Решение от 22 марта 2021 г. по делу № А40-152357/2020

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-152357/20-6-1119
22 марта 2021 года
город Москва


Резолютивная часть решения объявлена 17 марта 2021 года

Решение в полном объеме изготовлено 22 марта 2021 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи Коршиковой Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ИП КАРАСЕВОЙ СИТОРЫ АБДУЛЛАЕВНЫ (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 07.10.2016)

к ответчику: ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "БАРОН" (123112, МОСКВА ГОРОД, НАБЕРЕЖНАЯ ПРЕСНЕНСКАЯ, ДОМ 12, ЭТАЖ 38, КОМНАТА 15, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.04.2016, ИНН: <***>)

о признании недействительным договора краткосрочной субаренды №У-21/19 от 29 мая 2019 года

при участии:

от истца – ФИО2 дов. от 15.09.2020г. (дип. БВС 0719879 от 18.05.2000г.), после перерыва – не явился, извещен

от ответчика – ФИО3 дов. от 21.09.2020г. (дип. ВСВ 0679016 от 03.07.2004г.)

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Барон" (далее – ответчик) о признании недействительным договора краткосрочной субаренды № У-21/19 от 29.05.2019г.

Дело рассматривалось в отсутствие представителя истца, извещенного надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в порядке, предусмотренном ст. 156 АПК РФ.

Представитель ответчика против удовлетворения заявленных требований возражал по доводам отзыва на исковое заявление.

Заслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, исследовав материалы дела, и оценив в совокупности представленные доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между истцом (субарендатор) и ответчиком (арендатор) 29.05.2019г. был заключен договор вторичной субаренды № У-21/19, по условиям которого арендатор обязуется предоставить за плату, а субарендатор обязуется принять во временное владение и пользование часть нежилого помещения XI на 1 этаже здания общей площадью 13 кв.м, расположенного по адресу: <...> для использования в качестве подсобного помещения.

Передача помещения в аренду подтверждается актом приема-передачи от 15.06.2019г., подписанным сторонами.

Срок действия договора субаренды установлен с 15.06.2019г. по 30.04.2020г.

Согласно п. 3.3 договора, по окончании срока аренды по договору, субарендатор передает помещение арендатору в последний день срока аренды по передаточному акту.

По истечения срока действия, договор субаренды № У-21/19 от 29.05.2019г. прекращен, помещение возвращено по акту приема-передачи от 30.04.2020г.

В обоснование заявленных требований, истец указывает, что договор субаренды был заключен под влиянием заблуждения, поскольку в период пользования арендованным имуществом субарендатором установлено, что площадь предоставленной в пользование части помещения составляет 9 кв. м, что значительно меньше площади, указанной в договоре.

На этом основании, истец считает заключенный договор субаренды № У-21/19 от 29.05.2019г. недействительной сделкой со ссылкой на положения ст.ст. 166, 168, 178 ГК РФ.

В силу ст. 606 ГК РФ по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии со ст. 607 ГК РФ в договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

Спорный договор аренды и акт приема-передачи содержат достаточные, не противоречащие друг другу сведения о недвижимом имуществе по названному в договоре адресу, условие об объекте аренды является согласованным, а договор - заключенным.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные (пп. 2 п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", если стороне переговоров ее контрагентом представлена неполная или недостоверная информация либо контрагент умолчал об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны были быть доведены до ее сведения, и сторонами был заключен договор, эта сторона вправе потребовать признания сделки недействительной и возмещения вызванных такой недействительностью убытков (ст. 178 или ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо использовать способы защиты, специально предусмотренные для случаев нарушения отдельных видов обязательств.

По смыслу приведенных положений, а также нормы ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-либо обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

При этом заблуждение должно быть таковым, что его не могло распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (ч. 5 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 2 ст. 431.1 ГК РФ сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным ст. ст. 173, 178 и 179 этого Кодекса, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Между тем, надлежащих доказательств, подтверждающих, что ответчиком были совершены какие-либо действия, способствующие созданию ложного представления о существе совершаемой сделки, передачи спорного помещения меньшей площади, в материалах дела отсутствуют. При этом ответчик данный факт отрицает и указывает на наличие документов, подтверждающих исполнение договора субаренды в отношении передачи помещений площадью 13 кв.м.

Факт передачи помещения площадью 13 кв. м подтверждается подписанным сторонами без замечаний актом приема-передачи от 15.06.2019 г.

Доказательств ограничения арендатора в пользовании всей согласованной в договоре площадью 13 кв. м, также не имеется. Обмер площади помещений производен истцом без извещения арендатора, сведения о способах обмера помещений отсутствуют.

Таким образом, истцом не представлено доказательств недобросовестности действий ответчика, а также того, что арендатор был ограничен в возможности установить данные обстоятельств при заключении договора.

Наличие у объекта субаренды по договору № У-21/19 от 29.05.2019г. качеств, которые значительно снижают возможности его использования по назначению, что является необходимым для признания сделки недействительной по указанным основаниям, материалами дела не подтверждается.

Оценив в совокупности представленные доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, с учетом приведенных разъяснений, суд пришел к выводу, что оснований удовлетворения заявленных требований о признании договора недействительной сделкой на основании ст. 178 ГК РФ не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины, в соответствии со ст. 110 АПК РФ, относятся на истца, поскольку в удовлетворении заявленных требований отказано.

На основании изложенного, ст.ст. 10, 160, 166, 167, 168, 178 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 64, 65, 69, 71, 75, 110, 167-171, 176, 181 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в течение месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Е.В. Коршикова