификации суд находит необоснованным и подлежащим отклонению.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости и допустимости доказательств (часть 1 статьи 64 и статьи 71 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении настоящего дела арбитражный суд установил следующие обстоятельства.

В рамках дела №А35-7602/2017 общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом ВСЗ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в лице конкурсного управляющего ФИО7 обратилось в Арбитражный суд Курской области с заявлением о признании Общества с ограниченной ответственностью «Технополис-XXI» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом).

Основанием для обращения конкурсного кредитора с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) явилось наличие у Общества с ограниченной ответственностью «Технополис-XXI» перед Обществом с ограниченной ответственностью «Торговый дом ВСЗ» задолженности в размере в размере 22 549 260 руб. 28 коп.

В соответствии с определением Арбитражного суда Курской области от 27.02.2018 произведена замена кредитора – Общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом ВСЗ» (ОГРН <***>, ИНН <***>) на его правопреемника – ФИО2 (дело № А35-7602/2017).

Определением арбитражного суда от 06.03.2018 (резолютивная часть объявлена 27.02.2018) заявление о признании Общества с ограниченной ответственностью «Технополис-XXI» несостоятельным (банкротом) признано обоснованным и в отношении него введена процедура наблюдения.

Требования ФИО2 в размере 18 543 418 руб. 35 коп. основного долга, 4 005 841 руб. 93 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 2 000 руб. 00 коп. расходов по уплате государственной пошлины включены в реестр требований кредиторов должника в состав третьей очереди, из них 4 005 841 руб. 93 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами были учтены в реестре требований кредиторов должника отдельно.

На основании ходатайства, поступившего 15.05.2018 от временного управляющего о прекращении производства по делу о признании Общества с ограниченной ответственностью «Технополис-XXI» несостоятельным (банкротом) ввиду отсутствия активов должника, а также недостаточности средств для погашения требований кредиторов, для покрытия судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, производство по делу №А35-7602/2017 прекращено, что подтверждается определением Арбитражного суда Курской области от 03.07.2018.

ФИО2 обратился с настоящим иском в арбитражный суд, ссылаясь на статьи 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статье 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Пунктом 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума N 53) разъяснено, что по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона.

Таким образом, действующее законодательство допускает возможность обращения с иском в суд вне рамок дела о банкротстве только при наличии в совокупности определенных обстоятельств: во-первых, если после прекращения производства по делу о банкротстве станет известно о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, а во-вторых, если производство по делу о банкротстве было прекращено до введения первой процедуры банкротства.

Применительно к рассматриваемому спору прекращение производства по делу о банкротстве (№А35-7602/2017) произошло 03.07.2018, т.е. после введения первой процедуры – наблюдения (06.03.2018). Следовательно, у истца отсутствуют правовые основания для обращения с настоящим иском в арбитражный суд вне рамок дела о банкротстве.

При этом обстоятельства, на которые указывает истец, для привлечения к субсидиарной ответственности ответчиков могли быть известны истцу и при рассмотрении дела о банкротстве.

Как следует из определения Арбитражного суда Курской области от 03.07.2018 по делу №А35-7602/2017, в заключении о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника временный управляющий Общества с ограниченной ответственностью «Технополис-XXI» пришел к выводу о наличии возможности для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 на основании непредоставления документов и неподачи заявления в арбитражный суд о банкротстве при наступлении обстоятельств, предусмотренных статьей 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Однако указание временного управляющего в анализе финансового состояния должника на возможность привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника было признано арбитражным судом несостоятельным при рассмотрении вопроса о прекращении производства по делу ввиду того, что основано лишь на предположениях. Как указано арбитражным судом в определении, доказательств реальной возможности привлечения указанного лица к субсидиарной ответственности, а также доказательств вероятности поступления в конкурсную массу должника имущества вследствие привлечения к ответственности лица, несущего субсидиарную ответственность по обязательствам должника, в материалы дела не представлено.

Определение о прекращении производства по делу №А35-7602/2017 от 03.07.2018 вступило в законную силу.

Заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по общему правилу подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника (п. 1 ст. 61.16 Закона о банкротстве).

Глава III.2 Закона о банкротстве подробно регламентирует судопроизводство по рассмотрению арбитражным судом заявления о привлечении к гражданско-правовой ответственности контролирующих должника лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве, разъяснениями пункта 27 постановления Пленума N 53 правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

При этом арбитражный суд отмечает, что субсидиарная ответственность лиц, контролирующих должника, по обязательствам последнего, а равно взыскание с них убытков, причиненных уменьшением (непополнением) имущественной массы должника, являются экстраординарными механизмами защиты нарушенных прав кредиторов, исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров (пункт 1 Постановления N 53, пункт 1 Постановления N 62).

Следует учитывать правовую позицию, высказанную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285 согласно которой, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума N 53).

Как было указано ранее, по общему правилу заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц подлежит рассмотрению в рамках дела о банкротстве и образует обособленный спор.

Обособленный спор - это факультативное гражданское дело, требующее разрешения спора о субъективном праве, имеющее взаимную юридическую связь с процессуальным правоотношением по урегулированию несостоятельности должника, в котором с участием определенного законом круга субъектов (участников дела о банкротстве) устанавливается самостоятельный предмет доказывания

Эти споры направлены на достижение целей института несостоятельности - финансовое оздоровление или максимальное погашение обязательств должника и исключение его из предпринимательского оборота.

Истец как лицо, участвующее в деле о банкротстве №А35-7602/2017, имел процессуальные возможности для реализации своего права на обращение с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности руководителей общества, данным правом также обладал арбитражный управляющий. Однако ни истец, ни арбитражный управляющий данным правом не воспользовались, определение о прекращении производства по делу №А35-7602/2017 также не обжаловалось.

