Постановление от 25 января 2024 г. по делу № А41-7917/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-7917/19
25 января 2024 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2024 года Полный текст постановления изготовлен 25 января 2024 года

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Мысака Н.Я. судей Зеньковой Е.Л., Морхата П.М. при участии в судебном заседании: от ФИО1 – ФИО2 дов. от 12.10.2023 ФИО3 – лично паспорт от ФИО4 – ФИО5 дов. от 24.06.2022

финансовый управляющий ФИО6 – ФИО7 - лично, паспорт

рассмотрев в судебном заседании 18 января 2024 года

кассационные жалобы ФИО4, ФИО3

на определение Арбитражного суда Московской области от 09.08.2023

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023

по заявлению о признании недействительными сделками: договор дарения помещения от 27.07.2017 (между гр. ФИО6 и ФИО8); договор купли-продажи нежилого помещения от 30.08.2017 (заключен между гр. ФИО8 и гр. ФИО3); договор купли-продажи нежилого помещения от 29.11.2017 (заключен между гр. ФИО3 и ФИО9); договор купли-продажи от 24.09.2018 № ДКП/001/2018 нежилого помещения (заключен между ФИО9 и ФИО4,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 22.05.2020 по делу N А41-7917/19 ФИО6 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление финансового управляющего о признании недействительными сделками: - договор дарения помещения от 27.07.2017 г. (заключен между гр. ФИО6 (должник) и ФИО8 (супруга должника); - договор купли-продажи нежилого помещения от 30.08.2017 (заключен между гр. ФИО8 и гр. ФИО3 (аффилированные к должнику лица); - договор купли-продажи нежилого помещения от 29.11.2017 (заключен между гр. ФИО3 и ФИО9 (аффилированные к должнику лица); - договор купли-продажи от 24.09.2018 года № ДКП/001/2018 нежилого помещения (заключен между ФИО9 (аффилированное к должнику лицо) и ФИО4.

Определением Арбитражного суда Московской области от 09 августа 2023 года, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 заявленные требования были удовлетворены.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО4, ФИО3 обратились в Арбитражный суд Московского округа каждый со своей кассационной жалобой, в которых ФИО4 просит определение и постановление отменить, и принять новый судебный акт, которым заявленные требования оставить без удовлетворения, ФИО3 просил определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной своей жалобы ФИО4, ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что судами не дана надлежащая оценка действиям, доказательствам и доводам ответчика, что поставило его в один ряд с аффилированными недобросовестными приобретателями.

По утверждению кассатора, ФИО4 является добросовестным приобретателем имущества.

ФИО4, как арендатор, знал все недостатки помещения и о полноценной рыночной стоимости речь идти не могла. Установление цены сделки в 3 000 000 рублей - результат разумного торга хозяйствующего предпринимателя. Ссылка на представленный в материалы дела финансовым управляющим отчет об оценке № 22/197А от 14.09.2022 года, по мнению подателя жалобы, не состоятельна. Ответчик ФИО4 считает указанный отчет недостаточным и недопустимым доказательством.

В обоснование кассационной своей жалобы ФИО3 ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах,

фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что судами первой и апелляционной инстанций неправильно применены нормы процессуального права о распределении бремени доказывания, необоснованно возложив на ФИО3 более строгий стандарт доказывания, что повлекло принятие неправильного решения.

По утверждению кассатора, суды не дали оценку позиции ФИО3 что он был лицом, которое инициировало банкротство ООО «Шатурский хлебокомбинат», а ФИО6 был одним из руководителей данного юридического лица и таким образом, их знакомство с ФИО6, не могло не состоятся.

По мнению подателя жалобы, добросовестные действия ФИО3 по оплате текущих расходов ООО "Шатурский хлебокомбинат" свидетельствует о противоположных интересах ФИО6 и ФИО3, что делает предположение об их заинтересованности несостоятельным.

Заявитель указывал на то, что ни финансовым управляющим, ни судом не опровергнута позиция ФИО10, которая в отзыве указала, что сделки дарения сыну совершены в рамках раздела лицами состоявшими в браке ФИО6 и ФИО11 имущества и выделения средств на содержания ребенка.

