Решение от 31 марта 2023 г. по делу № А43-31495/2022

2254/2023-55146(4)



АРБИТРАЖНЫЙ СУД НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ Дело № А43-31495/2022

г. Нижний Новгород 31 марта 2023 года

Дата объявления резолютивной части решения 23 марта 2023 года Дата изготовления решения в полном объеме 31 марта 2023 года

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:

судьи Курашкиной Светланы Анатольевны (шифр судьи 50-723),

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Карпычевой Анной Юрьевной,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 309253731600018), г. Владивосток Приморского края,

к ответчику: индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП 316527500049379), г. Дзержинск Нижегородской области,

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - ФИО3 (ОГРНИП 322527500002511, ИНН <***>), г. Дзержинск Нижегородской области,

о взыскании 1 035 730 руб. 00 коп., об обязании удалить товарный знак и производные от него изображения, о запрещении использования товарного знака при участии представителей: от истца: ФИО4 (по доверенности от 09.09.2022), от ответчика: ФИО5 (по доверенности от 17.02.2023),

установил:

заявлено требование о взыскании взыскании 1 035 730 руб. 00 коп., об обязании удалить товарный знак и производные от него изображения, о запрещении использования товарного знака.

Представитель истца в порядке статьи 153.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации участвовала в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Приморского края; поддержала заявленные требования и доводы в представленных письменных пояснениях, возразила против снижения размера компенсации, не поддержала ранее представленное ходатайство об истребовании доказательств.

Представитель ответчика в судебном заседании поддержал позицию по делу и ходатайство о снижении компенсации, представил дополнение к отзыву и дополнительные доказательства.

На основании статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, извещенного надлежащим образом о месте и времени проведения судебного заседания.

Ходатайства сторон о приобщении к материалам дела позиций по делу и дополнительных доказательств судом удовлетворены на основании статей 41, 81, 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 28.02.2023 судом принято к рассмотрению ходатайство ответчика о снижении компенсации.

В порядке пункта 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации резолютивная часть решения объявлена 23.03.2023, изготовление полного текста


решения отложено до 31.03.2023.

Исследовав материалы дела, суд усматривает основания для частичного удовлетворения исковых требований, исходя из следующих обстоятельств дела, норм материального и процессуального права.

Как следует из материалов дела, 01.07.2019 между истцом (лицензиар) и ответчиком (лицензиат) подписан лицензионный договор о предоставлении права использования секрета производства (ноу-хау) № 2706/19-ДЗЕ (далее – договор), по условиям которого лицензиар предоставляет лицензиату право использования ноу-хау в предусмотренных настоящим договором пределах.

Согласно пункту 2.2. договора лицензиат может использовать ноу-хау только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены настоящим договором. Право использования ноу-хау, прямо не указанное в договоре, не считается предоставленным лицензиату.

Лицензиату предоставлено право использования ноу-хау в целях извлечения прибыли при реализации экономических и организационных решений в предпринимательской деятельности лицензиата.

Территория, на которой допускается использование ноу-хау лицензиатом: Нижегородская область, г. Дзержинск (пункт 2.3. договора)к.

В соответствии с разделом 5 договора за предоставленное право использования ноу-хау лицензиат выплачивает лицензиару сумму фиксированного лицензионного вознаграждения в виде паушального взноса.

Размер паушального взноса составляет 250 000 руб. 00 коп., НДС не облагается;

Паушальный взнос уплачивается в течение 3 (трех) банковских дней после подписания настоящего договора.

Помимо паушального взноса лицензиат уплачивает лицензиару ежемесячный роялти-платёж за пользование ноу-хау компании «Логопед», оказание консультационных услуг, ведение рекламной кампании, предоставление обновляемого методического материала, фото- и видеоконтент для ведения социальных сетей, помощь в отборе квалифицированного персонала. Размер ежемесячных роялти-платежей составляет 10 % от чистой прибыли лицензиата, но не менее 10.000 (десять тысяч) рублей.

Обязанность по уплате роялти-платежей наступает по прошествии трех месяцев с момента подписания настоящего договора, то есть оплата производится за четвертый месяц, 5 числа пятого месяца.

Ежемесячные роялти-платежи уплачиваются не позднее 5 (пятого) числа каждого месяца, следующего за месяцем, за который уплачивается роялти. В случае, если 5 (пятое) число месяца приходится на выходной либо праздничный день, надлежащей датой платежа будет считаться ближайший рабочий (банковский) день, следующий за выходным либо праздничным днем.

Все расчеты по договору производятся путем перечисления денежных средств на указанный лицензиаром расчетный счет, либо внесением денежных средств непосредственно в кассу лицензиара. Обязательства лицензиата по оплате считаются исполненными на дату зачисления денежных средств на расчетный счет лицензиара, либо внесения их непосредственно в кассу.

Суммы всех расчетов по настоящему договору НДС не облагаются в связи с применением лицензиатом и лицензиаром упрощенной, либо патентной системой налогообложения.

Пунктом 6.3. договора предусмотрено, что за нарушение сроков оплаты, лицензиар вправе применить к лицензиату следующие санкции:

- уплаты неустойки (пени) в размере 0,1% за каждый день просрочки;

- прекратить доступ лицензиата к сайту и прекратить размещение рекламы речевою центра лицензиата до момента исполнения обязательства;

- в случае трёхкратного подряд неисполнения, а равно ненадлежащего исполнения указанного обязательства, расторгнуть договор в одностороннем порядке с предварительным уведомлением лицензиата за 10 (десять) календарных дней. По истечению указанного срока договор будет считаться расторгнутым.

