Решение от 1 февраля 2024 г. по делу № А52-3288/2023

Арбитражный суд Псковской области

ул. Свердлова, 36, г. Псков, 180000

http://pskov.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А52-3288/2023
город Псков
01 февраля 2024 года
Резолютивная часть решения оглашена 25 января 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 01 февраля 2024 года.


Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Бурченкова К.К., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Куделько В.Д., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

ФИО1 (адрес: Псковская область, г. Псков)

к ФИО2 (адрес: Псковская область, г. Псков), Човдхури Утпалу (адрес: г. Москва), ФИО3 (адрес: Псковская область, г. Псков), ФИО4 (адрес: г. Москва),

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:

общество с ограниченной ответственностью "Эдмонд корп" (129345, город Москва, вн. тер. <...>, ОГРН: <***>, ИНН: <***>),

общество с ограниченной ответственностью "Научно-технический центр Геофизика" (180006, <...>, кабинет 18, пом. 2002, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о взыскании 1 008 364 руб. 04 коп.,

при участии в заседании:

от истца: ФИО1 - лично, предъявлен паспорт;

от ответчиков и третьих лиц: не явились, извещены надлежащим образом,



установил:

ФИО1 (далее - истец) обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2, Човдхури Утпалу, ФИО3 и ФИО4, как к бывшим руководителям, участникам и иным контролирующим лицам исключенного из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) общества с ограниченной ответственностью "Псковгеотех" (далее - Общество, должник), о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 1 008 364 руб. 04 коп.

Определением от 15.08.2023 суд привлек общество с ограниченной ответственностью "Эдмонд корп" (далее - общество "Эдмонд корп") и общество с ограниченной ответственностью "Научно-технический центр Геофизика" (далее - общество "НТЦ Геофизика") в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

В судебном заседании истец заявленные требования поддержал. Из основания иска, дополнительных письменных позиций и устных пояснений истца в судебных заседаниях следует, что решением суда от 17.07.2020 по делу А52-1991/2020 с должника в пользу ассоциации предприятий энергетического комплекса "КонсалтЭнерго" (далее - Ассоциация) взыскана задолженность в размере 1 008 364 руб. 04 коп., в том числе 852 347 руб. 84 коп. основной долг по договору аренды помещения, 108 793 руб. 20 коп. пени, 47 223 руб. судебные расходы. Истец на основании договора уступки (цессии) и определения суда от 12.05.2023 по делу А52-1991/2020 является правопреемником Ассоциации. При этом истец полагает, что ФИО2, как руководитель Общества, а ФИО6, ФИО4 (опосредованно через ФИО6) и ФИО3 (опосредованно через общество "НТЦ Геофизика", где она была руководителем), как его участники действовали недобросовестно и неразумно в части непринятия мер к погашению взысканной решением суда по делу А52-1991/2020 задолженности, а напротив умышленно создали предпосылки к прекращению деятельности Общества с заведомо противоправной целью уклонения от исполнения обязательств перед его контрагентами. Одновременно с этим истец полагает, что ответчики создали схему ведения бизнеса, в результате которой должник являлся центром убытков, а его участник общество "НТЦ Геофизика" и общество "Эдмонд корп", руководителем которого был ФИО6, а участником ФИО4 - являлись центром прибыли, куда выводились активы Общества в ущерб его кредиторам. Также истец полагал, что ФИО2 и ФИО3 присвоили внесенные в кассу Общества денежные средства и материально технические ценности, изначально закупленные для обеспечения функционирования должника. Помимо этого, по мнению истца, ФИО2 и ФИО3 умышленно вывели поступившее на расчетный счет должника от общества с ограниченной ответственностью "Псковкабель" (далее - общество "Псковкабель") денежные средства в размере 9 млн. руб., оформив фиктивный договор займа с обществом с ограниченной ответственностью "ТЗК "Прогресс" (далее - общество "ТЗК "Прогресс") и не приняв мер по взысканию данной задолженности.

Представители ответчиков и третьих лиц в судебное заседание не явились, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте слушания дела.

