Решение от 9 января 2025 г. по делу № А74-7162/2023

АРБИТРАЖНЫЙ   СУД   РЕСПУБЛИКИ   ХАКАСИЯ


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А74-7162/2023
10 января 2025 года
г. Абакан



Резолютивная часть решения объявлена  24 декабря 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено  10 января 2025 года.


Арбитражный суд Республики Хакасия в составе судьи Т.В. Чумаченко при ведении протокола судебного заседания секретарём Ю.В.Девяшиной рассмотрел в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) о взыскании 4 580 707 руб. 66 коп., в том числе 3 844 739 руб. 27 коп. неосновательного обогащения, 735 968 руб. 39 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 20.09.2023 по 19.11.2024,

с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>).


В судебном заседании приняли участие:

истец – ФИО1 при предъявлении паспорта;

представитель истца - ФИО4 по доверенности от 13.11.2023, при предъявлении диплома от 03.07.2009;

представитель ответчика - ФИО5 по доверенности от 18.10.2023, при предъявлении удостоверения адвоката от 04.06.2020.


Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО1) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением, к индивидуальному предпринимателю ФИО6 (прежняя фамилия – ФИО6, далее по тексту – ответчик, ИП ФИО2, ФИО6) о взыскании 3 596 882 руб. 72 коп. неосновательного обогащения.

Определением арбитражного суда от 29.01.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена индивидуальный предприниматель ФИО3.

Протокольным определением от 24.12.2024 в порядке части 4 статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд принял изменение фамилии ответчика на ФИО2.

Истец неоднократно уточнял исковые требования.

Протокольным определением от 11.09.2024 принято к рассмотрению требование о взыскании процентов за пользование чужими средствами.

19.11.2024 от истца поступило ходатайство об увеличении размера исковых требований, согласно которому истец просил взыскать с ответчика 4 580 707 руб. 66 коп, в том числе 3 844 739 руб. 27 коп. неосновательного обогащения, 735 968 руб. 39 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 20.09.2023 по 19.11.2024.

Арбитражный суд, руководствуясь статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принял увеличение размера исковых требований до указанного размера.

В судебном заседании истец поддержал исковые требования.

Представитель ответчика в судебном заедании возражал против удовлетворения иска по доводам, изложенным в отзыве не иск и дополнениях к нему. Указал, что из представленных истцом документов следует, что истец оплатил различные товары и услуги третьим лицам, снимал наличные, осуществлял переводы различным адресатам, переводы осуществлялись третьими лицами, покупки товаров осуществлялись третьими лицами. Кроме того, истец заявил свою переплату по кредиту. Таким образом, неосновательного обогащения ответчика за счет истца не возникло. В отношении расходов на арендную плату ответчик сослался на отсутствие обязанности по её уплате, поскольку с собственником помещения был заключен лишь предварительный договор аренды от 25.11.2021. Акт приема-передачи нежилого помещения не был подписан. Полагал пропущенным срок исковой давности.

Третье лицо ИП ФИО3, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в том числе телефонограммой арбитражного суда от 25.10.2024, в судебное заседание не явилась, представителя не направила, письменного отзыва на иск не представила.

О дате, времени, месте судебного разбирательства лица, участвующие в деле, извещены посредством  направления определения по юридическому адресу, а также публично, путем размещения информации на официальном сайте Арбитражного суда Республики Хакасия: http://khakasia.arbitr.ru.

На основании частей 1, 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие третьего лица.

Из доказательств, представленных в дело, пояснений лиц, участвующих в деле, арбитражный суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

Как следует из искового заявления, между ИП ФИО1 и ИП ФИО2 заключен устный договор о совместной деятельности с целью открытия магазина «Ирис» в г.Красноярске. В связи с отсутствием прибыли и дальнейшим закрытием магазина истец посчитал, что понесенные им расходы являются неосновательным обогащением ответчика.