Согласно пункту 6.4. договора размер возмещения убытков и договорных неустоек, о которых одна из сторон может заявить из-за различных нарушений договора, не должен в


общей сложности превышать подлежащих выплате по п. 5.1 договора сумм.

В силу пункта 11.3. договора стороны пришли к соглашению, что в случае, если за 30 календарных дней до истечения срока действия настоящего договора они не выразили желания его расторгнуть, то договор считается автоматически продлённым на срок, указанный в п. 11.2.

В рамках подписанного сторонами договора ответчик произвел паушальный взнос истцу платежным поручением № 1 от 02.07.2019.

Ответчиком обязательства по оплате полностью в срок исполнены не были, с учетом переноса истцом сроков оплаты роялти-платежей задолженность ответчика за апрель и май 2020 года составляет 20 000 руб. 00 коп.

Изучив представленную в материалы электронную переписку сторон, суд установил, что между сторонами (адрес электронной почты истца «logoped-vl@mail.ru» и адрес электронной почты ответчика «tanuchka2003@mail.ru») велась деловая переписка по поводу исполнения договора, и возможно достоверно установить, что документ исходит от сторон договора.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда РФ, выраженной в Определении от 23.04.2010 № ВАС-4481/10, электронная переписка, представленная на бумажном носителе (как совокупность электронных сообщений соответствующих лиц), с учетом положений части 1 статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривается судом в качестве письменного доказательства - иного документа, выполненного в форме цифровой, графической записи или другим способом, позволяющим установить его достоверность.

Статья 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает представление в суд любых документов и материалов в качестве доказательств, если они содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения спора. Такие документы и материалы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме.

Из представленной в материалы дела электронной переписки усматривается, что стороны на протяжении длительного времени не направляли друг другу писем, сообщений обычной почтовой связью (до момента появления взаимных претензий); в основном переписка велась с помощью известных сторонам адресов электронных почтовых ящиков, в том числе с вложением в письмо светокопий документов.

В пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если иное не установлено законом или договором и не следует из обычая или практики, установившейся во взаимоотношениях сторон, юридически значимое сообщение может быть направлено в том числе посредством электронной почты, факсимильной и другой связи, осуществляться в иной форме, соответствующей характеру сообщения и отношений, информация о которых содержится в таком сообщении, когда можно достоверно установить, от кого исходило сообщение и кому оно адресовано. Соответственно, получение или отправка сообщения с использованием адреса электронной почты, известного как почта самого лица или служебная почта его компетентного сотрудника, свидетельствует о совершении этих действий самим лицом

Как следует из представленной в материалы дела электронной переписки сторон, 23.03.2020 истец получил от ответчика претензию от 23.03.2023 о расторжении договора по соглашению сторон с возмещением ущерба в размере 250 000 руб. 00 коп.

03.04.2020 истец направил ответчику возражение на претензию от 03.04.2020, согласно которому в том числе освободил ответчика от платы роялти-платежей за январь- март 2020 года.

28.04.2020 истец направил ответчику счет на оплату № 5 от 27.04.2020, 02.06.2020 – счет на оплату № 8 от 31.05.2020.

Ответчик 29.05.2020 направил истцу уведомление от 29.05.2022 о расторжении договора в одностороннем порядке на основании пункта 11.3. договора.

Истец 03.06.2020 направил ответчику ответ на уведомление о расторжении договора от 03.06.2020, согласно которому не возражает против расторжения договора с даты получения уведомления о расторжении договора, предупреждает об обязанности прекратить использование ноу-хау и иных результатов интеллектуальной деятельности истца и требует


погасить имеющуюся задолженность по роялти-платежам за апрель-май 2020 года в сумме 20 000 руб. 00 коп., указав на возможность взыскания пеней и штрафов.

18.06.2020 истец обратился к ответчику с претензией от 17.06.2020 с требованием погасить имеющуюся задолженность по роялти-платежам за апрель-май 2020 года в сумме 20 000 руб. 00 коп. Надлежащие доказательства направления данной претензии в адрес ответчика представлены в материалы дела.

20.06.2020 истец обратился к ответчику с требованием о прекращении использования секрета производства (ноу-хау) от 20.06.2020 после расторжения договора с указанием также на незаконное использование товарного знака.

15.07.2022 истец повторно обратился к ответчику с претензией от 15.07.2022 с требованием погасить имеющуюся задолженность по роялти-платежам за апрель-май 2020 года в сумме 20 000 руб. 00 коп. и оплатить неустойку за период с 05.05.2022 по 15.07.2022 в сумме 15 730 руб. 00 коп. Надлежащие доказательства направления данной претензии в адрес ответчика представлены в материалы дела.

15.07.2022 истец повторно обратился к ответчику с претензией от 15.07.2022 с требованием прекратить незаконное использование секрета производства (ноу-хау). Надлежащие доказательства направления данной претензии в адрес ответчика представлены в материалы дела.

Поскольку претензии оставлены ответчиком без ответа и удовлетворения, это послужило основанием для обращения с настоящим исковым заявлением в Арбитражный суд Нижегородской области.

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1465 Гражданского кодекса Российской Федерации секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.