От ФИО2 поступил отзыв, в котором он иске не признал, сослался на вступившее в законную силу решение суда по делу А52-4047/2021, которым в его отношении прекращено производство по требованиям Ассоциации о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам Общества. По существу дела пояснил, что Общество создавалось для производства специального нефтегазового оборудования. К организации производства ФИО2 приступил с марта 2019 года, а официально вступил в должность, как и остальные работники Общества - с 01.04.2019; до этого момента производственная деятельность Обществом не велась. Между должником и обществом "Эдмонд корп" был заключен договор поставки оборудования, в рамках которого 21.05.2019 получен аванс, потраченный на частичную оплату аренды, выплату заработной платы и иные накладные расходы Общества, однако в последующем оплата по договору не проводилась, а поскольку иных заказчиков, кроме общества "Эдмонд корп", не имелось, ФИО2 подал заявление об увольнении из Общества, оставив первичную документацию обществу "НТЦ Геофизика", фактически находившемуся в одном помещении с должником, там же осталось иное имущество Общества (офисная мебель и прочее). Одновременно с этим ФИО2 указал, что из личных средств гасил задолженность перед работниками Общества по зарплате, а также по арендным платежам перед Ассоциацией и иным накладными расходам. Относительно заключенных должником в декабре 2018 года с обществами "Псковкабель" и "ТЗК "Прогресс" сделок ФИО2 ничего не известно, так как на тот момент он к руководству Общества фактически не преступил, но он предполагает, что это были внутрикорпоративные расчеты, о чем свидетельствует короткий промежуток времени между получением денег от общества "Псковкабель" и их перечислением обществу "ТЗК "Прогресс", а также отсутствие претензий к должнику со стороны общества "Псковкабель", которому, скорее всего, деньги были возращены тем же обществом "ТЗК "Прогресс" или иной аффилированной организацией в 2018 году.

От ФИО3 поступили письменные возражения на иск, в которых она указала, что являлась лишь наемным работником общества "НТЦ Геофизика", непосредственно не принимавшим решений о создании должника и не имевшим каких-либо личной выгоды от взаимоотношений с данным лицом. На работу в Общество по совместительству в качестве бухгалтера он была принята с 01.04.2019, каким образом велся бухгалтерский учет до этого времени, не знает, о сделках с обществами "Псковкабель" и "ТЗК "Прогресс" информацией не располагает. Документация должника, как и общества "НТЦ Геофизика" передана конкурсному управляющему последнего - ФИО7

От представителя ФИО6 поступил письменный отзыв на иск с указанием на наличие оснований прекращения производства по делу в связи с вступившим в законную силу решением суда по делу А52-4047/2021, которым Ассоциации отказано в привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по долгам Общества.

Конкурсным управляющим общества "НТЦ Геофизика" ФИО8 представлен письменный отзыв, в котором сообщено об отсутствии в его распоряжении документации Общества.

В соответствии с пунктом 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) спор разрешен в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.


Исследовав материалы дела и письменные позиции участвующих в деле лиц, заслушав пояснения истца, суд установил следующее.

Общество зарегистрировано в качестве юридического лица Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №1 по Псковской области (далее - Инспекция) 27.11.2018 по адресу: 180022, <...>.

Генеральным директором Общества являлся ФИО2, от которого 03.03.2020 в Инспекцию поступило заявление по форме Р34001, по результатам которого 11.03.2020 в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений в отношении директора Общества (ГРН 2206000033633).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ учредителями Общества являлись ФИО6 с долей 49% в уставном капитале и общество "НТЦ "Геофизика" с долей 51% в уставном капитале, генеральным директором которого до момента введения в рамках дела №А52-908/2019 конкурсного производства 11.09.2020 являлась ФИО3

Решением Арбитражного суда Псковской области от 17.07.2020 по делу №А52-1991/2020 с Общества в пользу Ассоциации взыскано 961 141 руб.04 коп., в том числе 852 347 руб. 84 коп. основного долга за май 2019 года - январь 2020 года по договору аренды помещения от 25.03.2019 №2503/А-19 и 108 793 руб. 20 коп. пеней, а кроме того 47 223 руб. 00 коп. судебных расходов. Указанное решение вступило в законную силу, выдан исполнительный лист ФС №034142603 от 25.08.2020, который передан Ассоциацией для исполнения в Службу судебных приставов, однако решение суда не исполнено, задолженность не погашена.

21.01.2020 в ЕГРЮЛ в отношении Общества внесена запись ГРН 2206000007695 о недостоверности сведений об его адресе (месте нахождения).

03.11.2020 принято решение о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ как лица, в отношении которого внесена запись о недостоверности. Сообщение о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ опубликовано в журнале "Вестник государственной регистрации" от 05.11.2020 №44.

24.02.2021 Инспекцией внесена запись о прекращении деятельности должника в связи с исключением из ЕГРЮЛ.

