Решение от 6 декабря 2022 г. по делу № А76-9900/2022

Арбитражный суд Челябинской области

Воровского улица, дом 2, г. Челябинск, 454091, http://www.chelarbitr.ru


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-9900/2022
06 декабря 2022 года
г. Челябинск



Резолютивная часть решения оглашена 29 ноября 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 06 декабря 2022 года.


Судья Арбитражного суда Челябинской области Шумакова С.М., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ткаченко Н.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченно ответственностью «Гастроном № 4» ОГРН <***>, г. Челябинск, к индивидуальному предпринимателю ФИО5, г. Челябинск, к ФИО1, г. Челябинск, о признании договора недействительным, взыскании убытков.

При участии в судебном заседании:

От истца – директор ФИО2, представитель ФИО3, доверенность от 06.10.2021, диплом, личность удостоверена паспортом.

От ответчика ФИО1 – ФИО1, лично, личность удостоверена паспортом, представитель ФИО4, доверенность от 30.11.2021, диплом, личность удостоверена паспортом.

От ответчика ФИО5 - представитель ФИО4, доверенность от 03.06.2022, диплом, личность удостоверена паспортом,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченно ответственностью «Гастроном № 4» ОГРН <***>, г. Челябинск, 31.03.2022 обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к к индивидуальному предпринимателю ФИО5, г. Челябинск, к ФИО1, г. Челябинск, о признании договора недействительным (т. 1 л.д. 5-7).

Определением суда от 22.04.2022г. исковое заявление принято к производству с назначением даты предварительного судебного заседания на 18.07.2022 (т. 1 л.д. 3-4).

Определением суда от 22.04.2022г. к участию по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Башмедсервис», ОГРН <***>, г. Уфа (т. 1 л.д.3-4).

Протокольным определением от 18.07.2022 суд завершил подготовку дела к судебному разбирательству и перешел в судебное заседание на основании ст. 137 АПК РФ (т. 1 л.д. 101).

27.09.2022 суд определил отложить судебное разбирательство на 29.11.2022 (т. 1 л.д. 152).

Лица, участвующие в деле, об арбитражном процессе по делу были извещены надлежащим образом в соответствии с положениями ст.ст. 121-123 АПК РФ (т. 1 л.д. 153 т. 2 л.д. 1, 67-69), а также публично путем размещения информации в сети «Интернет».

В судебном заседании принимали участие представители истца, поддержавшие исковые требования в полном объеме, и представители ответчиков ФИО1, и ФИО5, ответчик ФИО1, лично, которые просили суд в иске отказать.

Третье лицо ООО «Башмедсервис» в судебное заседание не явилось, что в силу ч.3 ст.156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела.

В обоснование заявленных требований истец указывает на следующие обстоятельства: между ООО «Гастроном №4» и ФИО5 был заключен договор аренды нежилого помещения №01/072021 от 01.07.2021, в рамках которого ФИО5 арендовано нежилое помещение № 3/1, общей площадью 120,2 кв.м, кадастровый номер: №74-74-01/528/2007-311 (далее - Помещение № 3/1), расположенное по адресу: <...>. Истец полагает, что оспариваемый договор аренды совершен сторонами при наличии признаков злоупотребления правом и является недействительным по основаниям ст. 10, 168ГКРФ. Дополнительным основанием недействительности договора, по мнению истца, является ст. 173.1 ГК РФ, поскольку ФИО1 не являлась законно избранным директором и не обладала полномочиями действовать от имени ООО «Гастроном № 4», а также п. 2 ст. 174 ГК РФ, поскольку при заключении сделки имел место явный ущерб, причиненный ООО «Гастроном № 4», о чем ИП ФИО5 не могла не знать, поскольку на момент заключения договора аренды фактически сдавала спорное помещение в субаренду тому же субарендатору по цене, значительно превышающей цену аренды. (т.1 л.д. 5-7).