Как определено в пункте 1 статьи 1469 Гражданского кодекса Российской Федерации, по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на секрет производства (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования соответствующего секрета производства в установленных договором пределах.

Оценив условия договора, принимая во внимание имеющиеся в материалах дела доказательства, суд квалифицирует заключенный между сторонами договор как договор коммерческой концессии, правоотношения из которого подлежат регулированию нормами главы 54 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1027 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу- хау).

В силу пункта 2 статьи 1027 Гражданского кодекса Российской Федерации договор коммерческой концессии предусматривает использование комплекса исключительных прав, деловой репутации и коммерческого опыта правообладателя в определенном объеме (в частности, с установлением минимального и (или) максимального объема использования), с указанием или без указания территории использования применительно к определенной сфере предпринимательской деятельности (продаже товаров, полученных от правообладателя или


произведенных пользователем, осуществлению иной торговой деятельности, выполнению работ, оказанию услуг).

Согласно пункту 1 статьи 1031 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель обязан передать пользователю техническую и коммерческую документацию и предоставить иную информацию, необходимую пользователю для осуществления прав, предоставленных ему по договору коммерческой концессии, а также проинструктировать пользователя и его работников по вопросам, связанным с осуществлением этих прав.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, данным в пункте 40 Постановления от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 1037 Гражданского кодекса Российской Федерации каждая из сторон договора коммерческой концессии, заключенного на определенный срок или без указания срока его действия, во всякое время вправе отказаться от договора, уведомив об этом другую сторону не позднее, чем за тридцать дней, если договором предусмотрена возможность его прекращения уплатой денежной суммы, установленной в качестве отступного.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» разъяснено, что обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, перечень оснований прекращения обязательств не является закрытым, поэтому могут в своем соглашении предусмотреть не упомянутое в законе или ином правовом акте основание прекращения обязательства и прекратить как договорное, так и внедоговорное обязательство, а также определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства (п. 3 ст. 407 ГК РФ).

Из материалов дела усматривается, что истец надлежащим образом исполнил принятые на себя обязательства по договору, что подтверждается подписанным сторонами актом № 2 от 03.09.2019. Доказательств обратного ответчиком не представлено.

Также из материалов дела следует, что ответчиком в период с октября 2019 года по март 2020 года велась деятельность с использованием секрета производства (ноу-хау), коммерческого обозначения, деловой репутации истца.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт исполнения истцом обязательств по договору коммерческой концессии.

В соответствии с расчетом истца размер задолженности по уплате роялти за период с апреля по май 2020 года составил 20 000 руб. 00 коп.

Довод ответчика о том, что в период действия на территории Нижегородской области мер по противодействию распространения коронавирусной инфекции с марта по май 2020 года ответчик не был обязан уплачивать роялти по причине невозможности ведения деятельности в указанный период, отклоняется судом по следующим основаниям.

Согласно изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснениям в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий ее осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учетом обстоятельств конкретного дела (в том числе срока исполнения обязательства, характера неисполненного обязательства, разумности и добросовестности действий должника и т.д.).

Проанализировав доводы ответчика об ограничениях, установленных Указами Президента Российской Федерации от 25.03.2020 № 206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней», от 02.04.2020 № 239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)», от 28.04.2020 № 294 «О


продлении действия мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции, а также Правительством Российской Федерации и Указом Губернатора Нижегородской области от 13.03.2020 № 27 «О введении режима повышенной готовности», принимая во внимание Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020 (далее – Обзор по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1), суд приходит к выводу о том, что принятые ограничительные меры в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции не могут служить основанием для освобождения ответчика от уплаты роялти-платежей за предоставленные ему права по договору.

В материалы дела ответчиком не представлены документы, подтверждающие заключение между сторонами соглашения об изменении порядка уплаты роялти. Также отсутствуют доказательства того, что ответчик инициировал (направлял в адрес истца) проект дополнительного соглашения, предусматривающий возможность невыплаты роялти за период действия антиковидных ограничений.

Доказательства невозможности ведения деятельности в спорный период, в том числе иным, удаленным образом, ответчиком в материалы дела не представлены.

Кроме того, пунктом 3.4.5. договора установлена обязанность лицензиата своевременно, не позднее первого числа каждого месяца, предоставлять лицензиару отчет о продажах за предыдущий месяц, соблюдая правила предоставления отчётности, установленные лицензиатом. Отчёты направляются на электронную почту лицензиара, указанную в разделе 13 настоящего договора «Адреса и реквизиты сторон». Для цели предоставления отчётности и учета клиентов в целом Лицензиат обязуется вести учет клиентов в системе «Dance studio», предоставление и настройка которой осуществляются лицензиаром.

Однако указанную обязанность ответчик в спорный период не исполнил, хотя за предыдущие периоды с октября 2019 по март 2020 года ежемесячные отчеты представил, что следует из электронной переписки сторон. Также истец неоднократно обращалась к ответчику с просьбой о дополнительном предоставлении еженедельных отчетов для изучения и оценки деятельности организации в целях выработки мер по повышению прибыли. Данные обращения истца оставлены ответчиком без ответа и удовлетворения.

Следовательно, ответчик не подтвердил надлежащим образом отсутствие ведения деятельности в спорный период времени, в том числе путем предоставления соответствующих отчетов.

