Решение от 18 октября 2024 г. по делу № А63-17312/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А63-17312/2023
г. Ставрополь
18 октября 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 августа 2024 года

Решение изготовлено в полном объеме 18 октября 2024 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Говоруна А.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Роенко М.В., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью «Стройсервис», Шпаковский район, с. Верхнерусское, ОГРН <***>, ИНН <***>,

к Птиченскому территориальному управлению администрации Изобильненского городского округа Ставропольского края, Изобильненский район, с. Птичье, ОГРН <***>, ИНН <***>,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, публичного акционерного общества «Банк Уралсиб», г. Москва, ОГРН <***>, ИНН <***>, администрации Изобильненского муниципального округа Ставропольского края, г. Изобильный, ОГРН <***>, ИНН <***>,

о взыскании 842 734,22 руб. неосновательного обогащения, 78 374,29 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период 08.07.2022 по 07.09.2023, процентов за пользование чужими денежными средствами, начиная с 08.09.2023 по день фактической оплаты долга, 131 605,07 руб. убытков, 23 525 руб. расходов по уплате государственной пошлины,

при участии от истца - ФИО1, доверенность от 24.08.2023, представлен диплом о ВЮО, от ответчика - ФИО2, по паспорту, от администрации Изобильненского муниципального округа – ФИО3, доверенность от 04.04.2024, представлен диплом о ВЮО, в отсутствие представителя ПАО «Банк «Уралсиб», надлежащим образом уведомленного о времени и месте проведения судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края обратилось общество с ограниченной ответственностью «Стройсервис» (далее – истец, общество, ООО «Стройсервис») с исковым заявлением к Птиченскому территориальному управлению администрации Изобильненского городского округа Ставропольского края (далее – ответчик, управление)о взыскании 842 734,22 руб. неосновательного обогащения, 78 374,29 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период 08.07.2022 по 07.09.2023, процентов за пользование чужими денежными средствами, начиная с 08.09.2023 по день фактической оплаты долга, 131 605,07 руб. убытков, 23 525 руб. расходов по уплате государственной пошлиныпри участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, публичного акционерного общества «Банк Уралсиб», администрации Изобильненского муниципального округа Ставропольского края (далее – администрация муниципального округа).

Представитель истца в судебном заседании поддержал доводы искового заявления, просил удовлетворить заявленные требования.

Представители ответчика, а также администрации муниципального округа просили отказать истцу в удовлетворении исковых требований по доводам, изложенным в отзывах на исковое заявление.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), арбитражный суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 18.10.2021 между управлением (заказчик) и обществом (подрядчик) по итогам электронного аукциона извещение №0121600003921000079 от 28.09.2021 (протокол № 0121600003921000079-1-2 от 07.10.2021) в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ, Закон о контрактной системе) был заключен муниципальный контракт № ЭА-1 (далее – контракт), на основании которого подрядчик принимает на себя обязательства на выполнение работ по благоустройству парка в с. Птичье Изобильненского городского округа, согласно локально сметных расчетов приложение №1, которое является неотъемлемой частью контракта, а муниципальный заказчик принимает на себя обязательства обеспечить приемку и оплатить работы в соответствии с условиями контракта (пункт 1.1 контракта).

В соответствии с пунктом 2.1 контракта его цена составляет 16 854 684,51 руб.

В пункте 4.1 контракта стороны согласовали сроки выполнения работ следующим образом: начало выполнения работ – с 01.01.2022, окончание работ - до 01.10.2022 включительно. Подрядчик имеет право выполнить работы досрочно. Промежуточные сроки выполнения работ определяются графиком выполнения работ (приложение №2 к контракту) в соответствии с условиями муниципального контракта.

С учетом того, что допущено нарушение графика выполнения работ, в адрес подрядчика было направлено решение от 01.06.2022 № 581 об одностороннем отказе заказчика от исполнения контракта.

В связи с расторжением контракта по основанию ненадлежащего исполнения обязательств, заказчиком было направлено заявление в управление Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю о включении ООО «Стройсервис» в реестр недобросовестных поставщиков.