Ассоциация в рамках дела №А52-4047/2021, указывая на неисполнение Обществом решения суда по делу №А52-1991/2020 и факт ликвидации должника, со ссылкой на недобросовестные действия ФИО9, ФИО2 и конкурсного управляющего обществом "НТЦ "Геофизика" ФИО7, приведшие к исключению Общества из ЕГРЮЛ и к причинению Ассоциации ущерба в размере непогашенной и взысканной судом задолженности, руководствуясь положениями пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее – Закон №14-ФЗ) и статьями 53.1 и 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), обратилась в суд с заявлением о привлечении указанных выше лиц к субсидиарной ответственности по долгам Общества в размере 1 008 364 руб. 04 коп.

В ходе рассмотрения дела №А52-4047/2021 Ассоциация отказалась от требований к ФИО2 и ФИО7, настаивая на взыскании убытков в полной сумме с ФИО6, протокольным определением то 11.04.2022 отказ от требований к ФИО2 и ФИО7 принят судом.

Вступившим в законную силу решением суда от 18.04.2022 по делу №А52-4047/2021 производство в части требований к ФИО2 и ФИО7 прекращено, в удовлетворении требований к ФИО6 отказано.

Определением от 12.05.2023 суд в связи с заключенным договором уступки права требования от 07.04.2023 произвел процессуальную замену истца по делу №А52-1991/2020 с Ассоциации на ФИО1, после чего последний обратился в суд к ФИО2, ФИО6, ФИО3 и ФИО4 с рассматриваемыми требованиями.


Оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд считает, что производство в части требований к ФИО6 и ФИО2 надлежит прекратить, а в удовлетворении исковых требований к ФИО10 и ФИО4 отказать по следующим основаниям.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление №25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно статье 419 ГК РФ по общему правилу обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора).

В силу пункта 2 статьи 64.2 ГК РФ исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные данным Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Как предусмотрено пунктом 3 названной статьи, исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ к ответственности в виде возмещения убытков может быть привлечено лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени. Такое лицо несет предусмотренную пунктом 1 этой статьи ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 3 статьи 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В силу пункта 25 Постановления №25 судам, применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Как предусмотрено пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон №14-ФЗ), в случае исключения общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица, если неисполнение обязательства общества обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

По смыслу приведенной нормы, названные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если неисполнение обязательства стало следствием их недобросовестных или неразумных действий, а не исключения юридического лица из реестра как такового. На руководителя или участника юридического лица, исключенного из реестра как недействующее, ответственность за неисполнение обязательства таким юридическим лицом может быть возложена, если обязательство перед кредитором не было исполнено вследствие ситуации, искусственно созданной лицом, формирующим и выражающим волю юридического лица, а не в связи с рыночными и иными объективными факторами, вследствие виновных в форме умысла или грубой неосторожности действий руководителя (участника), направленных на уклонение от исполнения обязательств перед контрагентом.

Само по себе исключение юридического лица из ЕГРЮЛ в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (непредставление в регистрирующий орган сведений в целях исправления сведений, в отношении которых в реестр внесена запись об их недостоверности), равно как и неисполнение обязательств, не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной выше нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

В силу пункта 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 №129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон №129-ФЗ) юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном данным законом.

Предусмотренный указанной нормой порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случае наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (пункт 5 статьи 21.1 Закона №129-ФЗ).


В рассматриваемом случае Общество ликвидировано не в рамках проведения процедуры банкротства, а в административном порядке при наличии в ЕГРЮЛ записи о недостоверности его адреса.

Вместе с тем, исходя из положений пункта 1 статьи 133, пункта 1 статьи 168 АПК РФ, арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактического содержания правоотношений. Суд по своей инициативе определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

При таких обстоятельствах и с учетом приведенных выше норм права и актов их к толкования, устанавливающих условия привлечения к субсидиарной ответственности лиц, контролировавших юридическое лицо, исключенное из ЕГРЮЛ в административном порядке, в предмет доказывания по настоящему спору входит наличие причинно-следственной связи между неисполнением должником обязательства и недобросовестными или неразумными действиями ответчиков.

К понятиям недобросовестного или неразумного поведения директора следует применять разъяснения, изложенные в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица".

Согласно указанным разъяснениям недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

С учетом изложенного применительно к требованиям кредиторов о взыскании убытков с руководителя или участника юридического лица, исключенного из реестра как недействующее, ответственность последних может наступить, если обязательство перед кредитором не было исполнено вследствие ситуации, искусственно созданной лицом, формирующим и выражающим волю юридического лица, а не в связи с рыночными и иными объективными факторами; виновных в форме умысла или грубой неосторожности действий руководителя, направленных на уклонение от исполнения обязательств перед контрагентом.


