Резолютивная часть решения от 5 мая 2021 г. по делу № А04-237/2021

Арбитражный суд Амурской области

675023, г. Благовещенск, ул. Ленина, д. 163

тел. (4162) 59-59-00, факс (4162) 51-83-48

http://www.amuras.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №

А04-237/2021
г. Благовещенск
05 мая 2021 года
изготовление решения в полном объеме

27 апреля 2021 года


резолютивная часть решения

Арбитражный суд Амурской области в составе судьи Ивановой Е.В.,

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Разинковым А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Таргет Агро» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП 310280133300020, ИНН <***>)

о взыскании 8 687 873, 97 руб.

при участии в заседании:

от истца: ФИО2, представитель по доверенности от 09.01.2021, диплом, паспорт;

от ответчика: ФИО3, представитель по доверенности от 27.01.2021 № 28АА1186829 сроком на три года, диплом, паспорт.

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Таргет Агро» (далее – ООО «Таргет Агро», общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Амурской области с исковым заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, предприниматель, ответчик) о взыскании 8 687 873, 97 руб., составляющих:

- сумму основного долга в размере 4 440 000 руб.;

- пени в соответствии с пунктом 5.3 договора за период с 02.11.2020 по 13.01.2021 в размере 1 849 991, 73 руб., а также по день фактического отказа от поставки товара, а именно по 08.02.2021;

- штраф в соответствии с пунктом 5.4 договора за уклонение от выборки товара и отказа от передачи товара в общей сумме 2 326 240, 16 руб.;

- законные проценты в соответствии со статьей 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и на основании пункта 5.5 договора за период с 02.11.2020 по 13.01.2021 в размере 71 642, 08 руб., а также по день фактического отказа от поставки товара, а именно по 08.02.2021.

Нормативно заявленные требования обоснованы ссылками на положения статей 309, 310, 524 ГК РФ и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком принятых на себя обязательств по договору мены (бартера) от 19.03.2020 № СХЗ-24/2020.

В отзывах на исковое заявление предприниматель просил отказать в удовлетворении иска. Так, по утверждению ответчика, истцом не представлены надлежащие доказательства соблюдения претензионного порядка урегулирования спора, поскольку по представленной истцом почтовой квитанции отправителем значится иное юридическое лицо, при этом представленный истцом договор возмездного оказания услуг со стороны истца подписан неуполномоченным лицом. Полагает, что договор мены не может считаться заключенным, поскольку сторонами не согласовано условие о количестве товара, подлежащего обмену. По требованию о взыскании процентов в порядке статьи 317.1 ГК РФ ответчик указал, что истец при начислении процентов обязан был отразить их начисление в первичной бухгалтерской документации и направить в адрес предпринимателя отдельный счет на их оплату, а поскольку истцом не представлено доказательств проведения хозяйственных операций по начислению процентов и доказательств направления счетов на оплату процентов, постольку требование истца является злоупотреблением правом и на основании статьи 10 ГК РФ не подлежит удовлетворению. В отношении требования о начислении штрафа за несоблюдение сроков отгрузки в размере 0,3 % (пункт 5.4 договора) указал, что за данное нарушение пунктом 5.6 договора предусмотрена ответственность в виде штрафа в размере 20 % от стоимости непереданной сои, при этом данные штрафные санкции (в общей сумме 4 176 231, 73 руб.) несоразмерны нарушенному обязательству, в удовлетворении требования об уплате штрафа должно быть отказано либо штрафные санкции снижены на основании статьи 333 ГК РФ до 100 000 руб. Указал, что штраф за уклонение от получения товара на сумму 3 180 000 руб. (Оптимо в количестве 1 250 л) не подлежит удовлетворению, так как ответчик предпринял все меры для получения товара, однако, истец не обладал возможностью передать согласованное количество товара, что и послужило причиной подписания сторонами дополнительного соглашения № 2 на меньшее количество товара. Отметил, что задолженности у ответчика перед истцом не имеется, оплата полученного по договору от 19.03.2020 товара подтверждается платежными поручениями № 25 от 08.02.2021 на сумму 4 007 450,80 руб., № 14.12.2020 на сумму 4 440 000 руб.

