Решение от 29 марта 2019 г. по делу № А15-378/2019

дело № А15-378/2019
29 марта 2019 года
г. Махачкала


Резолютивная часть решения объявлена 18 марта 2019 года.


Решение в полном объеме изготовлено 29 марта 2019 года.

Арбитражный суд Республики Дагестан в составе судьи Гаджимагомедова И. С., при ведении протокола секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению СПК «Победа» о признании незаконными постановлений судебного пристава-исполнителя, при участии в заседании: от заявителя – ФИО2, ФИО3 (представители по доверенности), от предпринимателя ФИО4 – ФИО5 (представитель по доверенности), от УФССП России по РД – ФИО6 (представитель по доверенности), от судебного пристава-исполнителя – ФИО7 (лично),

УСТАНОВИЛ:

СПК «Победа» обратилось в Арбитражный суд Республики Дагестан с заявлением о признании незаконными постановлений заместителя начальника отдела – заместителя старшего судебного пристава ОСП по Магарамкентскому и Докузпаринскому районам УФССП России по РД ФИО7 от 24.01.2019 № 05052/19/4330 и № 05052/19/4332.

К участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено УФССП России по РД и в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Дербентская винодельческая компания», АО «Дербентский коньячный комбинат» и предприниматели ФИО4 и ФИО8.

Представители заявителя в судебном заседании поддержали заявленные требования по основаниям, изложенным в заявлении.

Представители службы судебных приставов и третьего лица просили отказать в удовлетворении заявления по основаниям, изложенным в отзывах на заявление.

Как следует из материалов дела, на основании выданного Арбитражным судом Республики Дагестан исполнительного листа серии ФС № 019599448 от 22.08.2018 по делу А15-198/2018 о взыскании с сельскохозяйственного производственного кооператива «Победа» в пользу предпринимателя ФИО4 1 914 500 рублей основного долга и 324 908,69 рубля процентов, судебным приставом-исполнителем возбуждено исполнительное производство № 28771/18/05020-ИП.

В ходе данного исполнительного производства между СПК «Победа» (цедент) и предпринимателем ФИО8 (цессионарий) заключен договор цессии от 25.12.2018, в соответствии с которым цедент уступил цессионарию право требования задолженности ООО «Дербентская винодельческая компания» перед цедентом в сумме 2 108 390 рублей.

Также между СПК «Победа» (цедент) и предпринимателем ФИО8 (цессионарий) заключен договор цессии от 22.10.2018, в соответствии с которым цедент уступил цессионарию право требования задолженности АО «Дербентский коньячный комбинат» перед цедентом в сумме 4 151 267,1 рубля.

Постановлениями судебного пристава-исполнителя от 24.01.2019 № 05052/19/4330 и 05052/19/4332 обращено взыскание на указанную задолженность АО «Дербентский коньячный комбинат» и ООО «Дербентская винодельческая компания» перед СПК «Победа» в сумме 2 396 167,30 рубля (2 239 408,69 рубля долга и 156 758,61 рубля исполнительского сбора).

Полагая, что указанные постановления являются незаконными и нарушают его права, должник обратился в суд с настоящим заявлением.

Изучив и оценив материалы дела и доводы лиц, участвующих в деле, суд считает заявление не подлежащим удовлетворению на основании следующего.

В силу части 1 статьи 121 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве) постановления судебного пристава-исполнителя, его действия (бездействие) по исполнению исполнительного документа могут быть обжалованы сторонами исполнительного производства, иными лицами, чьи права и интересы нарушены такими действиями (бездействием), в порядке подчиненности и оспорены в суде.

Основанием для признания незаконными действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя является наличие одновременно двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 4 статьи 200, часть 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 69 Закон об исполнительном производстве предусмотрено, при отсутствии или недостаточности у должника денежных средств взыскание обращается на иное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, хозяйственного ведения и (или) оперативного управления, за исключением имущества, изъятого из оборота, и имущества, на которое в соответствии с федеральным законом не может быть обращено взыскание, независимо от того, где и в чьем фактическом владении и (или) пользовании оно находится.

Порядок обращения взыскания на дебиторскую задолженность установлен статьей 76 Закона об исполнительном производстве, а порядок обращения взыскания на имущественные права установлен статьей 75 Закон об исполнительном производстве, в соответствии с которыми в рамках исполнительного производства взыскание может быть обращено на принадлежащие должнику имущественные права, в том числе право требования должника к третьему лицу, не исполнившему денежное обязательство перед ним как кредитором (далее - дебитор), в том числе право требования по оплате фактически поставленных должником товаров, выполненных работ или оказанных услуг, по найму, аренде и другим (дебиторская задолженность).

Как видно из материалов дела, заявитель в своем объяснении от 11.10.2018 сообщил судебному приставу-исполнителю о наличии у него дебиторской задолженности. При этом информацию об уступке прав в отношении дебиторской задолженности заявитель судебному приставу-исполнителю не сообщил, хотя ознакомившись с материалами исполнительного производства в соответствии с заявлением от 19.11.2018, знал об отсутствии соответствующей информации у судебного пристава-исполнителя и, более того, по требованию пристава от 19.11.2018 сопроводительным письмом от 26.11.2018 предоставил судебному приставу-исполнителю сведения о своей хозяйственной деятельности без указания информации об уступке дебиторской задолженности.

При таких обстоятельствах, вынесение судебным приставом-исполнителем постановлений об обращении взыскания на дебиторскую задолженность должника в отсутствие информации об уступке должником этой задолженности другому лицу, соответствовало положениям статей 69, 75 Закона об исполнительном производстве.

Кроме того, в данном случае обращение взыскания на дебиторскую задолженность СПК «Победа», уступленную им по договору цессии ФИО8, затрагивает права ФИО8, но не СПК «Победа», поскольку не влияет в целом на объем его кредиторской задолженности.

В связи с этим оспариваемые постановления судебного пристава-исполнителя об обращении взыскания на дебиторскую задолженность не могут быть расценены как нарушающие права и законные интересы заявителя.

При таких обстоятельствах, ввиду соответствия закону оспариваемых постановлений судебного пристава-исполнителя и отсутствия нарушения прав и законных интересов заявителя, оснований для удовлетворения заявления не имеется.

Кроме того, частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Исходя из смысла приведенных правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

По своей правовой природе злоупотребление правом – это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В данном случае, уступая право требования дебиторской задолженности другому лицу в момент наличия возбужденного исполнительного производства, заявитель фактически действовал с целью воспрепятствования исполнительному производству и уклонения от погашения установленного судебным решением долга, заведомо зная об ущемлении этим прав взыскателя по исполнительному производству.

Заключение договоров цессии от 22.10.2018 и 25.12.2018 фактически было направлено на отчуждение в пользу третьего лица имущества, за счет которого могло быть удовлетворено требование кредитора по обязательствам, возникшим ранее и установленным судебным решением.

Поскольку такое поведение заявителя является недобросовестным и направлено исключительно в ущерб взыскателя, указанные договора цессии на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации являются ничтожными и не влекущими правовых последствий с момента их заключения.

Соответственно, указанные договора цессии не могли являться препятствием для вынесения судебным приставом-исполнителем оспариваемых постановлений.

При таких обстоятельствах в удовлетворении заявленных требований следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-176, 198-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

в удовлетворении заявления отказать.

Решение может быть обжаловано в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Дагестан в течение месяца после его принятия.

Судья И. С. Гаджимагомедов