Одновременно с этим из материалов дела следует, что вступившим в законную силу решением суда от 18.04.2022 по делу №А52-4047/2021 разрешен спор о привлечении ФИО6 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по установленным на основании решения суда по делу №А52-1991/2020 долгам Общества, ликвидированного в административном порядке.

Между тем, в силу пункта 2 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.

Согласно части 3 статьи 151 АПК РФ в случае прекращения производства по делу повторное обращение в арбитражный суд по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям не допускается.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 22.03.2005 №12752/04 по делу №А11-3864/2003-К1-1/121, отказ первоначального кредитора (цедента) от иска, заявленный при рассмотрении дела, лишает нового кредитора (цессионария) права на обращение в арбитражный суд с тождественным иском, поскольку к моменту заключения договора цессии право на заявление такого иска первоначальным кредитором было утрачено.

Прекращение производства по делу возможно в случаях, когда право на судебную защиту (право на судебное рассмотрение спора) осуществлено в состоявшемся ранее судебном процессе.

По смыслу приведенной нормы права суд прекращает производство по делу, если по тождественному спору принято решение по существу.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 22.12.2015 №2980-О указал, что пункт 2 части 1 статьи 150 АПК РФ, предусматривая возможность прекращения производства по делу только в случаях, когда право на судебную защиту (право на судебное рассмотрение спора) реализовано в состоявшемся ранее судебном процессе на основе принципов равноправия и состязательности сторон, направлен на пресечение рассмотрения судами тождественных споров (между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям).

В силу положений действующего законодательства тождественность исковых требований определяется как совпадение сторон, предмета и основания иска. Предметом иска является материально-правовое требование к ответчику. Основание иска - это фактические обстоятельства, на которые ссылается истец в подтверждение заявленного требования.

Оценивая тождество исков при разрешении вопроса о прекращении производства по делу, следует учитывать наличие трех составляющих тождества исков в совокупности: те же лица, участвующие в деле, тот же предмет и то же основание иска. Отсутствие тождества хотя бы по одной из составляющих свидетельствует о невозможности применения этой нормы процессуального закона.

Как разъяснено в абзаце 7 пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 №46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", изменение правовой квалификации требования (например, со взыскания убытков на взыскание неосновательного обогащения) или правового обоснования требования (например, со взыскания на основании норм о поставке на взыскание на основании норм об обязательствах вследствие причинения вреда) не является изменением предмета или основания иска. Исключение - случаи, когда истец, изменяя правовую квалификацию, изменяет также требование (предмет иска) и ссылается на иные фактические обстоятельства (основание иска).


Предметом настоящего иска, как и иска по делу №А52-4047/2021, является взыскание с ФИО6 и ФИО2 в субсидиарном порядке задолженности по долгам Общества, установленной решением суда по делу №А52-1991/2020.

Основанием иска по настоящему делу и по делу №А52-4047/2021 является предполагаемые недобросовестные (неразумные) действия со стороны ФИО6 и ФИО2, вследствие которых не были исполнены установленные решением суда по делу №А52-4047/2021 обязательства Общества.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, и несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (часть 2 статьи 9 и часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В частности, истец при заявлении требований о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного в административном порядке хозяйственного общества несет риск не раскрытия в полном объеме перед судом обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности (неразумности) действий ответчика, а также не предоставления доказательств в подтверждение таких обстоятельств.

Вместе с тем указание дополнительного обоснования, в чем, по мнению стороны истца, конкретно выражаются недобросовестные (неразумные) действия ответчиков (создание схемы ведения бизнеса с наличием "цента прибыли" и "центра убытков", вывод активов должника на аффилированных лиц, бездействие в устранении сведений о недостоверности адреса и избрании нового генерального директора, уклонение от взыскания дебиторской задолженности и прочее), не свидетельствует о заявлении нового основания иска.

В противном случае сторона истца при отказе в удовлетворении первоначального иска сможет неоднократно заявлять повторные исковые требования о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, указывая дополнительные обстоятельства, свидетельствующие, по его мнению, о таких недобросовестных (неразумных) действиях, что недопустимо, поскольку нарушает принцип правовой определенности.

Таким образом, с учетом того, что истец является правопреемником Ассоциации, а предмет, основание и субъектный состав в части требований к ФИО6 и ФИО2 по настоящему делу совпадает с субъектным составом, предметом и основанием иска по делу №А52-4047/2021, производство в отношении данных лиц в рамках рассматриваемого дела подлежит прекращению.