Пункт 1 статьи 60 Закона о банкротстве предоставляет кредиторам должника право обратиться в арбитражный суд с жалобой о нарушении их прав и законных интересов. Из обстоятельств настоящего спора следует, что на протяжении рассмотрения дела №А35-7602/2017 заявитель с жалобами на бездействие арбитражного управляющего также не обращался.

Исходя из положений статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, субсидиарная ответственность является дополнительной гарантией удовлетворения требований кредиторов в случае исчерпания иных способов защиты их имущественных интересов в рамках дела о банкротстве.

Реализация определенного массива (объема) материально-правовых норм области несостоятельности поставлена в зависимость исключительно от механизма процессуального регулирования судопроизводства по делам о банкротстве, процессуальных правил (норм), его составляющих.

При этом его действие обеспечивается в первую очередь посредством предоставления заинтересованным лицам особого способа защиты их законных интересов, состоящего в определении правового состояния должника, в констатации юридического факта его несостоятельности, что относится к материально-правовой области несостоятельности. Он имеет самостоятельное материально-правовое значение, по сути, коллективного свойства, не поглощается другими способами защиты прав и интересов, который отличается юридической природой, назначением, основаниями применения и последствиями реализации (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации). Лишь с заявлением такого способа защиты через суд удовлетворяется не что иное, как объективно существующая, взятая под охрану закона социальная потребность защиты прав и законных интересов как должника, так и лиц, вовлеченных в процесс его несостоятельности. Такой способ можно рассматривать как неотъемлемый момент (элемент) явления несостоятельности.

Нарушение определенного в статье 61.14 Закона о банкротстве порядка обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности является нарушением принципа правовой определенности и лишает истца надлежащей процессуальной легитимации.

Право на судебную защиту, которое предусмотрено частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации в этом случае не может считаться нарушенным, поскольку данное право не предполагает возможности для лица по своему усмотрению выбирать способ и процедуру обращения в суд, особенности которых применительно к отдельным категориям дел определяются федеральными законами, на что неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (определения от 22 апреля 2010 г. N 548-О-О, от 17 июня 2010 г. N 873-О-О, от 15 июля 2010 г. N 1061-О-О и др.).

Таким образом, избрание истцом ненадлежащей процедуры обращения в арбитражный суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Кроме того, истец не доказал наличие оснований, предусмотренных статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В пунктах 9 и 12 постановления Пленума N 53 разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В обоснование доводов о неисполнении обязанности по обращению в арбитражный суд истец указывает, что такая обязанность должна была быть исполнена ФИО3 не позднее 30.04.2013, поскольку у общества имелись признаки неплатежеспособности (недостаточности имущества), и также не была исполнена сменявшими друг друга руководителями ФИО4 и ФИО5.

Как определено в статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Вместе с тем в материалах дела отсутствуют доказательства того, что размер кредиторской задолженности должника по состоянию на 30.03.2013 значительно превышал стоимость его реальных активов, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что на указанную конкурсным кредитором дату должник обладал объективными признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо доказательств того, что должнику были предъявлены требования, которые он не смог удовлетворить ввиду удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества, а равно доказательств наличия иных обозначенных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, являющихся основанием для обращения руководителя юридического лица в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что должник "автоматически" стал отвечать объективным признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. Имеющиеся на определенную дату неисполненные перед кредиторами обязательства не влекут безусловной обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

В рассмотренном случае совокупностью представленных доказательств не подтверждается, что в спорный период сложились условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, для возникновения у руководителя и участников обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного юридического лица. Само по себе возникновение признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества либо обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, даже будучи доказанным, не свидетельствует об объективном банкротстве должника (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов).

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности истец ссылается на факт совершения ФИО3 крупных сделок, которыми был причинен существенный вред кредиторам, а также непередачу ответчиками бухгалтерских документов должника временному управляющему.

Вместе с тем доказательств затруднения проведения процедуры банкротства, а равно формирования и реализации конкурсной массы должника в результате указанных обстоятельств (учитывая обстоятельства прекращения производства по делу), в материалы дела не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за непередачу документов арбитражном управляющему.

Истец в правовом обосновании ссылается на то, что если бы ФИО3 не была заключена сделка по приобретению оборудования на сумму 18 543 418 руб. 35 коп., а также сделки по списанию в свою пользу с расчетного счета <***> руб. 00 коп. под прикрытием договора займа №3001 ТХ-ДСВ от 30.01.2013, а также Договора займа №1907ТХ-ДСВ от 19.07.2012 по состоянию на 01.03.2016, то остаток на счете должника составил 1 044 068 руб. 63 коп, т.е. банкротство Общества с ограниченной ответственностью «Технополис-XXI» не наступило.

В силу части 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

При таких обстоятельствах заявителем должны быть представлены доказательства того, что сделки, совершенные должником за указанный период, были оспорены в рамках дела о банкротстве, а также доказательства того, что данные сделки объективно были сокрыты от арбитражного управляющего.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что кем-либо из лиц, наделенных правом оспаривать сделки должника в общем или специальном порядке, были оспорены сделки, послужившие основаниями для подачи заявления о субсидиарной ответственности; отсутствуют доказательства нарушения прав и законных интересов кредиторов, допущенного в ходе заключения заявленных сделок; не представлены доказательства, подтверждающие факт признания должника несостоятельным (банкротом) вследствие совершения конкретной сделки или совокупности сделок.

Принимая во внимание вышеизложенное, на основании исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств, с соблюдением требований, определенных статьями 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из указанных обстоятельств, с учетом объема заявленных требований, суд пришел к выводу о недоказанности оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Руководствуясь статьями 16, 17, 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Курской области, в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу – в кассационную инстанцию в Арбитражный суд Центрального округа, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья С.Л. Сергеева