Решение от 20 июля 2023 г. по делу № А27-5298/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Дело №А27-5298/2023



Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации


20 июля 2023 г. г. Кемерово

Резолютивная часть решения объявлена 13 июля 2023 г.

Решение в полном объеме изготовлено 20 июля 2023 г.


Арбитражный суд Кемеровской области в составе

судьи Козиной К.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

с участием представителя

истца по доверенности от 26.12.2022 ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью торговый дом «Новолекс», г. Новосибирск, ОГРН <***>

к ФИО3, г. Новокузнецк

о взыскании 562 233,44 руб. в порядке субсидиарной ответственности,

заинтересованные лица: общество с ограниченной ответственностью «Мастер», г. Новокузнецк, ОГРН <***>, Федеральная налоговая служба, г. Москва

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью торговый дом «Новолекс» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением ФИО3 о взыскании 562 233,44 руб. в порядке субсидиарной ответственности по долгам общества с ограниченной ответственностью «Мастер».

Исковые требования мотивированы тем, что истцом исчерпаны все законные способы взыскания задолженности, дело о банкротстве ООО «Мастер» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещение судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе на выплату вознаграждения арбитражному управляющему. При этом в рамках рассмотрения дела о банкротстве было установлено, что с расчетного счета ООО «Мастер» перечислялись денежные средства на хозяйственные расходы без документального подтверждения, и аренду имущества у аффилированной организации.

В настоящее судебное заседание ответчик, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела (статьи 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), явку полномочного представителя не обеспечил.

Представитель истца в судебном заседании настаивал на удовлетворении требований.

Заслушав представителей лиц, обеспечивших явку в судебное заседание, исследовав и оценив обстоятельства дела, представленные доказательства в отдельности и в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ, суд установил следующее.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 15.12.2020 по делу № А27-6385/2020 прекращено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Мастер» ОГРН <***>, ИНН <***>, зарегистрированного по юридическому адресу: 654007, <...> на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Ответчик в силу положений пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве является контролирующим должника лицом, поскольку согласно имеющейся в материалах дела выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО3 являлся директором и единственным участником ООО «Мастер».

Согласно пункту 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Истец, реализуя право, предоставленное ему статьей 61.19 Закона о банкротстве, обратился в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.07.2018 по делу № А27-7363/2018 с общества с ограниченной ответственностью «Мастер» в пользу общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Новолекс» взыскана сумма основного долга за оплаченный, но недопоставленный товар по договору поставки №85-2017 от 06.07.2017 в размере 363186,32 руб., неустойка за просрочку поставки товара (за период с 03.02.2018 по 15.03.2018) в размере 148906,39 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 5121,92 руб. (за период с 24.04.2018 по 03.07.2018), а начиная с 04.07.2018 по день фактического исполнения обязательств по оплате задолженности в размере, определяемом согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также расходы, связанные с оплатой государственной пошлины в размере 13 297 руб.

В ходе рассмотрения указанного дела было установлено, что ООО ТД «Новолекс» по договору поставки №85-2017 от 06.07.2017 произведена оплата на общую сумму 1 497 500 рулей платежными поручениями №№ 1027 от 02.08.2017, 1295 от 06.09.2017, 1839 от 23.11.2017. Однако со стороны ООО «Мастер» была произведена только частичная поставка товара от 15.01.2018г. на общую сумму 1 134 313,68 рублей.

ООО ТД «Новолекс» неоднократно были направлены письма в адрес ответчика (исх. №267 от 01.12.2017г., исх. №38 от 02.02.2018г.) с требованием о принятии мер по поставке полного комплекта продукции, однако до момента обращения в суд, со стороны ответчика, поставка полного комплекта ограждения согласно условий договора № 85- 2017 от 06.07.2017г., не произведена.

Дело о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Мастер» № А27-6385/2020 возбуждено 19.03.2020 по заявлению общества с ограниченной ответственностью торговый дом «Новолекс». Определением суда от 27.05.2020 (резолютивная часть от 20.05.2020) в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение.

