Решение от 28 июля 2025 г. по делу № А51-5425/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...>

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-5425/2025
г. Владивосток
29 июля 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 15 июля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 29 июля 2025 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Е.Р. Яфаевой, при ведении протокола секретарем судебного заседания Гайдук В.А., рассмотрев дело по иску Дальневосточной электронной таможни (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации: 15.05.2020, юридический адрес: 692760, <...>)

к обществу с ограниченной ответственностью "Лем" (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата регистрации: 03.08.2020, юридический адрес: 692519, <...>, кабинет 27)

о признании сделки недействительной,

при участии представителей:

от истца посредством веб-конференции: ФИО1, паспорт, доверенность, диплом, ФИО2, паспорт, доверенность,

установил:

истец – Дальневосточная электронная таможня (далее – таможня) обратился в Арбитражный суд Приморского края с исковым заявлением к ответчику – обществу с ограниченной ответственностью "Лем" (далее – общество) о признании недействительной (ничтожной) сделки по контракту от 09.12.2020 № HLSF-1764-7000, заключенной между обществом и компанией Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC; о применении последствий ничтожности сделки, взыскав с ответчика в доход Российской Федерации, причитающуюся по сделке сумму товара в размере 1787580руб.

Ответчик в судебное заседание не явился в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в связи с чем заседание проводилось в порядке статьи 156 АПК РФ в его отсутствие.

Из материалов дела следует, что 09.12.2020 между обществом (продавец) и компанией Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC заключен внешнеторговый контракт № HLSF-1764-7000 общей стоимостью 5999000руб. на поставку лесоматериалов лиственных пород, пиломатериалов лиственных пород, изделий и заготовок из лесоматериалов и иных товаров, определяемых сторонами по контракту в приложениях к нему (далее – контракт).

В соответствии с пунктом 5.1 контракта оплата товаров производится в течение 180 дней с даты оформления декларации на товары на территории Российской Федерации.

Согласно пункту 11 контракта уполномоченным банком общества является АО «Альфа-Банк», филиал «Хабаровский».

По декларациям на товары (далее – ДТ) №№ 10720010/091220/0017801, 10720010/111220/0018423, 10720010/111220/0018429, 10720010/141220/0018893 обществом осуществлен экспорт пиломатериалов в количестве 135 куб.м, общей стоимостью 1787580руб., которые выпущены таможенными органами и вывезены обществом с таможенной территории Евразийского экономического союза в период с 12.01.2021 по 26.04.2021.

Полагая, что вывоз товара в адрес иностранного контрагента произведен обществом без исполнения встречных обязательств, общество при заключении контракта не имело намерения создать соответствующие сделке правовые последствия, что нарушает экономические интересы государства и представляет угрозу охраняемым общественным отношениям в сфере валютного регулирования, таможенный орган обратился в суд с требованием о признании спорного контракта недействительным и о применении последствий недействительности контракта.

Суд, исследовав материалы дела, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), считает исковые требования подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

Статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 154 ГК РФ сделки могут быть двух- или многосторонними (договоры) и односторонними.

Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (пункт 3 статьи 154 ГК РФ).

Согласно пунктам 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношении должны действовать добросовестно, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии со статьей 12 ГК РФ защита гражданских прав может осуществляться путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Пунктом 1 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Частью 2 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться иные последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума №25) применительно к статьям 166 и 168 названного Кодекса под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы.

Из разъяснений, приведенных в абзаце 2 пункта 74 Постановления Пленума №25, следует, что договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Согласно статье 169 ГК РФ ничтожной является также сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2004 №226-О указано, что понятия «основы правопорядка» и «нравственность», как и всякие оценочные понятия, наполняются содержанием в зависимости от того, как их трактуют участники гражданского оборота и правоприменительная практика, однако они не являются настолько неопределенными, что не обеспечивают единообразное понимание и применение соответствующих законоположений. Статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота – основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму Гражданского кодекса Российской Федерации, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

В пункте 85 Постановления Пленума №25 разъяснено, что в качестве сделок, совершенных с указанной целью, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Согласно разъяснениям пункта 8 Постановления Пленума №25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 170 ГК РФ установлено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом в пункте 86 Постановления Пленума №25 отражено, что следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 №305-ЭС16-2411, следует, что фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 АПК РФ).