Согласно представленному в материалы дела постановлению заместителя прокурора г.Абакана от 11.12.2023 об отказе в удовлетворении жалобы в дежурную часть УМВД России г. Абакану 09.03.2023 поступило заявление ФИО1 о привлечении к ответственности  ФИО6 за присвоение денежных средств в общей сумме 3 596 882 руб. 72 коп., переданных последней для организации и осуществления деятельности магазина одежды.

Согласно материалам проверки супруги ФИО1 и ФИО7 с 2012 года поддерживали дружеские отношения с семьей ФИО8 и Корявцевой (в настоящее время ФИО2) A.Ю. На одной из семейных встреч ФИО8 предложил ФИО1 организовать деятельность по реализации женской одежды г. Красноярске. Согласно предложению ФИО1 предоставлял денежные средства для организации деятельности, а К-вы должны были организовать и осуществлять деятельность. Примерно в ноябре 2021 года подобрано помещение для магазина по адресу: <...>, заключен договор аренды собственником. Оплату за аренду помещения производил ФИО1 За счет его средств также проведен ремонт, приобретено торговое оборудование, товарно-материальные ценности. Деятельность по реализации женской одежды прибыль не приносила, в связи с чем в ноябре 2022 года ФИО1 и ФИО10 принято решение о прекращении совместной деятельности и достигнута договоренность о том, что после реализации товарных остатков вырученные денежные средства будут переданы ФИО1 в счет частичного возмещения понесенных расходов в связи с организацией и осуществлением совместной деятельности. Однако ФИО10 договоренность нарушила. После прекращения деятельности в г. Красноярке товарные остатки перевезла в г. Абакан, денежные средства от их реализации ФИО1 не передала. На его просьбы исполнить договоренность ФИО10 и ее супруг уклоняются.

Постановлением должностного лица органа дознания УМВД России по г. Абакану от 14.03.2023  в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО1 отказано.

Во исполнение обязательного претензионного порядка урегулирования споров, установленного частью 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец направил ответчику претензию о возврате неосновательного обогащения. 

Поскольку претензия истца об оплате долга оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения, истец обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, и представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом.

В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Содержанием обязательства из неосновательного обогащения являются право потерпевшего требовать возврата неосновательного обогащения от обогатившегося и обязанность последнего возвратить неосновательно полученное (сбереженное) потерпевшему.

В соответствии с действующим гражданским законодательством, под обогащением понимается увеличение стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей (приобретение имущества) или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества (сбережение имущества). При этом основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) каждое участвующее в деле лицо должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика – обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного его Президиумом 17.07.2019).

При этом согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 этой же статьи никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Участники гражданского оборота, действуя разумно и добросовестно, должны фиксировать факты совершения хозяйственных операций, проверять наличие фактического исполнения контрагентами обязательств, что необходимо как для исполнения публично-правовой обязанности по уплате налогов и других обязательных платежей, так и для надлежащего исполнения своих гражданско-правовых обязательств перед контрагентами.

Согласно расчету истца, сумма 3 844 739 руб. 27 коп. неосновательного обогащения складывается из следующих расходов истца:

1. кредитный договор от 21.12.2021 на 1 500 000 руб., переплата по кредиту 565 275 руб. 72 коп.;

2. кредитный договор от 04.03.2022 на 600 000 руб., переплата по кредиту 91 978 руб. 08 коп.;

3. договор на ремонт помещения по адресу Красноярск, ул. Молокова 28, пом. 206, на сумму 498 667 руб.;

4. договор на изготовление и монтаж зеркал по адресу Красноярск, ул. Молокова 28, пом. 206, на сумму 61 500 руб.;

5. договор, акт на изготовление и монтаж вывески и режима работы по адресу Красноярск, ул. Молокова 28, пом. 206, на сумму 33 650 руб.;

6. изготовление оборудования по адресу Красноярск, ул. Молокова 28, пом. 206, акт выполненных работ, на сумму 188 270 руб.;