В суд 29.06.2022 от ответчика ФИО1 поступил письменный отзыв на исковое заявление, в котором ответчик указал, что истцом не представлено доказательств наличия злоупотребления правом в действиях ФИО1 и ФИО5 при заключении договора аренды от 01.07.2021. Полагает, что заключенный между ООО «Гастроном №4» и ИП ФИО5 договор аренды от 01.07.2021 не может быть признан недействительной сделкой на основании статьи 173.1 ГК РФ. На момент заключения договора аренды ФИО1 обладала полномочиями директора и была внесена в ЕГРЮЛ в качестве единоличного исполнительного органа, следовательно, довод истца об отсутствии полномочий на заключение сделки является несостоятельным. Кроме того, по мнению ответчика, договор аренды от 21.07.2021, заключенный между ИП ФИО5 и ООО «Гастроном №4» заключен на обычных для общества условиях и не причинил обществу убытки, в то же время действия ФИО1 не выходили за пределы обычного предпринимательского риска, следовательно, основания для признания сделки недействительной и взыскания с ФИО1 убытков отсутствуют (т. 1 л.д. 59-70).

В судебном заседании ответчиком ФИО1 заявлено об оставлении искового заявления без рассмотрения на основании ч. 1 ст. 148 АПК РФ (т. 2 л.д. 2-3).

Протокольным определением от 29.11.2022 судом отказано в удовлетворении ходатайства ответчика об оставлении искового заявления без рассмотрения.

В судебном заседании от ФИО2 поступили письменные пояснения по делу в порядке ст. 81 АПК РФ (т. 2 л.д. 35-37), согласно которым указал, что из позиции ответчика непонятны причины, по которым общество заключило договор с ООО «Башмедсервис» не напрямую, а через посредника по цене аренды в 3,75 раз ниже цены последующей субаренды. По мнению истца, факт заинтересованности ФИО1 и ФИО5 подтвержден представленными доказательствами и ответчиком не оспаривается.

Дело рассмотрено Арбитражным судом Челябинской области в соответствии со ст.35 АПК РФ по адресам местожительства соответчиков – г.Челябинск, что подтверждается данными, имеющимися в материалах дела.

Оценив, в порядке ст.71, 162 АПК РФ, представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к следующим выводам:

В соответствии с п.3 ч.1 ст.225.1 арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией, а также некоммерческой организацией, объединяющей коммерческие организации и (или) индивидуальных предпринимателей (далее - корпоративные споры), в том числе споры по искам учредителей, участников, членов юридического лица (далее - участники юридического лица) о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, признании недействительными сделок, совершенных юридическим лицом, и (или) применении последствий недействительности таких сделок.

Как следует из материалов дела, 22 октября 2019 года на общем собрании участников ООО «Гастроном №4» ФИО1 была отстранена от должности директора и директором ООО «Гастроном №4» был назначен ФИО2, которым был издан приказ об увольнении ФИО1 (т. 1 л.д.16).

Увольнение ФИО1 обжаловала в судебном порядке.

11.02.2021 г. Тракторозаводский районный суд г. Челябинска отказ в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Гастроном №4» о восстановлении на работе.

31.05.2021 г. Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда вынесла апелляционное определение, которым отменила решение суда первой инстанции и вынесла по делу новое решение: ФИО1 была восстановлена на работе в должности директора ООО «Гастроном №4» с 09 ноября 2019 года, незамедлительного исполнения в силу закона. В ее пользу была взыскана заработная плата в размере 438 337 руб. 58 коп. за период вынужденного прогула, компенсация за моральный вред в размере 20 000 руб. 00 коп., суд обязал ООО «Гастроном №4» произвести за ФИО1 выплаты в пенсионный и медицинские фонды (т. 1 л.д. 17-25).

По мнению ответчика, трудовые отношения с директором начинаются с даты вступления в должность, которая указана в решении или протоколе и зафиксирована в трудовом договоре и приказе. С этой даты он может осуществлять свои трудовые функции и руководить организацией.

