Решение от 15 ноября 2019 г. по делу № А45-32395/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-32395/2019
г. Новосибирск
15 ноября 2019 года
Резолютивная часть решения подписана 29 октября 2019 года.

Мотивированное решение составлено 15 ноября 2019 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Шевченко С.Ф., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению акционерного общества «Аэроплан» (ОГРН <***>), г. Москва

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 315547600116832), с Целинное Коченевского района Новосибирской области

о взыскании 130 000 руб. компенсации за нарушение исключительных имущественных прав,

Акционерное общество «Аэроплан» (далее – истец) обратилось с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 489246 («Папус»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 489244 («Мася»); 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 502206 («Симка»); 30 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 502205 («Нолик»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 474112 («Тыдыщ!»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 495105 («ДимДимыч и Кусачка»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 564824 («Верта»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 536394 («Файер»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 525023 («Игрек»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 314615 («Рука»); 797 руб. стоимости вещественного доказательства, приобретенного у ответчика; 297,54 руб. почтовых расходов; 4 900 руб. государственной пошлины.

Требования истца нормативно обоснованы статьями 1252, 1259,1301, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебное извещение, направленное в адрес ответчика 06.09.2019 по адресу ответчика, содержащемуся в ЕГРНИП и в исковом заявлении, возвращено органом почтовой связи с отметкой «отсутствие адресата по указанному адресу» в порядке, предусмотренном пунктом 34 «Правил оказания услуг почтовой связи» (в редакции Приказа Минкомсвязи России от 13.02.2018 № 61), не требующего вручения вторичного извещения.

В соответствии с пунктом 2 части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд.

В соответствии с пунктами 63 и 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» с учетом положения пункта 1 и 2 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

При этом необходимо учитывать, что гражданин или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по указанным адресам, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

В пункте 67 Постановления № 25 указано, что юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данная правовая позиция согласно пункту 68 Постановления № 25 подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное.

Таким образом, осуществляющее предпринимательскую деятельность лицо должно обеспечить возможность получения адресованной ему корреспонденции, направленной в установленном порядке, в противном случае такое лицо несет риск возникновения неблагоприятных последствий неполучения судебных извещений (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, информация о принятии искового заявления или заявления к производству, о времени и месте судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия размещается арбитражным судом на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не позднее чем за пятнадцать дней до начала судебного заседания или совершения отдельного процессуального действия, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Исковое заявление содержит предусмотренные частями 1, 2 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признаки, при наличии которых дело подлежит рассмотрению в порядке упрощенного производства.

Оснований для перехода к рассмотрению дела по общим правилам искового производства суд не усмотрел.

Дело рассматривается в порядке статьей 226-228,229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исковое заявление было рассмотрено 29.10.2019 судом в порядке упрощенного производства.

Решение от 29.10.2019 было принято немедленно после разбирательства дела путем подписания судьей резолютивной части решения.

Принятая по результатам рассмотрения дела резолютивная часть решения размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» не позднее следующего дня после дня ее принятия.

12.11.2019 ответчик обратился с апелляционной жалобой.

Исследовав представленные истцом доказательства и приводимые им доводы, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, истец позиционирует себя в качестве правообладателя следующих товарных знаков:

- № 489246 «Папус» , что подтверждается свидетельством на товарный знак №489246, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 7 июня 2013 г., дата приоритета 18 ноября 2011г., срок действия до 18 ноября 2021г.;

- № 489244 «Мася», что подтверждается свидетельством на товарный знак №489244, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 7 июня 2013 г., дата приоритета 18 ноября 2011г., срок действия до 18 ноября 2021г.;

- № 502206 «Симка», что подтверждается свидетельством на товарный знак №502206, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 13 декабря 2013г., дата приоритета 18 ноября 2011г., срок действия до 18 ноября 2021г.;

- № 502205 «Нолик», что подтверждается свидетельством на товарный знак №502205, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 13 декабря 2013г., дата приоритета 18 ноября 2011г., срок действия до 18 ноября 2021г.;

- № 474112 «Тыдыщь», что подтверждается свидетельством на товарный знак № 474112, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 06.11.2012г., дата приоритета 18 ноября 2011г., срок действия до 18 ноября 2021г.;

- № 495105 «ДимДимыч и Кусачка», что подтверждается свидетельством на товарный знак № 495105, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 28 августа 2013г., дата приоритета 18 ноября 2011г., срок действия до 18 ноября 2021г.;

- № 525023 «Игрек», что подтверждается свидетельством на товарный знак № 525023, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 20 октября 2014г., дата приоритета 15 августа 2013г., срок действия до 15.08.2013г.;

- № 564824 «Верта», что подтверждается свидетельством на товарный знак № 564824, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 16 февраля 2016 года., дата приоритета 30 октября 2014г., срок действия до 30 октября 2024 г.;

- № 536394 «Файер», что подтверждается свидетельством на товарный знак № 5363945, зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 05 марта 2015г., дата приоритета 15 августа 2013г., срок действия до 15 августа 2023г.;

- № 314615 «Рука», что подтверждается свидетельством на товарный знак № 314615 , зарегистрированным в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации 05 октября 2006г., дата приоритета 13 января 2006 г., срок действия до 13 января 2026 г.

