Постановление от 20 мая 2024 г. по делу № А56-102997/2019

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-102997/2019
21 мая 2024 года
г. Санкт-Петербург
/ сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     13 мая 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  21 мая 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Слоневской А.Ю.

судей  Сотова И.В., Юркова И.В.


при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,


при участии: 

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 01.06.2023,

от финансового управляющего ФИО4: ФИО5 по доверенности от 10.08.2022,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-8599/2024)  финансового управляющего имуществом должника на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 22.02.2024 по обособленному спору № А56-102997/2019/сд.1, принятое

по заявлению финансового управляющего имуществом должника к ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО8

об оспаривании сделок должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4

заинтересованные лица: Отдел опеки и попечительства местной Администрации внутригородского муниципального образования Санкт-Петербурга муниципального округа «Ланское», ФИО9, финансовый управляющий ФИО9 ФИО10, 



установил:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, резолютивная часть которого объявлена 05.12.2019, ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО11. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 21.12.2019.

Определением от 19.05.2020 финансовым управляющий утвержден ФИО12.

Определением от 23.04.2022 суд перешел к рассмотрению дела по правилам параграфа 4 главы X Федерального закона  от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

От финансового управляющего ФИО11 поступило заявление об оспаривании сделок должника, а именно, о признании недействительными как единой ничтожной притворной сделки договоров и применении последствий недействительности сделок, заключенных между должником и ФИО2 в отношении ? доли в праве на квартиру с кадастровым номером 78:34:0414307:1635, расположенную по адресу: <...>, лит.А, кв.360, ФИО2 и ФИО6 в отношении 1/6 доли в праве на квартиру с кадастровым номером 78:34:0414307:1635, расположенную по адресу: <...>, лит.А, кв.360, ФИО2 и ФИО7 в отношении 1/6 доли в праве на квартиру с кадастровым номером 78:34:0414307:1635, расположенную по адресу: <...>, лит. А, кв. 360, ФИО2 и ФИО8 в отношении 1/6 доли в праве на кваритру с кадастровым номером 78:34:0414307:1635, расположенную по адресу: <...>, лит.А, кв.360,

Определением от 16.03.2021 в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021 определение от 16.03.2021 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суд Северо-Западного округа от 22.02.2022 постановление от 20.09.2021 и определение от 16.03.2021 отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Определением от 08.09.2022 к участию в обособленном споре привлечен Отдел опеки и попечительства Местной Администрации внутригородского Муниципального образования Санкт-Петербурга Муниципального Округа «Ланское» в качестве заинтересованного лица.

Определением от 23.11.2023 к участию в споре привлечен наследник должника ФИО9 и финансовый управляющий ФИО9 ФИО10 в качестве заинтересованных лиц.

Определением от 22.02.2024 в удовлетворении заявления финансового управляющего об оспаривании сделки должника отказано.

Финансовый управляющий ФИО12 не согласился с определением суда от 22.02.2024 и обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить, заявление о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности удовлетворить, ссылаясь на неправильное применение норм материального права. Податель жалобы полагает, что сделки по отчуждению квартир совершены между заинтересованными лицами (должником и его родственниками) без какого-либо встречного предоставления, поэтому являются притворными и прикрывают прямое отчуждение квартиры ФИО2 и остальным ответчикам. Заявитель указывает на то, что все последующие сделки со спорным имуществом носят фиктивный безденежный характер с формальным соблюдением требований к таким сделкам. Финансовый управляющий обращает внимание на судебный акт о разделе совместно нажитого с супругой должника имущества, согласно которому у должнику принадлежит иное жилое помещение.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Отзыв ФИО2 приобщен к материалам дела.

В судебном заседании представитель финансового управляющего поддерживает доводы жалобы; представитель ФИО2 отклонила доводы жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела в отсутствие представителей.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, между должником и ФИО2 04.06.2018 заключен договор купли-продажи, по условиям которого должник продал, а ФИО2 купила квартиру № 360, расположенную по адресу: <...>.

ФИО2 и ФИО6, ФИО7, ФИО8 31.12.2019 заключен договор дарения, в соответствии с которым ФИО2 подарила каждому несовершеннолетнему сыну по 1/6 доли в праве собственности на указанную квартиру.