Кроме того, ответчик заявил ходатайство об истребовании у Межрайонной инспекции ФНС России № 1 по Амурской области налоговой декларации ООО «Таргет Агро» по налогу на прибыль за четвертый квартал 2020 года, а также отчета о финансовых результатах за 2020 год ООО «Таргет Агро», в целях определения фактической воли истца на установление законных процентов по статье 317.1 ГК РФ, а также иных пени и штрафов в отношении договоров с ИП ФИО1

В судебном заседании 21.04-27.04.2021 (с учетом объявленного в порядке статьи 163 АПК РФ перерыва) представитель истца на удовлетворении уточненных требований настаивал по основаниям, изложенным в иске. Представитель ответчика с заявленными требованиями не согласился, просил в удовлетворении требований отказать.

Рассмотрев ходатайство ответчика об истребовании у налогового органа декларации и отчета о финансовых результатах за 2020 год, суд не усматривает оснований для его удовлетворения исходя из следующих обстоятельств и норм права.

В соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы. Данная конституционная обязанность имеет особый, а именно публично - правовой, а не частно - правовой (гражданско - правовой), характер, что обусловлено публично - правовой природой государства и государственной власти, по смыслу статей 1 (часть 1), 3, 4 и 7 Конституции Российской Федерации.

Налоговые правоотношения основаны на властном подчинении одной стороны другой. Они предполагают субординацию сторон, одной из которых - налоговому органу, действующему от имени государства, принадлежит властное полномочие, а другой - налогоплательщику - обязанность повиновения. Требование налогового органа и налоговое обязательство налогоплательщика следуют не из договора, а из закона. С публично - правовым характером налога и государственной казны и с фискальным суверенитетом государства связаны законодательная форма учреждения налога, обязательность и принудительность его изъятия, односторонний характер налоговых обязательств. Вследствие этого спор по поводу невыполнения налогового обязательства находится в рамках публичного, а не гражданского права (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 17.12.1996 № 20-П).

Вместе с тем налоговые обязательства обусловлены экономической деятельностью, а их возникновению предшествует, как правило, вступление лиц в гражданские правоотношения, на которых и основаны налоговые обязательства и (или) с которыми они тесно связаны.

При этом федеральный законодатель, осуществляя соответствующее правовое регулирование, обязан, по смыслу статей 8 (часть 1), 19 (части 1 и 2) и 34 (часть 1) Конституции Российской Федерации, исходить не только из публичных интересов государства, связанных с его экономической безопасностью, но и из частных интересов физических и юридических лиц как субъектов гражданских правоотношений, с тем чтобы соблюдалась соразмерность между требованиями интересов общества и необходимыми условиями защиты основных прав личности и обеспечивался баланс конституционно защищаемых ценностей. Иное привело бы к неправомерному перенесению публично-правового метода регулирования, применяемого в налоговых отношениях, основанных на властном подчинении одной стороны другой, на гражданско-правовые отношения, основанные на равенстве участников, и к произвольному ограничению свободы экономической деятельности хозяйствующих субъектов (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2018 № 47-П).

При этом недопустимость необоснованного распространения понятий, норм и институтов одних отраслей законодательства на другие вытекает из обращенного к законодателю требования обеспечения системного и непротиворечивого правового регулирования общественных отношений, которое является выражением закрепленного в статье 1 (часть 1) Конституции Российской Федерации фундаментального принципа правового государства. На этом требовании основана правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в постановлениях от 20 февраля 2001 года № 3-П и от 23 декабря 2009 года № 20-П, по смыслу которой распространение на сферу частноправовых отношений метода налогового (публично-правового) регулирования противоречило бы юридической логике и приводило бы к необоснованному и чрезмерному вмешательству государства в сферу свободы и автономии личности, а в конечном счете - к неправомерному ограничению прав и свобод человека и гражданина (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.06.2012 № 13-П).

Из материалов дела следует, что возникшие между сторонами обязательства являются гражданско-правовыми, следовательно, выполнение/невыполнение обществом «Таргет Агро» налогового обязательства, в том числе по отражению в налоговой отчетности начисленных предпринимателю штрафных санкций, не влияет и не изменяет объем обязательств предпринимателя перед обществом, согласованных в условиях договора мены (бартера) от 19.03.2020 № СХЗ-24/2020. Соответственно, оснований для истребования у налогового органа декларации и отчета о финансовых результатах общества «Таргет Агро» за 2020 год не имеется.

Рассмотрев заявленные требования, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, заслушав представителей участвующих в деле лиц, суд признает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

Как следует из материалов дела и установлено арбитражным судом, 19.03.2020 между обществом «Таргет Агро» (Сторона 1) и предпринимателем ФИО1 (Сторона 2) заключен договор меры (бартера) № СХЗ-24/2020, по условиям которого Сторона 1 обязалась поставить средства защиты растений и удобрения, а Сторона 2 - принять и оплатить продукцию на условиях настоящего договора.