В силу того, что апелляционное определение от 31.05.2021 г. не оспорено, не отменено, вступило в законную силу, на основании судебного акта, по мнению ответчика, именно ФИО1 является директором ООО «Гастроном №4» с 09 ноября 2019 года.

Приказом №4 от 01.06.2021 ФИО1 допущена к исполнению трудовых обязанностей в должности директора ООО «Гастроном №4» с 01.06.2021.

Как следует из материалов дела, истцу принадлежат на праве собственности нежилые помещения в многоквартирном жилом доме, расположенном по адресу: пр. Ленина, д. 20, г. Челябинск: № 3/1 (часть нежилого помещения № 3 (магазин)), общей площадью 120,2 кв.м, Литер А, расположено на 1 этаже, кадастровый номер: 74:36:0212018:281 (с 10.12.2011), право собственности зарегистрировано 31.08.2007, запись о регистрации № 74-74-01/528/2007-311 (далее - Помещение № 3/1).

Между ООО «Гастроном № 4» и индивидуальным предпринимателем ФИО5 был заключен договор аренды №01/072021 от 01.07.2021, по условиям которого ООО «Гастроном № 4» предоставил ИП ФИО5 в аренду нежилое помещение № 3/1 площадью 120,2 кв. м, кадастровый номер 74-74-01/528/2007-311 по адресу: <...>.

Срок договора аренды был определен продолжительностью 60 месяцев, цена аренды - 40 000 руб. в месяц.

Договор был зарегистрирован управлением Росреестра по Челябинской области 08.07.2021.

По договору субаренды от 08.07.2021 помещение было передано арендатором в субаренду ООО «Башмедсервис» на срок по 30.06.2026 (в пределах всего срока договора аренды) по цене 150 000 руб. в месяц.

Истец считает договор аренды № 01/072021 от 01.07.2021 недействительным.

В силу п.1, 2 ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Следует отметить, позиция истца о необходимости признания договора аренды № 01/072021 от 01.07.2021 недействительной сделкой обуславливается следующими доводами:

- оспариваемый договор аренды совершен сторонами при наличии признаков злоупотребления правом;

- недобросовестность ФИО1 обусловлена наличием аффилированности с ИП ФИО5;

- сделки заключены на невыгодных для общества условиях, поскольку денежными средствами ИП ФИО5 распоряжается ФИО1, что свидетельствует о недобросовестности ИП ФИО1;

- заключенный договор является сделкой с заинтересованностью;

- заключенный договор нарушает права участников общества.

Проанализировав вышеуказанные доводы, суд приходит к следующим выводам:

В соответствии с пунктом 1 статьи 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. В силу пункта 3 статьи 607 Кодекса в договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

Признаков для установления взаимосвязанности сделок Федеральным законом от 08.02.1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не предусмотрено.

Вместе с тем, как разъяснено в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018г. № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», о взаимосвязанности сделок общества, применительно к пункту 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах или пункту 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, помимо прочего, могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества у одного лица, непродолжительный период между совершением нескольких сделок.

Для определения того, отвечает ли сделка, состоящая из нескольких взаимосвязанных сделок, количественному (стоимостному) критерию крупных сделок, необходимо сопоставлять балансовую стоимость или цену имущества, отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по всем взаимосвязанным сделкам, с балансовой стоимостью активов на последнюю отчетную дату, которой будет являться дата бухгалтерского баланса, предшествующая заключению первой из сделок.

Вместе с тем, в любом случае признаки взаимосвязанности носят субъективный характер и устанавливаются только при рассмотрении конкретного дела, при этом ни один из выделяемых признаков не имеет абсолютного значения и может свидетельствовать о взаимосвязанности договоров только с учетом других обстоятельств дела. Главным является не время совершения (дата сделки), а экономически единая хозяйственная операция, направленная на достижение одной цели.

Как указано в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.11.2019г. № 306-ЭС19-12580 по делу № А65-10085/2016, от 30.09.2021г. № 305-ЭС20-9150(4-6) по делу № А40-256738/2018, по смыслу приведенных разъяснений, взаимосвязанными могут быть признаны такие сделки, которыми опосредуется ряд хозяйственных операций, направленных на достижение одной общей (генеральной) экономической цели.

