Решение от 15 июня 2022 г. по делу № А27-23004/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, г. Кемерово, 650000,

тел. (384-2) 45-10-16

e-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

http://www.kemerovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А27-23004/2021
Город Кемерово
15 июня 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 30 мая 2022 года.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Куликовой Т.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Новокузнецк (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "Грин", г. Новокузнецк (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 1 729 871 руб. 55 коп. задолженности,

и встречных требований о признании договора ничтожным,

при участии: от предпринимателя (онлайн) – ФИО3, доверенность №1 от 01.12.2021, паспорт, удостоверение адвоката;

от общества – ФИО4, доверенность от 05.06.2019, удостоверение адвоката;

у с т а н о в и л :

индивидуальный предприниматель ФИО2 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Грин" о взыскании 1 729 871 руб. 55 коп. задолженности по выплате вознаграждения.

Исковые заявления мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязанности по оплате в полном объёме вознаграждения по договору от 26.07.2019 «О передаче полномочий единоличного исполнительного органа».

В рамках указанного дела общество с ограниченной ответственностью "Грин" обратилось со встречным исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании договора от 26.07.2019 «О передаче полномочий единоличного исполнительного органа» ничтожным.

Представитель предпринимателя первоначальные исковые требования поддержал, встречные просил оставить без удовлетворения.

Представитель общества полагает встречный иск подлежащим удовлетворению, в связи с чем, оснований для удовлетворения первоначальных требований не имеется.

Заслушав представителей сторон, исследовав представленные в материалы дела письменные доказательства, суд установил следующие обстоятельства.

ИП ФИО2 в период с 26.07.2019 по 28.04.2021 являлся единоличным исполнительным органом ООО «Грин».

Ссылаясь на то обстоятельство, что на условиях заключённого между обществом и управляющим директором договора от 26.07.2019 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа, стоимость услуг управляющего установлена в размере 150 000 руб., однако оплата в предусмотренном договором размере обществом в полном объеме не произведена, предприниматель направил претензию обществу, не получив удовлетворения, обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Общество, указывая на то обстоятельство, что со стороны общества договор передачи полномочий управляющему подписан неуполномоченным лицом, на общем собрании размер вознаграждения управляющему не утверждался, в связи с чем, договор является ничтожным в силу положений статьи 42 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее Закон N 14-ФЗ).

В пункте 1 статьи 42 Закона N 14-ФЗ предусмотрена возможность передачи полномочий единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью управляющей организации.

Принятие решений о передаче полномочий управляющей организации, об утверждении управляющего и условий договора с ним относится к компетенции общего собрания участников либо совета директоров (наблюдательного совета) (подпункт 2 пункта 2.1 статьи 32, подпункт 4 пункта 2 статьи 33 Закона N 14-ФЗ).

Согласно пункту 3 статьи 42 Закона N 14-ФЗ договор с управляющим подписывается от имени общества лицом, председательствовавшим на общем собрании участников общества, утвердившем условия договора с управляющим, или участником общества, уполномоченным решением общего собрания участников общества, либо, если решение этих вопросов отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества, председателем совета директоров (наблюдательного совета) общества или лицом, уполномоченным решением совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Из материалов дела следует, что 26.07.2019 проведено внеочередное общее собрание участников ООО «ГРИН», на котором присутствовали участники общества: ФИО2 (19,17%), ФИО5, в лице представителя ФИО6 (48,88%), ФИО7 (31,95%).

Утверждение условий и подписание Договора от 26.07.2019 «О передаче полномочий единоличного исполнительного органа» осуществлялось на внеочередном общем собрании участников (пункты № 7,8 Протокола).

Отклоняя доводы общества о том, что участники общества не утверждали условия договора, в том числе размер вознаграждения управляющему, подлежат отклонению, исходя из следующего.

В материалы дела предпринимателем представлены скриншоты, свидетельствующие об отправке текста договора о передаче полномочий единоличного исполнительного органа представителем ФИО5 – ФИО6 участникам общества 23.07.2019 (приложения №2,3 к отзыву на встречный иск, поступившему в суд в электронном виде 04.04.2022).

О том, что участникам общества перед собранием был представлен проект договора передачи полномочий единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью управляющей организации в представленной предпринимателем редакции, также подтверждается протоколом осмотра доказательств от 21.04.2022, составленным нотариусом ФИО8, из содержания которого усматривается, что уведомление о проведении собрания участников с перечнем вопросов, а также проект договора в редакции, представленной истцом в материалы дела, направлен 23.07.2019 представителем ФИО5 (ФИО6) в адрес участников общества.