7. договор на дизайнерские услуги для помещения по адресу Красноярск, ул. Молокова 28, пом. 206, на сумму 42 750 руб.;

8. арендные платежи в счет ответчика за помещение по адресу Красноярск, ул. Молокова 28, пом. 206, на сумму 980 000 руб.;

9. счет и платежное поручение на ПВХ плитку для ремонта помещения на сумму 81776 руб. 47 коп.;

10. счет и платежные поручения на строительные материалы для ремонта помещения на сумму 76 518 руб.;

11. счет и оплата за светильники для помещения на сумму 58 120 руб.;

12. смета за видеонаблюдение для помещения по адресу Красноярск, ул. Молокова 28, пом. 206, оплата на сумму 64 000 руб.;

13. счет и оплата за вешалки и плечики для магазина на сумму 39 246 руб.;

14. отпариватель на сумму 19 739 руб.

15. мебель и комплектующие в примерочные, на сумму 42 334 руб.;

расходов на закупку товара:

16. счет (17.06.2022) на ФИО6, на сумму 169 530 руб.;

17. чеки оплаты на сумму 98 160 руб. (19.04.2022);

18. чек об оплате на сумму 63 839 руб. (04.05.2022);

19. три чека на сумму 79372 руб. (07.10.2022);

20. снятие наличными из банкомата и передача денежных средств в сумме 151 000 руб., чек о снятии денежных средств (29.06.2022);

переводов денежных средств ФИО2 на общую сумму 439 014 руб.: -1800 руб. от 20.11.2021, - 300 руб. от 02.04.2022, -13 000 руб. от 15.04.2022, - 49 350 руб. от 15.04.2022, - 20 200 руб. от 05.04.2022, - 90 000 руб. от 13.05.2022, - 3 599 руб. от 24.05.2022, - 30 000 руб. от 07.06.2022, -150 руб. от 30.06.2022, -10 000 руб. от 28.07.2022, - 4 500 руб. от 02.08.2022, - 45 000 руб. от 05.08.2022,- 4 000 руб. от 19.09.2022, - 5685 руб. от 28.09.2022, - 20 000 руб. от 29.09.2022, - 800 руб. от 29.09.2022, - 3 000 руб. от 04.10. 2022, - 750 руб. от 05.10.2022, - 40 000 руб. от 28.10.2022, - 12 500 руб. от 29.08.2022,  - 13 880 руб. от 25.10.2022, - 30 000 руб. от 09.07.2021, - 40 500 руб. от 27.08.2021.

Как следует из представленных в материалы дела доказательств, ФИО1  оплатил ремонт в нежилом помещении по адресу: <...>, приобретал товары, оплачивал счета за ИП ФИО2 и осуществлял переводы ей денежных средств на развитие совместного бизнеса, а именно открытие и работу магазина одежды «Ирис» по указанному адресу в г. Красноярске. Деятельность магазина не принесла ожидаемой прибыли, в связи с чем была прекращена.

В обоснование несения расходов на открытие и работу магазина истцом в материалы дела представлены следующие доказательства:

- кредитные договоры от 21.12.2021 № 2/3799 на сумму 1 500 000 руб. и от 04.03.2022 № 3/3850 на сумму 600 000 руб., заключенные с ООО «Хакасский муниципальный банк», предусматривающую уплату заемщиком (ИМ ФИО1) процентов за пользование кредитом;

- договор от 13.12.2021 на ремонт нежилого помещения по адресу: г. Абакан, ул. Молокова, 28, пом. 206, заключенный между истцом и ООО ПКФ «Альянс-строй», и платежные документы об оплате истцом выполненных работ на сумму 498 667 руб.;

- договор от 10.02.2022 c ФИО11 на изготовление и монтаж зеркал в нежилом помещении по указанному адресу и платежные документы об оплате истцом выполненных работ на сумму 61500 руб.;

- договор от 17.03.2022 № 1791/170322 с ООО «Код» оказания услуг по изготовлению рекламной продукции (вывески и наклейки «Режим работы») и платежные документы об оплате истцом выполненных работ на сумму 33 650 руб.;