Соответственно, по существу в рамках настоящего дела подлежат рассмотрению требования о привлечении к субсидиарной ответственности по долгам Общества ФИО3 и ФИО4, разрешая которые, суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что ни ФИО3, ни ФИО4 не являлись руководителями либо непосредственными участниками Общества.

Однако истец настаивает, что данные лица фактически контролировали деятельность Общества, поскольку ФИО3 являлась руководителем общества "НТЦ "Геофизика", являющегося мажоритарным участником должника, а ФИО4 является участником общества "Эдмонд корп", обозначаемого истцом в качестве "центра прибыли", руководителем которого является участник должника ФИО6

Между тем наличие статуса участника общества "Эдмонд корп" и близкие связи с ФИО6 сами по себе не свидетельствуют о том, что ФИО4 совершала в отношении должника какие-либо недобросовестные или неразумные действия, следствием которых явилось невозможность погашения Обществом долга перед Ассоциацией.

Утверждение истца о том, что ФИО4 через ФИО6 в интересах общества "Эдмонд корп" и в ущерб интересам должника препятствовала взысканию с первого задолженности в пользу последнего, а также принятию мер финансового оздоровления Общества либо подаче заявления об его банкротстве, избранию нового руководителя должника и указанию в ЕГРЮЛ его достоверного адреса, является голословным и никакими объективными данными не подтверждено.

Статус ФИО4, как участника общества "Эдмонд корп", не возлагал на нее обязанностей по совершению каких-либо действий в отношении должника, в том числе по инициированию вопроса о назначении его нового директора, внесению в ЕГРЮЛ достоверных сведений об его месте нахождения.

В отношении ФИО3 истцом не представлено обоснований и доказательств того, что она, являясь руководителем, но не участником общества "НТЦ "Геофизика", имела какую-либо личную заинтересованность во взаимоотношениях данного лица с должником.

Одновременно с этим из материалов дела следует, что запись о предстоящем исключении Общества из ЕГРЮЛ внесена 03.11.2020, фактическая ликвидация произошла 24.02.2021, в то время как уже с 08.11.2020 полномочия ФИО3, как руководителя общества "НТЦ "Геофизика", оказались прекращены в связи с введением в его отношении конкурсного производства, а потому суд критически относится к доводам истца об умышленном непринятии ФИО3 мер по предотвращению ликвидации Общества в административном порядке. При этом правопредшественник истца (Ассоциация) в рамках дела №А52-4047/2021 отказался от требований о привлечении к субсидиарной ответственности конкурсного управляющего ФИО7, который на момент исключения должника из ЕГРЮЛ являлся единоличным исполнительным органом общества "НТЦ "Геофизика".

Обозначенные обстоятельства сами по себе являются основанием для отказа в удовлетворении заявленных к ФИО3 и ФИО4 исковых требований.


Вместе с тем суд полагает возможным также дать оценку доводам истца о противоправных действиях ответчиков по заблаговременному определению статуса Общества, как "центра убытков" и умышленному выводу его имущества.

Из материалов дела следует, что 21.05.2019 между обществом "Эдмонд корп" (покупатель) и должником (продавец) заключен договор №1/209 купли продажи продукции (далее - договор от 21.05.2019).

Истец утверждает, что заключение данного договора от 21.05.2019 являлось для Общества изначально невыгодным, поскольку стоимость производимого и предполагаемого к продаже товара не позволяла покрыть издержки по закупке сырья, оплате налогов, аренде помещения, выплате заработной платы и иных накладных расходов.

Таким образом, истец считает, что общество "Эдмонд корп" ("центр прибыли") переложило на должника ("центр убытков") риски и бремя несения расходов по производству товаров, получая их по заниженной стоимости.

С учетом данных доводов суд неоднократно (определения от 17.10.2023 и от 31.10.2023) указывал истцу на необходимость дополнительно обосновать, что стоимость реализуемого по договору от 21.05.2019 оборудования была явно занижена, в связи с чем общество "Эдмонд корп" получало необоснованную выгоду, для чего предлагалось представить доказательства реальной рыночной стоимости товара (заключение экспертного учреждения, сведения о стоимости оборудования у иных лиц и т.д.).

Между тем соответствующих доказательств и обоснований суду со стороны истца не представлено.

