Постановление от 13 июня 2024 г. по делу № А07-29168/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3007/24

Екатеринбург

14 июня 2024 г.


Дело № А07-29168/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 июня 2024 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Кочетовой О.Г., Кудиновой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Региональное взыскание долгов» на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.12.2023 по делу №А07-29168/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.


Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.02.2022 ФИО1 (далее – должник) признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО2.

Финансовый управляющий 16.12.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением о завершении процедуры реализации имущества должника, освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «Региональное взыскание долгов» (далее – общество «Региональное взыскание долгов») заявило о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед обществом «Региональное взыскание долгов», ссылаясь на недобросовестное поведение должника, а также на наличие у должника имущества, на которое могло быть обращено взыскание, не включенного в конкурсную массу.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.12.2023, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2024, процедура реализации имущества завершена; в отношении ФИО1 применено правило об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в процедуре реализации имущества должника, за исключением обязательств, поименованных в пунктах 5, 6 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Не согласившись с определением от 28.12.2023и постановлением от 20.03.2024, кредитор общество «Региональное взыскание долгов» обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой. приводит доводы об отсутствии в данном случае оснований для применения в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств, мотивируя свою позицию тем, что финансовым управляющим не были в полной мере осуществлены все мероприятия, направленные на выявление имущества гражданина с целью его реализации и удовлетворения требований кредиторов, в частности не включен в конкурсную массу зарегистрированный за должником автомобиль Hyundai Sonata, 2005 г.в., находящийся в залоге открытого акционерного общества «Банк Инвестиционный капитал»; настаивает на том, что за должником зарегистрировано два объекта недвижимости общей площадью 130 кв.м., на долю одного из которых возможно обратить взыскание в соответствии с частью 4 статьи 213.35 Закона о банкротстве; указывает, что финансовым управляющим не произведен осмотр жилого помещения должника с целью составления описи всего имущества, выявления имущества потенциально пригодного к реализации. Помимо изложенного, ссылается недобросовестное поведение должника, отметив, что за ФИО1 было зарегистрировано три организации, в которых она выступала учредителем, занимала руководящую должность, при этом, имея доход от ведения бизнеса, на протяжении длительного времени не исполняла свои кредитные обязательства. По мнению кассатора, должник приняла на себя заведомо неисполнимые обязательства, что явно свидетельствует о ее недобросовестном поведении в ущерб кредиторам. Ссылается на то, что в 2008 году ФИО1 была приговорена к уголовной ответственности по статье 159 Уголовного кодекса Российской Федерации  в виде 5,5 лет лишения свободы условно за мошеннические действия в сфере кредитования, взятие на себя заведомо неисполнимых обязательств. Кассатор полагает, что обращаясь с заявлением о признании себя банкротом, ФИО1 преследовала цель освобождения от долгов. Отмечает, что по информации, размещенной на сайте ГИБДД, приобретенный ФИО1 по кредитному договору <***> залоговый автомобиль ВАЗ-11183, 2006 г.в., снят с учета в 2011 году, денежные средства от реализации автомобиля на счет взыскателя не перечислялись, согласие на продажу залогового имущества залогодержатель не давал.

 С учетом изложенного общество «Региональное взыскание долгов» полагает, что оснований для применения в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами у суда не имелось.

        В отзыве на кассационную жалобу ФИО1 просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284 - 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, дело о банкротстве ФИО1 возбуждено Арбитражным судом Республики Башкортостан на основании заявления самого Должника; решением суда от 16.02.2022 должник признана банкротом с введением процедуры реализации имущества гражданина.

Общество «Региональное взыскание долгов» является конкурсным кредитором должника с требованием, проистекающим из кредитного договора от 12.04.2006 <***>, заключенного между ФИО1 и закрытым акционерным обществом Коммерческий банк «Автомобильный Банкирский Дом» Решением  Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 22.12.2008 по делу № 6667/2008 с должника взыскано 159 653 руб. 56 коп., определением суда от 27.05.2016 по названному делу произведена замена взыскателя по исполнительному документу на общество «Региональное взыскание долгов»; требование общества «Региональное взыскание долгов» в сумме 115 850 руб. 10 коп. включено в реестр требований кредиторов должника определением от 24.05.2022.