Вступившее в силу решение Шатурского городского суда Московской области от 26 апреля 2018 года по делу № 2-154/2018, по мнению кассатора, подтверждает, что вопрос действительности договоров: дарения между ФИО12 и ФИО8 от 27.07.2017, договоров купли-продажи между ФИО8 и ФИО3, ФИО3 и ФИО9Н-О. уже исследовался и суд пришел к выводу о действительности данных договоров.

Представитель ФИО4 и ФИО13 в судебном заседании доводы кассационных жалоб поддержали, по мотивам, изложенным в них, представитель ФИО1 и финансовый управляющий должником относительно доводов кассационных жалоб возражали.

Иные участвующие в деле лица своих представителей в арбитражный суд округа не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Обсудив доводы кассационных жалоб, выслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов

общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как следует из материалов дела, и установлено судами должнику на праве собственности принадлежало нежилое помещение, часть № 1 магазина № 3, кадастровый номер: 50:25:0060104:376, общей площадью 246,1 кв.м., расположенное по адресу: Московская обл., Шатурский р-он, <...>.

27.07.2017 между гр. ФИО6 (должник) и ФИО8 (супруга ФИО14) был заключен договор дарения указанного помещения. Впоследствии 30.08.2017 между гр. ФИО8 и гр. ФИО3 был заключен договор купли-продажи нежилого помещения.

29.11.2017 между гр. ФИО3 и ФИО9 был заключен договор купли-продажи нежилого помещения (аффилированные к должнику лица);

24.09.2018 ФИО9 спорное нежилое помещение было отчуждено ФИО4 на основании договора купли-продажи.

Финансовый управляющий, полагая, что оспариваемые сделки представляют собой цепочку последовательных сделок, отвечающих признакам мнимости (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), поскольку у сторон оспариваемых сделок отсутствовали намерения создать соответствующие правовые последствия, сделки совершены ответчиками в отсутствие равноценного встречного предоставления исключительно с целью вывода активов должника без какой-либо экономической обоснованности, в целях недопущения обращения на него взыскания в деле о банкротстве должника, что является основанием для признания их недействительными в соответствии с положениями ст. 61.2 Закона о банкротстве, обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд исходил из того, что оспариваемые управляющим сделки представляют собой цепочку последовательных сделок, направленных на вывод актива должника, с целью недопущения обращения на него взыскания в пользу независимых кредиторов.

С данными выводами согласился апелляционный суд.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 31.07.2017 по делу N 305-ЭС15-

11230, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю.

Как указано в Определении Верховного Суда от 02.07.2020 № 307- ЭС19- 18598(3) по делу N А56-94386/2018 суды не должны ограничиваться анализом одной сделки из цепочки, а оценивать все взаимосвязанные сделки в совокупности, даже если одна сделка из цепочки была ранее предметом рассмотрения суда на предмет ее действительности и сами сделки по своему предмету различаются

Судами установлено, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника возбуждено 12.02.2019, а первая спорная сделка дарения между должником и его бывшей супругой совершена 27.07.2017, то есть, в трехлетний период подозрительности сделок, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ "О защите конкуренции" входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Суды обоснованно исходили из того, что ФИО8 является заинтересованным лицом по отношению к должнику, что является презумпцией осведомленности ответчика о цели заключения оспариваемой сделки.

Суды установили, что ФИО6 являлся контролирующим ООО "Шатурский хлебокомбинат" лицом, кроме того, заинтересованным лицом по отношению к ООО "Торговый дом Хлеб", а именно учредителем и единоличным участником общества с 19.07.2004 по 09.08.2017 г., осуществлял функции единоличного исполнительного органа с 23.10.2017 по 29.03.2019 г.

Определением Арбитражного суда Московской области от 28.10.2019 г. признаны недействительными сделки по перечислению ООО "Торговый дом Хлеб" в пользу ФИО6 за период с 08.01.2015 г. по 14.07.2017 г. денежных средств в размере 7 696 953,12 руб., применены последствия недействительности сделок, с ФИО6 взысканы в пользу ООО "Торговый дом Хлеб" денежные средства в размере 7 696 953,12 руб. и 6000 руб. в счет возмещения расходов на уплату государственной пошлины.

