Решение от 29 марта 2024 г. по делу № А61-6895/2022

Арбитражный суд Республики Северная Осетия-Алания

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А61-6895/2022
г. Владикавказ
29 марта 2024 года
Резолютивная часть решения оглашена 15 марта 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 29 марта 2024 года.

Арбитражный суд РСО-Алания в составе судьи Харченко С.Б.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску АО «Росспиртпром» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ответчику - ООО «Миранда» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании задолженности

при участии:

от истца – ФИО2 по доверенности № 38 от 28.02.2024,

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 16.06.2023,

установил:

АО «Росспиртпром» обратилось в Арбитражный суд РСО-Алания с иском к ответчику ООО «Миранда» о взыскании задолженности в размере 13570233,44 руб., в том числе: 3951241,55 руб. основной долг по агентскому договору от 01.06.2015, 9618991,89 руб. – пени за период с 18.02.2016 по 23.12.2022.

Заявлением от 13.11.2023 истец уточнил исковые требования и просил суд взыскать с ответчика 15194699,02 руб., в том числе: основной долг в размере 3 951 241,55 руб.; неустойку, рассчитанную по состоянию на 01.11.2023, за вычетом периода действия моратория (с 01.04.2022 по 02.10.2022) в размере 11 243 457,47 руб.

В порядке статьи 49 АПК РФ заявленные истцом уточнения судом приняты.

В судебном заседании представитель истца поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика исковые требования не признала по основаниям, изложенным в отзыве от 15.04.2023 и в дополнениях к отзыву от 22.09.2023, просила в удовлетворении исковых требований отказать, применить срок исковой давности, снизить неустойку ввиду ее явной несоразмерности.

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Между АО «Росспиртпром» (Истец, Агент) и ООО «Миранда» (Ответчик, Принципал) заключен агентский договор от 01.06.2015 № б/н (далее – Договор), по которому Агент обязался за вознаграждение совершать по поручению от имени и за счет Принципала комплекс услуг по поиску клиентов, организации постоянного спроса на продукцию (произведенный Принципалом спирт этиловый ректификованный из пищевого сырья), а также всему процессу продажи Продукции клиентам, который включает: ведение переговоров с клиентами в целях выявления их потребности в продукции, формирование планов продаж (реализации), принятие от клиентов и консолидирование заказов на поставку продукции, согласование объемов и сроков поставок продукции с Принципалом, контроль задолженности клиентов перед Принципалом, принятие мер по погашению просроченной задолженности клиентов, а Принципал обязался оплачивать указанные услуги в размере, порядке и сроки, установленные в договоре.

В соответствии с п. 5.8 и п. 5.9 Договора оплата вознаграждения Агента и расчеты по настоящему договору производятся ежемесячно путем безналичных перечислений денежных средств на расчетный счет Агента. Принципал перечисляет сумму причитающегося Агенту вознаграждения по каждому из Клиентов в согласованном сторонами размере не позднее 18 числа месяца, следующего за оплачиваемым, на основании подписанного Акта оказанных услуг. Агентское вознаграждение рассчитывается по формуле согласно п. 5.2 Договора согласно информационному письму (п. 5.1 Договора), которое направляется Агентом Принципалу не позднее 18:00 часов 10 числа каждого числа календарного месяца.

По состоянию на 31.12.2019 г. за Принципалом числилась задолженность перед Агентом в размере 3 951 241,55 руб., что подтверждается Актом сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.12.2019

В ответ на претензию АО «Росспиртпром» ООО «Миранда» направило письмо от 25.03.2021 № 75, в котором подтвержило задолженность по оплате агентского вознаграждения в размере 3 951 241,55 руб., однако, указало на существование задолженности АО «Росспиртпром» перед ООО «Миранда». При этом зачет встречных однородных требований не заявлен.

До настоящего момента указанная задолженность не погашена.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения в суд с заявлением о взыскании с ответчика суммы 3951241,55 руб. основного долг по агентскому договору от 01.06.2015, 9618991,89 руб. – пени за период с 18.02.2016 по 23.12.2022.

Согласно статьям 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства не допустим.

В соответствии со статьей 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

Согласно пункту 1 статьи 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

В соответствии со статьей 1006 ГК РФ принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре.

Ответчиком требования истца документально не опровергнуты, доказательства, освобождающие от оплаты, отсутствуют.

Отраженные в Акте сверки от 31.12.2019 задолженности подтверждаются первичными документами:

- Акт оказанных услуг от 31.01.2016 на сумму 5 011 498,44 руб., незакрытый остаток 3 045 184,55 руб., подписанный сторонами обоюдно с приложениями;

- Акт передачи Клиента к нему от 15.01.2016 в отношении клиентов ООО «ХимВест» и ООО «Аврора» (2 акта по каждому из клиентов);

- Акт согласования условий поставки спирта ООО «ХимВест» и ООО «Аврора» от 15.01.2016 г. (2 акта по каждому из клиентов);

- Информационное письмо от 31.01.2016 (2 письма по каждому из клиентов).

