Решение от 16 августа 2024 г. по делу № А03-907/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Барнаул, пр. Ленина, д. 76, тел.: (3852) 29-88-01

http:// www.altai-krai.arbitr.ru, е-mail: a03.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

г. Барнаул Дело № А03-907/2024 Резолютивная часть решения объявлена 13 августа 2024 года

Полный текст решения изготовлен 16 августа 2024 года

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Федорова Е.И., при ведении протокола секретарем Коноваловой К.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), с. Табуны, к акционерному обществу «Алтайкрайэнерго» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г.Барнаул, о взыскании 453 250 руб. убытков в виде упущенной выгоды,

при участии представителей сторон: от истца – не явился, извещен; от ответчика– Кондрух Т.В., по доверенности № 35 от 07.06.2022, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, предприниматель) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края к акционерному обществу «Алтайкрайэнерго» (далее – ответчик, общество) с исковым заявлением о взыскании 453 250 руб. убытков в виде упущенной выгоды.

Исковые требования обоснованы статьями 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы тем, что истец, был ограничен в оказании банных услуг третьим лицам по причине незаконного отключения объекта (баня и сауна) ответчиком, что установлено вступившим в законную силу судебным актом.

Определением от 25.01.2024, суд принял исковое заявление в порядке упрощенного судопроизводства. Определением от 25.03.2024, в связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств, суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, назначив проведение предварительного заседания. Определением суда от 06.06.2024 дело назначено к рассмотрению в судебном заседании суда первой инстанции, проведение которого откладывалось.

Истец в судебное заседание не явился, возражений против рассмотрения дела в его отсутствие не заявил. В соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) извещен надлежащим образом, в связи с чем, в порядке статьи 156 АПК РФ судебное заседание проведено в его отсутствие.

При этом, представителю истца ФИО2, действующему на основании доверенности от 15.09.2022, заявившему ходатайство об участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции (в режиме онлайн), судом обеспечена возможность такого участия. Средства связи суда воспроизводят видео- и аудиосигнал, технические неполадки отсутствуют. Вместе с тем, таким правом представитель истца не воспользовался, подключение к сеансу видеосвязи не произвёл, что по процессуальным последствиям аналогично неявке в судебное заседание (часть 3 статьи 156 АПК РФ).

В порядке части 6 статьи 121, части 3 статьи 156 АПК РФ, суд счел возможным рассмотреть исковое заявление в отсутствие представителя истца.

В исковом заявлении, истец настаивал на удовлетворении иска, в полном объеме. Ответчик иск не признал, указав следующее:

- из представленных истцом документов, не ясно из чего складывается стоимость упущенной выгоды;

- стоимость упущенной выгоды, должна определяться с учетом вычета потенциальных расходов. Поскольку истцу известна выручка за 2019 год от работы бани и сауны, ему должны быть известны и расходы, понесенные при осуществлении данной предпринимательской деятельности, но истец в настоящем иске просит взыскать с ответчика только потенциальный доход, не уменьшая его на потенциальные расходы (налоги, коммунальные платежи, зарплата сотрудников);

- истец не может требовать возмещения упущенной выгоды, поскольку в договоре энергоснабжения от 26.12.2011 № 2158 определено возмещение убытков в меньшем размере, то есть только реального ущерба;

- согласно решению Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-13479/2022 исковые требования предпринимателя удовлетворены частично, а именно в размере 50 процентов от требуемой истцом суммы реального ущерба, поскольку истец проявил пассивное поведение, которое было выражено не совершением им обязательных действий по минимизации негативных последствий, вызванных действиями общества. Поскольку действия истца по иску сопровождались нарушениями, что установлено в решении суда по делу № А03-13479/2022 считал не обоснованным взыскание упущенной выгоды с общества в 100 процентом размере, в данном случае необходимо рассмотреть вопрос соразмерного уменьшения упущенной выгоды с учетом уменьшения взысканной суммы по реальному ущербу до 50 процентов;

- согласно выписке из ЕГРИП, деятельность бань и душевых по предоставлению общегигиенических услуг не относится к виду деятельности предпринимателя. Истец осуществляет заявленную деятельность без уведомления налогового органа о ней;

- в рассматриваемом случае не доказано, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим предпринимателю получить неполученные доходы, и что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве субъективного представления;