- акт и счет на оплату от 31.01.2022 № 135 о приобретении у ИП Тарант О.Л.  оборудования на сумму 188 270 руб. и платежные поручения об оплате истцом указанного оборудования;

- договор оказания услуг с дизайнером от 01.12.2021, стоимость услуг – 42 750 руб.;

- счет на оплату от 30.12.2021 № РТ-30 и платежный документ о приобретении истцом ПВХ-плитки на сумму 81 776 руб. 47 коп.,

-  счет на оплату от 14.01.2022 № ЦБ-10 и платежные документы об оплате истцом приобретенных ответчиком у ИП ФИО12 осветительных приборов на сумму 68 738 руб.;

- счета на оплату и платежные документы о приобретении истцом у ИП ФИО12 отделочных материалов на сумму 7 780 руб. и осветительных приборов у ИП ФИО13 на сумму 58 120 руб.;

- смета на монтаж видеонаблюдения, охранной системы и пожарной сигнализации и платежные документы об оплате истцом названных услуг в сумме 64 000 руб.;

- счет на оплату от 08.04.2022 № 2386 и платежное поручение о приобретении истцом вешалок-плечиков для одежды на сумму 39 246 руб.

- кассовые чеки о приобретении истцом на маркетплейсах «Озон», «Вайлдберриз» мебели, отпаривателя и иных товаров для оснащения магазина.

Кроме того, истцом и ответчиком представлены чеки по банковским операциям, из которых усматривается, что за период с 11.06.2020 по 29.12.2022 ответчик перевела истцу 270 565 руб., при этом за период с 27.08.2021 по 28.10.2022 истец перевел ответчику 439 014 руб.

Из представленных в материалы дела доказательств также усматривается, что между индивидуальным предпринимателем ФИО3 (арендодатель) и ИП ФИО6 заключен предварительный договор аренды № 01 от 25.11.2021, согласно пункту 1.1 которого предметом аренды являлось нежилое помещение площадью 100 кв.м, расположенное на 1 этаже  многоэтажного дома по адресу: <...>.

Стороны срок аренды помещения установили 11 месяцев, с момента подписания акта приема-передачи помещения (п. 2.1 договора).

В соответствии с параграфом 4 договора арендная плата включала плату за временное пользование помещением и коммунальные и эксплуатационные услуги. Оплата электроэнергии, холодной и горячей воды, должна была производиться арендатором отдельно по показаниям приборов индивидуального учета.

Арендная плата состояла из двух частей: постоянной и переменной. Постоянная часть арендной платы составляла 85 900 руб., без НДС. Переменная часть арендной платы составляла 4000 руб. и состояла из расходов на оплату коммунальных платежей. Расходы на электроэнергию и водоснабжение, вывоз ТКО, канализация и другие определялись в соответствии с показаниями прибора учета электрической энергии, не более, чем 150 кВт, свыше оплачивались дополнительно (п. 4.2 договора).

Как следует из письма третьего лица ФИО3 от 18.01.2024, она получила денежные средства по договору аренды в общей сумме 980 000 руб. Плетельщиками денежных средств являлись истец, супруга истца – ФИО7, ФИО14

Факт внесения истцом арендных платежей подтверждается также чеками по операциям от 24.11.2021 на сумму 20 000 руб., от 14.11.2022 на 90 000 руб., перепиской сторон, пояснениями свидетелей ФИО7 и ФИО14 в судебном заседании 12.09.2024, согласно которым ими передавались от имени ФИО1 денежные средства в счет платежей по договору аренды.

Возражая относительно исковых требований, ответчик оспаривала факт получения ею неосновательного обогащения за счет истца, указывала, что представленные истцом доказательства не подтверждают несение затрат в её (ответчика) пользу. В части арендных платежей за нежилое помещение указала на отсутствие обязанности оплачивать арендную плату, поскольку договор от 25.11.2021 № 01 являлся предварительным, акт приема-передачи помещения сторонами не подписывался.

