Решение от 6 марта 2023 г. по делу № А12-29692/2022

Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А12-29692/2022
06 марта 2023 г.
город Волгоград


Резолютивная часть решения объявлена 27 февраля 2023 г.

Полный текст решения изготовлен 06 марта 2023 г.

Судья Арбитражного суда Волгоградской области Машлыкин А.П.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Карсаковым А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании арбитражное дело по иску Minikim Holland B.V. (Gorsselhof, 9, 5043ND, Tilburg) к обществу с ограниченной ответственностью «Хеппивеар Юг» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании компенсации,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО1 представитель по доверенности от 02.07.2021,

от ответчика – ФИО2, представитель по доверенности от 12.01.2022 №3,

установил:

Minikim Holland B.V. (Gorsselhof, 9, 5043ND, Tilburg) (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Хеппивеар Юг» (далее - ответчик), котором просит взыскать компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак № 722689 в размере 40000 руб., на товарный знак № 639976 в размере 40000 руб., на произведение изобразительного искусства в размере 40000 руб., а также расходы по государственной пошлине в размере 4600 руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «ЮрьевПольская ткацко-отделочная фабрика «Авангард», общество с ограниченной ответственностью «Союз Текстильных Компаний».

В судебное заседание представитель истца поддержала доводы, изложенные в исковом заявлении, просит удовлетворить заявленные требования.

Представитель ответчика представила письменный отзыв на исковое заявление, в котором просит отказать в удовлетворении иска.

Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные доказательства, суд считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению в части.

Как видно из материалов дела, истец является обладателем исключительных прав на следующие объекты интеллектуальной собственности: на словесный товарный знак «Love is...», зарегистрированный по свидетельству о государственной регистрации товарного знака (знака обслуживания) № 639976 (наличие у истца исключительного права на указанный товарный знак подтверждается выпиской из государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания Роспатента), на комбинированный товарный знак, зарегистрированный по свидетельству о государственной регистрации товарного знака (знака обслуживания) № 722689 (наличие у истца исключительного права на указанный товарный знак подтверждается выпиской из государственного реестра товарных знаков и знаков обслуживания Роспатента), на произведения изобразительного искусства «Love is ...» («Любовь это...»), включая рисунки, изображения, эскизы, материалы, содержащие отдельные элементы первоначальных изобразительных произведений и их переработанные фрагменты, а также на иные материалы, содержащие как сами первоначальные произведения изобразительного искусства, так и их переработанные варианты (наличие у истца исключительных прав на указанные произведения подтверждается нотариально заверенным аффидевитом от 29.10.2020г., легализованным и нотариально переведённым на русский язык и соглашением от 14 октября 1986 г. о передаче прав на произведения).

Истцу стало известно, что ответчик без согласия истца предлагает к продаже, реализует, а также демонстрирует в сети интернет товары, с использованием интеллектуальной собственности истца.

Указанные обстоятельства подтверждаются нотариальным протоколом осмотра сайта в сети интернет от 01.12.2021. Сведения относительно того обстоятельства, что именно ответчик осуществляет деятельность на данном веб сайте подтверждаются страницей 148 нотариального протокола от 01.12.2021.

На странице 44-60 нотариального протокола от 01.12.2021 видно, что ответчиком предлагаются к продаже полотенца в ассортименте (3 разных товара).

На странице 61-66 нотариального протокола от 01.12.2021 видно, что ответчиком предлагаются к продаже носки.

Истец не заключал с ответчиком каких-либо соглашений о предоставлении права использования указанных произведений и товарных знаков, иным образом права использования не передавал. Основания для внедоговорного использования, в соответствии с действующим законодательством, у ответчика отсутствуют.