Следовательно, применительно к настоящему делу истцу надлежало доказать, что оспариваемый договор аренды настолько экономически взаимосвязан, что при исключении одного договора, как элемента конструкции, отпадает возможность в достижении единой цели.

В соответствии ч.1 ст.46 Федерального закона от 08.02.1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом:

связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого количества акций (иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции) публичного общества, в результате которых у общества возникает обязанность направить обязательное предложение в соответствии с гл.XI.1 Федерального закона от 26.12.1995г. № 208-ФЗ «Об акционерных обществах»), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Согласно ч.3, 4 упомянутой статьи, принятие решения о согласии на совершение крупной сделки является компетенцией общего собрания участников общества.

В решении о согласии на совершение крупной сделки должны быть указаны лицо (лица), являющееся ее стороной, выгодоприобретателем, цена, предмет сделки и иные ее существенные условия или порядок их определения. В решении о согласии на совершение крупной сделки могут не указываться сторона сделки и выгодоприобретатель, если сделка заключается на торгах, а также в иных случаях, если сторона сделки и выгодоприобретатель не могут быть определены к моменту получения согласия на совершение такой сделки.

Крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со ст.173.1 ГК РФ по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

В доказательство того, что оспариваемая сделка совершена в ущерб интересам общества, в материалы дела представлены документы, подтверждающие, что предоставленное ФИО5 в аренду по цене 40 000 руб. в месяц помещение передано ею в субаренду ООО «Башмедсервис» по цене 150 000 руб. в месяц.

По тексту представленного ответчиками отзыва на исковое заявление каких-либо возражений по существу заявленных исковых требований в части того, что ФИО1 действительно является заинтересованным лицом и оспариваемая сделка совершена на нерыночных условиях, не заявлено.

В качестве дополнительных доказательств, подтверждающих заинтересованность ФИО1 по отношению к ФИО5, истцом приобщена к материалам дела полученная в рамках до следственной проверки по поданному ООО «Гастроном № 4» в отношении ФИО1 заявлению копия медицинской карты ФИО1, в которой местом работы ею было указано ИП ФИО5, а также копия представленного ФИО1 в рамках дела № А76-24136/2020 в качестве доказательства заявления ФИО6, по тексту которого указано на то, что ФИО1 является сотрудником ИП ФИО5

Поскольку данное заявление было приобщено к материалам дела № А76-24136/2020 самой ФИО1, а ранее это заявление также в качестве доказательства направлялось в Управление ЦБ РФ в Уральском федеральном округе в рамках жалобы, поданной ФИО1 на действия ООО «Гастроном № 4», очевидно, что изложенная по тексту этого заявления информация о том, что ФИО1 является сотрудником ФИО5, по мнению истца, признается ею в качестве достоверной.

В силу статей 166 (пунктов 1 и 2) и 167 (пункта 1) Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании статьи 173.1 (пункта 1) Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная без согласия органа юридического лица, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

В соответствии со статьей 174 (пунктом 2) Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску юридического лица, в случае, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для юридического лица, либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо иных совместных действиях органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам юридического лица.

Согласно пункту 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями названной статьи.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной сделки или выступают в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) двадцатью и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

В силу пункту 3 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена решением общего собрания участников общества.

Решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием участников общества большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки.

В решении об одобрении сделки должны быть указаны лицо или лица, являющиеся сторонами, выгодоприобретателями в сделке, цена, предмет сделки и иные ее существенные условия.

Общее собрание участников общества может принять решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность и которая может быть совершена в будущем в процессе осуществления обществом его обычной хозяйственной деятельности. При этом в решении об одобрении сделки должна быть указана предельная сумма, на которую может быть совершена такая сделка. Решение об одобрении сделки имеет силу до следующего очередного общего собрания участников общества, если иное не предусмотрено указанным решением.