Следовательно, для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида.

По договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием (статья 506 ГК РФ).

То есть, заключая договор поставки, стороны преследуют цель передачи товара в собственность покупателя за плату.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимость сделки в таком случае не предполагает наличие у продавца намерений фактически передать товар в собственность покупателя и получить плату, с одной стороны, и намерений покупателя принять товар и уплатить за него цену.

Между тем, согласно полученной таможенным органом информации, направленной письмом представителя Федеральной таможенной службы в Китайской Народной Республике от 03.08.2021 № 12-09/0637, сведений об организации Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC в Национальной базе данных управления кредитоспособностью предприятий Китайской Народной Республики и на государственном портале «Credit China» обнаружить не удалось.

При этом согласно базе данных электронной платформы «Qichacha», являющейся крупнейшим агрегатором информации о юридических лицах Китайской Народной Республики, компания Suifenhe Fengjie Economic and Trade co., LTD была зарегистрирована в Управлении по надзору и регулированию рынка г. Суйфэньхэ провинции Хэйлунцзян 13.09.2011. Вместе с тем 12.03.2018 указанная компания была ликвидирована.

Пунктом 8.1 спорного контракта установлено, что к нему применяется право, действующее на территории Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 49 ГК РФ юридическое лицо может иметь гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительном документе (статья 52), и нести связанные с этой деятельностью обязанности.

Правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении (пункт 3 указанной статьи).

Согласно пункту 1 статьи 61 ГК РФ ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам.

Из изложенного следует, что с учетом даты ликвидации иностранной компании Suifenhe Fengjie Economic and Trade co., LTD - 12.03.2018 ответчик не мог заключить с указанным контрагентом спорный контракт от 09.12.2020, ввиду того, что на дату заключения контракта иностранный контрагент не имел статуса действующего юридического лица на территории Китайской Народной Республики, соответственно, не обладал правоспособностью и не мог осуществлять действия по заключению сделки.

Помимо этого из представленных деклараций на товары и международных товарно-транспортных накладных судом установлено, что получателем товара, задекларированного в рамках спорного контракта, являются иные лица – компании Suifenhe Xingjia Economic and Trade co., LTD (ДТ № 10720010/091220/0017801) и Harbin «Fenhan» Woodworking Company (ДТ №№ 10720010/111220/0018423, 10720010/111220/0018429, 10720010/141220/0018893), тогда как в силу пункта 1.1 контракта именно компания Suifenhe Fengjie Economic and Trade co., LTD, как покупатель, обязуется принимать и оплачивать поставляемые ООО «ЛЕМ» товары.

Также истцом в материалы дела представило сведения, содержащиеся в выписке по счету № 40702810620050001486, полученные от банка, оплата за поставленные по контракту товары не произведена в установленный срок, счета организации закрыты 06.09.2022.

Как указывает истец, в целях выявления фактом исполнения обществом требований валютного законодательства о расчетах иными способами за поставленные нерезидентам товары запрашивались сведения в уполномоченном банке.

Вместе с тем, сведений о принятии обществом мер по исполнению или прекращению обязательств по контракту способами, разрешенными законодательством Российской Федерации, не установлены. Согласно ответу банка, контракт обществом в банк не представлялся.

При этом налоговым органом представлена информация об отсутствии сведений о наличии счетов общества за рубежом.

Более того, по сведениям таможенного органа, по спорному контракту ввоз товаров обществом в качестве зачета встречных требований не осуществлялся.