Как следует из искового заявления, 21.07.2018, 27.07.2018 и 16.08.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...> ответчиком предлагался к продаже и был реализован товар, обладающий признаками контрафактности – детская футболка, кофта и кофта с нанесёнными изображениями в виде персонажей из анимационного сериала «Фиксики».

Факт реализации указанного товара подтверждается фискальными чеками от 21.07.2018, 27.07.2019 и 16.08.2018, наличием в материалах дела спорного товара и видеосъемкой процесса покупки, произведённой в целях самозащиты гражданских прав в соответствии со статьями 12-14 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец утверждает, что на товарах имеются обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками №№ 489246, 489244, 502206, 502205, 474112, 495105, 564824,536394, 525023, 314615 в виде изобразительных персонажей из анимационного сериала «Фиксики».

Указанные товарные знаки зарегистрированы в отношении товаров, указанных в 3, 5, 9, 11, 14, 15, 16, 18, 20, 21, 24, 25, 27, 28, 31, 32, 35, 38, 42, 42, 44 классах Международной Классификации Товаров и Услуг (МКТУ).

Спорный товар классифицируется как «одежда» и относится к 25 классу МКТУ.

Полагая, что фактом предложения к продаже в розничной торговой сети нарушены принадлежащие истцу права на товарные знаки и изображения, истец направил в адрес ответчика претензии с требованием уплаты компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на товарные знаки и изображения, которая ИП ФИО1 оставлена без ответа и удовлетворения.

Отказ ответчика от уплаты компенсации за нарушение исключительных имущественных прав на товарный знак явилось основанием для обращения за судебной защитой с рассматриваемыми требованиями.

Определив предмет доказывания в рамках настоящего дела, проанализировав доводы истца, сопоставив их с нормами действующего законодательства, проверив их обоснованность, арбитражный суд пришел к убеждению о правомерности требований истца в части, при этом суд исходит из следующего:

В силу пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации произведения науки, литературы, искусства являются результатами интеллектуальной деятельности (интеллектуальной собственностью).

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, если указанным Кодексом не предусмотрено иное (статья 1233).

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

На основании пункта 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В силу пункта 3 той же статьи никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 162 постановления Пленума № 10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

- используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

- длительность и объем использования товарного знака правообладателем;

- степень известности, узнаваемости товарного знака;

- степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

- наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

При проведении сравнительного анализа спорного рисунка на товаре и товарного знака на предмет установления их сходства до степени смешения применяются критерии, содержащиеся, в частности, в Методических рекомендациях по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утверждённых приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197 и Правилах составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила ТЗ).

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

При этом, в соответствии с пунктом 41 Правил № 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

В судебном заседании осуществлен просмотр представленных истцом материалов, просмотр видеозаписи, представленной в материалы дела на компьютерном диске.

Видеозаписями от 21.07.2018, 27.07.2018 и 16.08.2018 зафиксированы факты продажи в торговой точке, принадлежащей ИП ФИО1 промышленных товаров с нанесёнными на неё изображениями и товарными знаками ФИО2, сходным до степени смешения с товарными знаками, правообладателем которых является истец.

Из представленных истцом видеозаписей, произведенных в целях самозащиты гражданских прав на основании статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, следует, что спорные товары приобретены в торговой точке ответчика. На видеозаписи последовательность видеоряда не нарушена, поэтому оснований считать данную видеозапись поддельной или не соответствующей статьям 67 - 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Исходя из положений статей 1229, 1252, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, под незаконным использованием товарного знака следует понимать любое действие, нарушающее права владельца товарного знака, то есть не только несанкционированное изготовление этого знака, но и ввоз, хранение, предложение к продаже, продажу и иное введение в хозяйственный оборот товара, обозначенного этим знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, без разрешения владельца товарного знака.

Поскольку ответчиком в материалы дела не представлены доказательства наличия у него права использования товарных знаков истца, реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и является нарушением его прав.