В силу пункта 5 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением предусмотренных данной статьей требований к ней, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

Согласно абзацу 2 пункта 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества, если она совершена в ущерб интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не является основанием для признания такой сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, или крупная сделка, заключенная от имени общества генеральным директором (директором) или уполномоченным им лицом с нарушением требований, предусмотренных соответственно статьями 45 и 46 Закона обществах с ограниченной ответственностью, является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску общества или его участника.

Если к моменту рассмотрения такого иска общим собранием участников, а в соответствующих случаях советом директоров (наблюдательным советом) общества будет принято решение об одобрении сделки, иск о признании ее недействительной не подлежит удовлетворению.

Для заключения сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не требуется решения общего собрания участников общества (в соответствующих случаях - совета директоров (наблюдательного совета), если она совершается в процессе обычной хозяйственной деятельности (реализация продукции, приобретение сырья, выполнение работ и др.) между обществом и другой стороной, имевшей место (начавшейся) до момента, с которого лицо, заинтересованное в ее совершении, признается таковым в соответствии с пунктом 1 статьи 45 Закона. Указанные решения не требуются на совершение соответствующих сделок до даты проведения следующего (очередного или внеочередного) общего собрания участников общества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 N 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" (далее - Постановление N 27), по смыслу абзацев четвертого - шестого пункта 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, содержащаяся в них презумпция ущерба от совершения сделки подлежит применению только при условии, что другая сторона оспариваемой сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение.

Бремя доказывания того, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности в сделке и об отсутствии согласия (одобрения) на ее совершение, возлагается на истца.

Применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона сделки или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце втором пункта 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Таким образом, поскольку по спорной сделке о передаче имущества общества в аренду директор общества ФИО1 заключила договор с ИП ФИО5, то данная сделка является сделкой с заинтересованностью, о чем ИП ФИО1 знала, следовательно, при оспаривании соответствующих сделок, подлежит применению опровержимая презумпция причинения ущерба (пункт 27 Постановления N 27).

При этом условием признания недействительной сделки с заинтересованностью является доказанность факта заключения сделки в ущерб интересам общества (пункт 6 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В соответствии с абзацем третьим пункта 21 Постановления N 27, невозможность квалификации сделки в качестве сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не препятствует признанию судом такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, а также по другим основаниям.

В соответствии с нормой пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит доказыванию не то, что сделка заключена на невыгодных условиях, а то, что эти невыгодные условия были заведомо и значительно невыгодны, и это было очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка, хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации) (пункт 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Кроме того, в пункте 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах (утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019) разъяснено, что составной частью интереса общества являются, в том числе, интересы участников. В связи с этим ущерб интересу общества также имеет место, когда сделка хотя и не причиняет ущерб юридическому лицу, но не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выражали согласие на совершение соответствующей сделки.

Судом установлено, что договор аренды нежилого помещения №01/072021 от 01.07.2021, заключенный между ООО "Гастроном №4" в лице директора ФИО1 и ИП ФИО5 является сделкой, совершенными заинтересованными лицами по смыслу абзаца 4 пункта 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

Истец обязан доказать факт совершения сделок с заинтересованностью и факт убыточности этих сделок для общества, а ответчик, соответственно, - доказать, что именно данные сделки не причинили материального вреда обществу.

В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

В обоснование ущербности сделки истец указал на снижение финансовых показателей общества.

Судом указанный довод отклоняется, поскольку общее изменение финансовых показателей, а также возможное уменьшение суммы денежных средств на расчетных счетах общества не является основанием для признания спорной сделки совершенной в ущерб интересам общества.

Руководствуясь вышеизложенными нормами права и разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, исходя из того, что, наличие явного ущерба обществу и его участникам не доказано, доводы истца опровергнуты представленными индивидуальным предпринимателем доказательствами, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора аренды нежилого помещения № 01/072021 от 01.07.2021, заключенного между ООО "Гастроном №4" и ИП ФИО5, недействительной сделкой по основанию нарушения определенного законом порядка совершения сделок с заинтересованностью и по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Довод истца о том, что спорный договор является притворной сделкой, прикрывающей безвозмездный доход ИП ФИО1, отклоняется судом.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях.