В рамках указанного дела ООО "Торговый дом Хлеб" в периоде с 08.01.2015 г. по 14.07.2017 г. вносило арендные платежи ФИО6 как оплату товара. Однако в документах первичного учета должника отсутствует информация о заключении договоров аренды, отсутствуют акты приема-передачи объектов недвижимости, акты приема-передачи товара.

Вступившим в законную силу судебным актом от 28.10.2019 по делу N А4144328/18 установлена недобросовестность ФИО6, выразившаяся в

заключении сделок по выводу имущества подконтрольного общества ООО "Торговый дом Хлеб".

Суды установили, что между АО "СМП Банк" (кредитор) и ООО "Шатурский хлебокомбинат" (заемщик) был заключен кредитный договор N 0014100106.072016КЛ от 11.08.2016 г., в соответствии с которым кредитор предоставляет заемщику денежные средства в виде невозобновляемой кредитной линии с лимитом выдачи 45 000 000 руб., сроком пользования по 09.08.2019 г. Процентная ставка по кредиту, в редакции Дополнительного соглашения N 4 от 29.06.2017 г. составляет - 16,% годовых, а с 30.06.2017 г. - 15% годовых.

В обеспечение исполнения обязательств заемщика по кредитному договору между кредитором и ФИО6 (поручитель) был заключен договор поручительства N 0014100106.072016КЛ/ДП-04 от 11.08.2016 г., по условиям которого поручитель обязывается перед кредитором солидарно с ООО "Шатурский хлебокомбинат" (должник) отвечать за исполнение всех обязательств должника, заключенного между должником и кредитором.

Определением Арбитражного суда Московской области от 31.05.2019 г. по делу N А41- 7917/19 требования АО "СМП Банк" в размере 35 156 250 руб. - основной долг, 2 870 235,22 руб. - проценты, 1 998 490,05 руб. - неустойка, 15 000 руб. расходы по уплате государственной пошлины, включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Суды проанализировав условия договора поручительства N 0014100106.072016КЛ/ДП-04 от 11.08.2016 г., отметили что обязанность ФИО6 оплаты задолженности по кредитному договору N 0014100106.072016КЛ от 11.08.2016 г. возникает с момента неисполнения основным заемщиком ООО "Шатурский хлебокомбинат" оплаты по кредиту.

Суды исходили из того, что апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 23.07.2018 г. по делу N 33-22303/2018 установлено, что согласно расчета задолженности ООО "Шатурский хлебокомбинат" по кредитному договору N 0014100106.072016КЛ от 11.08.2016 г. за период с 11.08.2016 г. по 17.11.2017 г. образовалась задолженность в размере 39 141 861, 05 руб.

Вступившим в законную силу решением Замоскворецкого районного суда города Москвы от 26.03.2018 г. по делу N 2-1467/2018 с ФИО15, ФИО16, ФИО17 и ФИО6 в пользу АО "СМП Банк" солидарно взыскана задолженность по кредитному договору, в общем размере 39 141 861,05 руб., в том числе: текущие проценты, начисленные на основной долг, в размере 1 489 797,38 руб.; просроченные проценты в размере 1 772 204,41 руб.; текущие проценты, начисленные на просроченный основной долг, в размере 81 583,05 руб.; основной долг в размере 32 162 500 руб.; просроченный основной долг в размере 2 993 750 руб.; неустойка, начисленная на просроченный основной долг в размере 81 583,05 руб. коп.; неустойка, начисленная на просроченные проценты в размере 560 443,17 руб. С ФИО6 в пользу АО "СМП Банк" взыскана государственная пошлина в размере 15 000 руб.

Судами учтено, что у ФИО6 как поручителя ООО "Шатурский хлебокомбинат" по кредитному договору N 0014100106.072016КЛ от 11.08.2016

г. на дату совершения оспариваемой сделки уже возникла обязанность как у поручителя по погашению задолженности по кредитному договору N 0014100106.072016КЛ от 11.08.2016 г.

О невозможности исполнить обязательства по кредитному договору обществом ФИО6 как руководитель знать не мог, более того, из обстоятельств, установленных в рамках дела о банкротстве ООО "Шатурский хлебокомбинат", должник действовал из недобросовестных соображений и выводил по мнимым сделкам денежные средства из владения общества.