Наименование, количество и номенклатурные позиции продукции согласованы сторонами в пункте 1.3 договора, а именно:

№
п/п

Наименование

продукции

Ед.

измерения

Сроки

поставки

Общее

количество

Цена за 1 единицу

Общая сумма (стоимость)

1.

Алгоритм

л
До 01.06.2020

1350

2509

3 387 150

2.

Дифилайн

л
До 01.06.2020

1360

950

1 292 500

3.

Гардо Голд

л
До 01.06.2020

800

936

748 800

4.

Максим Голд

л
До 01.06.2020

150

2509

376 350

5.

ХайКоут Супер Соя + Экстендер

л
До 01.06.2020

70,4

5377

378 540,8

6.

ФИО4 №5

кг

До 01.06.2020

600

200

120 000

7.

Аргамак

кг

До 01.06.2020

4
3800

15 200

ИТОГО:

6 318 040,80

Цена и порядок расчетов согласованы сторонами в разделе 2 договора.

В частности, пунктом 2.1 договора стороны установили, что общая сумма договора составляет 6 933 850, 80 руб. При этом в силу пункта 2.2 договора Сторона 2 обязуется принять продукцию, указанную в пункте 1.3 настоящего договора, и произвести расчет с поставщиком по настоящему договору товарным зерном бобов сои урожая 2020 года в зачетном весе, исходя из размера среднерыночной стоимости бобов сои по состоянию на 20 октября 2020 года, сложившейся на момент расчета между основными предприятиями-переработчиками Амурской области: ООО «Амурагроцентр» и ООО «Соя АНК». По соглашению сторон возможны иные формы расчетов.

В силу пункта 2.3 договора датой оплаты считается дата фактической поставки и приемки поставленной продукции Стороной 2 согласно пункту 2.2 по фактически зачетному весу.

Порядок поставки товара стороны согласовали в разделе 4, в частности, в пунктах 4.1, 4.2 договора стороны предусмотрели, что Сторона 2 вывозит продукцию, указанную в пункте 1.3. настоящего договора собственными силами и за свой счет со склада Стороны 1, находящегося по адресу: Амурская область, с. Тамбовка. Сторона 2 осуществляет доставку продукции, указанной в пункте 2.2. настоящего договора, собственными силами и за свой счет на склад Стороны 1 по адресу: Амурская область, Благовещенский район, п. Заречный, «Заречный ХПП» или <...> (по согласованию сторон).

Ответственность сторон закреплена в разделе 5 договора.

Так, пунктом 5.3 договора установлено, что при несоблюдении сроков отгрузки Стороной 2, Сторона 1 имеет право взыскать с виновной стороны пеню в размере 0,3% от стоимости неотгруженного товара за каждые полные сутки просрочки.

Согласно пункту 5.4 договора в случае неправомерного отказа или уклонения Стороны 2 от передачи продукции, указанной в пункте 2.2 настоящего договора, выборки продукции полностью или частично, согласованной в пункте 1.3 настоящего договора (в том числе, совершенных в письменной форме, посредством совершения неправомерных действий/бездействий, предшествующих передаче товара), Покупатель уплачивает штраф в размере 20% от стоимости продукции от передачи которой осуществлен отказ или уклонение.

Согласно пункту 5.5 договора в случае нарушения исполнения обязательств Стороной 2 по передаче Стороне 1 сои товарной либо получения Стороной 1 уведомления Стороны 2 об отказе по передаче Стороне 1 сои товарной полностью или в части, на сумму непереданного товара начисляются законные проценты, предусмотренные ст. 317.1 ГК РФ.

Пунктом 8.1 договора определено, что договор вступает в силу со дня его подписания и будет действовать до «31» декабря 2020. Истечение срока действия договора не освобождает Стороны от обязательств по оплате поставленной продукции.

В дальнейшем к поименованному договору мены сторонами подписано несколько дополнительных соглашений:

- 23.04.2020 дополнительное соглашение № 1, по условиям которого общество обязалось дополнительно поставить средства защиты растений и удобрений, а предприниматель – принять и оплатить продукцию в дополнительном объеме (пункт 1 соглашения).

Наименование, количество и номенклатурные позиции продукции согласованы сторонами в пункте 2 соглашения, а именно – Максим Голд в количестве 50 л на общую сумму 142 750 руб.