Таким образом, применительно к незаконному использованию произведений, ответчик совершил нарушения исключительных прав Истца, выразившиеся в форме следующих действий, а именно: переработка произведений путём их воспроизведения в иной изобразительной форме (подпункт 1 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом под воспроизведением следует понимать не точное копирование, а использование общего внешнего вида Произведений, который делает его узнаваемым; доведение произведений до всеобщего сведения путём размещения их изображений в сети Интернет на сайте, доступ к которому может получить любое лицо в любое время по своему выбору (подпункт 11 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Применительно к незаконному использованию товарных знаков, ответчик совершил нарушение исключительных прав истца, выразившиеся в форме следующих действий, а именно: демонстрация изображений, с использованием товарных знаков, таким образом, вводя их в гражданский оборот на территории Российской Федерации (подпункт 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации); использование товарных знаков в объявлениях и в рекламе (подпункт 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации); размещение товарных знаков в сети «Интернет» (подпункт 5 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

После выявления указанного нарушения, истцом в адрес ответчика была направлена претензия по факту нарушения интеллектуальных прав.

Истец указывает, что не заключал с ответчиком лицензионный договор, предметом которого являлась бы передача исключительных прав на использование произведений и товарных знаков, иным образом согласие на использование ответчиком указанных объектов интеллектуальной собственности не выражал. Основания для внедоговорного использования, предусмотренные Гражданского кодекса Российской Федерации, у ответчика отсутствовали.

С учётом обстоятельств дела, истец считает обоснованным требовать с ответчика выплату компенсации за нарушение принадлежащих истцу исключительных прав на произведения и товарные знаки в размере 120 000 руб.

Указанную сумму истец считает обоснованной, ввиду следующих обстоятельств. Названные товарные знаки и произведения, результаты их переработки, созданные правообладателем или с его согласия, широко известны публике с октября 1986 года; как следует из аффидевита (стр. 1, II Аффидевита от 29.10.2020).

Истец считает, что ответчик использовал товарные знаки и произведения в рамках предпринимательской деятельности в целях систематического получения прибыли, ответчик не проявил должную добросовестность и осмотрительного при использовании в своей коммерческой деятельности товарные знаки и произведения истца (предпринимательская деятельность в соответствии с положениями абзацем третьем пункта 1 статьи 2 ГК РФ осуществляется на свой риск).

Согласно информации, изложенной на странице 44 нотариального протокола от 01.12.2021 ответчик позиционирует себя как оптового продавца, на странице 44-66 нотариального протокола от 01.12.2021 показаны отзывы покупателей, что свидетельствует о неоднократности реализации спорных товаров третьим лицам.

Истец просит учесть, что ответчик предлагает к продаже два вида продукции (полотенца и носки), чем расширяет ассортимент спорных товаров, спорные товары ответчика, по существу, полностью копируют основной смысл, который вкладывает истец в свои объекты интеллектуальной собственности, дополнительно создавая смешение в глазах потребителя, поскольку потребители могут полагать, что ответчик, действует, в том числе в интересах истца, ответчик отказался от урегулирования спора в досудебном порядке, деятельность ответчика наносит вред деловой репутации истца, а также мешает добросовестному осуществлению ими коммерческой деятельности на территории Российской Федерации.

Истец считает, что требуемая компенсация, с учетом описанных выше критериев оценки, представляет собой минимально возможный и допустимый в данном случае её размер.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 6 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 г. № 122 компенсация подлежит взысканию с лица, нарушившего исключительное право на использование произведения, если оно не докажет отсутствие своей вины в этом нарушении. Это подтверждается кассовым чеком, отчетом частного детектива, свидетельскими показаниями, контрафактным компакт-диском с записью компьютерной игры и отличающимся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

Из материалов дела видно, что истец является правообладателем товарного знака

по свидетельству № 722689 и 639976.

Согласно статье 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются товарные знаки. Интеллектуальная собственность охраняется законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В силу статьи 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак.

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

В соответствии с пунктом 1 статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную названным кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным кодексом.

В статье 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации указанно, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 г. №122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" указано, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Вопрос о сходстве до степени смешения может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует. Обозначение является сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных этим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных названным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В силу подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Из материалов дела видно, что истец является правообладателем произведений изобразительного искусства – «Love is ...» («Любовь это...»), включая рисунки, изображения, эскизы, материалы, содержащие отдельные элементы первоначальных изобразительных произведений и их переработанные фрагменты, а также на иные материалы, содержащие как сами первоначальные произведения изобразительного искусства, так и их переработанные варианты.