Также в реестр требований кредиторов ФИО1 включены требования муниципального унитарного предприятия «Спецавтохозяйство по уборке города», общества с ограниченной ответственностью «КБ «Антарес», Федеральной налоговой службы России в лице Межрайонной инспекции № 4 по Республике Башкортостан. Реестр требований кредиторов сформирован в общей сумме 356 077 руб. 38 коп.

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния должника, составлено заключение об отсутствии признаков преднамеренного или фиктивного банкротства; сделок, подлежащих оспариванию, не выявлено; должник на иждивении несовершеннолетних детей не имеет, в настоящее время не трудоустроена.

 Ходатайствуя о завершении процедуры банкротства, финансовый управляющий выразил суждение о возможности освобождения ФИО1 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

В свою очередь, кредитор общество «Региональное взыскание долгов» возразил против применения в отношении должника правил об освобождении от обязательств, указав на вступление ФИО1 в кредитные правоотношения без цели исполнения долговых обязательств, в условиях неспособности исполнять обязательства по кредитным договорам, а также на наличие зарегистрированного за должником имущества (два жилых помещения, земельный участок и автомобиль), на которое может быть обращено взыскание с целью его реализации и удовлетворения требований кредиторов, что финансовым управляющим проверено не было, судами не исследовано.

Завершая процедуру банкротства, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 213.28 Закона о банкротстве, разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», и исходил из того, что все мероприятия, необходимые для завершения процедуры реализации имущества гражданина в отношении должника финансовым управляющим выполнены, возможности дальнейшего пополнения конкурсной массы исчерпаны.

Отклоняя возражения конкурсного кредитора в части освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств, суды обеих инстанций исходили из того, что приведенные кредитором доводы не являются достаточным основанием для отказа в применении в данном случае положений пункт 3 статьи 213.38 Закона о банкротстве, поскольку заведомая недобросовестность должника не установлена. При этом судами отмечено, что банк как профессиональный участник кредитного рынка при заключении кредитного договора имеет широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина не только из предоставленной должником кредитной анкеты-заявки по стандартной форме, но и посредством проверки предоставленного для получения кредита пакета документов, запроса информации как о кредитной истории обратившегося к ним лица, так и о его трудоустройстве, учитывая доводы самого кредитора об указании должником при получении кредита места работы, вследствие чего банк, обладая такими сведениями, мог проверить факт трудоустройства должника, и, являясь профессиональным участником рынка кредитования, должен был разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств, вместе с тем какие-либо доказательства того, что должник сокрыл либо представил при оформлении кредита недостоверные сведения, в материалах дела отсутствуют.

Рассмотрев кассационные жалобы кредиторов, изучив материалы дела о банкротстве,  суд кассационной инстанции полагает, что судами первой и апелляционной инстанции при рассмотрении вопроса о применении/неприменении к должнику правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов исследованы и оценены все приведенные кредиторами и должником доводы и доказательства, установлены все существенные для правильного рассмотрения данного вопроса обстоятельства, нормы законодательства о банкротстве применены правильно, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Так, по общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника.

Принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Судебной практикой выработаны критерии, позволяющие разграничить злостное уклонение от погашения задолженности, заключающееся в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности, от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения своих дел или стечения жизненных обстоятельств.

Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник умышленно скрывает свои доходы и имущество, на которое может быть обращено взыскание, совершает в отношении этого имущества незаконные действия с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором, противодействует приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнении обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству, несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни.

Исследовав материалы настоящего дела о банкротстве, суды обеих инстанций установили, что по результатам анализа финансового состояния должника признаков преднамеренного либо фиктивного банкротства не установлено, незаконных и подлежащих оспариванию сделок не выявлено; принятие должником каких-либо мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается.

Свидетельств злостного уклонения от погашения обязательств перед кредиторами со стороны должника также не установлено.

Доводы общества «Региональное взыскание долгов» о сокрытии должником имущества судами также исследованы и признаны несостоятельными.

