Постановление от 9 февраля 2026 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 февраля 2026 года

Дело №

А56-95975/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 27 января 2026 года.

Полный текст постановления изготовлен 10 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Е.В. ФИО1, ФИО2,

при участии от ФИО3 и ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 06.02.2025), от конкурсного управляющего ООО «Подземные строительные технологии» представителя ФИО6 (доверенность от 25.04.2022),

рассмотрев 27.01.2026 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 и ФИО4 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.02.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2025 по делу № А56-95975/2022,

у с т а н о в и л :

Общество с ограниченной ответственностью «Подземные строительные технологии», адрес: 198216, Санкт-Петербург, Ленинский пр., д. 140, лит. Е, оф. 408, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - Компания), в лице конкурсного управляющего ФИО7, обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности в размере 2 994 885,38 руб. по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «ЗапТрансСтрой», адрес: 199106, Санкт-Петербург, Большой просп. В.О., д. 78, лит. В, пом. 24-Н, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - Общество), ФИО3 и ФИО8.

Решением от 27.04.2023, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.09.2023, в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 09.01.2024 решение суда первой инстанции от 27.04.2023 и постановление суда апелляционной инстанции от 05.09.2023 отменены. Дело направлено в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области на новое рассмотрение.

В ходе судебного разбирательства Компания уточнила заявленные требования и просила взыскать с ответчиков в порядке субсидиарной ответственности 2 656 501 руб. основного долга, 338 384,38 руб. 38 пеней.

Решением от 25.02.2025, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2025, заявление удовлетворено.

В кассационной жалобе ФИО3 и ФИО4 просят решение от 25.02.2025 и постановление от 25.07.2025 отменить, в удовлетворении заявления отказать.

Податели жалобы считают, что вывод судов о возможности привлечения участника Общества ФИО3 к субсидиарной ответственности за непередачу бухгалтерской документации ошибочен, а ФИО4 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по данному основанию, поскольку Компанией не доказано, что непередача документации привела к невозможности проведения процедур банкротства.

Податели жалобы ссылаются на то, что согласно финансовому анализу временного управляющего Общество находилось в неудовлетворительном финансовом положении, восстановление платежеспособности невозможно, что, по мнению подателей жалобы, свидетельствует о том, что невозможность проведения процедур банкротства вызвана не их бездействием по передаче документов, а объективным банкротством Общества.

Кроме того, ФИО3 и ФИО4 полагают, что непередача ими сведений и документов не привела к негативным последствиям, поскольку в любом случае согласно балансу сумма пассивов Общества составила 80 620 000 руб., а активов только 74 772 000 руб.

В отзыве на кассационную жалобу Компания просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, считая их законными и обоснованными.

В судебном заседании представитель ответчиков поддержал доводы жалобы, а представитель Компании возражал против ее удовлетворения.

Остальные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых решения и постановления проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела и установлено судами, определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.08.2019 по делу № А56-33789/2019 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО9.

Единственным кредитором, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов Общества, является Компания.

Определением 07.02.2020 производство по делу № А56-33789/2019 о несостоятельности (банкротстве) Общества прекращено в связи с отсутствием денежных средств на финансирование процедуры банкротства должника.

В соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре юридических лиц, генеральным директором Общества с 08.02.2017 являлся ФИО4, а его единственным участником - ФИО3

Поскольку задолженность перед Компанией осталась непогашенной, она обратилась в суд с рассматриваемым иском о привлечении контролирующих Общество лиц к субсидиарной ответственности.

В обоснование своих требований Компания ссылалась на непередачу контролирующими должника лицами документации Общества временному управляющему, что привело к невозможности выявления активов Общества и, как следствие, прекращению производства по делу о банкротстве Общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 названной статьи предусмотрено, что, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается среди прочего невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

При этом смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника.

Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества. Поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Установленная пунктом 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве обязанность по представлению информации об имуществе должника и документов (соответствующих копий) является безусловной и не может быть поставлена в зависимость от наличия или отсутствия запросов, а также споров об истребовании в рамках дела о банкротстве.

Согласно определению от 07.02.2020 по делу № А56-33789/2019 по сведениям упрощенной бухгалтерской отчетности за 2018 год должник располагал активами в виде запасов в размере 74 560 000 руб., а также финансовыми и другими оборотными активами в размере 4 904 000 руб.

Вопреки доводам подателей жалобы, из отчета временного управляющего не следует, что неудовлетворительное финансовое состояние Общества вызвано объективными факторами и погашение требований кредиторов невозможно, наоборот, временный управляющий сделал вывод о целесообразности введения процедуры конкурсного производства. Однако по причине того, что руководителем должника не переданы копии документов должника, временный управляющий указал на невозможность сделать однозначный вывод о наличии имущества, достаточного для финансирования процедуры банкротства.

Суд в определении от 07.02.2020 по делу № А56-33789/2019 указал, что, несмотря на изложенные в бухгалтерской отчетности должника сведения о наличии активов, для проведения мероприятий по розыску имущества (запасов), взысканию дебиторской задолженности необходимы денежные средства, а учитывая отсутствие какой-либо бухгалтерской документации и финансовых документов перспективы успешного выполнения данных мероприятий и фактического формирования конкурсной массы минимальны.

При этом ответчики как при первоначальном рассмотрении настоящего спора, так и после направления спора судом кассационной инстанции на новое рассмотрение, документацию Общества суду не представили, состав его активов не раскрыли, каких-либо пояснений относительно деятельности должника и причин его неудовлетворительного финансового состояния не дали.

Таким образом, установленная пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция опровергнута не была.

Довод ФИО3 о невозможности его привлечения к субсидиарной ответственности по долгам Общества за непередачу бухгалтерской документации обоснованно отклонен судами.

По общему правилу, лицом, в отношении которого возможно применение положения подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является руководитель должника.

В то же время ФИО3 является единственным участником должника и его конечным бенефициаром, в связи с чем должен владеть информацией о хозяйственной деятельности Общества.

Согласно пункту 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

При рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, поскольку кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

При установлении статуса контролирующего должника лица у ответчика суд, реализуя принцип состязательности арбитражного процесса, обязан предоставить ему возможность опровергнуть позицию истца своими объяснениями и прочими доказательствами.

Если будет доказано, что действия контролирующего лица не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов подконтрольного общества, то оно не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте и если иное не будет следовать из обстоятельств дела.

В данном случае ФИО3 никаких пояснений относительно деятельности Общества так и не дал, ограничившись ссылкой на отсутствие у него обязанности по ведению документации Общества, в связи с чем суды пришли к обоснованному выводу о его недобросовестности.

Ссылка подателей жалобы на отрицательные показатели бухгалтерского баланса отклоняется, поскольку в нем отражено наличие у Общества активов в размере 74 772 000 руб., за счет которых при добросовестном поведении ответчиком могли быть частично погашены требования кредиторов. Наличие у Общества пассивов (кредиторской задолженности) не влияет на возможность проведения процедур банкротства, поскольку данные процедуры и направлены на пропорциональное удовлетворение требований кредиторов за счет оставшихся активов.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, получили оценку судов первой и апелляционной инстанций и не опровергают их выводы, а представляют собой несогласие подателей жалобы с произведенной судами оценкой фактических обстоятельств спора, что не может быть положено в обоснование отмены обжалуемых определения и постановления.

Нормы материального права применены судами верно, нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

С учетом изложенного основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.02.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2025 по делу № А56-95975/2022 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО3 и ФИО4 – без удовлетворения.

Председательствующий

В.В. Мирошниченко

Судьи

ФИО1

ФИО2