В ходе процедуры банкротства была получена выписка о движении денежных средств по расчетному счету ООО «Мастер», согласно которой за период с 13.06.2017 по 11.12.2017 были совершены расходные операции с указанием вида платежа «хозрасходы» на общую сумму 1 869 000 руб., при этом документального подтверждения несения расходов в рамках настоящего дела и дела о банкротстве не представлено.

Также, за период с 03.08.2017 по 25.12.2017 перечислены денежные средства в общей сумме 704 334,45 руб. за аренду имущества ООО «Развитие».

При этом из анализа финансового состояния должника, проведенного финансовым управляющим за три предшествующих года, можно сделать вывод об отсутствии финансово-хозяйственной деятельности.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц 31.05.2021 регистрирующим органом внесена запись о недостоверности сведений о юридическом лице (результаты проверки достоверности содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц сведений о юридическом лице) (ГРН 2214200175760).

15.12.2021 регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (недействующее юридическое лицо) (ГРН 2214200476862).

25.03.20222 внесена запись о представлении заявления лицом, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением юридического лица из ЕГРЮЛ (ГРН 2224200095271).

05.07.2023 регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности) (ГРН 2234200199341).

Суд считает требования подлежащими удовлетворению исходя из следующего.

Согласно пункту 3.2. статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

В силу статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Как разъяснено в пункте 24 постановления от 21.12.2017 N 53, в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, возложенные на них Законом о банкротстве. В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче арбитражному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Согласно анализу карточки дела № А27-6385/2020 арбитражного суда ответчиком занята пассивная позиция по делу, документы временному управляющему не переданы. При этом установлен факт совершения расходных операций без документального подтверждения, что свидетельствует о наличии признаков намеренного вывода денежных средств и уклонении от оплаты долга перед истцом.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля» приведены следующие правовые позиции.

Как из положений об ответственности за нарушение обязательств, так и из норм об ответственности за причинение вреда (деликтной) вытекает, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство или причинившим вред (пункт 2 статьи 401 и пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, при возникновении такого обстоятельства, как исключение фактически прекратившего свою деятельность общества с ограниченной ответственностью из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 8 августа 2001 года N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", в пользу кредитора - физического лица, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности, также применяется презумпция, основанная не на буквальном тексте закона, а на его конституционном истолковании в Постановлении от 21 мая 2021 года N 20-П.

В этом решении Конституционный Суд Российской Федерации признал пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования содержащиеся в нем положения предполагают при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам кредитору, если на момент исключения общества из ЕГРЮЛ соответствующие исковые требования кредитора удовлетворены судом, его применение судами исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

Конституционный Суд Российской Федерации дополнительно указал, что сделанный им вывод, связанный с ситуацией, когда истцом-кредитором выступает гражданин-потребитель, чьи права гарантированы также специальным законодательством о защите прав потребителей, сам по себе не исключает применения такого же подхода к распределению бремени доказывания в случаях, когда кредитором выступает иной субъект, нежели физическое лицо, обязательство общества перед которым возникло не в связи с осуществлением кредитором предпринимательской деятельности.

Конституционный Суд Российской Федерации обращал внимание и на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и отмечал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (Постановление от 21.05.2021 N 20-П; определения от 13.03.2018 N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.).

Необращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью банкротом, нежелание контролирующих его лиц финансировать расходы по проведению банкротства, непринятие ими мер по воспрепятствованию его исключения из ЕГРЮЛ (пункты 3 и 4 статьи 21.1 Федерального закона «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей») при наличии подтвержденных судебными решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном - в нарушение статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации - пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, о попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве, чем подрывается доверие участников оборота друг к другу, дестабилизируется гражданский оборот (п. 3.2).

Конституционное требование о добросовестном поведении в силу своей универсальности распространяется на любое взаимодействие между субъектами права во всех сферах жизнедеятельности. Для гражданских правоотношений это находит закрепление, в частности, в пункте 3 статьи 307 ГК Российской Федерации, в соответствии с которым стороны обязательства и после его прекращения, а также при его установлении и исполнении обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, предоставляя друг другу необходимую информацию. Кредитор и контролирующее деятельность должника лицо обязаны проявлять добросовестность, содействуя друг другу с целью справедливого распределения рисков на всех этапах взаимодействия, начиная с правоотношений (преимущественно договорных) с организацией-должником и завершая разрешением в суде спора о наличии установленных в законе материально-правовых оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а равно должны сохранять уважение к правосудию.