Согласно пояснениям свидетеля ФИО7 (супруги истца), опрошенной в судебном заседании 12.09.2024, с 2012 года у ФИО1 с ФИО10 были дружеские отношения, дружили семьями, с ноября 2021 года стороны решили сотрудничать, открыть бизнес. В обязанности ФИО6 входило ведение всей деятельности магазина «Ирис», ФИО1 являлся инвестором. Было принято решение, что ФИО1 будет оплачивать всю аренду помещения. Помещение было передано в конце ноября 2021 года, сделаны замеры для подготовки помещения к ремонту, приглашен дизайнер, наняты строители. В ноябре 2022 года начали понимать, что дела идут не так хорошо.  ФИО1 продолжал платить арендную плату и тратить деньги на закупку товара. Договоренность была о том, что все убытки ФИО1 и ФИО6 несут пополам. Товарный остаток должен принадлежать ФИО1, так как он потратил очень много денежных средств на открытие бизнеса магазина. Между тем ответчик выводила денежные средства, привела в магазин нового арендатора, вывезла из магазина вешалки, отпариватели.

Свидетель также пояснила, что ранее семьями они часто жили в г. Красноярске и снимали там квартиру, денежные средства за аренду квартиры делили пополам, так как находились в дружеских отношениях. Перечисления осуществлялись в силу взаимных займов и общих трат, например, на посещение ресторанов, сбрасывались на оплату услуг специалисту, который ведет социальные сети.

Свидетель ФИО14 в судебном заседании 12.09.2024 пояснил, что ФИО1 платил за аренду помещения ФИО3 Был случай, что свидетель ФИО14 сам завёз денежные средства за арендную плату ФИО3 ФИО10 и ФИО1 осенью 2021 года стали совместно вести бизнес, который связан с продажей одежды. ФИО1 приезжал каждый месяц в г. Красноярск,  вкладывал деньги в ремонт магазина.

Данные обстоятельства также подтверждаются перепиской сторон в мессенджере WattsApp за период с декабря 2021 года по декабрь 2022 года, удостоверенной нотариальным протоколом осмотра доказательств от 20.03.2024. Из переписки и протокола осмотра доказательств от 20.03.2024 следует, что истец, ответчик и иные лица состояли в группе «Саланга 2020», где вели диалог о подготовке к открытию магазина одежды, а впоследствии – о работе магазина, в том числе о необходимых расходах, при этом ответчик выкладывала фотографии помещения магазина, запрашивала у истца денежные средства для покрытия расходов, на что ответчик сообщал о переводе денежных средств, в ряде случаев – об отказе в предоставлении денежных средств.

Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к выводу, что между ИП ФИО1 и ИП ФИО2 сложились фактические отношения, вытекающие из договора о совместной деятельности по организации работы магазина женской одежды «Ирис» в г. Красноярске, таким образом, денежные средства израсходованы истцом добровольно и сознательно – на развитие бизнеса с целью дальнейшего получения прибыли.

В соответствии с частью 1 статьи 1041 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору простого товарищества (договору о совместной деятельности) двое или несколько лиц (товарищей) обязуются соединить свои вклады и совместно действовать без образования юридического лица для извлечения прибыли или достижения иной не противоречащей закону цели.

Согласно части 2 статьи 1041 ГК РФ сторонами договора простого товарищества, заключаемого для осуществления предпринимательской деятельности, могут быть только индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации.

Гражданское законодательство предоставляет участникам договора простого товарищества право самостоятельно по их соглашению распределить прибыль, полученную ими в результате совместной деятельности, а также определить порядок покрытия расходов и убытков, связанных с совместной деятельностью (статьи 1046 и 1048 ГК РФ).