Автору в отношении его произведения принадлежат исключительные права на использование произведения (пункт 2 статьи 1255 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использования произведение в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение).

В соответствии с пунктом 1 статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными названным кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную названным кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается названным кодексом.

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных этим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных названным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных названным кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 названного кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Представитель ответчика указывает, что при сравнительном анализе, представленных истцом изображений на полотенцах, предлагаемых к продаже ответчиком и торгового знака № 722689 видно, что на картинках Minikim Holland B.V.изображены фигурки мальчика и девочки слева от которых на английском языке написана фраза: «Love is...», когда как на полотенцах, предлагаемых к продаже ответчиком изображены мальчик и девочка не совпадающие по внешнему виду с изображением мальчика и девочки, которые используетMinikim Holland B.V., более того надпись сопровождающая рисунок расположена над головой мальчика и девочки и составлена на русском языке: «Любовь это...», также на рисунке присутствуют изображения сердец в количестве трех штук.

По мнению ответчика, спорные рисунки не идентичны, детализация рисунков делает их различными для восприятия, что свидетельствует о творческой самостоятельности спорных произведений.

Согласно данным, полученным из официального сайта https://legal-support.ru/services/trademarks/online-proverka-tovamogo-znaka?q=love%20is истец, использует торговый знак № 722689 для нанесения на товары, подпадающие под следующие классы МКТУ (или классы товарных знаков): 3 (парфюмерия, эфирные масла, ароматизаторы пищевые), 14 (изделия ювелирные, часовое производство, барабаны, браслеты вышитые текстильные), 18 (бирки багажные, бумажники, вальтрапы, визитницы, держатели для кредитных карт), 25 (апостольники, банданы, белье нижнее, блузы, боа, боди, ботинки спортивные) и 30 (ароматизаторы ванили для кулинарных целей, ароматизаторы для напитков, батончики злаковые.), тогда как полотенца, предлагаемые к продаже ответчиком подпадают под класс МКТУ 24 (шторы, простыни, пододеяльники и наволочки, шторы, салфетки, скатерти, москитные сетки, полотенца, одноразовое постельное белье из бумаги).

Ответчик считает, что товары на которые истец наносит изображения, зарегистрированные под торговым знаком № 722689 по своему назначению и виду отличаются от товара, предлагаемого к продаже ответчиком, что исключает возможность их ошибочной идентификации потребителем.

По мнению ответчика, при сравнительном анализе, представленных истцом изображений на носках, предлагаемых к продаже ответчиком и изображений под торговым знаком № 639976 видно, что на картинке с носками, предлагаемыми к продаже ответчиком на английском языке, но с использованием совсем другого шрифта написана фраза: «LovE is...», над которой изображены два сердца розового цвета, следует учесть, что на товаре ответчика, только первая и последняя буквы слова love, написаны заглавными буквами, спорные изображения надписей не идентичны, детализация рисунков делает их различными для восприятия, что свидетельствует о творческой самостоятельности спорных произведений.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 10.bis Конвенция по охране промышленной собственности, заключенной в 20.03.1883 Париже, актом недобросовестной конкуренции считается всякий акт конкуренции, противоречащий честным обычаям в промышленных и торговых делах.

Пунктом 3.1 названной Конвенции установлено, что подлежат запрету все действия, способные каким бы то ни было способом вызвать смешение в отношении предприятия, продуктов или промышленной или торговой деятельности конкурента.

Согласно пункту 7.1.2.4 Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов, утвержденного приказом ФГБУ ФИПС от 20.01.2020 № 12 ( далее – Руководство) комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями, а также с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.

Для определения сходства сопоставляемые обозначения должны рассматриваться в целом. В первую очередь необходимо оценить общее зрительное впечатление от сравниваемых обозначений. Затем следует установить роль сходных элементов сравниваемых обозначений, учитывая их расположение в обозначении, то есть являются ли сходные элементы доминирующими, занимают ли центральное место в общем композиции обозначения.