- потребление электроэнергии истцом в 2019 году и его активная предпринимательская деятельность по предоставлению услуг сауны и бани вызывают сомнения. Так, потребленная электроэнергия на объекте, подтвержденная показаниями прибора учета в среднем каждый месяц составляет 110 кВт/ч, в то время как доход предпринимателя за месяц превышает 60 000 руб. Потребленная электроэнергия в указанном объеме примерно равна потреблению одного человека, проживающего в однокомнатной квартире (норматив 108,07, утвержденный Управлением Алтайского края по государственному регулированию цен и тарифов от 16.11.2018 № 188), а в данном случае осуществляется предпринимательская деятельность на объекте, площадь которого превышает 400 кв.м.;

- электрическая энергия используется предпринимателем, также для функционирования объекта (котельная № 3), предназначенного для обеспечения потребителей Табунского района Алтайского края коммунальным ресурсом. Однако,

ограничение режима потребления электроэнергии введено не в отношении котельной № 3, а касается бани, кроме того, исходя из энергетического законодательства предприниматель, потребляя электрическую энергию для производства и передачи тепловой энергии (ресурс) как для категории населения, так и для иных лиц, не отнесён к исполнителю коммунальных услуг в понимании положений Правил № 354, соответственно, обязан вносить, в том числе и предварительную оплату (абзац второй подпункта «б» пункта 2 Правил ограничения № 442), соответственно, ограничение режима потребления в отношении истца введено правомерно, поскольку на дату его введения задолженность им не погашена (страница 9 Постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делу № А03- 13479/2022). На основании изложенного, считаем требование о взыскании суммы упущенной выгоды не правомерным;

- заявил о пропуске истцом срока исковой давности. Начало течения срока исковой давности по упущенной выгоде следует привязывать к моменту причинения вреда (создавшего препятствия к получению выгоды). Отключение электроэнергии произведено 31.01.2020, размораживание трубопровода системы отопления происходит в течении 3-4 дней при условии, что не поддерживается положительная температура теплоносителя (пояснения эксперта в деле № А03-13479/2022), т.е., в начале февраля 2020 года, последствия отключения электроэнергии, в виде размораживания системы отопления и отсутствия возможности получить прибыть от деятельности объекта, вышедшего из строя, истцу уже были известны. Ответчик полагал, что срок исковой давности по иску о взыскании упущенной выгоды за 2020 год начал течь с февраля 2020 года, соответственно истек в феврале 2023 года, а исковое заявление направлено в суд 24.01.2024. Считал, что течение срока исковой давности по рассматриваемому делу не прерывалось подачей истцом искового заявления о взыскании реального ущерба (дело № А03-13479/2022). Течение срока исковой давности прерывается в отношении конкретного дела, направленного на защиту конкретных нарушенных прав, исходя из предмета и основания иска, и не может распространяться на иные иски, которые могли быть заявлены самостоятельно в суд с учетом выбранного истцом способа защиты нарушенного права, то есть ИП ФИО1 не был лишен права предъявить параллельно несколько исковых заявлений о взыскании и реального ущерба и упущенной выгоды.

Выслушав явившихся представителей сторон, изучив материалы дела, проанализировав обстоятельства спора и оценив представленные доказательства, арбитражный суд установил следующее.

Из материалов дела следует и судами установлено, что между предпринимателем (абонент) и обществом (энергоснабжающая организация, ЭСО) заключён договор энергоснабжения от 20.11.2011 № 2158 (далее – договор № 2158), по его условиям ЭСО обязалась подавать абоненту электрическую энергию (мощность), качество которой соответствует требованиям технических регламентов, а до принятия соответствующих регламентов – обязательным требованиям государственных стандартов, в сроки и на условиях, предусмотренных договором, а также урегулировать взаимоотношения с сетевой организацией по передаче электроэнергии (пункт 1.1 договора № 2158).

Поставка электроэнергии по договору осуществляется по точкам поставки, указанным в приложении № 2, в котором определены объекты электроснабжения, расположенные по адресам: переулок Садовый, улица Пушкина, село Табуны, Табунский район, Алтайский край.