Существенными условиями такого рода договора являются совместные действия, направленные на достижение общей цели, и соединение участниками товарищества своих вкладов, которыми в силу пункта 1 статьи 1042 ГК РФ признается все то, что они вносят в общее дело, в том числе деньги, иное имущество, профессиональные и иные знания, навыки и умения, а также деловая репутация и деловые связи. Кроме того, при ведении общих дел и в отношениях с третьими лицами участники простого товарищества действуют совместно (статья 1044 Гражданского кодекса) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11.05.2021 N 307-ЭС20-6073(6)).

Таким образом, при заключении договора товарищи должны достичь согласия о предмете (совместное ведение конкретной деятельности), цели их совместной деятельности (достижение конкретных результатов) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.12.2019 № 41-КГ19-37).

Форма договора простого товарищества законом не установлена. Следовательно, действуют общие правила о форме сделок (статьи 158 - 163 ГК РФ).

В силу статьи 161, 434 ГК РФ договор простого товарищества между истцом и ответчиком должен был быть заключен в письменной форме.

Данное требование к форме сделки сторонами не соблюдено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

В пункте 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» разъяснено, что при наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статей 10 ГК РФ. Если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем совместными действиями по исполнению договора и его принятию устранили необходимость согласования такого условия, то договор считается заключенным.

Наличие между истцом и ответчиком фактических отношений, вытекающих из договора о совместной деятельности, подтверждается перепиской сторон в мессенджере WattsApp за период с декабря 2021 года по декабрь 2022 года, удостоверенной нотариальным протоколом осмотра доказательств от 20.03.2024, а также заключенными истцом договорами подряда, оказания услуг, купли-продажи в целях оснащения магазина, подписанными им актами оказанных услуг, и платежными документами, которые подтверждают, что ИП ФИО1 принимал непосредственное участие в деятельности по оснащению магазина «Ирис» в г. Красноярске. Данное поведение свидетельствует о том, что у ИП ФИО1 был законный интерес в участии в совместной с ИП ФИО2 деятельности.

При этом, как усматривается из скриншота страницы ИП ФИО2 в социальной сети и не оспаривается сторонами, 27.05.2022 она открыла магазин «Ирис» в <...> и осуществляла в нем деятельность по продаже женской одежды.

Из представленных в материалы доказательств следует, что истец внес вклад в виде оплаты за аренду помещения, расположенного по адресу: <...>, проведения ремонта в указанном помещении, его оснащения, а ответчик внесла свои знания, опыт, деловую репутацию и деловые связи, которые сформировались у нее в ходе предшествующей предпринимательской деятельности по торговле одеждой, и непосредственно обеспечивала организацию работы магазина. Поскольку стороны, согласовав сам вклад, не определили его размеры, их вклады в соответствии с пунктом 2 статьи 1042 ГК РФ предполагаются равными по стоимости. 

Учитывая изложенное, арбитражный суд исходит из того, что между сторонами возникли правоотношения по договору простого товарищества, все существенные условия, необходимые для признания соглашения о простом товариществе заключенным, были соблюдены. Устная форма договора в данном случае, учитывая доверительный характер взаимоотношений, не влияет на фактические отношения.

Сведений о несении ИП ФИО1 расходов под влиянием заблуждения и незаконных действий ИП ФИО2 по присвоению средств в свою пользу не представлено.

В силу пункта 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Оценивая кредитные договоры от 21.12.2021 № 2/3799 и от 04.03.2022 № 3/3850, арбитражный суд исходит из того, что истец своей волей и в своем интересе принял на себя обязательства по этим договорам и получил по ним встречное предоставление.

Расходы на погашение процентов за пользование кредитами не могут быть взысканы с ответчика в качестве неосновательного обогащения, поскольку проценты уплачивались не ответчику, а банку. Обязанность возместить соответствующие расходы истца на основании статьи 15 ГК РФ также не может быть возложена на ответчика ввиду следующего. 

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как следует из разъяснения пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Недоказанность одного из указанных фактов свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

В рассматриваемом случае истцом не доказана неправомерность действий ответчика, а также причинная связь между выплаченными истцом суммами банку и действиями ФИО2, поскольку обязанность истца выплатить проценты возникла вследствие избрания им модели ведения бизнеса с привлечением банковских кредитов.