- Акт оказанных услуг от 30.04.2016 на сумму 125 825 руб., подписанный сторонами обоюдно с приложениями;

- Акт А-00000521 от 30.04.16;

- Акт передачи клиента ООО «Витаон» от 01.04.16;

- Акт согласования условий поставки спирта от 01.04.16;

- Информационное письмо от 31.04.2016,

- Акт оказанных услуг от 30.06.2016. на сумму 528 891,50 руб. подписанный сторонами обоюдно с приложениями;

- Акт А-00000782 от 30.06.2016;

- Акт передачи клиента ООО «Витаон» от 01.04.2016;

- Акт согласования условий поставки спирта от 01.05.2016;

- Информационное письмо от 30.06.2016,

- Акт оказанных услуг от 31.05.2016 на сумму 251 330,50 руб. подписанный сторонами обоюдно с приложениями;

- Акт А-00000644 от 31.05.16 г.;

- Акт передачи клиента ООО «Витаон» от 01.04.2016;

- Акт согласования условий поставки спирта от 01.05.2016;

- Информационное письмо от 31.05.2016.

Суд считает несостоятельной ссылку ответчика на пункты 1.1, 5.9 и 5.10 агентского договора, по следующим основаниям.

В соответствии с п. 5.9 Агентского договора (в редакции дополнительного соглашения от 01.10.2015 г.), Принципал перечисляет сумму причитающегося Агенту вознаграждения по каждому из Клиентов в согласованном Сторонами размере в течение 2 (двух) рабочих дней после поступления от Клиентов оплаты за Продукцию на расчетный счет Принципала.

Из п. 1.1 Агентского договора прямо следует, что в состав оказываемых Агентом услуг включены услуги по контролю Агентом задолженности Клиентов перед Принципалом и принятие Агентом мер по погашению просроченной задолженности Клиентов.

В п. 5.10 Агентского договора (в редакции дополнительного соглашения от 02.06.2015 г.) сторонами согласовано, что в случае если Клиент возвращает Принципалу ранее отгруженную по Договору поставки Продукцию, то агентское вознаграждение по такой Продукции подлежит возврату.

Таким образом, по условиям договора вознаграждение агента поставлено в прямую зависимость от обеспечения основного интереса принципала – получение денежных средств от продажи продукции, то есть от агента требовалась не только обеспечить заключение договора поставки с клиентом, но и обеспечить поступление принципалу цены поставленной клиентам продукции, что, по мнению суда, противоречат требованиям закона.

В соответствии со статьей 190 ГК РФ установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени, который исчисляется годами, месяцами неделями, днями или часами. Срок может определяться также указанием на событие, которое должно неизбежно наступить.

В данном случае, срок оплаты, указанный в договоре, связан с событием, которое должно наступить, однако, наступление данного события зависит от воли заказчика, который в соответствии с условиями договора и пункта 15 статьи 48 Градостроительного кодекса РФ обязан направить проектную документацию на государственную экспертизу.

В этой связи, суд считает вышеназванное положение договора не соответствует требованиям статьи 190 ГК РФ, так как связывает срок оплаты работ с событием, наступление которого не является неизбежным.

Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности судом отклоняются по следующим основаниям.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Для защиты нарушенного права гражданское законодательство устанавливает специальный срок (исковую давность). Срок исковой давности установлен в статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации и составляет три года.

В силу статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (часть 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец обратился в арбитражный суд с иском 30.12.2022.

Согласно пункту 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации). К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченными лицами. При этом перечень не является исчерпывающим.

Актом сверки взаимных расчетов по состоянию на 31.12.2019 30.09.2022 стороны подтвердили задолженность ответчика в пользу истца в сумме 3951241,55 руб.

Ответчик в судебном заседании 23.05.2023 просил не рассматривать заявление о фальсификации указанного акта сверки.

Поскольку акт сверки подписан должником в пределах срока давности, указанное действие влечет перерыв течения срока исковой давности.

Исходя из правовой природы института исковой давности, после перерыва срок начинает течь заново, а время, истекшее до перерыва, в новый срок не засчитывается (часть вторая статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного суд признает акт сверки надлежащим доказательством признания ответчиком долга в размере 3951241,55 руб. и приходит к выводу, что срок исковой давности по данному требованию истцом не пропущен.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329, пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой (штрафом, пеней), то есть определенной законом или договором денежной суммой, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Истец заявил о взыскании пени по состоянию на 01.11.2023, за вычетом периода действия моратория (с 01.04.2022 по 02.10.2022) в размере 11 243 457,47 руб.