Расчёт за электроэнергию (мощность) производится по регулируемым ценам (тарифам) и (или) по нерегулируемым ценам в соответствии с порядком определения цены, положениями действующих на момент оплаты, федеральных законов (иных нормативных актов), а также актов уполномоченных органов власти в области государственного регулирования тарифов (пункт 5.1 договора № 2158).

Абонент оплачивает ЭСО 100% договорного объёма потребления электрической энергии и мощности данного расчётного месяца в срок до 15 числа месяца, в котором осуществляется потребление электрической энергии. Расчётный период по договору один календарный месяц. Окончательный расчёт абонента за электрическую энергию (мощность) производится до 18 числа месяца, следующего за расчётным (пункты 5.3, 5.4 договора № 2158).

Дополнительным соглашением от 18.09.2013 к договору № 2158 определено, что в перечень объектов, снабжаемых электроэнергией по договору, включена котельная № 3, расположенная по адресу: <...>, который принадлежит предпринимателю (концессионер) на основании концессионного соглашения от 30.07.2014 № 2, заключённого между ним и администрацией (концендент) в отношении муниципального имущества – объектов теплоснабжения.

Также предпринимателю принадлежит на праве собственности нежилое помещение, общей площадью 451,2 кв. м, на 1 этаже одноэтажного здания и земельный участок площадью 1 910 кв. м, расположенные по адресу: <...>, на основании договора купли-продажи недвижимого имущества (нежилое помещение в здании) от 04.08.2011.

Таким образом, поставка электроэнергии в рамках заключённого между истцом и ответчиком договора № 2158 осуществляется по трём точкам поставки: село Табуны, Табунский район, Алтайский край, переулок Садовый, дом 1; улица Пушкина; переулок Центральный, дом 14.

31.01.2020 произведено отключение от электрической энергии объекта предпринимателя, расположенного по адресу: <...> (одна из точек поставки, определённых в договоре № 2158), по причине невыполнения в полном объёме требований ЭСО, содержащихся в уведомлении от 17.01.2020 № 1411/31083 о введении ограничения режима потребления электроэнергии, а также по истечении 10 дней после получения абонентом данного уведомления ЭСО направлены в сетевую компанию документы для осуществления мероприятий по введению ограничения подачи электрической энергии в точке поставки, расположенной по адресу: <...>, «баня».

Предприниматель, ссылаясь на причинение ему убытков незаконными действиями ЭСО по введению (инициированию) полного ограничения электрической энергии 31.01.2020 на объекте (баня), расположенном по адресу: <...>, обратился в арбитражный суд с иском о взыскании материального ущерба в размере 1 396 653 руб., услуг оценщика в размере 16 000 руб.

Решением от 30.09.2023 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А0313479/2022, оставленным без изменения постановлениями от 25.12.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда, 04.04.2024 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, иск удовлетворён в части взыскания с общества в пользу предпринимателя

887 534,30 руб. убытков, 8 000 руб. в возмещение расходов по оплате услуг оценщика, 15 375,50 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, в удовлетворении остальной части иска отказано.

Как указано истцом, период отключения от электрической энергии объекта, принадлежащего истцу (с 31.01.2020 по 07.05.2020). В период отключения объекта баня произошло размораживание всей системы теплоснабжения и водоснабжения здания, полный выход из строя инженерных систем здания (системы теплоснабжения, водоснабжения, другого имущества), котлового оборудования, в связи, с чем стало невозможным отказывать услуги. Оказание услуг со дня отключения объекта от подачи электрической энергии фактически было прекращено.

Прекращение поставки электроэнергии на объект (баня) произошло по инициативе ответчика, данное отключение подачи электроэнергии является неправомерным, что подтверждено вступившими в законную силу судебными актами по делу № А0313479/2022 и повлекло для истца негативные последствия - невозможности оказания услуг, что подтверждает наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца убытками, в виде упущенной выгоды, возникших вследствие невозможности оказания услуг.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца с иском в суд.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы.

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В силу пункта 4 статьи 393 названного Кодекса при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление № 7), упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Аналогичный подход к определению упущенной выгоды закреплен в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 25). При этом отмечено, что поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Пунктом 3 Постановления № 7 разъяснено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода в заявленном размере не была бы получена кредитором.

В соответствии с пунктом 12 Постановления № 25 по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличия убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В пункте 5 Постановления № 7 указано, что при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ) (пункты 3 – 5 Постановления № 7).