Представленный предпринимателем в материалы дела нотариальный протокол осмотра доказательств от 22.04.2022 составлен в соответствии с положениями статей 102, 103 "Основ законодательства Российской Федерации о нотариате" (утвержденных Верховным Судом Российской Федерации 11.02.1993 N 4462-1).

При таких обстоятельствах, представленными в материалы дела доказательствами опровергаются доводы общества о том, что на условия договора не были известны участником общества и не могли быть утверждены на общем собрании.

Доводы общества, что не утверждались отдельные условия договора о стоимости услуг управляющего, подлежат отклонению как не имеющие правового значения в данном случае, при этом суд исходит из того обстоятельства, что в материалы дела текст договора передачи полномочий единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью управляющей организации с иным содержанием, в том числе в части суммы вознаграждения управляющему, обществом не представлен.

Оснований полагать, что отражая в пунктах 7, 8 протокола от 26.07.2019 решения участников общества о передаче полномочий управляющего обществом предпринимателю, а также принимая решение об утверждении и подписании договора передачи полномочий управляющему, участники общества рассматривали в ходе собрания иные условия договора управления, в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, в связи с чем, также отсутствие в аудиозаписи заседания собрания участников общества обсуждения условий договора передачи полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему, на что ссылается общество, при наличии представленных в материалы дела доказательств, не свидетельствует, что такие условия участникам не были известны голосуя «за» утверждение и подписание договора с управляющим подразумевали иные условия не имеется.

Учитывая изложенное выше, все участники общества приняли решение о передаче полномочий единоличного исполнительного органа ИП ФИО2 и утвердили условия Договора от 26.07.2019, в том числе связанные с оплатой по спорному договору, иного из материалов дел не следует.

Спорный договор подписан от имени общества председательствующим собрания ФИО5, что не оспаривается обществом, председательствующей на собрании 26.07.2019, что прямо следует из протокола от 26.07.2019, а также стенограммы аудиозаписи заседания 26.07.2019, что соответствует положениям статьи 42 Закона N 14-ФЗ.

Доводы об отсутствии полномочий ФИО5 на подписание договора при отсутствии протокола общего собрания участника, противоречат положениям статьи 42 Закона N 14-ФЗ.

Несоответствие договора от 26.07.2019 статье 42 Закона N 14-ФЗ судом не установлено.

Кроме того, в силу статей 166 (пунктов 1 и 2) и 167 (пункта 1) Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В то же время, в соответствии со статьей 166 (пунктом 5) Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил следующее.

Сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 70).

Предприниматель, осуществлял деятельность в качестве управляющего обществом в период с 26.07.2019 по 28.04.2021, при этом со стороны общества каких-либо возражения относительно осуществления предпринимателем деятельности управляющего, условий договора, на которых он осуществляет эту деятельность, не поступало.

Кроме того, с июля 2019 года по февраль 2021 года выплаты вознаграждения по договору от 26.07.2019 производились нерегулярно, однако в размере, предусмотренном договоре.

Доводы общества о том, что ФИО2 сам себе производил оплаты, подписывал акты сверки, не свидетельствует о том, что спорный договор содержал иные условия о размере вознаграждения управляющего. Суд также отмечает, что участники общества вправе осуществлять контроль деятельности управляющего, что не препятствовало им получить информацию от управляющего относительно исполнения условий договора передачи полномочий в части выплаты вознаграждения управляющему, однако материалы дела не содержат доказательств предъявления таких требований к управляющему.

Более того, из акта от 04.06.2021 приема-передачи документов «ООО «ГРИН» следует, что после прекращения полномочий единоличного исполнительного органа, ФИО2 переданы новому директору ООО «ГРИН» ФИО9 документы общества, из содержания пункта 7 которого усматривается, что задолженность общества перед ИП ФИО2 составляет 1 729 871 руб. 55 коп.

Члены комиссии подписали акт приёма-передачи без возражений, указав на отсутствии претензий к переданным документам.

Принимая во внимание изложенное выше, в том числе, осведомленность участников об условиях договора передачи полномочий единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью управляющему, содержание протокола от 26.07.2019 собрания участников общества, утвердивших и подписавших договор; подписание договора уполномоченным лицом, последующее поведение общества, не имеющего претензий к управляющему, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора от 26.07.2019 недействительным.

Соглашение о передаче полномочий управляющей организации регулируется положениями главы 39 ГК РФ в части, не противоречащей законодательству о юридических лицах.