Истец также указал, что осуществил перечисления на карту ответчика в общей сумме 439 014 руб. Возражая относительно исковых требований в этой части, ответчик сослалась на то, что с ее стороны также осуществлялись переводы денежных средств на карту истца, в подтверждение чего представила чеки по банковским операциям за период с 11.06.2020 по 16.10.2022 на общую сумму 270 565 руб.

Основание платежей в чеках о перечислении денежных средств не указано. 

Из переписки сторон в мессенджере WattsApp в совокупности со справками об операциях ПАО «Сбербанк России» усматривается, что ответчик просила истца перевести ей денежные средства на нужды магазина, на закупку товара, на что ФИО1 осуществлял соответствующий перевод ФИО10 

Перепиской сторон в совокупности со справками об операциях АО «Тинькофф Банк» от 21.02.2023, 11.01.2023, 25.05.2023, 25.09.2024 подтверждается, что ИП ФИО1 оплатил ООО «Бьюти» за приобретаемый для реализации товар 19.04.2022 – 98 160 руб. двумя платежами в сумме 70 000 руб. и 28 160 руб., 04.05.2022 – 63 839 руб., 07.10.2022 – 79 372 руб. тремя платежами: 2 187 руб., 27 185 руб. и 50 000 руб., всего – на сумму 241 371 руб. Ответчик сообщала о необходимости оплатить счет, истец скидывал в чат скриншоты об оплате, из сообщений следует, что заказчиком товара являлась ИП ФИО6

Истцом не представлено достаточных доказательств оплаты закупаемого товара по счету-фактуре от 25.03.2022 № 127 на сумму 151 960 руб. за счет его денежных средств. Заказ товара от 16.09.2022 № 007296 на сумму 169 530 руб. оплачен не истцом, а другим лицом.

Обобщив изложенное, арбитражный суд пришел к выводу о том, что истцом подтверждено несение расходов на открытие и работу магазина женской одежды «Ирис» в г.Красноярске и осуществление переводов денежных средств ответчику, однако указанные обстоятельства в настоящем случае не являются основанием для возложения на ИП ФИО2 обязанности возвратить спорные денежные средства в качестве неосновательного обогащения.

Как указывалось выше, между сторонами заключен устный договор о совместной деятельности. Заявленные в иске расходы ИП ФИО1 по оплате работ, услуг, приобретению товаров, внесению арендной платы за нежилое помещение, перечислению денежных средств понесены в рамках осуществления совместной деятельности, а потому не могут свидетельствовать о возникновении неосновательного обогащения на стороне ответчика. 

Буквальный смысл института неосновательного обогащения состоит в том, что таковое происходит вследствие обстоятельств, в которых воля потерпевшего либо не была направлена на создание условий получения приобретателем его имущества, либо вовсе отсутствовала. Однако из обстоятельств данного спора с очевидностью следует, что спорные перечисления в отсутствие письменного договора не были лишены воли их инициаторов, напротив, осуществляя перечисления, истец придавал им смысл и цели, следовательно, спорные перечисления являлись актами намеренного волеизъявления истца.

Финансирование деятельности по открытию и обеспечению работы магазина «Ирис» в г. Красноярске осуществлялось ИП ФИО1 многократно, разными способами (путем заключения договоров от своего имени и оплаты по ним, оплаты счетов за ИП ФИО2 либо перечисления денежных средств непосредственно ей) и на протяжении значительного периода времени (около 1 года), при этом в ходе осуществления сторонами совместной деятельности (до закрытия магазина) истец не предъявлял ответчику требований о возврате вложенных денежных средств.

Принимая во внимание доказанность наличия между сторонами фактических отношений, возникших из договора о совместной деятельности, в отсутствие доказательств несения расходов под влиянием заблуждения, обмана, арбитражный суд пришел к выводу о недоказанности истцом факта возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения.