По общему правилу тяжущиеся лица должны подтвердить фактические обстоятельства, положенные в основание требований или возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ), в противном случае они несут негативные последствия в виде возможного разрешения судом спора не в их пользу (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Не требуют доказывания факты: общеизвестные (часть 1 статьи 69 АПК РФ); преюдициально значимые (части 2 - 5 статьи 69 АПК РФ); бесспорные (части 2 - 3.1 статьи 70 АПК РФ); основанные на опровержимых доказательственных презумпциях (например, пункт 2 статьи 178, абзац второй пункта 3 статьи 182, пункт 2 статьи 184,

пункт 2 статьи 253, пункт 2 статьи 348, пункт 3 статьи 423, абзац второй пункта 4 статьи 431.2, пункт 2 статьи 434.1 ГК РФ.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П).

Факт отключения объекта предпринимателя (баня), расположенном по адресу: <...>, подтверждается вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Алтайского края от 30.09.2023, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 25.12.2023 и кассационной инстанции от 04.04.2024. Ограничение в оказании истцом договорных услуг бани и сауны потенциальным клиентам вызвано указанным отключением.

Указанные обстоятельства по ранее рассмотренному арбитражным судом делу не доказываются вновь при рассмотрении настоящего дела в силу части 2 статьи 69 АПК РФ.

Применительно к убыткам в форме упущенной выгоды, то есть неполученным доходам, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено, это лицо должно доказать, что допущенное нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду, и что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления.

Здание после отключения, осталось без электричества, деятельность бани была полностью прекращена, с даты отключения электрической энергии, оказание услуг стало невозможным, при отсутствии электрической энергии, а впоследствии при выходе из строя всего отопительного и водоснабжающего оборудования в здании. Обстоятельства отключения электрической энергии исследовались Арбитражным судом Алтайского края в рамках дела № А03-13479/2022.

Из совокупности представленных в материалы настоящего дела доказательств следует, что отключение объекта предпринимателя, которое было оборудовано для нормальной эксплуатации по назначению и извлечению прибыли при нормальных условиях работы по оказанию услуг бани и сауны.

Факт препятствования ответчиком истцу эксплуатировать данный объект в предпринимательской деятельности в период отключения от электрической энергии объекта, принадлежащего истцу (с 31.01.2020 по 07.05.2020), установлен судебным актом, вступившими в законную силу ( № А03-13479/2022).

Доказательства наличия иных факторов препятствующих извлечению прибыли ответчиком, в материалы дела не представлены.

Возражая против заявленных требований, ответчик указал, что истец не может требовать возмещения упущенной выгоды, поскольку в п.6.1. договора энергоснабжения

от 26.12.2011 № 2158 определено возмещение убытков в меньшем размере, то есть только реального ущерба.

Рассмотрев указанный довод ответчика, суд, отмечает следующее.

В соответствии с п. 6.1 договора энергоснабжения от 26.12.2011 № 2158, заключенного между обществом и предпринимателем, в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств по договору, сторона, нарушившая обязательство, обязана возместить причиненный реальный ущерб в полном объеме, за исключением случаев, предусмотренных договором.

Общие условия, определяющие основания и размер ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, установлены статьей 393 ГК РФ, которая в части определения убытков отсылает к правилам, предусмотренным статьей 15 этого же Кодекса.

В силу указанных законоположений лицо, право которого нарушено, вправе требовать от нарушителя полного возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

По общему правилу стороны обязательства вправе по своему усмотрению ограничить ответственность должника (пункт 4 статьи 421 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 6 Постановления № 7, заключение соглашения об ограничении ответственности не допускается и оно является ничтожным, если нарушает законодательный запрет (пункт 2 статьи 400 ГК РФ) или противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности не освобождает от ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК РФ, абзац второй пункта 7 Постановления № 7). При этом пункт 4 статьи 401 ГК РФ содержит общее правило, не проводя различий по отдельным способам ограничения ответственности.

Соответственно, он должен применяться, например, как в случае установления предельного размера или срока начисления неустойки, так и при любом другом отклонении от принципа полного возмещения убытков, в т.ч. возмещения только реального ущерба без упущенной выгоды.