В тоже время само по себе обстоятельство, что прибыль по заключенному через полгода с момента образования хозяйственного общества договору на производство и поставку сложного оборудования не покрывает в полном объеме все накладные расходы данного лица, не свидетельствует о том, что такой договор заключен на изначально невыгодных условиях, поскольку общеизвестным является тот факт, что в условиях осуществления реальной экономической деятельности, тем более по производству сложного технического оборудования, чем и должно было заниматься Общество, выход хозяйствующего субъекта на самоокупаемость, а тем более на получение прибыли, может занимать значительное время, вплоть до нескольких лет.

То обстоятельство, что в конченом итоге должник в рамках договора от 21.05.2019 не смог получить достаточного дохода для покрытия всех расходов, в том числе по выплате Ассоциации арендной платы за занимаемое помещение, по общему правилу относится к предпринимательскому риску и не может являться основанием для привлечения руководителя Общества и его участников к субсидиарной ответственности.

Одновременно с этим суд учитывает, что в рамках заключенного с Ассоциацией договора аренды помещения, задолженность по которому взыскана в рамках дела №А52-1991/2020, Общество осуществляло частичную оплату; из материалов дела не усматривается, что, заключая данный договор, должник (ответчики, как его руководители и участники), изначально не собирался оплачивать аренду, доказательств этого суду не представлено.

Также сам истец со ссылкой на анализ документации Общества (т. 3 л.д. 65 оборотный лист) указывает, что по договору от 21.05.2019 покупателем проведен авансовый платеж на сумму 1 309 000 руб., в то время как продавцом комплектующие закуплены на сумму 193 030 руб., соответственно, маржинальный доход Общества составил 1 107 870 руб.

Таким образом, фактические, а не предполагаемые финансовые результаты деятельности должника не указывают на явную невыгодность взаимоотношений с обществом "Эдмонд корп" в рамках договора от 21.05.2019.

Доводы истца о том, что общество "Эдмонд корп" в рамках договора от 21.05.2019 имело перед Обществом умышленно не взысканную дебиторскую задолженность в размере 11 645 512 руб. 27 коп. основного долга и пеней, противоречат материалам дела, поскольку поставка продукции на данную сумму должником произведена не была, а потому основания для взыскания аванса и пеней по фактически не поставленному товару отсутствовали.

При таких обстоятельствах суд находит несостоятельным довод истца о том, что ответчики изначально организовали деятельность должника в качестве "центра убытков" во взаимоотношениях с обществом "Эдмонд корп", являвшимся "центром прибыли", тем самым причинив ущерб независимым кредиторам Общества.


Также истец полагает, что руководитель должника ФИО2 и руководитель его участника в лице общества "НТЦ "Геофизика" ФИО3 присвоили денежные средства из кассы Общества в размере 931 705 руб. 40 коп. и товарно-материальные ценности (офисная техника, мебель, канцтовары и прочее) на сумму 306 509 руб.

Между тем сам истец ссылается на то, что соответствующие денежные средства предоставлены Обществу непосредственно ФИО2; также из материалов дела не следует, что в последующем эти деньги были ему возвращены.

Таким образом, ФИО2, напротив, принимал меры к стабилизации финансового положения Общества, которые не могут свидетельствовать о совершении в отношении должника заведомо недобросовестных действий.

Одновременно с этим ФИО2 в письменных позициях раскрыл, что большая часть из представленных им Обществу денежных средств была потрачена на выплату заработной платы работникам Общества.

При этом сам истец (абзац третий страницы 17 искового заявления) указывает, что отсутствие жалоб со стороны работников Общества в Государственную инспекцию труда и прокуратуру свидетельствует, что заработная плата выплачивалась данным лицам в полном объеме и в срок.

Вместе с тем то обстоятельство, что соответствующие денежные средства были потрачены на выплату заработной платы сотрудниками Общества, а не на погашение задолженности по арендной плате перед Ассоциацией, о недобросовестных действиях ответчиков не свидетельствует.

По вопросу нахождения товарно-материальных ценностей (офисная техника, мебель, канцтовары и прочее) на сумму 306 509 руб. ФИО2 и ФИО3 также в рамках рассмотрения настоящего дела дали исчерпывающие пояснения, указав, что непотребленные в процессе деятельности Общества товарно-материальные ценности остались по месту последнего фактического нахождения должника в арендуемом у Ассоциации помещении.

При этом то обстоятельство, что после прекращения отношений Общества и Ассоциации в рамках договора аренды судьба спорных материальных ценностей не отражена в каких-либо документах, не свидетельствует о том, что данные материальные ценности были присвоены кем-либо из ответчиков, в том числе ФИО3

Более того, довод истца о том, что ответчики намерено скрывали фактическое местонахождение Общества с целью не допустить отыскания и обращения взыскания на спорные материальные ценности со стороны кредиторов должника, является откровенно надуманным, поскольку фактическим местом нахождения Общества являлось представленное Ассоциацией помещение, арендная плата по которому и взыскана в рамках дела №А52-1991/2020.