Решением от 05.07.2022 № 026/10/104-1159/2022 антимонопольный орган отказал заявителю во включении ООО «Стройсервис» в реестр недобросовестных поставщиков. Указал, что ООО «Стройсервис» в соответствии с заключенным контрактом имело право выполнять работы по контракту до 01.10.2022, однако заказчиком 01.06.2022 было принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта. У ООО «Стройсервис» имелся достаточный срок для выполнения работ по контракту. Вместе с тем, заказчиком не представлено каких-либо доказательств, сведений о невозможности выполнения ООО «Стройсервис» работ до 01.10.2022.

Решение управления Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю заказчик не обжаловал.

В рамках дела №А63-11773/2022 общество обратилось в суд с заявлением о признании недействительным решения об одностороннем отказе от исполнения муниципального контракта.

Вступившим в законную силу решением суда от 24.01.2023 по делу №А63-11773/2022 признано недействительным решение об одностороннем отказе Птиченского территориального управления администрации Изобильненского городского округа Ставропольского края от исполнения муниципального контракта от 18.10.2021 № ЭА-1 Благоустройство парка в с. Птичье Изобильненского городского округа.

Согласно пункту 14.1 контракта подрядчик в обеспечение надлежащего исполнения обязательств по контракту предоставляет заказчику до подписания контракта обеспечение исполнения контракта в размере 6% начальной (максимальной) цены контракта, что составляет 1 304 878,80 руб.

Обеспечение исполнения контракта может быть в форме безотзывной банковской гарантии, выданной банком, соответствующим требованиям, установленным Правительством Российской Федерации (Постановление Российской Федерации о 12.04.2018 № 440 «О требованиях к банкам, которые вправе выдавать банковские гарантии для обеспечения заявок и исполнения контрактов») или внесения денежных средств на указанный заказчиком счет, на котором в соответствии с законодательством Российской Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику (пункт 14.2 контракта).

Поскольку контракт был расторгнут, управление обратилось к ПАО «Банк Уралсиб» (далее - Банк) за получением выплаты по банковской гарантии. Банком было получено требование № 747 от 01.07.2022 от управления, которое является бенефициаром по независимой банковской гарантии № 9991-4R1/627214 от 13.12.2021, об осуществлении платежа по гарантии в размере 842 734,22 руб. В соответствии с пунктом 2 статьи 375 Гражданского кодекса Российской Федерации указанное требование признано Банком надлежащим и исполнено 08.07.2022.

По условиям предоставленной банковской гарантии, банк принял на себя обязательство уплатить бенефициару – управлению (далее – бенефициар) по его требованию денежную сумму, не превышающую сумму гарантии, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения принципалом обеспеченных банковской гарантией обязательств принципала по контракту, подлежащему заключению с бенефициаром в результате проведения закупки (номер извещения об осуществлении закупки на сайте www.zakupki.gov.ru:0121600003921000079; ИКЗ 213260702257726070100100040014299244, протокол подведения итогов №0121600003921000079-1-2 от 07.10.2021, предмет закупки: Благоустройство парка в с. Птичье Изобильненского городского округа, в соответствии с положениями Закона № 44-ФЗ. Сумма выданной истцом банковской гарантии составляет 1 304 878,80 руб.

Полагая, что судебными актами по делам №А63-11773/2022, №А63-14784/2019 установлено отсутствие виновных действий со стороны общества, а также отсутствие нарушений обязательств по контракту, во исполнение которых была выдана банковская гарантия, последним в адрес управления направлена претензия от 07.08.2023 с требованием возврата необоснованно полученной суммы в размере 842 734,22 руб.

В претензии также указано, что в случае неудовлетворения настоящего требования в добровольном порядке, общество будет вынуждено обратиться в Арбитражный суд Ставропольского края.

Исходя из представленных в материалы дела доказательств направления в адрес управления претензии и разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», претензионный порядок в данном случае считается соблюденным.