В силу пункта 5.2. договора помимо паушального взноса лицензиат уплачивает лицензиару ежемесячный роялти-платёж за пользование ноу-хау компании «Логопед», оказание консультационных услуг, ведение рекламной кампании, предоставление обновляемого методического материала, фото- и видеоконтент для ведения социальных сетей, помощь в отборе квалифицированного персонала. Размер ежемесячных роялти-платежей составляет 10 % от чистой прибыли лицензиата, но не менее 10.000 (десять тысяч) рублей.

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Исходя из буквального толкования пункта 5.2. договора, заключенного между сторонами, оплата роялти-платежей в минимальном размере – 10 000 рублей – производится ответчиком безусловно, независимо от получения прибыли (ведения деятельности). Каких-


либо оговорок о снижении размера роялти-платежа либо об отмене роялти-платежа в связи с отсутствием у организации прибыли, временным прекращением ведения деятельности договор не содержит.

Таким образом, не имеет правового значения довод ответчика о закрытии Речевого центра «Логопед» в спорный период времени из-за введения ограничительных мер в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции.

При изложенных обстоятельствах требование истца о взыскании 20 000 руб. 00 коп. долга является правомерным и обоснованным, в связи с чем подлежит удовлетворению.

В связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по оплате, истец просит взыскать с ответчика 15 730 руб. 00 коп. неустойки за период с 05.05.2020 по 15.07.2022.

По условиям пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, предусмотренной законом или договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны могут предусмотреть в договоре условие о неустойке, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения. Неустойка является одним из способов обеспечения исполнения обязательств, средством возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно пункту 65 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» по смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Ответчик требование о взыскании неустойки и ее расчет оспорил, контррасчет не представил, ходатайство о снижении неустойки не заявил.

Однако суд отмечает следующее.

Пунктом 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установлено, что для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами (далее для целей настоящей статьи - мораторий), на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

В акте Правительства Российской Федерации о введении моратория могут быть указаны отдельные виды экономической деятельности, предусмотренные Общероссийским классификатором видов экономической деятельности, а также отдельные категории лиц и (или) перечень лиц, пострадавших в результате обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, на которых распространяется действие моратория.

Правительством Российской Федерации 28.03.2022 принято постановление № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» (далее - Постановление № 497).

В соответствии с пунктом 1 Постановления № 497 введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, в отношении юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей.

Положения пункта 1 настоящего постановления не применяются в отношении должников, являющихся застройщиками многоквартирных домов и (или) иных объектов недвижимости, включенных в соответствии со статьей 23.1 Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» в единый реестр проблемных объектов на дату вступления в силу настоящего постановления (пункт 2 Постановления № 497).


Согласно пункту 3 Постановления № 497 настоящее постановление вступает в силу со дня его официального опубликования и действует в течение 6 месяцев.

Данное постановление опубликовано на официальном интернет-портале правовой информации (http://www.pravo.gov.ru) 01.04.2022. Следовательно данное постановление действует с 01.04.2022 в течение 6 месяцев, т.е. в период с 01.04.2022 до 01.10.2022 (пункт 5).

В подпункте 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве указано, что на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 настоящего Федерального закона.

Абзацем 10 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве предусмотрено прекращение начисления неустоек (штрафов, пеней) и иных финансовых санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» указано, что в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (ст. 395 ГК РФ), неустойка (ст. 330 ГК РФ), пени за просрочку уплаты налога или сбора (ст. 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подп. 2 п. 3 ст. 9.1, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подп. 2 п. 3 ст. 9.1, абз. 10 п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Поскольку ответчик является юридическим лицом, то на него распространяется действие моратория на возбуждение дел о банкротстве, введенное Постановлением № 497, со дня его официального опубликования (01.04.2022) прекращается начисление финансовых санкций в отношении должника, следовательно, по платежам, не относящимся к текущим, неустойка подлежит начислению до 31.03.2022.

По расчету суда пени за период с 05.05.2020 по 31.03.2022 составляют сумму 13 610 руб. 00 коп.

Требование истца о взыскании пени с 01.04.2022 (действие моратория с 01.04.2022) по 15.07.2022 не подлежит удовлетворению, поскольку заявлено преждевременно, до окончания моратория.

Таким образом, во взыскании остальной суммы пени с 01.04.2022 истцу следует отказать.

Кроме того, истцом заявлено требование о взыскании 1 000 000 руб. 00 коп. компенсации за незаконное использование товарного знака № 684368.

Согласно свидетельству Российской Федерации № 684368 (приоритет товарного знака 07.02.2018, дата регистрации 27.11.2018, срок действия регистрации истекает 07.02.2028) истец является правообладателем исключительного права на товарный знак в отношении товаров (услуг) 35, 41 классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков.

Как указывает истец, 27.06.2022 зафиксировано использование в оформлении изображения товарного знака № 684368:

- на вывеске (с ночной подсветкой) организации Речевой центр «Логопед» на фасаде здания, расположенного по адресу: <...>, над входной группой нежилого помещения с кадастровым номером: 52:21:0000056:3189, местоположение: <...>, помещение П 20, номер этажа: № 1 (правообладатель нежилого помещения ФИО3);

- на стенде с указанием режима работы организации Речевой центр, расположенном слева от входной двери в данное нежилое помещение;

- на стенде «Уголок потребителя» организации Речевой центр «Логопед», расположенного внутри данного нежилого помещения;

- на стенде «Информация» организации Речевой центр «Логопед», расположенного


внутри данного нежилого помещения;

- на подарочном сертификате (номиналом 1500 рублей) организации Речевой центр «Логопед».