При исследовании значимости того или иного элемента комбинированного обозначения необходимо учитывать его визуальное доминирование, которое может быть вызвано как более крупными размерами элемента, так и его более удобным для восприятия расположением в композиции (например, элемент может занимать центральное место, с которого начинается осмотр обозначения).

Согласно пункту 7.1.2.2. Руководства изобразительные и объемные обозначения сравниваются: с изобразительными обозначениями; с объемными обозначениями; с комбинированными обозначениями, включающими изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и так далее); сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях, т.е. при сравнении изобразительных и объемных обозначений сходство может быть установлено, например, если в этих обозначениях совпадает какой-либо элемент, существенным образом влияющий на общее впечатление, или в случае, если обозначения имеют одинаковые или сходные очертания, композиционное построение, либо если они сходным образом изображают одно и то же, в связи с чем ассоциируются друг с другом.

Согласно пункту 7.1.2.1 Руководства сходство словесных обозначений может быть звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим). При сравнении двух словесных обозначений следует установить наличие/отсутствие их сходства как по каждому из указанных признаков в отдельности, так и в совокупности.

Согласно пункту 7.1.2.1(a) Руководства от 20.01.2020 № 12, звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; - расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение.

На основании пункта 71.2.1(6) Руководства графическое сходство словесных обозначений определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание.

В силу пункта 7.1.2.1(b) Руководства смысловое сходство словесных обозначений определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей; в частности, совпадение значения обозначений в разных языках; совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

В обоснование довода относительно сходства товарных знаков истца и спорных изображений ответчика, истец полагает необходимым представить сравнительную таблицу.

Словесные элементы обозначений, использованных ответчиком, по своей сути, являются переводом словосочетания «Love is...» на русский язык «Любовь это...». По смысловому критерию, и товарный знак истца и обозначение ответчика представляет собой влюбленную пару. Изобразительные элементы обозначений, использованных ответчиком, сходны до степени смешения с изобразительным элементом товарного знака истца, поскольку являются переработкой этого элемента: В обоих случаях изображена влюбленная пара, в использованном ответчиком случае рисунок выполнен в стилистически упрощенном виде.

Словесные элементы обозначений, использованных ответчиком, выполнены буквами латинского алфавита (в товарных знаках истца и обозначении ответчика используется одинаковое количество букв и слогов, формирующих единое словосочетание «Love is». По смысловому значению и товарные знаки истца и обозначения ответчика отсылают к любви. Изобразительные элементы обозначений и товарных знаков содержат одинаковый элемент «Love is», которые зрительно воспринимаются одинаково.

При этом, факт использования иными хозяйствующими субъектами обозначений «Love is» не наделяют ответчика правом по свободному использованию товарных знаков истца. Равно как и использование иного шрифта не производит какого-либо иного впечатления на потребителя.

Для установления однородности товаров могут приниматься во внимание такие обстоятельства как, в частности, род (вид) товаров, их потребительские свойства и функциональное назначение (объем и цель применения), вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия их реализации (в том числе общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей, традиционный или преимущественный уклад использования товаров и другие признаки.

Согласно статье 2 Ниццкого соглашения о международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, заключенного 15.06.1957, принятая классификация не связывает страны ни в отношении определения объема охраны товарного знака, ни в отношении признания знаков обслуживания, а также того, что товарный знак согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ охраняется против использования в отношении однородных товаров и услуг. Классификация не имеет влияния на оценку однородности товаров и услуг. Так, правообладатель не может быть лишен возможности осуществить защиту своего исключительного права на товарный знак, незаконно размещенный на ином товаре, без доказательства правомерности его использования ответчиком.

Истец считает, что товар, маркированный обозначениями, сходными до степени смешения с товарными знаками, зарегистрированными за истцом, - полотенце и товар, для индивидуализации которого зарегистрированы товарные знаки истца - тюрбан, являются товарами одного вида - туалетное белье. Указанное обстоятельство свидетельствует об однородности товаров по их виду.