Оценивая доводы истца о том, что ответчики умышленно вывели поступившее на расчетный счет должника от общества "Псковкабель" денежные средства в размере 9 млн. руб., оформив фиктивный договор займа с обществом "ТЗК "Прогресс" и не приняв мер по взысканию данной задолженности, суд исходит из следующего.

Из материалов дела следует, что соответствующие денежные операции с обществами "Псковкабель" и "ТЗК "Прогресс" произведены должником в первый месяц после его учреждения; денежные средства от общества "Псковкабель" получены в период с 07.12.2018 по 13.12.2018, а обществу "ТЗК "Прогресс" перечислены в период с 12.12.2018 по 13.12.2018.

Общество "Псковкабель" не заявляло к должнику требований о возврате данных денежных средств.

Из пояснений ФИО3 и ФИО2 следует, что они информацией о данных денежных операциях не располагали, при этом последний предположил, что это были внутрикорпоративные расчеты, о чем свидетельствует короткий промежуток времени между получением денег от общества "Псковкабель" и их перечисления обществу "ТЗК "Прогресс", а также отсутствие претензий к должнику со стороны общества "Псковкабель", которому, скорее всего, деньги были возращены тем же обществом "ТЗК "Прогресс" или иной аффилированной организацией в 2018 году.

Сам истец в пункте 10 позиции от 06.12.2023 (т. 3 л.д. 114) указывает, что характер денежных операций Общества имеет признаки транзитных операций, проведенных с целью обналичивания денежных средств.

В тоже время после того, как суд вынес на обсуждение довод ФИО2 о том, что при транзитном характере спорных операций фактический ущерб кредиторам должника, в том числе Ассоциации, причинен не был, поскольку денежные средства, безвозмездно полученные обществом "ТЗК "Прогресс", представлены должнику обществом "Псковкабель" также без встречного предоставления, истец кардинально изменил свою позицию, настаивая, что между обществом "Псковкабель" и должником имелись реальные хозяйственные отношения, и последний осуществил встречное представление путем поставки продукции в счет полученной денежной суммы.

При этом в качестве обоснования данного утверждения истец ссылается исключительно на наличие у Общества расходов по оплате электроэнергии и укомплектованность штата работниками в период его существования.

Между тем несение затрат на электроэнергию и укомплектованность штата работниками при наличии установленных взаимоотношений с обществом "Эдмонд корп" в рамках договора от 21.05.2019 не свидетельствует о реальных хозяйственных взаимоотношениях должника с обществом "Псковкабель".

Вместе с тем сам же истец, обосновывая свой довод о том, что договор от 21.05.2019 с обществом "Эдмонд корп" носил заведомо невыгодный для должника характер, поскольку полученная от него прибыль не покрывала накладные и прочие расходы, со ссылкой на анализ документации Общества указывает, что общество "Эдмонд корп" являлось единственным реальным контрагентом должника, в адрес которого осуществлялась поставка товара.

При таких обстоятельствах, учитывая очевидную непоследовательность доводов истца их противоречивость, суд полагает, что имеющиеся в материалах дела доказательства с наибольшей степенью вероятности свидетельствуют о том, что должник, получив денежные средства в размере 10 млн. руб. от общества "Псковкабель" без встречного предоставления, и, передав обществу "Эдмонд корп" также без встречного представления деньги в сумме 9 млн. руб., фактически участвовал в формальном денежном обороте, выступая транзитным лицом, в результате чего реальных убытков его кредиторам, в том числе Ассоциации, причинено не было.

Также имеющиеся в деле доказательства не опровергают доводы ФИО3 и ФИО2 о том, что финансовые операции обществ "ТЗК "Прогресс" и "Псковкабель" с должником имели место до того, как ответчики стали каким-либо образом контролировать деятельность Общества.

Так, из материалов дела следует, что ФИО3 стала исполнять обязанности бухгалтера Общества с 01.04.2019, бухгалтерская отчетность Общества с рабочего места ФИО3 также направлялась после указанной даты. Доказательств того, что до этого времени ФИО3 осуществляла реальное влияние на хозяйственную деятельность Общества, а также знала о взаимоотношениях с обществами "ТЗК "Прогресс" и "Псковкабель" по перечислению указанных выше денежных сумм, материалы дела не содержат.