У сторон имелись возможности в досудебном порядке разрешить возникший спор.

Суд отмечает, что в данном случае, из поведения сторон не усматривается намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке.

Полагая, что при отсутствии правовых оснований для предъявления банковской гарантии, со стороны ответчика образовалось неосновательное обогащение в размере 842 734,22 руб., истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском

Как следует из части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Возникшие между сторонами правоотношения регулируются нормами главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также общими положениями гражданского законодательства об обязательствах.

Согласно статье 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему и вследствие неосновательного обогащения.

В соответствии с положениями статей 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства, требованиями закона и иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

Суд констатирует, что в системе действующего правового регулирования установление требования об обеспечении исполнения договора в первую очередь служит средством минимизации рисков неисполнения или ненадлежащего исполнения подрядчиком своих обязательств по договору, обеспечение исполнения договора призвано упростить процедуру удовлетворения требований заказчика, возникших у него к контрагенту в ходе исполнения договора, в частности в связи с применением мер гражданско-правовой ответственности.

Фактически обеспечение исполнения договора является средством, за счет которого заказчик получит удовлетворение своих определенных требований к подрядчику, возникших при исполнении договора, например, о взыскании неустойки, убытков, возврате аванса и прочее. Соответственно, разрешение вопроса о возможности удержания предоставленного обеспечения и размере такого удержания может осуществляться лишь исходя из объема имеющихся у заказчика имущественных требований к подрядчику.

В силу части 3 статьи 96 Закона № 44-ФЗ исполнение контракта, гарантийные обязательства могут обеспечиваться предоставлением банковской гарантии, соответствующей требованиям статьи 45 настоящего Закона, или внесением денежных средств на указанный заказчиком счет, на котором в соответствии с законодательством Российской Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику. Способ обеспечения исполнения контракта, гарантийных обязательств, срок действия банковской гарантии определяются участником закупки, с которым заключается контракт, самостоятельно в соответствии с требованиями настоящего Закона.

Пунктом 14.1 заключенного сторонами контракта предусмотрено, что подрядчик в обеспечение надлежащего исполнения обязательств предоставляет заказчику до подписания контракта обеспечение его исполнения в размере 6 % начальной (максимальной) цены заключенной сторонами сделки, что составляет 1 304 878,80 руб.

При этом стороны согласовали, что обеспечение исполнения контракта может быть в форме безотзывной банковской гарантии, выданной банком, соответствующим требованиям, установленным Правительством Российской Федерации (пункт 14.2 контракта).

Согласно статье 368 ГК РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Согласно пункту 1 статьи 370 ГК РФ предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 ГК РФ).

Таким образом, сам институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили (пункт 30 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017).

При этом правила пункта 1 статьи 370 ГК РФ о независимости банковской гарантии не исключают требований принципала к бенефициару о возмещении убытков, вызванных недобросовестным поведением последнего при получении суммы по банковской гарантии.

По представлении бенефициаром гаранту требования об уплате суммы по банковской гарантии с приложением указанных в гарантии документов банк после проверки требования и документов на их соответствие условиям гарантии и ее сроку должен либо произвести выплату по гарантии, либо отказать бенефициару в удовлетворении его требования (статьи 374 - 376 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 379 ГК РФ предусмотрено, что принципал обязан возместить гаранту выплаченные в соответствии с условиями независимой гарантии денежные суммы, если соглашением о выдаче гарантии не предусмотрено иное.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии определенных условий гражданско-правовой ответственности.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что именно ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличия убытков.

Из пункта 5 статьи 10 ГК РФ следует, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с пунктом 30 «Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017, положения ГК РФ и Закона о контрактной системе не содержат норм, согласно которым неисполнение или ненадлежащее исполнение подрядчиком обязательств по контракту является безусловным основанием для полного удержания заказчиком денежных средств, полученных в результате платежа по банковской гарантии.