Суды верно отметили, что будучи контролирующим ООО "Шатурский хлебокомбинат", выступая в качестве поручителя по его обязательствам перед банком, ФИО6 совершил ряд сделок по выводу имущества из своего владения, предвидя негативные последствия в виде обращения взыскания и понуждения к исполнения обязательств.

Впоследствии 30.08.2017 между ФИО8 и ФИО3 заключен договор купли-продажи нежилого помещения.

29.11.2017 между гр. ФИО3 и ФИО9 был заключен договор купли-продажи нежилого помещения; 24.09.2018 ФИО9 спорное нежилое помещение было отчуждено ФИО4 на основании договора купли-продажи.

Судами установлена аффилированность всех участников указанных выше сделок.

Доводы кассаторов об обратном, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Вопреки мнению подателей жалоб, в материалы дела не представлены доказательства оплаты цены каждого из оспариваемых договоров, что предполагает безвозмездность отчуждения имущества должника, на которое возможно обратить взыскание в счет удовлетворения требований кредиторов, а договор, заключенный между ФИО9 и ФИО4 заключен по цене значительно ниже рыночной.

Суды обоснованно признали датой совершения сделки, которая имеет значение для соотнесения ее с периодом подозрительности, дату регистрации договора купли-продажи с ФИО4 – 04.10.2018, то есть вывод недвижимого имущества из конкурной массы ФИО14, то есть в течении года до принятия заявления о признания должника несостоятельным (банкротом) (12.02.2019), в период неплатежеспособности должника.

Действия сторон спорных сделок свидетельствуют о том, что их воля не была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из заключенных ими договоров, а совершены лишь в целях прикрытия единой сделки по безвозмездному выводу актива должника, что привело к причинению вреда имущественным правам как самого должника, так и его кредиторов.

Доводы апеллянтов об их добросовестности ввиду отсутствия аффилированности или иной заинтересованности сторон сделки, правомерно отклонены апелляционным судом, поскольку опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Доводы ФИО4, что цена договора была согласована сторонами с учетом технического состояния объекта недвижимости, правомерно отклонены судом апелляционной инстанции.

Согласно п. 1.4 договора аренды от 01.04.2017 № А-2/2017 помещения находились в санитарио-техническом состоянии, позволяющим использовать их по назначению, обеспечены датчиками охранно-пожарной сигнализации, инженерными сетями (отопительная система, электроснабжение, водоснабжение, канализация, вентиляция).

Кроме того, в договоре купли-продажи № ДКП/001/2018 от 24.09.2018 года, заключенном между ИП ФИО9 и ФИО4, в разделе 1 Предмет договора, отсутствует ссылка сторон сделки, о том, что объект недвижимости имеет какие-то изъяны или технические недостатки, требует вложений в виде капитального ремонта, отсутствует система отопления; что есть условия влияющие на цену объекта недвижимости, позволяющие снизить его покупную стоимость.

Апелляционный суд верно отметил, что ответчик являясь, профессиональным участником рынка недвижимости, действуя разумно, не мог не указать эти обстоятельства в договоре купли-продажи, если бы они имели место на момент совершения оспариваемой сделки.

Вопреки доводам ФИО4 материалы дела не содержат доказательств того, что ответчик самостоятельно устранял какие-либо недостатки помещений: проводил капитальный ремонт, восстанавливал отопление, привлекал работников для устранения недостатков и проведения ремонта, оплачивал труд работников, приобретал расходные материалы для проведения ремонта и т.д.

В соответствии с п. 2.1 договора купли-продажи от 24.09.2018 года № ДКП/001/2018 нежилого помещения, заключенного между ФИО9 и ФИО4 стоимость спорного помещения составила 3 000 000 руб.

Суд правильно отметил, что Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже кадастровой и рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными. Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения».

Стоимость спорного имущества, установленная в отчете об оценке № 22/197А от 14.09.2022, сторонами по делу не оспаривается.