Факты продажи подтверждается также фискальными чеками, выданными при покупке 21.07.2018, 27.07.2018 и 16.08.2018.

По смыслу статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации согласие правообладателя исключительного права на использование результата интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации другим лицом должно быть выражено явно и недвусмысленно. Право на использование результата интеллектуальной деятельности может быть предоставлено правообладателем другим лицам путем заключения лицензионного договора (статьи 1235, 1489 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласие правообладателя на реализацию товара с нарушением его права на товарный знак в спорной правовой ситуации отсутствовало.

Ответчиком доказательства правомерности использования товарных знаков и изображений, принадлежащих истцу как и доказательства введения спорного товара в гражданский оборот с разрешения истца, в материалы дела не представлены.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что, если иное не установлено Гражданского кодекса Российской Федерации, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таких доказательств ответчик не представил.

В силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской деятельностью является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном порядке.

Следовательно, приобретая товар, а затем, реализуя его, ответчик принял все риски, связанные с введением в оборот данного товара.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 43.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

Согласно правовому подходу, изложенному в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П, в силу значительной специфики объектов интеллектуальной собственности, обусловленной их нематериальной природой, правообладатели ограничены как в возможности контролировать соблюдение принадлежащих им исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации третьими лицами и выявлять допущенные нарушения, так и в возможности установить точную или по крайней мере приблизительную величину понесенных ими убытков (особенно в виде упущенной выгоды), в том числе если правонарушение совершено в сфере предпринимательской деятельности.

Целью компенсации является возмещение заявителю действительных неблагоприятных последствий нарушения, а не наказание ответчика. Совокупность мер гражданско-правовой ответственности за нарушение права на результат интеллектуальной деятельности составляет самостоятельный и достаточный комплекс средств для обеспечения защиты интересов правообладателя, не может преследовать цели защиты исключительно интересов правообладателя и должно быть направлено прежде всего на пресечение противоправного поведения, посягающего на публичный порядок, в частности, недопущение оборота контрафактных товаров.

Размер компенсации за неправомерное использование результата интеллектуальной деятельности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя, что соответствует правовому подходу, сформулированному в постановлении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 № 8953/12.

При определении размера компенсации судом приняты во внимание характер допущенного нарушения, объем предложений о продаже товаров, способ предложения товаров к продаже.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из правовой позиции, содержащейся в пункте 64 постановления от 23.04.2019 № 10, положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации подлежат применению в случаях, когда одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, в частности, когда одним действием нарушены права на: несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: музыкальное произведение и его фонограмма; произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение; товарный знак и наименование места происхождения товара; товарный знак и промышленный образец; несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, не связанных между собой (например, в случае продажи одним лицом товара с незаконно нанесенными на него разными товарными знаками или распространения материального носителя, в котором выражено несколько разных экземпляров произведений).

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации.

Применительно к спорной правовой ситуации суд не усматривает возможности применения положений абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, данных в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, и полагает разумным требуемый истцом размер компенсации: - 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 489246 («Папус»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 489244 («Мася»); 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 502206 («Симка»); 30 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 502205 («Нолик»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 474112 («Тыдыщ!»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 495105 («ДимДимыч и Кусачка»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 564824 («Верта»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 536394 («Файер»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 525023 («Игрек»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 314615 («Рука»).

Истцом также заявлено о взыскании с ответчика 797 руб. расходов по приобретению контрафактного товара и 297,54 руб. почтовых расходов (на направление претензионного письма, расходов по направлению ответчику искового заявления).

Учитывая, что указанные расходы понесены истцом, доказательства их несения имеются в материалах дела, последние подлежат возмещению за счёт ИП ФИО1 на основании статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины, понесенные истцом при обращении за судебной защитой, подлежат возмещению за счет ответчика в сумме 4900 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 181, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 315547600116832) в пользу акционерного общества «Аэроплан» (ОГРН <***>) 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 489246 («Папус»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 489244 («Мася»); 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 502206 («Симка»); 30 000 руб.

компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 502205 («Нолик»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 474112 («Тыдыщ!»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 495105 («ДимДимыч и Кусачка»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 564824 («Верта»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 536394 («Файер»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 525023 («Игрек»); 10 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак № 314615 («Рука»); 797 руб. стоимости вещественного доказательства, приобретенного у ответчика; 297,54 руб. почтовых расходов; 4 900 руб. государственной пошлины.

Решение подлежит немедленному исполнению и вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск) в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, только по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.


Судья

С.Ф. Шевченко