Согласно пункту 3 банковской гарантии обстоятельствами, при наступлении которых гарантом выплачивается бенефициару сумма гарантии или ее часть, являются обстоятельства неисполнения или ненадлежащего исполнения принципалом своих обязательств по контракту, в результате которых у принципала возникают следующие обязательства перед бенефициаром: обязательства уплатить суммы неустоек, обязательства возместить подтвержденные убытки.

Требование бенефициара к гаранту об уплате денежной суммы и (или) ее части по гарантии должно быть подписано лицом, указанным в Едином государственном реестре юридических лиц, в качестве лица, имеющего право без доверенности действовать от имени бенефициара, либо иным уполномоченным им лицом с предоставлением соответствующей доверенности и заверено печатью бенефициара. Требование может быть предоставлено в письменной форме на бумажном носителе или в форме электронного документа, подписанного квалифицированной электронной подписью, в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации (пункт 7 банковской гарантии).

Как следует из материалов дела, бенефициар в соответствии с условиями пунктов 4, 20 банковской гарантии в пределах срока ее действия, в сумме, определенной ее условиями, 01.07.2022 выставил гаранту (посредством направления в форме электронного документа (пункт 9 банковской гарантии), подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью (УКЭП) уполномоченного лица – начальника ФИО4 АИГО СК – ФИО2 требование № 747 об уплате денежной суммы по банковской гарантии в размере 842 734, 22 руб. с приложением документов – оснований выставленного требования, направленных гаранту в соответствии с пунктом 8 банковской гарантии. Указанное требование с соответствующим пакетом документов поступило на электронный адрес гаранта 01.07.2022 (копия требования бенефициара с протоколом проверки УКЭП приложены банком к отзыву на исковое заявление).

На основании пункта 1 статьи 375 ГК РФ, пунктов 7.2.2, 10.1 Правил предоставления ПАО «Банк Уралсиб» независимых банковских гарантий в рамках кредитного продукта «Банковская экспресс-гарантия» (версия 1.2), Рег. №16 372, утв. Приказом Заместителя Председателя Правления Банка от 15.07.2021 №985 (далее – Правила предоставления независимых банковских гарантий, Правила), уведомление гаранта исх. № 3944 от 04.07.2022 о получении требования бенефициара с копиями самого требования и приложенных к нему документов 04.07.2022 было направлено гарантом по юридическому адресу принципала заказным почтовым отправлением с объявленной ценностью и уведомлением о вручении. Уведомление гаранта вручено адресату (принципалу) 14.07.2022.

ООО «Стройсервис» направило банку возражения исх. № 211 от 05.07.2022 на требование бенефициара об уплате по банковской гарантии, поступившие в банк 11.07.2022 (вх. № 22663), выразив несогласие с требованием бенефициара об оплате денежной суммы (части денежной суммы) по банковской гарантии, указав, что неисполнение с его стороны обязательств по контракту №ЭА-1 от 18.10.2021, заключенному между ООО «Стройсервис» и бенефициаром - ФИО4 АИГО СК, обусловлено нарушениями, допущенными со стороны последнего (просрочкой в передаче утвержденной технической документации с внесенными изменениями).

Таким образом, возражения ООО «Стройсервис» основаны на правоотношениях, вытекающих из основного обязательства (контракта), стороной которого банк не является.

Как в отзыве указывает банк, наличие возражений со стороны общества, вытекающих из основного обязательства (контракта), не могло являться стоп – фактором для исполнения банком (гарантом) принятых на себя обязательств по гарантии, ввиду следующего.

Согласно пункту 1 статьи 370 ГК РФ предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

Гарант не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение исполнения которого независимая гарантия выдана, правом на которые обладает исключительно принципал, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии.

В противном случае действия гаранта могут быть квалифицированы как злоупотребление гражданскими правами, направленное на причинение вреда бенефициару.