Согласно пункту 3 дополнительного соглашения предприниматель обязался принять продукцию и произвести расчет с обществом путем перечисления денежных средств на расчетный счет не позднее 20 октября 2020 года;

- 29.06.2020 дополнительное соглашение № 2, согласно которому общество обязалось дополнительно поставить средства защиты растений и удобрения, а предприниматель - обязуется принять и оплатить продукцию в дополнительном объеме.

Наименование, количество и номенклатурные позиции продукции согласованы сторонами в пункте 2 соглашения, а именно – Оптимо в количестве 1 250 л на общую сумму 3 183 750 руб.

Согласно пунктам 3, 4 дополнительного соглашения № 2 Сторона 2 обязуется принять Продукцию, указанную в пункте 2 настоящего дополнительного соглашения и произвести полный расчет со Стороной 1 в срок не позднее «01» ноября 2020 года. Срок передачи товара до 30 июня 2020 года;

- 29.06.2020 дополнительное соглашение № 2, согласно которому общество обязалось дополнительно поставить средства защиты растений и удобрения, а предприниматель - обязуется принять и оплатить продукцию в дополнительном объеме.

Наименование, количество и номенклатурные позиции продукции согласованы сторонами в пункте 2 соглашения, а именно – Оптимо в количестве 780 л на общую сумму 1 986 660 руб.

Согласно пунктам 3, 4 дополнительного соглашения № 2 Сторона 2 обязуется принять Продукцию, указанную в пункте 2 настоящего дополнительного соглашения и произвести полный расчет со Стороной 1 в срок не позднее «01» ноября 2020 года. Срок передачи товара до 20 июля 2020 года.

Факт получения предпринимателем средств защиты растений и удобрения в первоначально согласованном в договоре объеме подтвержден счетами-фактурами (УПД) от 23.04.2020 № 28 на сумму 754 890, 80 руб. Максим Голд, ХайКоутСупер Соя+Экстендер), от 30.04.2020 № 45 на сумму 4 679 150 руб. (Алгоритм, Дифилайн), от 22.05.2020 № 118 на сумму 748 800 руб. (Гардо Голд), от 08.06.2020 № 152 на сумму 135 200 руб. (ФИО4 № 5, Аргамак, ВДГ).

Факт получения средств защиты растений и удобрения в согласованном в дополнительном соглашении № 1 объеме подтвержден счетом-фактурой (УПД) от 23.04.2020 № 29 на сумму 142 750 руб. (Максим Голд).

Факт получения средств защиты растений и удобрения в согласованных в дополнительных соглашениях № 2 объемах подтвержден счетами-фактурами от 09.07.2020 № 210 на сумму 1 986 660 руб. (Оптимо) и от 09.07.2020 № 210 на сумму 3 3183 750 руб. (Оптимо).

Указывая, что со стороны предпринимателя встречные обязательства по договору мены (бартера) не исполнены, при этом 08.02.2021 предпринимателем фактически заявлен отказ от исполнения договора путем перечисления на расчетный счет истца денежных средств в размере 4 007 450, 80 руб. (платежное поручение № 25 от 08.02.2021), общество направило в адрес предпринимателя претензию с требованием оплатить штрафные санкции и погасить задолженность, оставление которой без удовлетворения послужило основанием для обращения общества «Таргет Агро» в арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями.

В соответствии со статьей 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо обязано совершить в пользу другого определенные действия, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги, либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора.

Заключенный между сторонами по настоящему делу договор по своей правовой природе является договором мены и регулируется нормами главы 31 ГК РФ.

Согласно статье 567 ГК РФ по договору мены каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороне один товар в обмен на другой. К договору мены применяются положения главы 30 Кодекса о купле-продаже, если это не противоречит правилам Кодекса о договоре мены и существу этого обязательства. При этом каждая из сторон признается продавцом товара, который она обязуется передать, и покупателем товара, который она обязуется принять в обмен.

Согласно статье 568 ГК РФ товары предполагаются равноценными, если из договора мены не вытекает иное. Поэтому равноценными могут признаваться обмениваемые товары в случае отсутствия в договоре или иных документах, являющихся его неотъемлемой частью, данных о цене.

В соответствии со статьей 569 ГК РФ в случае, когда в соответствии с договором мены сроки передачи обмениваемых товаров не совпадают, к исполнению обязательства передать товар стороной, которая должна передать товар после передачи товара другой стороной, применяются правила о встречном исполнении обязательств (статья 328 ГК РФ).

Судом установлено, что истец обязательства по передаче средств защиты растений и удобрения в согласованных в договоре и дополнительных соглашениях № 1 и № 2 объемах на общую сумму 8 447 450, 80 руб. исполнил, что ответчиком не оспаривается.