В связи с этим совокупность установленных обстоятельств и приведенных доводов убедительно свидетельствует о том, что отчуждение спорного имущества в рамках договора купли-продажи от 24.09.2018 года № ДКП/001/2018 нежилого помещения происходило по заниженной цене и направлено на вывод активов из конкурсной массы. При этом, в материалы дела не представлено доказательств наличия у спорного имущества уникальных характеристик недвижимости, которые объективно свидетельствовали бы о наличии индивидуальных особенностей, столь сильно снижающих стоимость спорного имущества.

Постановлением Десятого Арбитражного Апелляционного суда по делу № А41-7917/19(10АП-9533/2022) от 23.08.2022, оставленным без изменений постановлением Арбитражного суда Московского округа от 13.12.2022 по делу № А41-7917/19, установлено, что согласно сведениями финансового управляющего в период с 26.06.2017 по 18.09.2017 должником были подарены супруге и сыну 8 объектов недвижимости, часть из которых впоследствии была

перепродана одаряемыми. Из анализа указанных сделок следует, что 90% недвижимости было передано жене и сыну ФИО6, что превышает разумные пределы справедливого раздела имущества супругов. Никакими иными мотивами, как необходимостью вывода имущества из конкурсной массы, заключение спорных договоров дарения не объяснено, никаких иных последствий, кроме как безвозмездного выбытия имущества, не достигнуто. Ссылка на решение Шатурского городского суда Московской области от 26.04.2018 по делу № 2-154/2018 несостоятельна, поскольку обстоятельства настоящего спора иные.

Согласно представленному в материалы дела отчету об оценке № 22/197А от 14.09.2022 (объект оценки - нежилое помещение, кадастровый номер: 50:25:0060104:376, общей площадью 246,1 кв.м., расположенное по адресу: Московская обл., г.о. Шатура, <...>) рыночная стоимость объекта оценки на 04.10.2018 составляет 6 639 000 руб.

Суд первой инстанции установил, что стоимость спорного имущества, установленная в отчете об оценке № 22/197А от 14.09.2022, сторонами по делу не оспорена надлежащими доказательствами по делу. При этом ходатайств о назначении по делу судебной экспертизы не заявлено.

Суды, исследовав обстоятельства обособленного спора, вопреки доводам кассаторов сделали обоснованный вывод о том, что отчуждение должником своего имущества при наличии неисполненных обязательств переде иными кредиторами свидетельствует об уклонении должника от исполнения обязательств перед третьими лицами.

В настоящем споре, как установлено судами и не опровергнуто кассаторами, вследствие безвозмездной передачи должником недвижимого имущества был причинен вред имущественным интересам кредиторов, поскольку последние лишились возможности получить удовлетворение за счет переданной в дар недвижимости.

В результате заключения оспариваемых сделок произошло уменьшение конкурсной массы должника, а значит и снизилась вероятность удовлетворения требований кредиторов должника.

В настоящем случае, вследствие безвозмездной передачи должником имущества был причинен вред имущественным интересам кредиторов, поскольку последние лишились возможности получить удовлетворение за счет переданного в дар имущества.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что судами исследованы и приняты во внимание все доводы и представленные доказательства в отношении сделки дарения, приведшей к выводу имущества должника.

Довод кассационной жалобы ФИО3 о том, что вступившее в силу решение Шатурского городского суда Московской области от 26 апреля 2018 года по делу № 2-154/2018 подтверждает действительность договоров: дарения между ФИО12 и ФИО8 от 27.07.2017, договоров купли-продажи между ФИО8 и ФИО3, ФИО3 и ФИО9Н-О. является необоснованным. Данный судебный акт не имеет преюдициального значения, так как рассмотрен с иным составом лиц, участвующих в деле. При этом в деле о банкротстве должника предметом спора являлась цепочка сделок

по выводу актива должника, при рассмотрении спора суд применял законодательство о банкротстве.

Доводы кассаторов отклоняются судебной коллегией суда округа, поскольку с точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника (определение Верховного суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 308- ЭС19-4372).

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационных жалоб аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционных жалобах, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалоб направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 АПК РФ, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нарушений или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или повлекших судебную ошибку, не установлено.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационных жалоб по заявленным в ним доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 09.08.2023, постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 по делу № А41-7917/19 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Н.Я. Мысак

Судьи: Е.Л. ФИО18 Морхат