Обязательство гаранта состоит в уплате денежной суммы по представлению письменного требования бенефициара о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по своим формальным внешним признакам соответствуют ее условиям. То есть, гарант вправе проверять предоставленные документы на соответствие требований гарантии лишь по формальным признакам, не углубляясь в существо обеспечиваемого обязательства, в отношения, существующие между принципалом и бенефициаром, без права давать оценку их действиям.

Таким образом, гарант не вправе отказать бенефициару в удовлетворении его требования, если приложенные к этому требованию документы по внешним признакам соответствуют условиям независимой гарантии (пункт 9 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства о независимой гарантии, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 05.06.2019).

Судом установлено, что общество, сославшись на отсутствие согласования со стороны муниципального заказчика упущенных дополнительных видов и объемов работ, а также неоплату ранее принятых работ письмом (исх. № 145) от 25.04.2022 приостановило производство работ по заключенному сторонами контракту.

По условиям вышеуказанного контракта работы должны были быть начаты подрядчиком 01.01.2022, окончены – до 01.10.2022. Сторонами был согласован график выполнения работ, составляющий приложение № 2 к муниципальному контракту (далее – график).

Как видно из графика, подготовительные работы (1.1) должны были быть выполнены подрядчиком в период с 01.01.2022 по 10.01.2022; демонтажные работы (1.2) – с 11.01.2022 по 15.02.2022; планирование территории (1.3) - с 16.02.2022 по 25.02.2022.

Кроме того, согласно графику в период с 26.02.2022 по 25.03.2022 подрядчику надлежало выполнить прокладку линий электроснабжения (2.1) и приступить к установке опор освещения (с 10.04.2022).

Проведя сравнительный анализ локального сметного расчета (смета) № ЛСР 02-01 и актов приемки выполненных работ № 1/1 от 27.04.2022, № 2 от 28.04.2022, суд установил, что подрядчиком в части подготовительных работ не была произведена обрезка крон деревьев под естественный вид (позиция № 3 ЛСР 02-01), также как не выполнены демонтажные работы (1.2), планирование территории (1.3), относящиеся к основным работам, исполнение которых с учетом графика надлежало завершить до 15.02.2022 и 25.02.2022, соответственно.

Также следует отметить, что ряд работ, предусмотренных ЛСР 02-01, был выполнен подрядчиком не в полном объеме, в том числе позиции 13-24, 26-30, 33-35, 37-40.

Исследовав локально-сметный расчет (смета) № ЛСР 02-03 (освещение) и акт приемки выполненных работ № 1/2 от 27.04.2022, суд установил, что подрядчик не выполнил работы по прокладке линии электроснабжения (2.1), срок завершения 25.032022, а также не приступил к выполнению работ по установке опор освещения со сроком начала 10.04.2022.

Принимая во внимание изложенное, обстоятельства нарушения подрядчиком согласованного сторонами графика выполнения работ, а, следовательно, принятых на себя контрактных обязательств, надлежит признать установленными.

При таких обстоятельствах, учитывая, что факт неисполнения ООО «Стройсервис» своих обязательств по контракту документально подтвержден и не оспаривался самим принципалом, события, с которыми связано возникновение обязанности гаранта по выплате средств по независимой банковской гарантии, следует считать объективно наступившими.

Таким образом, поскольку требование платежа по гарантии (части суммы по гарантии) было предъявлено бенефициаром в банк до окончания срока ее действия, размер требования не превышал определенную в гарантии сумму, а приложенные к требованию о платеже документы по своим внешним признакам соответствовали условиям гарантии, основания для освобождения банка от исполнения обязательства платежа по банковской гарантии отсутствовали.

Ввиду изложенного, возражение принципала против платежа по гарантии в пользу бенефициара не могло иметь правового значения при исполнении гарантом требования о платеже по гарантии.

Исполненному банком обязательству по независимой банковской гарантии не могут быть противопоставлены возражения и требования принципала, вытекающие из правоотношений сторон по основному обязательству (контракту), стороной которого банк не является. Более того, обязательства банка по банковской гарантии при подобных обстоятельствах независимы от основного обязательства по контракту в силу прямого указания закона.