Предметом судебной оценки при применении пункта 4 статьи 401 ГК РФ становится поведение должника, ссылающегося на ограничение его ответственности договором. По сути, суд должен выяснить, добросовестно ли поступает должник, возражая против требования кредитора ссылкой на соответствующее условие соглашения. При не проявлении им хотя бы минимальной степени заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства, данное условие не подлежит применению.

Данная позиция согласуется с определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2022 № 305-ЭС21-24470 по делу № А40-45186/2020.

По сути, суд должен выяснить, добросовестно ли поступает должник, возражая против требования кредитора ссылкой на соответствующее условие соглашения. При непроявлении им хотя бы минимальной степени заботливости и осмотрительности при исполнении обязательства, данное условие не подлежит применению.

При рассмотрении деля № А03-13479/2022 суды первой и апелляционной инстанций установили, что убытки предпринимателя (стоимость работ и материалов, необходимых для устранения повреждения системы отопления и водоснабжения нежилого здания) вызваны неправомерными действиями общества (ресурсоснабжающей организации) по полному ограничению подачи электрической энергии, однако, учитывая наличие вины, в том числе и самого истца (абонента), не проявившего должную заботу о своём имуществе, удовлетворили иск в части, уменьшив размер убытков на 50%.

Вместе с тем, суд округа признал правомерным произведённое ответчиком ограничение режима потребления энергоресурса, однако, учитывая принцип недопустимости ухудшения положения стороны (запрет поворота к худшему), не усмотрел оснований для отмены судебных актов, поскольку общество с кассационной жалобой в суд округа не обращалось и принятые по делу судебные акты в отзыве поддержало. Указанное, также явилось основанием для отказа обществу в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Таким образом, при рассмотрении настоящего дела, суд считает установленным факт того, что общество производило отключение (ограничение) электроэнергии в соответствии с Правилами полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 04.05.2012 № 442 (далее – Правила ограничения № 442).

Как установлено судом, при рассмотрении дела № А03-13479/2022, 20.01.2020 ФИО1 получено уведомление общества за исх. № 14-11/31083 от 17.01.2020 о введении ограничения режима потребления электроэнергии, поскольку по состоянию на 31.12.2019 имеется задолженность за электроэнергию перед обществом в сумме 24 385,01 руб., авансовый платеж за январь 2020г. составляет 26 915,74 руб., итого: 51 300,75 руб., которые необходимо погасить до 27.01.2020, в случае неоплаты задолженности, 28.01.2020 будет введено полное ограничение режима потребления электроэнергии (стр. 3 решения суда по делу № А03-13479/2022).

31.01.2020 обществом произведено отключение электрической энергии объекта предпринимателя, расположенного по адресу: пер. Садовый, д. 1, с. Табуны, т.е. на одной из точек поставки, определенной в договоре энергоснабжения от 26.12.2011, по причине невыполнения в полном объеме требований общества, содержащихся в уведомлении о введении ограничения режима потребления электроэнергии от 17.01.2020.

При осуществлении мероприятий по введению ограничения подачи электроэнергии присутствовал ФИО1, факт введения ограничения зафиксирован в акте о введении ограничения режима потребления электрической энергии от 31.01.2020, который подписан ФИО1 (стр. 4 решения суда по делу № А03-13479/2022).

Таким образом, гарантирующий поставщик соблюдал установленный порядок введения ограничения (отключения) электрической энергии, а именно заблаговременно направил уведомление в адрес потребителя, в назначенное время сетевая компания прибыла в место введения ограничения (отключения) и в присутствии ФИО1 указанные мероприятия были произведены.

Помимо указанного, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа при рассмотрении кассационной жалобы индивидуального предпринимателя по делу № А0313479/2022 в постановлении от 04.04.2024 отметил следующее: суды обеих инстанций,

признавая неправомерным полное ограничение ответчиком режима потребления истца, исходили из положений пункта 2 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 № 354, полагая, что истец является исполнителем коммунальных услуг, поскольку осуществляет поставку тепловой энергии потребителям Алтайского и Табунского сельсоветов Табунского района Алтайского края, с которыми состоит в договорных отношениях, оказывает населению и юридическим лицам услуги по поставке тепловой энергии, с использованием, в том числе котельной № 3, расположенной по адресу: <...>.