Кроме того, предлагаемые к продаже ответчиками товары, маркированные обозначениями, сходными до степени смешения с заявленными товарными знаками, и товары для индивидуализации которых зарегистрированы товарные знаки истца, имеют одинаковое назначение - текстильное изделие, предназначенное для вытирания/сушки волос. И полотенце, и тюрбан предназначены в том числе для вытирания/сушки волос после мытья головы. Таким образом, товары однородны по их назначению.

Предлагаемые к продаже ответчиками товары, маркированные обозначением обозначениями, сходными до степени смешения с заявленными товарными знаками, и товары, для индивидуализации которых зарегистрированы товарные знаки истца, имеют одинаковый вид материала - махровые полотенечные ткани. Таким образом, товары однородны по виду материала.

Товары, для индивидуализации которых зарегистрированы товарные знаки истца, и товар (полотенце), который предлагался к продаже ответчиком, однородны, поскольку относятся к одному роду и виду, имеют одно функциональное назначение, один круг потребителей, являются взаимодополняемыми и взаимозаменяемыми, в связи с чем указанные товары могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику.

Истец отмечает, что, наряду с Ниццким Соглашением о международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков, заключенного 15.06.1957, при определении категорий товаров, используется Единая товарная номенклатура внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза и Единый таможенный тариф Евразийского экономического союза (утверждены Советом Евразийской экономической комиссии от 14.09.2021 года № 80) (далее - ТН ВЭД).

Классификация товаров в ТН ВЭД ЕАЭС строится на родовидовой основе, то есть отдельные однородные видовые единицы товаров включаются в соответствующий код ТН ВЭД на основании их принадлежности к более общему видовому понятию.

Так, код 6302 ТН ВЭД называется «Белье постельное, столовое, туалетное и кухонное» и включает в себя товары соответствующего рода. При этом словосочетание «туалетное белье» вынесено в заголовок указанного кода.

В рамках ТН ВЭД товар «полотенце» может быть далее классифицирован в рамках следующих групп товаров 6302 кода ТН ВЭД, а именно: 6302 60 - белье туалетное и кухонное из махровых полотенечных тканей или аналогичных тканых махровых материалов, из хлопчатобумажной пряжи - 6302 91 - Белье постельное, столовое, туалетное и кухонное прочее из хлопчатобумажной пряжи.

Следует учесть, что, к какому бы более узкому коду (6302 60 или 6302 91) не относился спорный товар «полотенце», с точки зрения его назначения, оба эти коды входят в общую родовую группу, обозначенную кодом 6302 «Белье постельное, столовое, туалетное и кухонное».

При таких обстоятельствах, заинтересованный потребитель при визуальном осмотре продукции ответчика и истца на одном месте размещения или предложения к продаже, очевидно, может ассоциировать два продукта как выпускаемого под контролем одной компании.

Указанный довод находит подтверждение в практике Верховного Суда Российской Федерации, который в определении от 27.06.2016 № 307-ЭС16-881 по делу № А56-62226/2014, для защиты товарных знаков и признания их тождества и сходства с использованными обозначениями достаточно уже самой опасности возникновения смешения товаров и продукции в глазах потребителя, а не реального смешения.

Заслушав позиции сторон, исследовав представленные доказательства, суд признал доказанным факт нарушения ответчиком исключительных прав.

В пунктах 60, 62 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 г. N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, требование о взыскании компенсации носит имущественный характер.

Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд, исходя из принципов разумности и справедливости, считает соразмерной последствиям нарушения компенсацию в размере 30 000 руб., из расчета 10 000 руб. за каждое нарушение, при этом учитывается характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, вероятные имущественные потери правообладателя.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суд считает, что иск подлежит удовлетворению в части, так как в нарушение требования части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец не представил доказательства, подтверждающие обоснование компенсации в большем размере.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 65, 102, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд Волгоградской области

решил:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Хеппивеар Юг» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Minikim Holland B.V. (Gorsselhof, 9, 5043ND, Tilburg) компенсация в размере 30 000 руб., а также расходы по государственной пошлине в размере 1 150 руб. В остальной части в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Волгоградской области.


Судья А.П. Машлыкин