Судом установлено, что обязательства должника перед названным кредитором возникли из кредитного договора от 12.04.2006, заключенного между закрытом акционерным обществом КБ «Автомобильный Банкирский Дом» и ФИО1, по которому должнику были предоставлены денежные средства в сумме 216 335 руб. по ставке 16% годовых; обязательство обеспечено залогом транспортного средства - автомобиль ВАЗ-11183, 2006 года выпуска. Определением Автозаводского районного суда г. Тольятти от 19.08.2008 наложен арест на вышеуказанный автомобиль ВАЗ-11183; решением Автозаводского районного суда г. Тольятти Самарской области от 22.12.2008 при взыскании долга обращено взыскание на заложенное имущество. Суждения кредитора о реализации должником залогового автомобиля в 2011 году (со ссылкой на информацию с сайта ГИБДД о снятии автомобиля с учета) и сокрытие средств от его реализации от залогодержателя, который не давал согласия на отчуждение залогового имущества, судами отклонены за их необоснованность и неподтвержденностью.

Отклоняя довод кредитора о наличии у должника автомобиля Hyundai Sonata, 2005 г.в., апелляционный суд указал, что данное транспортное средство также является залоговым имуществом (залогодатель общество «Банк Инвестиционный капитал»); согласно пояснениям должника, указанный автомобиль выбыл из владения ФИО1 в мае 2010 года в связи с изъятием судебными приставами, информация о его местонахождении в настоящее время отсутствует, документы, подтверждающие факт наложения ареста и изъятия имущества должником утрачены, последняя обращалась с соответствующими запросами в службу судебных приставов (ответы представлены в материалы электронного дела), однако каких-либо сведений установить не удалось, в том числе в связи с уничтожением службой судебных приставов документации в связи с истечением сроков хранения; учитывая давность событий, нормативные сроки хранения, пояснения ФИО1 сочтены судами заслуживающими внимание.

Относительно доводов кредитора о регистрации за должником двух объектов, пригодных для проживания, на один из них, соответственно, возможно обратить взыскание, судами установлено следующее. Действительно, в материалах дела имеются сведения о нахождении в собственности должника недвижимого имущества: жилое помещение, общая долевая собственность, доля в праве 35/1000, адрес: <...>; жилое здание, общая долевая собственность доля в праве - 2/8, адрес: <...>; земельный участок (для обслуживания индивидуального жилого дома), общая долевая собственность, доля в праве 35/1000, адрес: <...>, площадь 885 кв.м. Вместе с тем, судами при исследовании материалов дела и пояснений должника установлено, что фактически все указанное имущество представляет собой единый объект домовладения, при этом, первое жилое помещение представляет собой не квартиру, а комнату, а второе является пристроем; различные адреса объектов в правоустанавливающих документах отражены без учета состоявшегося в  2008 году переименования переулка Детский в улицу Магафура ФИО3, чему в материалах дела также имеется документальное подтверждение. Таким образом, принимая во внимание положения статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая характеристики помещений, размер принадлежащих должнику долей, суды не установили оснований для вывода о том, что в собственности должника имеется имущество, которое подлежит включению в конкурсную массу и реализация которого позволит обеспечить справедливый баланс между имущественными интересами кредиторов и личными правами должника.

Довод кредитора о том, что финансовым управляющим не произведен осмотр жилого помещения должника с целью составления описи имущества, находящегося в жилом помещении и выявления имущества, потенциально пригодного для реализации, судом округа отклоняется. Из содержания пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.11.2015 № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства» следует, что предметы обычной домашней обстановки и обихода в силу абзаца четвертого части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются имуществом, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам. Сколько-нибудь убедительных доводов о том, что должник со значительной долей вероятности располагает дорогостоящим имуществом, не относящимся к предметам обычной домашней обстановки и обихода, которые сокрыты им от управляющего и кредиторов, не приведено.

В рассматриваемом случае, разрешая вопрос о применении к должнику правила пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, суды исходили из того, что доказательств противоправности поведения должника при принятии на себя обязательств либо злостного уклонения от погашения обязательств перед кредиторами, участвующими в деле лицами не приведено, из материалов дела не усматривается, судом не установлено.

Суд округа полагает, что содержание кассационной жалобы не свидетельствует о нарушении судами норм права, регулирующих спорные правоотношения, в частности о неправильном применении положений пунктов 3 и 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, по сути, доводы кассатора выражают его несогласие с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального и/или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено, обжалуемые определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.12.2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2024 являются законными и обоснованными и отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.12.2023 по делу №А07-29168/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Региональное взыскание долгов»  – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 



Председательствующий                                                                Н.В. Шершон



Судьи                                                                                             О.Г. Кочетова



Ю.В. Кудинова