Поэтому кредиторы, в том числе ведущие предпринимательскую деятельность, прибегая к судебной защите своих имущественных прав, вправе рассчитывать на добросовестное поведение контролирующих должника лиц не только в материально-правовых, но и в процессуальных отношениях: на их содействие правосудию, на раскрытие информации о хозяйственной деятельности контролируемой организации, на представление документов и иных доказательств, необходимых для оценки судом наличия либо отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности (п. 3.3).

Принятие же кредитором на себя - вместо лиц, контролирующих должника и призванных произвести его ликвидацию, - обязанности по финансированию процедур банкротства исключительно для целей сбора доказательств по делу о привлечении этих лиц к субсидиарной ответственности может, с учетом потенциально высокой стоимости такого пути получения доступа к сведениям о деятельности должника, привести к увеличению имущественных потерь кредитора, нередко для него значительных, в отсутствие гарантий взыскания долга перед ним. Иные правовые инструменты сбора доказательств, формально доступные кредитору, включая адвокатский запрос (статья 6.1 Федерального закона от 31 мая 2002 года N 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»), истребование доказательств судом (статья 66 АПК РФ), содействие судебного пристава-исполнителя при взыскании долга с основного должника для изучения деятельности последнего (Федеральный закон "Об исполнительном производстве"), могут оказаться неэффективными вследствие как отказа в предоставлении испрашиваемых сведений, так и неосведомленности кредитора о конкретных доказательствах, необходимых для доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности, и об их наличии у контролирующих должника лиц. Не компенсируется неравенство процессуальных возможностей сторон и за счет сведений из общедоступных источников (в частности, Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой) отчетности: bo.nalog.ru) - ввиду возможного отсутствия в них требуемой информации о должнике либо ее неполноты.

Таким образом, требование о возмещении вреда, предъявленное кредитором лицу, контролирующему должника, в рассматриваемых обстоятельствах может сопровождаться неравными - в силу объективных причин - процессуальными возможностями истца и ответчика по доказыванию оснований для привлечения к ответственности (п. 4).

Исходя из статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 Конституции Российской Федерации и из специального требования о добросовестности, закрепленного в Гражданском кодексе Российской Федерации и в Законе об ООО, стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере, совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту.

Применительно к процедурам банкротства Пленум Верховного Суда Российской Федерации также исходит из того, что, хотя по общему правилу на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ), отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права.

Поэтому, если арбитражный управляющий или кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения этих утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Этот же подход применим и к спорам о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, а равно к иным процессуальным действиям участников спора (п. 5.1).

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Ответчиком не было представлено документов о хозяйственной деятельности предприятия, пояснений о выходе из кризиса, а также о планах экономического развития общества, о невозможности оплаты долга перед истцом.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 №20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» отражена правовая позиция, согласно которой предусмотренная оспариваемой нормой субсидиарная ответственность контролирующих общество лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

Все вышеперечисленные факты являются доказательствами, свидетельствующими о недобросовестных и неразумных действиях бывшего руководителя ООО «Мастер», направленные на уклонение от исполнения обязательств перед кредитором - обществом с ограниченной ответственностью торговый дом «Новолекс».

Ответчик, ФИО3 не мог не знать о наличии у общества долга перед истцом, подтвержденного вступившим в силу судебным актом. При этом, как следует из материалов дела, попыток погасить долг перед истцом в полном объеме либо выполнить обязанность по направлению заявления общества о банкротстве, ответчиком не предпринималось. Действия/бездействия ответчика, лишили истца возможности взыскать задолженность с общества в установленном законом порядке.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что имеются основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по долгам общества «Мастер», в связи с чем требования истца подлежат удовлетворению.

На основании статьи 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение иска относятся на ответчика.

Руководствуясь, статьями 137, 110, 167-171, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью торговый дом «Новолекс», ОГРН <***>, 562 233,44 рублей, а также 13 611 рублей расходов по оплате госпошлины.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 634 рубля госпошлины за рассмотрение иска.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение одного месяца с момента его принятия. Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.


Судья К.В. Козина