Решение от 2 июля 2019 г. по делу № А27-10623/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000

Тел. (384-2) 58-17-59, факс (384-2) 58-37-05

E-mail: info@kemerovo.arbitr.ru

http://www.kemerovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

город Кемерово Дело А27-10623/2019

02 июля 2019 года

Резолютивная часть решения оглашена 25 июня 2019 года

Решение в полном объеме изготовлено 02 июля 2019 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Иващенко А.П. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело

по заявлению Отдела лицензионно-разрешительной работы (по г. Кемерово, Березовскому, Кемеровскому, Топкинскому, Промышленновскому районам) Управления Федеральной службы войск национальной гвардии по Кемеровской области, город Кемерово (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Комплексные услуги безопасности», город Кемерово (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о привлечении к административной ответственности за совершение административного правонарушения по части 4 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях

при участии:

от заявителя: ФИО2 по доверенности от 21.01.2019 года, паспорт;

от ответчика: ФИО3, по доверенности от 11.06.2019 года, паспорт, ФИО4 на основании решения №2 от 14.10.2016 года, паспорт;

у с т а н о в и л:

Отдел лицензионно-разрешительной работы (по г. Кемерово, Березовскому, Кемеровскому, Топкинскому, Промышленновскому районам) Управления Федеральной службы войск национальной гвардии по Кемеровской области (далее – Управление, заявитель) обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Частная охранная организация «Комплексные услуги безопасности» (далее – ООО «ЧОО «КУБ», общество) к административной ответственности за совершение административного правонарушения по части 4 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

В судебном заседании представитель заявителя поддержал заявленные требования, просил их удовлетворить.

Представители Общества в судебном заседании возражали против удовлетворения требований по основаниям, изложенным в отзыве на заявление.

Изучив имеющиеся в деле материалы, заслушав представителей сторон, суд установил следующее.

В период с 16 марта 2019 года по 23 марта 2019 года на основании распоряжения начальника Управления Росгвардии по Кемеровской области от 705/9/7-574 от 26.02.2019г. старшим инспектором ОЛРР (г. Кемерово) Управления Росгвардии по Кемеровской области капитаном полиции ФИО5, инспектором ОЛРР (г. Кемерово) Управления Росгвардии по Кемеровской области лейтенантом полиции ФИО6, в соответствии с требованиями статьи 20 Закона РФ от 11.03.1992 № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» проводилась плановая проверка ООО «ЧОО «КУБ».

При проведении плановой выездной проверки был проверен юридический адрес регистрации <...>, фактическое место нахождения <...>, ведение документации, а также объекты, охраняемые ООО «ЧОО «КУБ» на территории Кемеровской области.

В результате проведенных проверок был выявлен факт осуществления предпринимательской деятельности ООО «ЧОО «КУБ» с нарушением требований и условий, предусмотренных специальной лицензией.

По факту грубого нарушения лицензионных требований при осуществлении частной охранной деятельности – прибытие на объект охраны без средств пассивной защиты (бронежилет и шлем защитный), должностным лицом Управления Росгвардии по Кемеровской области составлен протокол №011307 от 30.04.2019 об административном правонарушении, предусмотренном частью 4 ст. 14.1 КоАП РФ.

На основании части 3 статьи 23.1 КоАП РФ Управление Росгвардии по Кемеровской области обратилось с заявлением в арбитражный суд о привлечении ООО «ЧОО «КУБ» к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 14.1 КоАП РФ.

Оценив имеющиеся в деле доказательства и доводы лиц, участвующих в деле, суд указывает следующее.

Согласно части 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

Положениями части 4 ст. 14.1 КоАП РФ установлена административная ответственность за осуществление предпринимательской деятельности с грубым нарушением требований и условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией). Согласно примечанию к указанной статье понятие грубого нарушения устанавливается Правительством Российской Федерации в отношении конкретного лицензируемого вида деятельности.

Понятие грубого нарушения устанавливается Правительством Российской Федерации в отношении конкретного лицензируемого вида деятельности (примечание к части 4 статьи 14.1 КоАП РФ).

Частью 11 статьи 19 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» предусмотрено, что исчерпывающий перечень грубых нарушений лицензионных требований в отношении каждого лицензируемого вида деятельности устанавливается положением о лицензировании конкретного вида деятельности. При этом к таким нарушениям лицензионных требований могут относиться нарушения, повлекшие за собой:

1) возникновение угрозы причинения вреда жизни, здоровью граждан, вреда животным, растениям, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, а также угрозы чрезвычайных ситуаций техногенного характера;

2) человеческие жертвы или причинение тяжкого вреда здоровью граждан, причинение средней тяжести вреда здоровью двух и более граждан, причинение вреда животным, растениям, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, возникновение чрезвычайных ситуаций техногенного характера, нанесение ущерба правам, законным интересам граждан, обороне страны и безопасности государства.