Оплачивая работы, товары, услуги, арендную плату, совершая переводы ответчику для открытия и функционирования магазина, истец каких-либо возражений о необходимости оформления взаимных обязательств сторон не заявлял, при этом не рассчитывал на возвращение перечисленных средств, а надеялся на получение прибыли от совместной деятельности.

Недостижение ожидаемого результата от совместного бизнеса не является основанием для взыскания неосновательного обогащения.

В пункте 1 статьи 2 ГК РФ закреплено, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Предпринимательская деятельность имеет рисковый характер.

Отсутствие между сторонами оформленного надлежащим образом договора, в котором были бы согласованы условия о размере и условиях вкладов, порядке покрытия расходов и убытков, могло повлечь для истца неблагоприятные последствия и, возможно, являлось его деловым просчетом. Однако, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 04.06.2007 № 366-О-П со ссылкой на постановление от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Поскольку подлежащий внесению денежный вклад по договору простого товарищества становится общей долевой собственностью товарищей, сторона по договору не вправе требовать взыскания в принудительном порядке с другой стороны в свою пользу суммы вклада, так как это противоречит природе договора данного вида. Нельзя признать это требование и способом возмещения убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1043 ГК РФ внесенное товарищами имущество, которым они обладали на праве собственности, а также произведенная в результате совместной деятельности продукция и полученные от такой деятельности плоды и доходы признаются их общей долевой собственностью, если иное не установлено законом или договором простого товарищества либо не вытекает из существа обязательства.

При этом пунктом 2 статьи 1050 ГК РФ предусмотрено, что при прекращении договора простого товарищества вещи, переданные в общее владение и (или) пользование товарищей, возвращаются предоставившим их товарищам без вознаграждения, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

Раздел имущества, находившегося в общей собственности товарищей, и возникших у них общих прав требования осуществляется в порядке, установленном статьей 252 ГК РФ.

Товарищ, внесший в общую собственность индивидуально определенную вещь, вправе при прекращении договора простого товарищества требовать в судебном порядке возврата ему этой вещи при условии соблюдения интересов остальных товарищей и кредиторов.

Из приведенных правовых норм следует, что реализация сторонами отношений из совместной деятельности не порождает право стороны на взыскание денежных средств в рамках конкретных сделок в целях их перераспределения между товарищами.

Доказательств непропорциональности понесенных истцом расходов стоимости его вклада в общее дело не представлено.

При этом, учитывая прекращение ответчиком деятельности в помещении по адресу: <...>, на ее стороне не возникло неосновательное обогащение в виде неотделимых улучшений данного нежилого помещения. Доказательств невозможности получения отделимых улучшений помещения и иного приобретенного имущества в натуре истцом не представлено.

Таким образом, оценив по правилам статей 64, 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сложившиеся между сторонами отношения, исследовав относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, арбитражный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования о взыскании неосновательного обогащения.

Поскольку основное исковое требование не подлежит удовлетворению, не имеется оснований и для взыскания с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на заявленную сумму неосновательного обогащения.

Следовательно, в удовлетворении иска ИП ФИО1 к ИП ФИО2 следует отказать в полном объеме.

Доводы о пропуске срока исковой давности не оцениваются судом ввиду отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Государственная пошлина по настоящему иску составила 45 904 руб., при предъявлении иска в суд истцом уплачено 40 984 руб. государственной пошлины платежным поручением от 01.09.2023 № 146.

По результатам рассмотрения спора в соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина относится на истца.

Учитывая изложенное, с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4 920 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

1.            Отказать в удовлетворении исковых требований.

2.                  Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 в доход федерального бюджета 4920 руб. государственной пошлины.


На решение может быть подана апелляционная жалоба в Третий арбитражный апелляционный суд в месячный срок с момента его принятия.

Жалоба  подаётся через Арбитражный суд Республики Хакасия.

Судья

Т.В. Чумаченко