Электрическая энергия используется предпринимателем для функционирования объекта (котельная № 3), предназначенного для обеспечения потребителей Табунского района Алтайского края коммунальным ресурсом.

Однако, ограничение режима потребления электроэнергии введено не в отношении котельной № 3, а касается бани, кроме того, исходя из энергетического законодательства предприниматель, потребляя электрическую энергию для производства и передачи тепловой энергии (ресурс) как для категории населения, так и для иных лиц, не отнесён к исполнителю коммунальных услуг в понимании положений Правил № 354, соответственно, обязан вносить, в том числе и предварительную оплату (абзац второй подпункта «б» пункта 2 Правил ограничения № 442), соответственно, ограничение режима потребления в отношении истца введено правомерно, поскольку на дату его введения задолженность им не погашена (страница 9 Постановления Арбитражного суда Западно-Сибирского округа по делу № А03- 13479/2022).

На основании изложенного, общество при отключении электроэнергии действовало законно - в соответствии с Правилами ограничения № 442 (установленный порядок введения ограничения ответчиком соблюден) и добросовестно, поскольку в обозначенный в уведомлении срок сетевая компания явилась для проведения указанных мероприятий.

В связи с чем, суд считает, что минимальная степень заботливости и осмотрительности при исполнении обязательств гарантирующим поставщиком была соблюдена.

В ходе судебного разбирательства по настоящему делу истец не представил доказательства опровергающие данные обстоятельства.

Таким образом, суд признает правомерным довод ответчика об ограничении меры ответственности реальным ущербом, предусмотренной договором (п. 4 ст. 421 ГК РФ).

Поскольку реальный ущерб, уже взыскан решением суда по делу № А03-13479/2022, оснований для применения иной меры ответственности, в виде взыскания с ответчика упущенной выгоды не имеется.

Вместе с тем, судом отклонен довод ответчика о пропуске срока исковой давности в силу следующего.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ предусмотрено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Суд отмечает, что ненадлежащее исполнение или неисполнение обязательства должником нарушает субъективное материальное право кредитора, а значит право на иск возникает с момента нарушения права кредитора, которому в соответствии со статьями 11, 12 ГК РФ принадлежит исключительное право выбора способа защиты права.

Установление срока исковой давности обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота, имея в виду, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный срок, а должник вправе знать, как долго он будет отвечать перед кредитором (определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.08.2022 № 306-ЭС22-8161, от 20.12.2022 № 305-ЭС22-17153, № 305- ЭС22-17040, от 01.08.2023 № 301-ЭС23-4997).

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 1 статьи 204 ГК РФ и пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43), срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права, в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 39 ГПК РФ и часть 1 статьи 49 АПК РФ).

Как следует из материалов дела отключение электроэнергии произведено 31.01.2020.

Правовая определенность в правоотношения сторон, связанные с необходимостью установления лица допустившего неправомерное отключение и возмещения убытков (реального ущерба), как преюдициально установлено судами, внесена вступившим в законную силу постановлением от 25.12.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-13479/2022, рассмотревшего по существу поданный предпринимателем 08.09.2022 иск, таким образом, период с 08.09.2022 по 25.12.2023 не подлежал учету при определении срока исковой давности по настоящему иску, поданному почтой 19.01.2024 и, соответственно, заявленному с соблюдением срока, установленного статьей 195 ГК РФ.

Доводы ответчика о том, что истец не был лишен права предъявить параллельно несколько исковых заявлений о взыскании реального ущерба и упущенной выгоды, судом отклонены, как не опровергающие факта перерыва течения срока исковой давности, установленного судом.

Кроме того, при проверке доводов заявителя иска о размере убытков, суд считает необходимым отметить, что истцом не учтено следующее.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по смыслу статьи 15 ГК РФ упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Согласно разъяснениям, данным в абзаце третьем пункта 2 Постановления № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», упущенной выгодой являются неполученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

По смыслу положений пункта 2 статьи 15 ГК РФ, абзаца третьего пункта 2 Постановления № 7, упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В пункте 3 указанного постановления даны разъяснения, согласно которым при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Таким образом, возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего. Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что оно само предпринимало все разумные меры для уменьшения ущерба, а не пассивно ожидало возрастания размера упущенной выгоды.