Анализ условий договора в порядке статьи 431 ГК РФ позволяет прийти к выводу о том, что ответчик сознательно взял на себя риск последствий, связанных с неисполнением обязательств в виде обращения ответчика за взысканием суммы банковской гарантии.

Исходя из абзаца 2 пункта 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» от 25.12.2018, буквальное значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно, если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Таким образом, не оспаривая факт невыполнения обязательств по контракту, однако обращаясь в суд за взысканием неосновательного обогащения в виде суммы банковской гарантии, правомерно взысканной в счет исполнения обеспечительных обязательств истца перед ответчиком, общество допускает недобросовестное поведение, выразившееся в оспаривании правомерности действий ответчика в рамках заключенного в соответствии со свободным волеизъявлением самого истца контракта.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» установлено, что соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В силу статьи 1 Закона № 44-ФЗ названный закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок.

Закон № 44-ФЗ является комплексным законодательным актом, содержащим нормы как публичного, так и частного права, и в основном состоит из норм императивного характера, ограничивающих свободу усмотрения сторон.

Таким образом, условия муниципального контракта определяет муниципальный заказчик, при этом переговорные возможности подрядчика существенно ограничены.

Между тем суд обращает внимание на то, что принцип свободы договора заключается не только в возможности определения договорных условий, но и в определении каждой из сторон целесообразности и соответствия собственным интересам при его заключении.

Так, приняв на себя обязательства по контракту на выполнение работпо благоустройству парка в с. Птичье Изобильненского городского округа, истец выразил согласие со всеми его условиями, в том числе, по исполнению обеспечительных обязательств определенного вида, в определенном объеме.

Пунктом 14.12 контракта сторонам согласовано, что гарантийные обязательства могут обеспечиваться предоставлением банковской гарантии, выданной банком и соответствующей требованиям статьи 45 Федерального закона, или внесением денежных средств на указанный заказчиком счет, на котором в соответствии с законодательством Российской Федерации учитываются операции со средствами, поступающими заказчику.

В случае нарушения подрядчиком обязательств по контракту заказчик вправе удовлетворить требования за счет обеспечения по контракту (пункт 14.17 контракта).

В возражениях на требование об уплате по банковской гарантии от 05.07.2022 № 211, направленным в ПАО «Банк Уралсиб», общество поставило гаранта в известность о неисполнении заказчиком встречных обязательств в части передачи подрядчику в полном объеме утвержденной сметной документации, что не позволило последнему продолжить выполнение работ. В связи с данными обстоятельствами общество просило банк не осуществлять выплаты по банковской гарантии № 9991-4R1/627214 от 13.10.2021 по требованию бенефициара.

Вместе с тем, судом установлено, что именно неисполнение подрядчиком обязательств по контракту указано в выданной третьим лицом гарантии, в связи с чем данное обстоятельство было оценено банком как гарантийный случай и послужило основанием для выплаты денежных средств в пользу бенефициара.

С учетом изложенного суд приходит к выводу об отсутствии оснований как для взыскания с ответчика убытков в связи с недоказанностью виновности действий последнего, так и для удовлетворения требования о взыскании неосновательного обогащения ввиду установления обстоятельств правомерности действий бенефициара по независимой гарантии (статьи 375.1, 393, 1102 ГК РФ).

В соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по иску относятся на истца.

Изложенные выводы суда нашли подтверждение в правоприменительной практике (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 27.06.2022 по делу №А45-28850/2021).

Иные доводы и доказательства, приведенные и представленные лицами, участвующими в деле, суд исследовал, оценил и не принимает во внимание в силу их малозначительности и/или безосновательности, а также в связи с тем, что, по мнению суда, они отношения к рассматриваемому делу не имеют и (или) не могут повлиять на результат его рассмотрения.

Материалы дела частично находятся в электронном виде в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» ввиду того, что направлены участниками процесса посредством сервиса «Мой арбитр».

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

в иске отказать.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления его в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья А.А. Говорун