В соответствии с пунктом 5.1 контракта оплата товаров производится в течение 180 дней с даты оформления ДТ на территории Российской Федерации.

Пунктом 1 части 1 статьи 19 Федерального закона от 10.12.2003 №173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» установлено, что при осуществлении внешнеторговой деятельности резиденты обязаны обеспечить в сроки, предусмотренные внешнеторговыми договорами, получение от нерезидентов на свои банковские счета в уполномоченных банках иностранной валюты или валюты Российской Федерации, причитающейся в соответствии с условиями указанных договоров (контрактов) за переданные нерезидентам товары, выполненные для них работы, оказанные им услуги, переданные им информацию и результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них.

Инструкцией Банка России от 16.08.2017 №181-И «О порядке предоставления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам подтверждающих документов и информации при осуществлении валютных операций, о единых формах учета и отчетности по валютным операциям, порядке и сроках их предоставления» (в редакции, действующей на дату заключения спорного контракта) установлено требование о постановке на учет в уполномоченном банке экспортных контрактов, сумма обязательств по которым равна или превышает 6 000 000 рублей (пункт 4.2).

При этом, по условиям контракта общая его сумма составляет 5999000руб., в связи с чем, спорный контракт в уполномоченном банке не регистрировался, ведомость банковского контроля по операциям, связанным с указанным контрактом, не велась.

Однако на основании представленных АО «Альфа-Банк» в ответ на запрос таможенного органа сведений, содержащихся в выписке по счетам общества № 40702810620050001486, 40702840620050000415, 40702840920050000416 за период с 01.01.2012 по 17.01.2023, судом установлено, что оплата за поставленный по контракту товар Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC не произведена, выручка от реализации товаров на счет общества не поступила.

При этом меры, направленные на своевременное исполнение обязанности по перечислению валютной выручки за поставленные товары на свои счета, открытые в уполномоченном банке, обществом не осуществлялись. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, до окончания срока действия контракта спорного контракта обязанность общества по получению от нерезидентов на свои банковские счета в уполномоченных банках иностранной валюты или валюты Российской Федерации, причитающейся в соответствии с условиями контракта за переданные нерезиденту товары, не выполнена.

Кроме того, согласно выписке АО «Альфа-Банк» все счета ООО «ЛЕМ» были закрыты 06.09.2022, что свидетельствует о невозможности получения указанной валютной выручки в будущем.

Одновременно из представленных в материалы дела писем Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №9 по Приморскому краю от 05.04.2021 №12- 19/08838, от 07.02.2023 №12-23/03627 апелляционной коллегией установлено, что с 03.08.2020 по настоящее время ООО «ЛЕМ» применяет упрощенную систему налогообложения (УСН).

В соответствии с пунктом 1 статьи 346.11 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) упрощенная система налогообложения применяется организациями и индивидуальными предпринимателями наряду с общей системой налогообложения, предусмотренной законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 346.12 НК РФ налогоплательщиками признаются организации и индивидуальные предприниматели, перешедшие на упрощенную систему налогообложения и применяющие ее в порядке, определенном главой 26.2 НК РФ.

В силу пункта 2 статьи 346.11 НК РФ применение упрощенной системы налогообложения организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль организаций, налога на имущество организаций. Организации, применяющие упрощенную систему налогообложения, не признаются налогоплательщиками налога на добавленную стоимость, за исключением налога на добавленную стоимость, подлежащего уплате в соответствии с НК РФ при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации.

Переход к упрощенной системе налогообложения или возврат к иным режимам налогообложения осуществляется организациями и индивидуальными предпринимателями добровольно.

В соответствии с пунктом 6 статьи 346.13 НК РФ налогоплательщик, применяющий УСН, вправе перейти на иной режим налогообложения с начала календарного года, уведомив об этом налоговый орган не позднее 15 января года, в котором он предполагает перейти на иной режим.