Следовательно, в предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям.

В данном случае оспариваемая сделка носила реальный характер и воля сторон в момент совершения сделок совпадала с их волеизъявлением, следовательно, у суда отсутствуют правовые основания для признания договора аренды нежилого помещения № 01/072021 от 01.07.2021, заключенного между ООО "Гастроном №4" и ИП ФИО5, недействительной и применения последствий недействительности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что указанный договор аренды был заключен обществом в целях реализации своего основного вида деятельности, поскольку сторонами не отрицается тот факт, что общество фактически «живет» за счет переданных в аренду и субаренду нежилых помещений, находящихся в собственности у общества.

Кроме того, в материалы дела № А76-21634/2020 были представлены и иные договоры о передачи обществом в аренду вышеуказанных нежилых помещений иным арендаторам и субарендаторам.

В рамках дела №А76-21634/2020 судом установлено, что до заключения договора аренды между ИП ФИО5 и ООО «Гастроном № 4» обществом были заключены договоры аренды с ИП ФИО2

Согласно статьям 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений; лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное; по смыслу приведенных норм для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей); при этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений.

Довод истца о том, что ФИО1 как директор ООО "Гастроном №4", умышленно и недобросовестно действуя вопреки интересам представляемого ею общества с ограниченной ответственностью, принесла ему ущерб, заключив договор аренды нежилого помещения № А76-21634/2020, документально не обоснован.

Кроме того, также не представлено доказательств недобросовестности действий директора ФИО1, которая, по мнению истца, путем передачи нежилых помещений ИП ФИО5 по спорному договору аренды лишила ООО "Гастроном №4" возможности получить прибыль, с целью причинить вред обществу.

Суд полагает, что действия ФИО1 не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, поскольку договор аренды был заключен на обычных для общества условиях и с учетом конъюнктуры рынка по состоянию на июль 2021 года, в частности в результате заключения договора аренды с ФИО5 общество обеспечило себе стабильный доход на 5 лет, избавило себя от риска возможного изменения субарендатора и расходов на его поиски, переложило бремя содержания помещения на ФИО5

В то же время доказательств того, что сделка была заключена на заведомо невыгодных условиях, истцом не предоставлено.

Ввиду того, что все расходы ООО «Гастроном №4» по содержанию помещения перенесены на ФИО5, то какого-либо реального ущерба общество не понесло, следовательно, фактически истец настаивает на том, что убытки общества заключаются в упущенной выгоде.

Между тем, каких-либо доказательств того, что общество могло бы сдать в июле 2021 года помещения в аренду самостоятельно без каких-либо расходов и на тех же условиях, что и ФИО5, и предшествующие её арендаторы истцом не представлено.

Тот факт, что помещение было сдано в субаренду по определенной цене, за счет личных связей и предпринимательских способностей ФИО5 и предшествующих ей арендаторов не свидетельствует о том, что ООО «Гастроном №4» без привлечения третьих лиц смогло бы сдать помещение самостоятельно и на тех же условиях.

Более того, после отстранения ФИО1 в 2019 году общество для поиска арендаторов начало заключать договоры с риэлторами за свой счет, что свидетельствует о необходимости таких расходов для поиска арендаторов, что подтверждается договором от 07.08.2020 с ИП ФИО7 (т. 1 л.д.84-86).

Таким образом, размер убытков в виде упущенной выгоды истцом не доказан, также как и не доказано, что общество было в состоянии и без каких-либо расходов самостоятельно найти арендатора на тех же условиях на срок аренды в 5 лет.

Ввиду изложенного, суд приходит к выводу, о недоказанности истцом того факта, что заключение оспариваемого договора аренды осуществлялось только в интересах ИП ФИО1, не являлось разумно необходимым для общества, привело к убыткам общества и причинило неоправданный вред участнику общества и обществу в целом, и при этом единственной его целью было причинение вреда обществу в отсутствие иных добросовестных целей.