Изображения на указанных объектах сходны до степени смешения с товарным знаком правообладателем которых является истец.

Незаконное использование ответчиком товарного знака № 684368 подтверждается фото- и видеосъемкой указанных объектов, которые произведены в целях самозащиты гражданских прав (статьи 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации); на указанных объектах содержатся вместе или по отдельности следующие сведения: ИП ФИО2; ИНН <***>, ОГРНИП 316527500049379; наименование организации – Речевой центр или Речевой центр «Логопед»; адрес организации – <...>.

Видеозаписи вывески, стендов и подарочного сертификата ответчика, которые представлены истцом на CD-дисках и воспроизведены судом, совершённые в целях и на основании самозащиты гражданских прав в соответствии статьями 12 и 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, отображают местонахождение указанных объектов. На видеозаписях отображаются: внешний вид вывески, стендов и подарочного сертификата (прилавков), соответствующий представленным в материалах дела фотографиям; содержание указанных объектов (наименование ответчика, ИНН, адрес и др.).

22.06.2022 на страницах сайта группы в социальной сети «Вконтакте» с названием «ЛОГОПЕД Речевой Центр. Томатис-терапия» (https://vk.com/club 185897504) и на страницах сайта группы в социальной сети «Вконтакте» с названием «Логопед Речевой-Центр» (https://m.vk.com/id561309275) истцом обнаружен факт неправомерного использования товарного знака № 684368 без разрешения правообладателя посредством размещения изображений товарного знака на сайтах без разрешения правообладателя, что подтверждается заверенными представителем истца скриншотами от 22.06.2022 со страниц сайта группы в социальной сети «Вконтакте» с именем профиля https://vk.com/club 185897504 и сайта группы в социальной сети «Вконтакте» с именем профиля https://m.vk.com/id561309275.

Путем сравнения изображений, размещенного на сайте группы в социальной сети «Вконтакте» с именем профиля https://vk.com/club 185897504 и на сайте группы в социальной сети «Вконтакте» с именем профиля https://m.vk.com/id561309275, с принадлежащим истцу товарным знаком № 684368, истцом сделан вывод об их идентичности.

23.06.2022 на страницах сайта группы в социальной сети «Фейсбук» (https://www.facebook.com) с названием «Логопед Речевой Центр» (https://ww.facebook.corn/%D0%9B%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%BF%D0%B5%D0%B4-

%D0%A0%D0%B5%D1%87%D0%B5%D0%B2%D0%BE%D0%B9-

%D0%A6%D0%B5%D0%BD%D 1 %82%D 1 %80-112549436949987/) истцом обнаружен факт неправомерного использования товарного знака № 684368 без разрешения правообладателя посредством размещения изображений товарного знака на сайте без разрешения правообладателя, что подтверждается заверенными представителем истца скриншотами от 23.06.2022 со страниц сайта группы в социальной сети «Фейсбук» с именем профиля https://ww.facebook.corn/%D0%9B%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%BF%D0%B5%D0%B4-

%D0%A0%D0%B5%D1%87%D0%B5%D0%B2%D0%BE%D0%B9- %D0%A6%D0%B5%D0%BD%D 1 %82%D 1 %80-112549436949987/.

Путем сравнения изображения, размещенного на сайте группы в социальной сети «Вконтакте» с именем профиля https://ww.facebook.corn/%D0%9B%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%BF%D0%B5%D0%B4-

%D0%A0%D0%B5%D1%87%D0%B5%D0%B2%D0%BE%D0%B9-

%D0%A6%D0%B5%D0%BD%D 1 %82%D 1 %80-112549436949987/, с принадлежащим истцу товарным знаком № 684368, истцом сделан вывод об их идентичности.

Администратором и владельцем вышеназванных сайтов групп в социальных сетях «Вконтакте» и «Фейсбук» является ответчик, что подтверждается cкриншотами страниц сайтов, согласно которым на вышеназванных сайтах информация, идентифицирующая владельца данного сайта, которым является ответчик.

Оказываемые ответчиком услуги принадлежат к 35 и 41 классам МКТУ.

Факт принадлежности индивидуальному предпринимателю ФИО2 данных сайтов ответчиком не оспаривается.

Также истцом обнаружен факт неправомерного использования товарного знака


№ 684368 без разрешения правообладателя посредством размещения изображений товарного знака на визуализации организации Речевой центр «Логопед» при осуществлении поиска на сайтах https://babydzen.ru/rechevoi-centr-logoped/, https://www.google.com/, https://yandex.ru/, что подтверждается заверенными представителем истца скриншотами от 23.06.2022, от 24.06.2022 со страниц данных сайтов.

В целях соблюдения претензионного порядка урегулирования спора истец 18.06.2020 обратился к ответчику с требованием о прекращении использования товарного знака от 18.06.2020, в которой указал ответчику, что право использования товарного знака по договору не передавалось и предложил:

- удалить и прекратить любое использование логотипа, который идентичен товарному знаку лицензиара, на сайте «ВКонтакте» и на Инстаграм-странице;

- прекратить любое использование товарного знака № 684368.

20.06.2020 истец обратился к ответчику с требованием о прекращении использования секрета производства (ноу-хау) от 20.06.2020 после расторжения договора с указанием также на незаконное использование товарного знака.