Вместе с тем согласованное в дополнительном соглашении от 29.06.2020 № 2 количество средств защиты растений (Оптимо в количестве 1 250 л) предпринимателем от общества не получено.

Так, по утверждению ответчика, у истца отсутствовало в наличии средство защиты растений Оптимо в количестве 1 250 л, что и послужило основанием для подписания сторонами дополнительного соглашения под таким же номером и от той же даты, но на меньшее количество, а именно на 780 л. В свою очередь, по утверждению истца, у общества средство защиты растений Оптимо имелось в достаточном объеме, однако, предприниматель сам уклонился от его получения.

Оценив указанные доводы и возражения сторон, принимая во внимание, что сторонами действительно подписано два дополнительных соглашения под одним номером и от одной датой, при этом в отношении средства защиты растений Оптимо в количестве 780 л сторонами указан иной срок передачи товара – 20 июля 2020 года, учитывая дату фактического получения предпринимателем средства защиты растений Оптимо в неоспариваемом объеме (780 л) - счет-фактура от 09.07.2020 № 210, а также учитывая, что заявленные предпринимателем возражения о неполучении средства защиты растений Оптимо в количестве 1 250 л послужили основанием для уточнения обществом исковых требований в части основного долга, пеней и процентов на основании статьи 317.1 ГК РФ, суд приходит к выводу, что стороны фактически изменили достигнутые договоренности относительно поставки дополнительного объема средств защиты растений Оптимо (с 1250 л до 780 л), следовательно, у сторон отсутствовало волеизъявление на возникновение правовых последствий, изложенных в дополнительном соглашении от 29.06.2020 № 2 на средство защиты растений Оптимо в количество 1 250 л, соответственно, стороны не могут быть понуждены к исполнению обязанностей по такому соглашению.

Указанный вывод суда также следует из оценки представленных истцом счетов-фактур от 09.07.2020 № 210 на сумму 1 986 660 руб. и от 09.07.2020 № 210 на сумму 3 183 750 руб., поскольку имеет место быть не только наличие двух дополнительных соглашений от одной даты и с одним номером, но и двух счетов-фактур, также от одной даты и под одним номером.

Однако согласно статье 169 Налогового кодекса Российской Федерации счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном настоящей главой.

Пунктом 6 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Согласно Правилам заполнения счета-фактуры, применяемого при расчетах по налогу на добавленную стоимость, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 26.12.2011 № 1137, в строке 1 «Номер и дата» счета-фактуры указывается номер и дата.

Как указано выше, представленные истцом счета-фактуры на сумму 1 986 660 руб. и на сумму 3 183 750 руб. имеют один номер и дату, а именно 09.07.2020 и № 210, что в свете фактического признания истцом факта неполучения предпринимателем товаров на сумму 3 183 750 руб., несмотря на подписание сторонами счетов-фактур без замечаний и возражений, также подтверждают позицию ответчика о том, что дополнительное соглашение от 29.06.2020 № 2 на средство защиты растений Оптимо в количество 1 250 л не породило для его сторон каких-либо прав и обязанностей.

В этой связи требования истца о взыскании штрафа в сумме 636 750 руб. за уклонение от выборки товара - средства защиты растений Оптимо в количество 1 250 л по дополнительному соглашению от 29.06.2020 № 2 не подлежит удовлетворению.

Рассмотрев требование истца о взыскании основного долга в размере 4 440 000 руб., суд признает его подлежащим удовлетворению.

Так, факт получения предпринимателем средств защиты растений и удобрения на общую сумму 8 447 450, 80 руб. подтвержден представленными в материалы дела счетами-фактурами (УПД) от 23.04.2020 № 28 на сумму 754 890, 80 руб. Максим Голд, ХайКоутСупер Соя+Экстендер), от 30.04.2020 № 45 на сумму 4 679 150 руб. (Алгоритм, Дифилайн), от 22.05.2020 № 118 на сумму 748 800 руб. (Гардо Голд), от 08.06.2020 № 152 на сумму 135 200 руб. (ФИО4 № 5, Аргамак, ВДГ), от 23.04.2020 № 29 на сумму 142 750 руб. (Максим Голд), от 09.07.2020 № 210 на сумму 1 986 660 руб. (Оптимо).

В свою очередь, ответчиком произведена оплата данного количества средств защиты только частично на сумму 4 007 450, 80 руб. (платежное поручение № 25 от 08.02.2021), следовательно, задолженность составила 4 440 000 руб., которая и подлежит взысканию с предпринимателя в пользу общества.