Поэтому в соответствии со статьями 15 и 393 ГК РФ при определении размера упущенной выгоды значимым является определение достоверности тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При этом лицо, требующее взыскания упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления.

Экономическим результатом поставки ресурса должен быть эквивалентный обмен ценностями, то есть извлечение потребителями из свойств ресурса полезных свойств и его полная оплата ресурсоснабжающей организации.

С учетом того, что договор энергоснабжения по своей экономической природе представляет возмездный договор, следовательно, результатом его исполнения является: со стороны ресурсоснабжающей - поставка электроэнергии, со стороны потребителя – внесение платы за полученный и потребленный коммунальный ресурс. В отсутствие фактической поставки коммунального ресурса – обязанность по оплате не наступает по причине отсутствия приобретения потребителем материального блага.

Таким образом, применительно к изложенным разъяснениям высшей судебной инстанции, при фактическом непредоставлении ресурсоснабжающей организацией материального блага, и, соответственно, отсутствия его потребления абонентом, по причине незаконных препятствий в этом со стороны энергоснабжающей организации,

убытки (упущенная выгода) такому абоненту в любом случае не могут быть сопоставимы, а тем более равны его доходам (выручке) ввиду отсутствия потребления со стороны абонента коммунального ресурса, и необходимости его оплаты.

Соответственно, упущенная выгода абонента в таком случае подлежит определению как разница между суммой дохода (выручки), которую он получил бы в случае отсутствия отключения и теми расходами, которые он понес бы для получения такого дохода. С экономической точки зрения речь в данном случае идет о прибыли, которую абонент вправе была заработать.

Таким образом, размер неполученных доходов, которые пополнили бы имущественную сферу потерпевшего при обычных условиях гражданского оборота (если бы его право не было бы нарушено) (п. 2 ст. 15 ГК РФ), определяется с учетом затрат (в разумных пределах) сопутствующих ее получению при нормальном развитии событий.

То есть, формула расчета должна выглядеть следующим образом: УВ = Д - Р, Где

УВ - упущенная выгода, Д - потенциальный доход, Р - сопутствующие расходы (потенциальные).

Поскольку истцу известна выручка за 2019 год от работы бани и сауны, ему должны быть известны и расходы, понесенные при осуществлении данной предпринимательской деятельности, но истец в настоящем иске просит взыскать с ответчика только потенциальный доход, не уменьшая его на потенциальные расходы (налоги, коммунальные платежи, зарплата сотрудников).

Определениями суда от 06.06.2024, 25.07.2024 суд предлагал истцу представить детализированный расчет упущенной выгоды и расходов, которые хозяйствующий субъект ежемесячно нес по содержанию имущества, однако указанные требования суда истцом не выполнены.

Иные доводы сторон, суд находит несостоятельными и основанными на неправильном толковании норм права.

В силу статьи 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно статье 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что исковые требования заявлены не обоснованно и не подлежат удовлетворению.

Вопросы распределения судебных расходов, разрешаются арбитражным судом соответствующей судебной инстанции в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу (ч. 1 ст. 112 АПК РФ).

Согласно абзацу 1 части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Таким образом, понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины не подлежат возмещению.

Вместе с тем, истцом, при подаче искового заявления была оплачена государственная пошлина в размере 12 308 руб., тогда как по требованию имущественного характера, от заявленной суммы требований, должна быть уплачена государственная пошлина в размере 12 065 руб., что соответствует подпункту 1 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской (далее – НК РФ).

Таким образом, излишне уплаченная госпошлина в размере 243 руб. подлежит возврату истцу из федерального бюджета, в остальной части сумма госпошлины не подлежат возмещению.

Руководствуясь статьями 110, 156, 167-171, 176, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требований отказать.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 из федерального бюджета Российской Федерации часть излишне уплаченной государственной пошлины в сумме 243 руб., уплаченной по платежной квитанции от 17.01.2024. Выдать справку.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в апелляционную инстанцию – Седьмой арбитражный апелляционный суд, г.Томск в течение месяца со дня принятия решения. Лицо, обжаловавшее решение в апелляционном порядке, вправе обжаловать вступившее в законную силу решение суда в кассационную инстанцию – Арбитражный суд Западно-Сибирского округа, г.Тюмень в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья Е.И. Федоров