15.07.2022 истец повторно обратился к ответчику с претензией о прекращении использования товарного знака от 15.07.2022 с требованиями:

- прекратить любое использование товарного знака № 684368;

- прекратить любое использование изображений, порождающих сходство и смешение с товарным знаком № 684368;

- удалить товарный знак № 684368 с вывесок, баннеров, социальных сетей, фото профилей в мессенджерах, сайтов, визиток, любой документации;

- выплатить правообладателям компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 1 000 000 руб. 00 коп. в течение 30 календарных дней со дня выставления настоящей претензии.

Надлежащие доказательства направления данной претензии в адрес ответчика представлены в материалы дела.

Полагая, что ответчик в ходе реализации товара нарушил исключительные права на товарный знак, истец обратился в арбитражный суд с настоящим требованием.

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения права истца именно ответчиком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации правом на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Основное предназначение товарного знака - обеспечение потенциальному покупателю возможности отличить маркированный товар одного производителя среди аналогичных товаров другого производителя.

Согласно статье 1479 Гражданского кодекса Российской Федерации на территории Российской Федерации действует исключительное право на товарный знак, зарегистрированный федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности, а также в других случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Содержание исключительного права на товарный знак составляет возможность правообладателя использовать его любыми не противоречащими закону способами, примерный перечень которых предусмотрен в пункте 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации. Так, исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых, товарный знак зарегистрирован, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к


продаже, продаются, демонстрируются или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Право истца на товарный знак, представляющий собой комбинированное обозначение с использованием словесного элемента (названия) и изобразительного элемента, подтверждено копией свидетельства на товарный знак № 684368.

Таким образом, вышеуказанный товарный знак имеет правовую охрану.

Подтверждением незаконного воспроизведения произведения и его публичного показа в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, может быть как одно из доказательств, признаваемых в качестве допустимых, так и их совокупность.

По результатам просмотра представленных истцом видеозаписей, которые произведены без нарушений законодательства и соответствуют принципам относимости и допустимости доказательств, установлено, что на дату видеосъемки спорное обозначение размещалось на вывеске (с ночной подсветкой) организации Речевой центр «Логопед» на фасаде здания, на стенде с указанием режима работы организации Речевой центр, расположенном слева от входной двери в нежилое помещение; на стенде «Уголок потребителя» организации Речевой центр «Логопед», расположенного внутри нежилого помещения, на стенде «Информация» организации Речевой центр «Логопед», расположенного внутри нежилого помещения, на подарочном сертификате (номиналом 1500 рублей) организации Речевой центр «Логопед».

Согласно статье 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу положений статьи 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, иные документы и материалы допускаются в качестве доказательств, если содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. К иным документам и материалам относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


По смыслу статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, видеосъемка при фиксации факта незаконного воспроизведения произведения и его публичного показа является допустимым способом самозащиты и отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Ведение видеозаписи (в том числе скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует часть 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Видеосъемка, произведенная истцом в целях самозащиты на основании статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является допустимым доказательством.

Видеосъемка подтверждает, какое именно обозначение размещено на вышеуказанных объектах. Представленная истцом видеосъемка не прерывалась. Видеосъемка произведена путем непрерывной фиксации происходящих событий без перерывов. Доказательств иного в материалы дела не представлено.

При просмотре видеозаписи установлено, что изображения на указанных объектах идентичны иным их изображениям, представленным в материалы дела, видеозапись воспроизводит момент осмотра указанных объектов.

Оснований полагать, что данное доказательство получено с нарушением федерального закона, у суда не имеется.

Ответчик документально не опроверг обстоятельства, зафиксированные представленной в материалы данного дела видеосъемкой.

На указанных объектах размещены следующие сведения: ИП ФИО2; ИНН <***>, ОГРНИП 316527500049379; наименование организации – Речевой центр или Речевой центр «Логопед»; адрес организации – <...>. Согласно сведениям, размещенным в Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей, ИНН <***> принадлежит ответчику - ИП ФИО2.

Доказательства ведения деятельности в нежилом помещении, расположенном по адресу: <...>, помещение П 20, иным лицом ответчик в материалы дела не предоставил.

У истца отсутствовали основания сомневаться в лице, ведущем деятельность в нежилом помещении, вывеска и стенды которого содержат спорное изображение.

Материалами дела подтверждается использование ответчиком товарного знака, исключительное право на который зарегистрировано за истцом, в виде комбинированного обозначения с использованием словесного элемента (названия) и изобразительного элемента на страницах сайта группы в социальной сети «Вконтакте» с названием «ЛОГОПЕД Речевой Центр. Томатис-терапия» (https://vk.com/club 185897504), на страницах сайта группы в социальной сети «Вконтакте» с названием «Логопед Речевой-Центр» (https://m.vk.com/id561309275), сайта группы в социальной сети «Фейсбук» (https://www.facebook.com) с названием «Логопед Речевой Центр» (https://ww.facebook.corn/%D0%9B%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%BF%D0%B5%D0%B4-

%D0%A0%D0%B5%D1%87%D0%B5%D0%B2%D0%BE%D0%B9-%D0%A6%D0%B5%D0%BD%D 1 %82%D 1 %80-112549436949987/).