Утверждение ответчика об отсутствии задолженности судом не принимается, поскольку представленное платежное поручение № 233 от 14.12.2020 на сумму 4 440 000 руб. в своем назначении платежа имеет ссылки на иной договор («оплата основного долга по договору мены от 10.02.2020 за семена сои ОПУС»).

Доказательств того, что предприниматель информировал общество либо банк об изменении назначения платежа в платежном поручении № 233 от 14.12.2020, ответчиком не представлено. При этом истцом в материалы дела представлен заключенный сторонами договор мены от 10.02.2020, по условиям которого стороны взаимно обмениваются товарами – товарной сои на семена сои «ОПУС» на общую сумму 4 440 000 руб. Следовательно, оснований полагать, что платежное поручение № 233 от 14.12.2020 на сумму 4 440 000 руб. было направлено на погашение долга по договору мены (бартера) от 19.03.2020 № СХЗ-24/2020 у суда не имеется.

Далее, в соответствии с частью 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (статья 330 ГК РФ).

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика пеней в размере 1 849 991, 73 руб. за период с 02.11.2020 по 13.01.2021, а также по день фактического отказа от поставки товара, а именно по 08.02.2021. Данное требование подлежит удовлетворению в части по следующим основаниям.

Пунктом 5.3 договора установлено, что при несоблюдении сроков отгрузки Стороной 2, Сторона 1 имеет право взыскать с виновной стороны пеню в размере 0,3% от стоимости неотгруженного товара за каждые полные сутки просрочки.

Статьей 333 ГК РФ установлено, что если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды. Правила настоящей статьи не затрагивают право должника на уменьшение размера его ответственности на основании статьи 404 настоящего Кодекса и право кредитора на возмещение убытков в случаях, предусмотренных статьей 394 настоящего Кодекса.

Ответчик заявил о снижении неустойки, сославшись на ее несоразмерность последствиям нарушения обязательства.

В силу пунктов 69,70,71,75,77 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке. По смыслу статей 332, 333 ГК РФ установление в договоре максимального или минимального размера (верхнего или нижнего предела) неустойки не являются препятствием для снижения ее судом. Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме. При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ). Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

Суд считает, что заявленная истцом к взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды.

Суд, с учетом положений постановления Пленума № 7, постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», определения Конституционного Суда РФ от 15.01.2015 № 7-О, оценив обстоятельства дела, дату передачи товара истцом, срок нарушения обязательств, соразмерность стоимости товара и неустойки, возражения истца и доводы ответчика, учитывая чрезмерно высокий процент ставки (0,3% в день, что составит 109,50% годовых или двадцатипятикратную ставку рефинансирования), считает возможным уменьшить размер неустойки за ненадлежащее исполнение обязательств за период с 02.11.2020 по 08.02.2021 по договору до 836 297, 63 руб. исходя из ставки 0,1% в день (восьмикратная ставка рефинансирования в спорный период). В остальной части во взыскании неустойки следует отказать.

При этом период просрочки суд определяет с 02.11.2020 (следующий день после даты, когда ответчик должен был исполнить свое обязательство по поставке) по 08.02.2021 (дата, когда ответчик фактически отказался от исполнения договора мены, произведя в адрес истца перечисление денежных средств вместо поставки товара – зерна бобов сои урожая 2020 года).

Довод ответчика о том, что обязательство по поставке в адрес истца сои могло быть исполнено до «31» декабря 2020 года со ссылками на пункт 8.1 договора, отклоняется, поскольку понятие «срок действия договора» не тождественно понятию «срок обязательства», в силу норм статьи 425 ГК РФ срок действия договора и срок исполнения обязательства по нему могут не совпадать. Исходя из совокупного толкования пункта 2.2 договора и пункта 3 дополнительного соглашения от 29.06.2020 № 2 к договору, суд приходит к выводу, что обязательства предпринимателя по расчету с обществом зерном сои подлежало исполнению в срок не позднее 01 ноября 2020 года.

Далее, истцом заявлено требование о взыскании с ответчика штрафа за отказ от передачи товара по договору мены в размере 1 689 490 руб. в соответствии с пунктом 5.4 договора. Данное требование подлежит удовлетворению в части по следующим основаниям.