При этом пунктом 4 статьи 346.13 НК РФ предусмотрено, что если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и с подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 настоящего Кодекса, превысили 200 млн. рублей, и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным подпунктами 1 - 11, 13, 14 и 16 - 21 пункта 3 статьи 346.12 и пунктом 3 статьи 346.14 настоящего Кодекса, и (или) средняя численность работников налогоплательщика превысила ограничение, установленное подпунктом 15 пункта 3 статьи 346.12 настоящего Кодекса, более чем на 30 человек, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение упрощенной системы налогообложения с начала того квартала, в котором допущены указанные превышения доходов налогоплательщика и (или) средней численности его работников и (или) несоответствие указанным требованиям.

Из письма налогового органа от 07.02.2023 №12-23/03627 следует, что согласно сведениям ИР «Таможня-Ф» в 2021 году ООО «ЛЕМ» были экспортированы товары (лесоматериалы) фактурной стоимостью в размере 298 532 604 рубля.

В силу положений статей 167, 271, 273 НК РФ, используя общую систему налогообложения, ООО «ЛЕМ» имело бы обязанность по уплате налогов (НДС и налога на прибыль) с момента таможенного декларирования товаров и их отгрузки иностранному контрагенту (метод начисления).

В свою очередь, при применении УСН согласно пункту 1 статьи 346.17 НК РФ датой получения доходов признается день поступления денежных средств на счета в банках и (или) в кассу, получения иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав, а также погашения задолженности (оплаты) налогоплательщику иным способом (кассовый метод).

Из изложенного следует, что исходя из фактурной стоимости товаров, перемещенных ООО «ЛЕМ» за пределы таможенной границы ЕАЭС в 2021 году, в случае поступления на расчетный счет общества валютной выручки в размере 298 500 000 рублей использование УСН данным участником внешнеэкономической деятельности было бы невозможным.

Суд принимает во внимание доводы истца о том, что учитывая наличие длительных сроков оплаты по контракту, непринятие обществом мер для получения оплаты за поставленный товар, учитывая нахождение общества на упрощенной системе налогообложения, а также условия ее использования действия общества, по сути, направлены на уклонение от уплаты налогов.

При этом неполучение валютной выручки в данном случае свидетельствует об отсутствии очевидного экономического смысла в совершении указанной сделки, так как любая предпринимательская деятельность направлена на получение прибыли.

Помимо изложенного, из материалов дела следует, что идентичные внешнеторговые контракты заключены руководителем общества ФИО3 за время осуществления им руководства в ООО «Лем», в ООО «Молл» и в ООО «Дивий», также не поставленные на учет в уполномоченном банке, с одними и теми же контрагентами без обеспечения валютной выручки за поставленные товары.

Более того из сведений, имеющихся в Едином государственном реестре юридических лиц, следует, что 02.02.2016 ООО «Дивий» прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Поддоны и паллеты», которое внешнеэкономическую деятельность не осуществляло и было ликвидировано 01.03.2019.

При таких обстоятельствах, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что при заключении контракта от 17.03.2021 № б/н подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении - поставка товаров, а также встречное обеспечение в виде оплаты.

Фактически имел место вывоз с таможенной территории Российской Федерации леса (при этом, без уплаты таможенных пошлин и сборов с учетом действующих в соответствующий период времени Федерального Закона от 03.08.2018 №289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», Постановления Правительства РФ от 30.08.2013 № 754 «Об утверждении ставок вывозных таможенных пошлин на товары, вывозимые из Российской Федерации за пределы государств - участников соглашений о Таможенном союзе, и о признании утратившими силу некоторых актов Правительства Российской Федерации» и Постановления Правительства Российской Федерации от 26.03.2020 № 342 «О ставках и базе для исчисления таможенных сборов за совершение таможенных операций, связанных с выпуском товаров») без намерения получить валютную выручку, при этом с целью уклонения общества от уплаты налогов, что свидетельствует о ее мнимости, а также о том, что данная сделка была заключена с целью заведомо противоправной основам правопорядка, нарушающей требования закона и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы государства, что является основанием для признания оспариваемой сделки недействительной (ничтожной).

Согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

При этом пунктом 84 Постановления Пленума №25 установлено, что согласно абзацу второму пункта 3 статьи 166 ГК РФ допустимо предъявление исков о признании недействительной ничтожной сделки без заявления требования о применении последствий ее недействительности, если истец имеет законный интерес в признании такой сделки недействительной. В случае удовлетворения иска в решении суда о признании сделки недействительной должно быть указано, что сделка является ничтожной.

Согласно пункту 3 части 2 статьи 254 Федерального закона от 03.08.2018 №289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон №289-ФЗ) таможенные органы в пределах своей компетенции обеспечивают на территории Российской Федерации выполнение задач и функций, установленных статьей 351 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, а также осуществляют в пределах своей компетенции контроль за валютными операциями, связанными с перемещением товаров через таможенную границу Союза, с ввозом товаров в Российскую Федерацию и вывозом товаров из Российской Федерации.

Задачами валютного контроля являются обеспечение экономической безопасности государства и защита национальных интересов Российской Федерации, обеспечение законного осуществления валютных операций, своевременное и полное исполнение резидентами обязанностей по репатриации валюты на внутренний валютный рынок.

В соответствии с подпунктом «д» пункта 10 части 1 статьи 259 Закона №289-ФЗ таможенные органы для выполнения возложенных на них функций обладают, в том числе правом предъявлять в суды или арбитражные суды иски и заявления о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, таможенный орган указал, что непоступление в Российскую Федерацию иностранной валюты или валюты Российской Федерации нарушает экономические интересы государства, подрывает основы его безопасности, что представляет собой существенную угрозу охраняемым общественным отношениям в сфере валютного регулирования.

Учитывая изложенное, суд признает требования Дальневосточной электронной таможни обоснованными, а сделку по контракту от 09.12.2020 № HLSF-1764-7000, заключенному между ООО «Лем» и компанией Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC недействительной (ничтожной).

Истцом также заявлено требование о применении последствий ничтожности сделки, взыскав с ответчика в доход Российской Федерации, причитающуюся по сделке сумму товара в размере 1787580руб.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (абзац первый пункта 3 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с абзацем вторым пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о признании недействительности ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно абзацу второму пункта 78 Постановления Пленума №25 исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В силу статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Принимая во внимание, что судом установлено, что сделка по контракту от 09.12.2020 № HLSF-1764-7000, заключенному между ООО «Лем» и компанией Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC, является недействительной (ничтожной), у сторон сделки изначально отсутствовало намерение создать реальные правовое последствия, соответствующие тем, что указаны в составляемых ими документах, сделка заключена сторонами лишь для вида, с целью вывода денежных средств за границу, что привело к незаконному выводу из Российской Федерации денежных средств в размере 1787580руб. и нарушило экономические интересы государств, нанесло ущерб охраняемым общественным отношениям в сфере валютного регулирования, в связи с чем требование истца о применении последствий недействительности сделки путем взыскания с ответчика в доход бюджета Российской Федерации 1787580руб. также подлежит удовлетворению в полном объеме.

Согласно части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Расходы по уплате государственной пошлины распределяются судом с учетом статьи 110 АПК РФ, подпункта 4 пункта 1 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Признать недействительной (ничтожной) сделку по контракту № HLSF -1764-7000 от 09.12.2020 между обществом с ограниченной ответственностью "ЛЕМ"  и компанией Suifenhe Fengjie Economic and Trade LLC.

Применить последствия недействительности сделки, взыскать  с общества с ограниченной ответственностью "ЛЕМ" в доход бюджета Российской Федерации 1787580руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ЛЕМ" в доход федерального бюджета 50000руб. государственной пошлины.

Выдать исполнительные листы.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.


Судья                                                                                                  Яфаева Е.Р.