На указанных сайтах данное комбинированное обозначение использовалось полностью или частично (только графическое изображение девочки с короной) при рекламировании и предложении услуг, оказываемых организацией Речевой центр «Логопед».

Ответчик, размещая на страницах своего сайта обозначение, сходное до степени смешения с охраняемым товарным знаком, принадлежащим истцу, таким способом привлекает внимание к предлагаемым им посредством сайта логопедическим и иным услугам для детей.

Из представленных в материалы дела скриншотов вышеуказанных сайтов групп следует, что сайты имеют четко выраженный информационно-рекламный характер. Таким образом, по мнению суда, информация, содержащая указание на товарный знак,


принадлежащий истцу, размещена ответчиком для привлечения внимания к объекту рекламирования - услугам ответчика.

Размещение ответчиком в рекламных целях товарного знака истца может ввести потребителя в заблуждение относительно взаимоотношений правообладателя - ИП ФИО1, и продавца, создав впечатление о том, что продавец является официальным представителем истца.

Указанная информация в совокупности с размещенными на тех же страницах предложениями услуг вводит в заблуждение рядовых потребителей относительно статуса продавца и его взаимоотношений с истцом.

Использование изображения товарного знака № 684368 на сайте на страницах сайта сайта группы в социальной сети «Вконтакте» с названием «ЛОГОПЕД Речевой Центр. Томатис-терапия» (https://vk.com/club 185897504), на страницах сайта группы в социальной сети «Вконтакте» с названием «Логопед Речевой-Центр» (https://m.vk.com/id561309275), сайта группы в социальной сети «Фейсбук» (https://www.facebook.com) с названием «Логопед Речевой Центр» (https://ww.facebook.corn/%D0%9B%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D0%BF%D0%B5%D0%B4-

%D0%A0%D0%B5%D1%87%D0%B5%D0%B2%D0%BE%D0%B9-

%D0%A6%D0%B5%D0%BD%D 1 %82%D 1 %80-112549436949987/) при предложении услуг ответчика, относящихся к услугам 35 и 41 классов МКТУ, для которых зарегистрирован товарный знак истца, ответчиком не оспаривается.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»).

В соответствии с пунктом 34 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, незаконное использование товарного знака посредством реализации товара, имитирующего товарный знак, является нарушением исключительных прав на такой товарный знак.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с


учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Согласно пункту 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42-44 настоящих Правил.

В пункте 43 Правил указано на то, что изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В соответствии с пунктом 7.1.2.2. Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного Приказом ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 № 12, сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.); сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях, т.е. при сравнении изобразительных и объемных обозначений сходство может быть установлено, например, если в этих обозначениях совпадает какой-либо элемент, существенным образом влияющий на общее впечатление, или в случае, если обозначения имеют одинаковые или сходные очертания, композиционное построение, либо если они сходным образом изображают одно и то же, в связи с чем ассоциируются друг с другом.

Как правило, первое впечатление является наиболее важным при определении сходства изобразительных и объемных обозначений, так как именно первое впечатление наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, уже приобретавшими такой товар. Следовательно, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявляет отличие за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

При визуальном сравнении вышеназванного товарного знака истца с изображением, используемым на товарных стендах (прилавках) ответчика, суд считает возможным установить визуальное сходство графических изображений по их виду и характеру, а также сочетанию цветов и тонов, расположение отдельных частей изображений совпадает.

Оценив сходность изображений на вывеске, стендах, подарочном сертификате, страницах сайтов групп ответчика с товарным знаком № 684368, руководствуясь общим восприятием не отдельных элементов, а объектов в целом (общим впечатлением), учитывая не только визуальное сходство, но и различительную способность, суд усматривает возможность реального их смешения в глазах потребителей.

Таким образом, объекты исследования имеют общее зрительное сходство и сходны до степени смешения.

Доказательств, подтверждающих, что у ответчика имеются права на использование


спорного обозначения, ответчик в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представил.

При визуальном сравнении изображения произведения изобразительного искусства истца с изображениями, используемыми на торговых стендах (прилавках) ответчика, суд также считает возможным установить визуальное сходство графических изображений по их виду и характеру, а также сочетанию цветов и тонов, совпадению расположения отдельных частей изображений.

При этом наличие прав истца на спорный товарный знак документально подтверждено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Согласно пункту 2 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать изъятия из оборота и уничтожения за счет нарушителя контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров, на которых размещены незаконно используемый товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение. В тех случаях, когда введение таких товаров в оборот необходимо в общественных интересах, правообладатель вправе требовать удаления за счет нарушителя с контрафактных товаров, этикеток, упаковок товаров незаконно используемого товарного знака или сходного с ним до степени смешения обозначения.

В силу пункта 3 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, нарушившее исключительное право на товарный знак при выполнении работ или оказании услуг, обязано удалить товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение с материалов, которыми сопровождается выполнение таких работ или оказание услуг, в том числе с документации, рекламы, вывесок.

В этой связи суд полагает необходимым удовлетворить требования правообладателя об обязании ответчиков:

- удалить товарный знак № 684368 и любые изображения порождающие сходство до степени смешения с ним с вывесок, баннеров, стендов, режимников, подарочных сертификатов, социальных сетей, сайтов, рекламы, визиток, любой документации, электронной документации.

- запретить любое использование товарного знака № 684368, включая запрет на использование любых изображений, порождающих сходство до степени смешения с ним.

Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношении товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской


Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с указанными выше положениями, компенсация рассчитана истцом в отношении одного товарного знака в сумме 1 000 000 руб. 00 коп. за использование товарного знака № 684368.

Пунктом 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

В обоснование размера заявленной компенсации истец ссылается на незаконность, длительность, злостность и публичность использования ответчиком товарного знака истца в целях извлечения прибыли.

Ответчик просит суд снизить размер компенсации, учесть при этом, что нарушение прав истца осуществлено однократно, деятельность ответчика приносила незначительный доход, несоразмерный заявленной сумме компенсации, в настоящее время использование товарного знака истца прекращено.

Суд отмечает, что размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П, нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Следовательно, истец, заявив требование из расчета 1 000 000 руб. за одно нарушение, должен документально обосновать и подтвердить данный размер компенсации.

Применительно к настоящему делу суд учитывает, что в силу положений абзаца первого пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ компенсация может взыскиваться и сверх убытков, но лишь при наличии таковых. Будучи мерой гражданско-правовой ответственности, она имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.


Компенсация может быть больше, чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10 октября 2017 года № 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя (Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П).

Однако по настоящему делу, заявляя требование о взыскании компенсации в размере 1 000 000 руб. 00 коп. за одно нарушение, истец не представил суду обоснование суммы компенсации, доказательства того, что указанный размер компенсации направлен на восстановление имущественного положения истца в связи с допущенным нарушением ответчика.

Таким образом, истец не обосновал вероятный размер своих убытков и не сослался на иные обстоятельства, способные повлиять на размер взыскиваемой судом компенсации и подтвержденные доказательствами, в связи с чем, суд лишен возможности убедиться в соразмерности требуемого истцом размера компенсации последствиям реализации (предложения к продаже) ответчиком спорного товара.

Взыскание компенсации при таких условиях в заявленной сумме в полном объеме превращается в меру ответственности карательного характера.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П, размер ответственности, несправедливый и несоразмерный допущенному нарушению, подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

Установление разумного и обоснованного размера компенсации – прерогатива суда (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021).

При определении размера подлежащей взысканию компенсации суд учитывает характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя и иные обстоятельства дела. Назначаемая компенсация не должна вести к обогащению одной из сторон и по европейской правоприменительной практике не относится к карательным убыткам. Предоставленная суду возможность снижать размер компенсации является одним из правовых способов, предусмотренных законом, направленных против злоупотребления правом ее свободного определения, то есть, по существу, на реализацию требований статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод не должно нарушать прав и свобод других лиц. В этом смысле у суда возникает обязанность установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и затронутыми интересами истца.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд, рассматривая дела о взыскании компенсации, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. При этом размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Применительно к данному спору, суд принимает во внимание, что в действиях ответчика отсутствуют отягчающие обстоятельств по делу, а также то, что выявленное правонарушение совершено ответчиком впервые, ранее ответчик не привлекался к административной ответственности за совершение однородных правонарушений, выявленное правонарушение устранено (объекты с незаконным воспроизведением чужого товарного знака убраны и удалены).


Оценив представленные в материалы дела доказательства, исходя из требований разумности и справедливости, суд установил факт незаконного предложения к продаже ответчиком товара с нанесенным на него товарным знаком истца, и пришел к выводу, что заявленный размер компенсации является несоразмерным допущенному ответчиком нарушению и вероятных убытков правообладателя. Учитывая данное обстоятельство, а также то, что суду не представлено доказательств наличия ранее совершенных ответчиком нарушений исключительного права истца, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований в полном объеме, в связи с чем, считает возможным снизить размер компенсации за незаконное использование товарного знака и взыскать компенсацию в размере 300 000 руб. 00 коп. за незаконное использование товарного знака № 684368, что, по мнению суда, соответствует принципам разумности и справедливости, установлено исходя из характера допущенного нарушения, степени вины нарушителя.

Расходы по государственной пошлине в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и в соответствии с частью 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации будет направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 171, 176, 180, 181, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП 316527500049379), г. Дзержинск Нижегородской области, в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 309253731600018), г. Владивосток Приморского края, 333 610 руб. 00 коп., в том числе: 20 000 руб. 00 коп. роялти-платежей, 13 610 руб. 00 коп. неустойки, 300 000 руб. 00 коп. компенсации за незаконное использование товарного знака № 684368; а также 19 523 руб. 00 коп. расходы по оплате государственной пошлины

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП 316527500049379), г. Дзержинск Нижегородской области, удалить товарный знак № 684368 и любые изображения порождающие сходство до степени смешения с ним с вывесок, баннеров, стендов, режимников, подарочных сертификатов, социальных сетей, сайтов, рекламы, визиток, любой документации, электронной документации.

Запретить индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП 316527500049379), г. Дзержинск Нижегородской области, любое использование товарного знака № 684368, включая запрет на использование любых изображений порождающих сходство до степени смешения с ним.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя.

Во взыскании остальной суммы иска истцу отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении одного месяца со дня принятия, если не будет подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы, решение вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если оно не будет отменено или изменено таким постановлением.

Решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с даты принятия решения. В таком же порядке решение может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы; если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Судья Э л е к т р о н н а я п о д п и с ь д е й с т в и т е л ь н а . С.А. Курашкина

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России

Дата 28.03.2023 8:47:00Кому выдана Курашкина Светлана Анатольевна