Финансовый управляющий, ссылаясь на положения статьи 61.3, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, полагает указанные сделки недействительными, поскольку они совершены в период подозрительности, в пользу заинтересованных лиц, в отсутствие встречного предоставления, имели своей целью причинение вреда имущественным правам кредиторам, на момент совершения спорных сделок должник имел признаки неплатежеспособности, а сами по себе оспариваемые сделки представляют собой единую сделку, преследующую цель вывода ликвидного имущества из конкурсной массы должника. Указанные доводы приведены финансовым управляющим в обоснование доводов о злоупотреблении сторонами сделки правами, о притворности совершенных сделок.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. Цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

В таком случае к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка); при этом предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В данном случае суды установили, что договор купли-продажи квартиры между должником и ФИО2 заключен в июне 2018 года, а договор дарения трех долей в размере по 1/6 в спорной квартире оформлен ФИО2 в пользу сыновей 31.12.2019.

Дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 возбуждено 28.09.2019. Оспариваемая сделка совершена 04.06.2018, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Последующая сделка дарения от 31.12.2019 совершена в пределах срока, установленного пунктом 1 статьи 61.2, а также пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, однако для ее оспаривания в рамках дела о банкротстве должника надлежит доказать, что оспариваемые сделки по отчуждению имущества должника представляли собой единую цепочку сделок.

В качестве вреда имущественным правам кредиторов финансовый управляющий указывает на отчуждение имущества в пользу заинтересованных лиц в отсутствие встречного предоставления и при наличии у должника признаков неплатежеспособности с целью вывода ликвидных активов из конкурсной массы должника.

Доводы об отсутствии встречного предоставления по договору купли-продажи опровергнуты представленными в материалы дела документами, в том числе, распиской от 04.06.2018, согласно которой должник получил от ФИО2 денежные средства в размере 10 000 000 руб. в наличной форме.

Наличие финансовой возможности у ФИО2 передать денежные средства в размере 10 000 000 руб. подтверждено, в том числе договором займа от 01.06.2018, согласно которому ФИО13 предоставил ФИО2 денежные средства в размере 10 000 000 руб. в порядке займа. Возможность ФИО13 для предоставления займа в указанном размере подтверждается представленной суду справкой из АО «Райффайзенбанк» об остатке денежных средств на счету ФИО13 в относимый период времени.

При изложенных обстоятельствах факт оплаты по договору купли-продажи со стороны ФИО2 в пользу должника доказан.

В пункте 6 Постановления N 63 разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

В статье 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества определена как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Возникновение у должника признаков неплатежеспособности не связывается Законом о банкротстве с датой вынесения судом решения о признании последнего несостоятельным (банкротом).

Суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о недоказанности неплатежеспособности должника на момент совершения спорной сделки, то есть на 04.06.2018.

В подтверждение обстоятельств наличия у должника признаков неплатежеспособности финансовый управляющий указывает на наличие задолженности перед ФИО14, подтвержденной решением Приморского районного суда города Санкт-Петербурга от 24.05.2018 по делу № 2-4705/2018. На момент совершения спорной сделки указанный судебный акт не вступил в законную силу, оспаривался должником ввиду того, что должник факт наличия задолженности отрицал. Следует также учесть, что должник не являлся обязанным лицом по основному обязательству, выступал поручителем по обязательству ФИО15 по оплате ценных бумаг (обыкновенных бездокументарных акций                                ОАО «Каменкамолоко» в количестве 1530 штук), возникшему из договора от 25.03.2016, заключенного между ФИО14 и ФИО15.

Кроме того, сам по себе факт наличия задолженности перед отдельными кредиторами, не свидетельствуют о неплатежеспособности должника, недопустимо отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору, один лишь факт наличия просроченной задолженности перед кредиторами не означает, что должник является неплатежеспособным.

Факт аффилированности ответчика, ФИО2, по отношению к должнику суд полагает подтвержденным ввиду того, что ФИО2 являлась супругой сына должника, что е оспаривается.

Между тем, указанное обстоятельство само по себе не является основанием для признания сделки купли-продажи недействительной.

Таким образом, материалами дела подтверждается встречное предоставление, отсутствие доказательств наличия у должника на момент совершения спорной сделки признаков неплатежеспособности, а также совершения оспариваемой сделки ее участниками со злонамеренной целью причинения вреда кредиторам, в связи с чем правовых оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд не усматривает.