Ответчик заявил о пропуске срока исковой давности.

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", срок исковой давности по требованию о взыскании процентов, неустойки исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки. Признание обязанным лицом основного долга, в том числе в форме его уплаты, само по себе не может служить доказательством, свидетельствующим о признании дополнительных требований кредитора, не может расцениваться как основание перерыва течения срока исковой давности по данному дополнительному требованию.

Поскольку обязательство по оплате повременной неустойки (процентов) как любого периодического платежа возникает по истечении каждого нового периода, с которым закон или договор связывают ее начисление, то общая сумма повременной неустойки (процентов), таким образом, представляет собой совокупность множества самостоятельных обязательств по оплате неустойки (процентов) за каждый период просрочки (в данном случае - день), каждое из которых может быть заявлено по отдельности.

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенное, истец вправе требовать взыскания неустойки за трехлетний период (+30 дней) до обращения с рассматриваемым иском о взыскании неустойки.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела, в условиях обращения с рассматриваемым иском в суд 30.12.2022, требование о взыскании неустойки за просрочку оплаты задолженности истец вправе был предъявить за период с 29.11.2019.

Ответчик заявил о несоразмерности взыскиваемой истцом суммы неустойки последствиям ненадлежащего исполнения ответчиком принятых на себя обязательств, просил суд применить статью 333 ГК РФ и снизить взыскиваемую истцом сумму неустойки.

В силу пункта 1 статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно пункту 2 статьи 333 ГК РФ уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Пунктом 71 Постановления Пленума N 7 предусмотрено, что если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме.

Из пункта 77 Постановления Пленума N 7 следует, что снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

Согласно пункту 73 Постановления Пленума N 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 14.10.2004 N 293-0, право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое. При этом признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Данной правовой нормой предусмотрена обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 N 263-О).

Неустойка в силу статьи 333 ГК РФ по своей правовой природе носит компенсационный характер и не может являться средством извлечения прибыли и обогащения со стороны кредитора.

Принимая во внимание компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Таким образом, явная несоразмерность заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, четких критериев ее определения применительно к тем или иным категориям дел законодательством не предусмотрено, в силу чего только суд на основании своего внутреннего убеждения вправе дать оценку указанному критерию, учитывая обстоятельства каждого конкретного дела.

При этом в силу пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 г. № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснениями, разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

В рассматриваемом случае суд исходит из того, что установленная договором ставка (0,1% от цены договора за каждый день просрочки) составляет 36,5% годовых и существенно превышает двукратную ключевую ставку Банка России, действующую в соответствующие периоды взыскания неустойки.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии оснований для снижения заявленной истцом к взысканию договорной неустойки в целях установления баланса между применяемой к ответчику мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного истцу в результате просрочки исполнения ответчиком своих обязательств по оплате оказанных услуг с применением ставки 0,05% за каждый день просрочки, что не ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в период нарушения обязательства.

Учитывая заявление ответчика о применении ст. 333 ГК РФ, исходя из конкретных обстоятельств дела, принимая во внимание, что неустойка по своей сути является способом обеспечения исполнения обязательств должником и не должна служить средством обогащения кредитора, суд считает заявленную к взысканию с ответчика сумму неустойки явно несоразмерной последствиям нарушения им обязательств из договора, в связи с чем, считает возможным снизить сумму неустойки, исходя из 0,05% в день от суммы задолженности за каждый день просрочки, что за период с 29.11.2019 по 01.11.2023 составляет 2469525,97 руб.

В остальной части в удовлетворении требований суд отказывает.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы за рассмотрение настоящего дела относятся на стороны пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

Сумма госпошлины по иску в уточенной редакции составляет 98973 руб.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины распределяются пропорционально – 41823 руб. на ответчика и 57150 руб. на истца.

Истец при подаче иска в суд уплатил государственную пошлину в размере 90851 руб., следовательно, с ответчика в пользу истца следует взыскать 41823 руб. расходов по уплате государственной пошлины, а с истца в доход бюджета РФ - 8122 руб. (98973 руб. – 90851 руб.).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Миранда» в пользу АО «Росспиртпром» задолженность в размере 3951241,55 руб., пеню за период с 29.11.2019 по 01.11.2023 в размере 2 469 525,97 руб., 41 823 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, а всего – 6 462 590,52 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с АО «Росспиртпром» в доход бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 8 122 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия (изготовления в полном объеме), а так же в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо - Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения в законную силу через суд, вынесший решение.


Судья С.Б. Харченко