Согласно пункту 5.4 договора в случае неправомерного отказа или уклонения Стороны 2 от передачи продукции, указанной в пункте 2.2 настоящего договора, выборки продукции полностью или частично, согласованной в пункте 1.3 настоящего договора (в том числе, совершенных в письменной форме, посредством совершения неправомерных действий/бездействий, предшествующих передаче товара), Покупатель уплачивает штраф в размере 20% от стоимости продукции от передачи которой осуществлен отказ или уклонение.

В силу пункта 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются сторонами по обоюдному соглашению.

Судом установлено, что предприниматель своими конклюдентными действиями отказался от исполнения договора, следовательно, истец вправе требовать уплаты предпринимателем штрафа на основании пункта 5.4 договора.

Довод ответчика о двойной ответственности за одно и то же правонарушение является ошибочным, поскольку действующее гражданское законодательство исходя из принципа диспозитивности гражданско-правового регулирования (пункт 4, 5 статьи 421 ГК РФ) и принципа свободы договора (пункт 1 и пункт 4 статьи 421 ГК РФ) не содержит соответствующего запрета при согласовании договорных условий.

Из буквального содержания указанных договорных условий следует, что сторонами согласованы штрафные санкции за различные виды правонарушений: за несоблюдение сроков отгрузки (пункт 5.3 договора), за неправомерный отказ или уклонение от передачи продукции (пункт 5.4 договора).

Более того, как следует из разъяснений, изложенных в пункте 80 постановления Пленума № 7, если заявлены требования о взыскании неустойки, установленной договором в виде сочетания штрафа и пени за одно нарушение, а должник просит снизить ее размер на основании статьи 333 ГК РФ, суд рассматривает вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств исходя из общей суммы штрафа и пени.

Таким образом, стороны договора по обоюдному согласию и действуя каждый в своем интересе, вправе определять не запрещенные императивными нормами взаимные договоренности, которые могут быть ограничены публично-правовыми полномочиями суда в предусмотренных законом случаях (статья 333 ГК РФ, пункт 4 статьи 1 ГК РФ, пункты 10 - 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).

Размер штрафа судом проверен, признан верным. Вместе с тем, принимая во внимание заявленное ответчиком ходатайство о применении положений статьи 333 ГК РФ, учитывая, что ответчиком частично произведена оплата переданных средств защиты растений, суд приходит к выводу о чрезмерности согласованного сторонами процента штрафной санкции (20 %), в связи с чем признает обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истца о взыскании штрафа за уклонение от передачи товара по договору мены в размере 844 745, 08 руб. (10 %). В остальной части во взыскании штрафа следует отказать.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика процентов по статье 317.1 ГК РФ в размере 71 642, 08 руб., начисленных в соответствии с пунктом 5.5 договора за период с 02.11.2020 по 13.01.2021, а также по день фактического отказа от поставки товара, а именно по 08.02.2021.

В соответствии с частью 1 статьи 317.1 ГК РФ в случаях, когда законом или договором предусмотрено, что на сумму денежного обязательства за период пользования денежными средствами подлежат начислению проценты, размер процентов определяется действовавшей в соответствующие периоды ключевой ставкой Банка России (законные проценты), если иной размер процентов не установлен законом или договором.

В силу пункта 53 постановления Пленума № 7, в отличие от процентов, предусмотренных пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, проценты, установленные статьей 317.1 ГК РФ, не являются мерой ответственности, а представляют собой плату за пользование денежными средствами. В связи с этим при разрешении споров о взыскании процентов суду необходимо установить, является требование истца об уплате процентов требованием платы за пользование денежными средствами (статья 317.1 ГК РФ) либо требование заявлено о применении ответственности за неисполнение или просрочку исполнения денежного обязательства (статья 395 ГК РФ). Начисление с начала просрочки процентов по статье 395 ГК РФ не влияет на начисление процентов по статье 317.1 ГК РФ.

Исходя из разъяснений, изложенных в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», при просрочке уплаты суммы основного долга на эту сумму подлежат начислению как проценты, являющиеся платой за пользование денежными средствами (например, проценты, установленные пунктом 1 статьи 317.1, статьями 809, 823 ГК РФ), так и проценты, являющиеся мерой гражданско-правовой ответственности (например, проценты, установленные статьей 395 ГК РФ).

Согласно пункту 5.5 договора в случае нарушения исполнения обязательств Стороной 2 по передаче Стороне 1 сои товарной либо получения Стороной 1 уведомления Стороны 2 об отказе по передаче Стороне 1 сои товарной полностью или в части, на сумму непереданного товара начисляются законные проценты, предусмотренные ст. 317.1 ГК РФ.