То обстоятельство, что ФИО11 совершала перечисления со своего счета в адрес Общества платежи с указанием основания "счет №2", в то время как платежи от общества "Псковкабель" поступали по счетам №1 и №3, не свидетельствует об ее осведомленности о характере взаимоотношений должника с обществом "Псковкабель".


Одновременно с этим суд учитывает, что по общему правилу бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий контролирующих органов юридического лица, возложено на лицо, требующее привлечения участников к ответственности, применительно к спорным правоотношениям - на истца.

В тоже время в соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 №6-П (далее - постановление №6-П), если кредитор, обратившийся после прекращения судом производства по делу о банкротстве с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, утверждает, что контролирующее лицо действовало недобросовестно, и представил судебные акты, подтверждающие наличие долга перед ним, а также доказательства исключения должника из государственного реестра, суд должен оценить возможности кредитора по получению доступа к сведениям и документам о хозяйственной деятельности такого должника. В отсутствие у кредитора, действующего добросовестно, доступа к указанной информации и при отказе или уклонении контролирующего лица от дачи пояснений о своих действиях (бездействии) при управлении должником, причинах неисполнения обязательств перед кредитором и прекращения хозяйственной деятельности или при их явной неполноте обязанность доказать отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности возлагается на лицо, привлекаемое к ответственности.

Данная правовая позиция получила развитие в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.04.2023 №305-ЭС22-16424 по делу №А40-203072/2021, в котором указано на обязанность суда оказать истцу, являющемуся независимым кредитором, содействие в получении доказательств о хозяйственной деятельности общества.

Вместе с тем в рамках настоящего дела истцу представлена потенциально реализуемая возможность представления доказательств в обоснование своих доводов по делу.

Так, суд неоднократно (07.09.2023, 26.09.2023, 31.10.2023) по ходатайству истца выносил определения об истребовании доказательств, в том числе в части движения денежных средств по расчетным счетам Общества, а также сданной им налоговой отчетности.

В тоже время истец ненадлежащим образом реализовывал свои процессуальными права в части своевременности заявления ходатайств об истребовании доказательств.

Так, по ходатайству истца определением суда от 31.10.2023 у АО Альфа-Банка истребованы сведения об открытых счетах должника и выписки движения денежных средств по ним. О запросе каких-либо дополнительных сведений, в том числе информации об IP адресах, номерах SIМ карт и иных идентификационных устройств клиента, с которых осуществлялся вход в личный кабинет должника, а также обществ "НТЦ "Геофизика" и "Псковкабель", истец не заявлял.

Соответствующее ходатайство заявлено истцом только в судебном заседании 25.01.2024, в то время как запрашиваемые сведения по определению суда представлены АО Альфа-Банк 20.11.2023, поле чего 21.11.2023 по делу состоялось предварительное судебное заседание, а в судебном заседании 21.12.2023 с согласия истца подготовка по делу была завершена с назначением основного судебного заседания на 25.01.2024.

При таких обстоятельствах, с учетом положений части 2 статьи 9 и части 1 статьи 65 АПК РФ, суд протокольным определением отказал в удовлетворении ходатайств истца об истребовании дополнительных доказательств по делу.


Таким образом, исследовав и оценив представленные в дело документы по правилам статьи 71 АПК РФ, применив приведенные выше нормы права и акты их толкования, суд приходит к выводу о непредставлении в дело убедительных доказательств наличия в действиях ответчиков недобросовестности либо неразумности, повлекших неисполнение обязательств должника.

В частности, из материалов дела не следует, что при наличии у Общества достаточных денежных средств (имущества) ответчики уклонялись от погашения долга перед Ассоциацией, скрывали имущество должника.

В то же время само по себе наличие у Общества непогашенной задолженности перед Ассоциацией, как и неосуществление действий, направленных на предотвращение исключения Общества из ЕГРЮЛ, в отсутствие доказанности совокупности обстоятельств того, что указанное бездействие повлекло возникновение у правопредшественника истца убытков, не может являться основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

В связи с изложенным, в удовлетворении иска к ФИО3 и ФИО4 следует отказать.

Производство по делу в части требования к ФИО2 и ФИО6 подлежит прекращению по приведенным выше обстоятельствам.

Учитывая результат рассмотрения спора, в соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 150, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

производство по делу в части требований к Човдхури Утпалу и ФИО2 прекратить.

В удовлетворении исковых требований к ФИО3 и ФИО4 отказать.

На решение в течение месяца после его принятия может быть подана апелляционная жалоба в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Псковской области.


Судья К.К. Бурченков