По смыслу приведенных норм Закона N 14-ФЗ заказчиком услуг, оказываемых управляющей организацией, выступает само управляемое хозяйственное общество в лице его органа, принявшего решение о передаче третьему лицу функций единоличного исполнительного органа. Приемка оказанных услуг осуществляется в том же порядке - лицом, наделенным соответствующими полномочиями решением общего собрания участников управляемого общества либо решением его совета директоров (наблюдательного совета).

Согласно части 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 ГК РФ).

Основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных подрядных работ является сдача результата работ подрядчиком.

Предъявляя требование о взыскании с заказчика стоимости оказанных услуг (выполненных работ), исполнитель должен доказать факт оказания услуг и выполнения работ, их стоимость (статьи 711, 720 ГК РФ).

Следует отметить, что из условий договора не следует какая-либо специальная форма отчётности деятельности управляющего, участниками ООО «Грин» такая форма не устанавливалась и не согласовывалась.

В свою очередь, из материалов дела следует, что предприниматель осуществлял деятельность по управлению обществом согласно условиям договора от 26.07.2019, при этом в разделе 2 договора управления предусмотрен целый комплекс прав и обязанностей управляющего, в этой связи подлежат отклонению доводы общества о том, что услуги предпринимателем не оказывались со ссылкой на непроведение управляющим общих собраний, поскольку помимо указанных обязанностей на управляющего возложен ряд иных обязанностей, доказательств невыполнения которых обществом не представлено.

Кроме того, из условия договора от 26.07.2019 дословно следует, что управляющий обеспечивает подготовку и представляет общему собранию общему собранию участников годовой отчет, годовой бухгалтерский баланс, предложения о распределении чистой пребыли между участниками общества, информирует указанные органы о текущей финансовой деятельности, организует выполнение решений общего собрания.

Обязанности по инициации управляющим созыва общих собраний договором не установлено, претензий о непредставлении директором общества финансовой документации также не представлено.

В свою очередь, как указал предприниматель, и доказательств обратного не представлено, бухгалтерский баланс и отчётность велись в соответствии с требованиями налогового законодательства, Закона "О бухгалтерском учете" N 129-ФЗ.

Доказательств того, что предпринимателем фактически не оказывались услуги по управлению обществом в том объёме, который предусмотрен в договоре, последним в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

О том, что услуги оказывались предпринимателем надлежащим образом, также свидетельствует отсутствие претензий участников общества, либо иных лиц (контролирующих органов и пр.), относительно осуществления им обязанностей управляющего.

В этой связи подлежат отклонению доводы ответчика о несоразмерности вознаграждения управляющего и необходимости его уменьшения. Документально общество свое требование об уменьшении размера вознаграждения не обосновало, при этом, его ссылка на то, что вознаграждение прежнего управляющего (ФИО10) составляло 30 000 руб., подлежит отклонению, как не свидетельствующее о рыночном размере вознаграждения при оказании спорных услуг, в том числе принимая во внимание, что оказание услуг управляющим ФИО10 обществом оценивалось как ненадлежащее, причиняющее убытки обществу, что следует из дела №А27-16910/2021 (Картотека арбитражных дел).

Приведённые обществом обстоятельства, связанные с поведением ФИО2 при участии в деле №33-9787/2021 по изменению правовой позиции в нарушение интересов общества, не свидетельствуют о ненадлежащем оказании ФИО2 услуг в период управления обществом, поскольку правовая позиция изменена ФИО2 как участником общества, после прекращения его полномочий в качестве управляющего.

По указанным обстоятельствам также не имеют значения при рассмотрении настоящего дела обращения общества в настоящее время с иском к ФИО2 как к участнику общества.

В настоящем случае, обстоятельств ненадлежащего оказания услуг управляющим ИП ФИО2, его недобросовестности при исполнении обязанностей по договору от 26.07.2019, судом не установлено.

С учетом частично произведенной обществом оплаты, задолженность общества перед предпринимателем составила 1 729 871 руб. 55 коп.

При таких обстоятельствах исковые требования предпринимателя признаются судом обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Принимая вышеприведённые положения, расходы предпринимателя по уплате государственной пошлины за рассмотрение первоначальных требований подлежат отнесению на общество в полном объеме; расходы общества на оплату пошлины за встречных требований относятся на него.

Руководствуясь статьями 110, 167, 170, 171, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

встречные исковые требования оставить без удовлетворения.

Первоначальные исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Грин" в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 1 729 871 руб. 55 коп. задолженности.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Грин" в доход федерального бюджета 30299 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение одного месяца с момента его принятия. Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.


Судья Т.Н. Куликова