Как указано в абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущенозлоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу №А32-26991/2009).

В рассматриваемом случае финансовый управляющий ссылался совокупность обстоятельств, необходимую для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не приводя при этом доводов о наличии у спорной сделки пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Таким образом, доводы финансового управляющего о необходимости применения к подозрительной сделке, общих положений о ничтожности, не могут быть признаны обоснованными.

Ссылки финансового управляющего на притворность сделки судом также признаны несостоятельными, поскольку заявителем не представлено доказательств того, что воля должника и ответчиков направлена на достижение каких-то иных целей, нежели отчуждение имущества и получение денежных средств за него.

В материалы дела представлена выписка из ЕГРН о правах отдельного лица на имевшиеся объекты недвижимости от 24.01.2020, из которой следует, что у должника имелось в собственности нежилое здание с кадастровым номером 56:44:0331002:275, расположенное в Оренбургской области, а также жилое помещение с кадастровым номером 78:34:0414307:1635, расположенное по адресу: <...>, литера А, кв.360.

Брачным договором от 29.03.2017, заключенным между должником и     ФИО16, установлен режим раздельной собственности супругов как на уже имеющееся у супругов имущество, приобретенное до заключения договора, так и на имущество, которое будет приобретено супругами в будущем.

В частности, условиями брачного договора предусмотрено, что имущество признается собственностью того из супругов, на имя которого оно оформлено или зарегистрировано. Жилое помещение с кадастровым номером 78:34:0414307:1635, расположенное по адресу: <...>, литера А, кв.360, принадлежало ФИО4 на праве собственности и являлось единственным на момент совершения сделки пригодным для проживания жильем.

Впоследствии в судебном порядке решением Приморского районного суда города Санкт-Петербурга от 08.06.2020 по делу №2-6544/2019 произведен раздел имущества, за ФИО4 признано право собственности на ? общего имущества: здание (жилой дом) с кадастровым номером 47:01:1017001:240; здание (нежилое) с кадастровым номером 47:01:0000000:1019; земельный участок с кадастровым номером 47:01:1629001:1224; - жилое помещение, расположенное по адресу: <...>, лит.А, кв.1; доля в размере 90% в ООО «ТРИТ».

Вместе с тем, судом установлено, что указанное недвижимое имущество обременено залогом, то есть подлежит реализации с целью удовлетворения требований залоговых кредиторов. Единственное пригодное для постоянного проживания помещение понимается как достаточное для удовлетворения разумной потребности человека в жилище, право на которое должно быть гарантировано гражданину-должнику и членам его семьи в любом случае.

В соответствии с Постановлением Конституционного Суда РФ от 26.04.2021        N 15-П, для возможности обращения взыскания на жилое помещение должно быть соблюдено условие о предоставлении другого жилища, пригодного для проживания самого должника и членов его семьи, площадью, по крайней мере, не меньшей, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма.

Материалами дела подтверждено, что должник, ФИО4 умер 04.11.2021, а объект недвижимости, являющийся предметом настоящего спора, являлся единственным жильем должника на момент совершения спорной сделки и в настоящий момент является единственным жильем членов семьи должника.   ФИО2 зарегистрирована в спорной квартире с 02.06.2011, ФИО6 с 02.12.2019, ФИО7 с 17.04.2015, ФИО8 с 03.05.2012. Доказательств наличия у ответчиков иного жилья, пригодного для проживания, лицами, участвующими в рассмотрении данного спора, не представлено.

Изложенное свидетельствует о том, что в рассматриваемом случае признание оспариваемой сделки недействительной и применение последствий недействительности сделки не приведет к восстановлению прав и законных интересов кредиторов, а также к пополнению конкурсной массы, так как на единственное пригодное для проживания жилое помещение в силу статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не может быть обращено взыскание.

Само по себе совершение оспариваемой сделки в период подозрительности при отсутствии доказательств причинения совершением сделки вреда имущественным правам кредиторов не может являться основанием для признания сделки недействительной.

Оснований для отмены принятого по делу судебного акта по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд, 



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 22.02.2024 по делу №  А56-102997/2019/ сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


А.Ю. Слоневская


Судьи



И.В. Сотов


 И.В. Юрков