Судом установлено, что проценты начислены на сумму денежного обязательства за период пользования денежными средствами в размере действовавшей в соответствующие периоды ключевой ставкой Банка России, в связи с чем требования о взыскании с ответчика процентов в размере 97 215, 87 руб. за период с 16.11.2020 по 08.02.2021 (дата перечисления ответчиком денежных средств) подлежат удовлетворению.

Утверждение предпринимателя о том, что истцом не представлено надлежащих доказательств соблюдения претензионного порядка урегулирования спора признается судом несостоятельным, поскольку содержание претензии и ссылка в ней на спорный договор позволяли достоверно установить, от какого лица исходит претензия и в рамках каких правоотношений ответчику предлагается добровольно исполнить требование о погашении задолженности по договору. Поэтому тот факт, что претензия отправлена иным лицом - ООО «Соя АНК», не свидетельствует о том, что претензионный порядок не соблюден истцом. Более того, настаивая на несоблюдении истцом претензионного порядка по мотиву того, что в почтовых документах отправителем письма значится не истец по делу, а ООО «Соя АНК», ответчик не указывает, какое правовое значение имеет названный факт, если содержание претензии, как указано выше, и подпись должностного лица позволяли установить, что претензия исходит по конкретному обязательству от стороны по договору.

Утверждение ответчика о том, что договор мены не может считаться заключенным, поскольку сторонами не согласовано условие о количестве товар, подлежащего обмену, также не принимается судом.

В пункте 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» указано, что при наличии спора о заключенности договора суд должен оценивать обстоятельства дела в их взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ.

Согласно пункту 6 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу.

Таким образом, судебная практика по вопросам о заключенности и действительности договоров последовательно исходит из необходимости оценки обстоятельств дела в их взаимосвязи в пользу сохранения обязательства, а не его аннулирования.

К договору мены применяются соответственно правила о купле-продаже (глава 30), если это не противоречит правилам настоящей главы и существу мены. При этом каждая из сторон признается продавцом товара, который она обязуется передать, и покупателем товара, который она обязуется принять в обмен.

В пункте 3 статьи 455 ГК РФ установлено, что условие договора купли-продажи о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара.

Из вышеизложенных норм права следует, что существенным условием договора мены является условие о предмете обмена: о наименовании и количестве товара.

Согласно выписке из ЕГРИП, основным видом деятельности индивидуального предпринимателя ФИО1 является выращивание зерновых (кроме риса), зернобобовых культур и семян масличных культур, следовательно, ответчик является профессиональным участником рынка выращивания зерна бобов сои и должен быть осведомлен о порядке определения среднерыночной стоимости сои.

В соответствии с частью 1 статьи 465 ГК РФ количество товара, подлежащего передаче покупателю, предусматривается договором купли - продажи в соответствующих единицах измерения или в денежном выражении. Условие о количестве товара может быть согласовано путем установления в договоре порядка его определения.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.06.2001 № 9938/00.

Такой порядок определен сторонами, а именно в пункте 2.1 сторонами согласована общая цена договора, а в пункте 2.2 порядок определения подлежащего передаче товарного зерна бобов сои урожая 2020 года в зачетном весе, а именно исходя из размера среднерыночной стоимости бобов сои по состоянию на 20 октября 2020 года, сложившейся на момент расчета между основными предприятиями-переработчиками Амурской области: ООО «Амурагроцентр» и ООО «Соя АНК».

На основании изложенного, поскольку стороны приступили к исполнению договора, оснований для признания договора мены незаключенным не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины относятся на ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям и с учетом разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которому если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судом по правилам статьи 333 ГК РФ и на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммы из бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета ее снижения.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 180 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 310280133300020, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Таргет Агро» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 6 283 167, 51 руб., составляющих сумму основного долга в размере 4 440 000 руб., пени за период с 02.11.2020 по 08.02.2021 в размере 836 297, 63 руб., штраф за уклонение от поставки товара в сумме 844 745, 08 руб., законные проценты в соответствии со статьей 317.1 ГК РФ за период с 02.11.2020 по 08.02.2021 в размере 97 215, 87 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 64 908, 93 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Таргет Агро» (ОГРН <***>, ИНН <***>) из федерального бюджета излишне уплаченную по платежному поручению № 28 от 14.01.2021 государственную пошлину в сумме 36 355 руб.

Исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

Для направления исполнительного листа на взыскание денежных средств в доход бюджета ходатайство взыскателя не требуется.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Шестой арбитражный апелляционный суд (г. Хабаровск) через Арбитражный суд Амурской области.

Судья Е.В.Иванова