Таким образом, в удовлетворении требования о признании сделки недействительной следует отказать.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчиков убытков в размере 880 000 руб. 00 коп.

Заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов (часть 1 статьи 4 АПК РФ).

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными ст. 12 ГК РФ, а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения.

В силу абзаца третьего ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 399 ГК РФ, до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Таким образом, субсидиарная ответственность является дополнительной к ответственности лица, являющегося основным должником.

По общему правилу, при предъявлении требований к субсидиарному поручителю, кредитор должен доказать факт обращения к должнику и его отказ от исполнения обязательства, а также невозможность бесспорного взыскания средств с основного должника.

Привлечение к субсидиарной ответственности, как и взыскание убытков, осуществляется по правилам ст. 15 ГК РФ, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 3 ст. 10 Кодекса). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

В силу п. 3 ст. 49 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в ЕГРЮЛ сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Пунктом 1 ст. 53 ГК РФ установлено, что юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ).

В соответствии с п. 3 ст. 53 ГК РФ в редакции от 06.04.2011 г. лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Пункт 2 указанной статьи определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно данным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснениям, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В соответствии со статьей 15 Гражданскою кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно было произвести для восстановления нарушенною права, утрата или повреждение ею имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу указанных положений закона возмещение убытков является мерой гражданской правовой ответственности, применение которой возможно лишь при доказанности правового состава, то есть наличия таких условий как:

-совершение противоправных действий или бездействия;

-возникновение убытков;

-причинно-следственная связь между противоправным поведением и возникшими убытками;

-подтверждение размера убытков.

При этом для удовлетворения требовании о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

Недоказанность какого-либо обстоятельства (conditio sine qua non) является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Согласно ч.2 ст.9, ч.1 ст.65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Таким образом, отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчика и возможными убытками истца.

При определении виновности контролирующего деятельность общества лица, следует констатировать в его действиях признаки недобросовестного или неразумного поведения, установленные в том числе п.2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков липами, входящими в состав органов юридического лица».

В соответствии с упомянутыми пунктами, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1)действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2)скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического липа не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочии удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1)принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2)до принятия решения не предпринял действии, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3)совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Вместе с тем, из представленных суду доказательств вывод о наличии в действиях ФИО1, ФИО5 признаков недобросовестности или неразумности не усматривается.

Истцом не доказано, что действия ответчика были не правомерными, а также совокупность условий, необходимых для взыскания убытков.

Согласно п. 3 ст. 53.1 ГК РФ лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа либо учредителем, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности лице.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков (ч. 4 ст. 10 ГК РФ).

Из разъяснений, данных в п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62), следует, что в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы и возражения сторон в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также в связи с отказом суда в признании оспариваемой сделки недействительной, арбитражный суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения заявленных исковых требований не имеется.

В соответствии с ч.2 ст.168 АПК РФ, при принятии решения арбитражный суд распределяет судебные расходы.

Согласно ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (ст.101 Кодекса).

Согласно подп.4 п.1 ст.333.21. НК РФ, при подаче исковых заявлений неимущественного характера, в том числе заявления о признании права, заявления о присуждении к исполнению обязанности в натуре, уплачивается государственная пошлина в размере 6 000 рублей.

При цене иска 880 000 руб. 00 коп. государственная пошлина составляет 20 600 руб. 00 коп.

Истцом платежным поручением №66 от 11.04.2022 уплачена государственная пошлина в размере 26 600 руб. 00 коп. (т. 1 л.д. 53).

При указанных обстоятельствах, а также ввиду отказа в удовлетворении заявленных исковых требований, государственная пошлина в размере 26 600 руб. 00 коп. подлежит отнесению на истца.

Руководствуясь ст. ст. 167, 168, 176, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию – Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Судья подпись С.М. Шумакова


Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://18aas.arbitr.ru.