Согласно статье 3 Федерального закона от 04.05.2011 № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» (далее - Федеральный закон № 99-ФЗ) лицензия - специальное разрешение на право осуществления юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем конкретного вида деятельности (выполнения работ, оказания услуг, составляющих лицензируемый вид деятельности), которое подтверждается документом, выданным лицензирующим органом; лицензионные требования - совокупность требований, которые установлены положениями о лицензировании конкретных видов деятельности, основаны на соответствующих требованиях законодательства Российской Федерации и направлены на обеспечение достижения целей лицензирования.

На основании части 2 статьи 2 Федерального закона № 99-ФЗ соблюдение лицензиатом лицензионных требований обязательно при осуществлении лицензируемого вида деятельности.

В соответствии с пунктом 32 части 1 статьи 12 Федерального закона № 99-ФЗ частная охранная деятельность подлежит лицензированию.

Частями 1, 2 статьи 8 Федерального закона № 99-ФЗ установлено, что лицензионные требования устанавливаются положениями о лицензировании конкретных видов деятельности, утверждаемыми Правительством Российской Федерации. Лицензионные требования включают в себя требования к созданию юридических лиц и деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей в соответствующих сферах деятельности, установленные федеральными законами и принятыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на обеспечение достижения целей лицензирования, в том числе требования, предусмотренные частями 4.1 и 5 данной статьи.

В силу подпункта «в» пункта 8(1) Положения о лицензировании частной охранной деятельности, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 23.06.2011 № 498, грубым нарушением лицензионных требований при осуществлении частной охранной деятельности является неиспользование работниками частной охранной организации средств пассивной защиты (жилеты и шлемы защитные) при осуществлении охраны объектов и (или) имущества на объектах с осуществлением работ по проектированию, монтажу и эксплуатационному обслуживанию технических средств охраны и (или) принятием соответствующих мер реагирования на их сигнальную информацию.

Таким образом, административный орган должен доказать факт нахождения 20.03.2019 охранников ООО «ЧОО «КУБ» на охраняемом объекте без средств пассивной защиты.

Как следует из материалов дела, ООО «ЧОО «КУБ» является юридическим лицом, зарегистрировано по адресу: <...>, осуществляет охранную деятельность на основании лицензии от 01 февраля 2012 года № 330 сроком действия до 28 декабря 2021 года.

При проверке объектов, охраняемых ООО «ЧОО «КУБ» на основании заключенных договоров, а также муниципального контракта на оказание услуг для муниципальных нужд, было установлено, что ООО «ЧОО «КУБ» осуществляет охрану территорий, имущества, пропускного режима, жизни и здоровья граждан.

20 марта 2019 года в 17 часов 15 минут на объекте медицинский центр «Максимум здоровья», расположенного по адресу: <...>, охраняемом ООО «ЧОО «КУБ» путем принятия соответствующих мер реагирования на сигнальную информацию, было проверено соблюдение данной охранной организацией правил принятия соответствующих мер реагирования на сигнальную информацию, поступившую с охраняемого объекта. На сигнал приехала ГБР № 763 ООО «ЧОО «КУБ», в состав которой входил работник частной охранной организации ООО «ЧОО «КУБ» ФИО7, у которого отсутствовали средства пассивной защиты (бронежилет, шлем защитный).

По мнению Управления, работник ООО «ЧОО «КУБ» ФИО7 в нарушение требований подпункта «в» пункта 8(1) «Положения о лицензировании частной охранной деятельности», утвержденного постановлением Правительства РФ от 23.06.2011 № 498 (далее – Положение о лицензировании), при осуществлении охраны объекта - медицинский центр «Максимум здоровья», расположенного по адресу: <...>, - путем принятия соответствующих мер реагирования на сигнальную информацию не использовал средства пассивной защиты (бронежилет и шлем защитный). Выявленные нарушения лицензионных условий и требований являются нарушением требований и условий, предусмотренных лицензией от 01 февраля 2012 года № 330 сроком действия до 28 декабря 2021 года, выданной ООО «ЧОО «КУБ». Тем самым ООО «ЧОО «КУБ», по мнению административного органа, грубо нарушены лицензионные требования, предусмотренные Положением о лицензировании, статьями 12, 11.1, 16 Закона Российской Федерации «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» от 11.03.1992 № 2487-1.

Таким образом, Управление, вменяя Обществу совершение указанного административного правонарушения, исходило из того, что ФИО7 является охранником ООО «ЧОО «КУБ».

Действительно, ФИО7 ранее работал в ООО «ЧОО «КУБ» в должности охранника, однако в материалы дела представлена копия приказа от 04.03.2019 о переводе работника ФИО7 с должности охранника на должность водителя. Также в материалы дела ООО «ЧОО «КУБ» представлен трудовой договор №37 от 04.03.2019, из содержания которого (п. 1.1) следует, что ФИО7 принимается на работу в качестве водителя для выполнения обязанностей по вождению служебного легкового автомобиля категории «В», а также иных обязанностей, не связанных с охранной деятельностью. Из содержания должностной инструкции водителя, представленной ООО «ЧОО «КУБ», также не следует, что в должностные обязанности ФИО7 входит охрана объекта - медицинский центр «Максимум здоровья», расположенного по адресу: <...>.

Учитывая изложенное, суд отклоняет вывод Управления о том, что наличие у ФИО7 удостоверения частного охранника свидетельствует об исполнении им трудовых функций охранника.

Суд отмечает, что наличие данного удостоверения свидетельствует лишь о праве ФИО7 работать в должности охранника, но с достоверностью не подтверждает выполнение им данных функций 20.03.2019. Доказательств обратного административным органом в материалы дела не представлено. При этом из материалов дела следует, что ФИО7 отказался от подписания протокола об административном правонарушении от 20.03.2019 (составленном в отношении ФИО7) в присутствии двух понятых, обратился в Центральный районный суд г. Кемерово с заявлением об оспаривании постановления начальника ОЛРР (по г. Кемерово) Управления Росгвардии по Кемеровской области от 27.03.2019 о привлечении к административной ответственности по мотивам отсутствия в его действия состава вменяемого административного правонарушения.

Решением Центральный районный суд г. Кемерово жалоба ФИО7 удовлетворена частично, постановление от 27.03.2019 судом отменено, вопрос направлен на новое рассмотрение. Как пояснил представитель административного органа в судебном заседании ФИО7 не был привлечен к административной ответственности в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

Учитывая изложенное, при наличии возражений ФИО7 относительно того факта, что он прибыл на объект 20.03.2019 в качестве охранника, а также учитывая, что относимых доказательств по данному факту административным органом не представлено, суд приходит к выводу о том, что административным органом не доказана объективная сторона административного правонарушения.

Кроме того, судом учитывается, что директор ООО «ЧОО «КУБ» ФИО4 подал заявление о выдаче личной карточки охранника в Управление, в том числе в отношении ФИО7, 22.03.2019, то есть после даты проведения проверки (20.03.2019), таким образом, до 22.03.2019 ФИО7 не мог осуществлять обязанности охранника.

В судебном заседании судом в качестве доказательства по делу исследована видеозапись с камер видеонаблюдения, представленная ООО «ЧОО «КУБ», из которой следует, что 20.03.2019 примерно в 18 часов 10 минут на объект - медицинский центр «Максимум здоровья», расположенный по адресу: <...>, по сигналу прибыл экипаж ГБР50 в составе ФИО8 и ФИО9, при этом ФИО7 в составе данного экипажа не было. Данное обстоятельство подтверждается также рапортами ФИО8 и ФИО9 от 21.03.2019.

Таким образом, судом установлено, что на вызов 20.03.2019 прибыла иная группа быстрого реагирования «ЧОО «КУБ».

Судом также учитывается, что Обществом в материалы дела представлена выписка электронного журнала событий за 20.03.2019 по объекту ООО Медицинский центр «максимум здоровья», из которого следует, что 20.03.2019 экипаж группы быстрого реагирования в состав которого входил ФИО7 на объект не выезжал.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд считает, что в данном конкретном случае нельзя считать доказанным в действиях ООО «ЧОО «КУБ» наличие события административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 14.1 КоАП РФ, поскольку административным органом не представлено доказательств, подтверждающих факт нахождения ФИО7 20.03.2019 в качестве охранника ООО «ЧОО «КУБ» на охраняемом объекте без средств пассивной защиты.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ отсутствие события административного правонарушения является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Кроме того, в силу частей 1, 2 статьи 4.5 КоАП РФ по общему правилу постановление по делу об административном правонарушении не может быть вынесено по истечении двух месяцев (по делу об административном правонарушении, рассматриваемому судьей, - по истечении трех месяцев) со дня совершения административного правонарушения. При длящемся административном правонарушении указанные сроки начинают исчисляться со дня обнаружения административного правонарушения.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.11.2008 № 23 «О внесении изменений в некоторые постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации» указано, что днем обнаружения длящегося административного правонарушения считается день, когда должностное лицо, уполномоченное составлять протокол об административном правонарушении, выявило факт его совершения.

Согласно протокола №011307 от 30.04.2019 об административном правонарушении дата совершения и обнаружения административного правонарушения – 20.03.2019.

Срок давности привлечения к административной ответственности по части 4 статьи 14.1 КоАП РФ составляет 3 месяца. Указанная позиция подтверждается позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 15.01.2019 № 3-П.

С учетом изложенного на момент рассмотрения настоящего дела в Арбитражном суде Кемеровской области срок давности привлечения ООО «ЧОО «КУБ» к административной ответственности истек (20.06.2019), что в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ является основанием, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

В соответствии с абзацем четвертым п. 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.01.2003 г. № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», учитывая, что данный срок привлечения к административной ответственности не подлежит восстановлению, суд в случае его пропуска принимает решение об отказе в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности.

При указанных обстоятельствах заявление о привлечении к административной ответственности суд считает не обоснованным и не подлежащим удовлетворению.

С учетом статьи 204 АПК РФ государственная пошлина по данной категории дел не уплачивается.

Руководствуясь статьями 167-170, 180, 181, 205, 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

заявленные требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в десятидневный срок со дня принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья А.П. Иващенко