Постановление от 7 сентября 2022 г. по делу № А56-119977/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ


07 сентября 2022 года

Дело №

А56-119977/2019


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Бычковой Е.Н., Кравченко Т.В.,

рассмотрев 05.09.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Спецмонтажстрой» ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.01.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022 по делу № А56-119977/2019/сд.7,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.11.2019 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Л. И. А. Н.» о признании общества с ограниченной ответственностью «Спецмонтажстрой», адрес: 197022, Санкт-Петербург, просп. Медиков, д. 5, лит. В, пом. 7-Н, комн. 139, 140, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество, должник), несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 06.10.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре банкротства ликвидируемого должника, в отношении Общества открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением суда от 12.04.2021 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурного управляющего, конкурсным управляющим Обществом утверждена ФИО1.

Конкурсный управляющий ФИО1 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора денежного займа, заключенного 16.08.2019 должником с обществом с ограниченной ответственностью «База», адрес: 170100, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – ООО «База»).

В порядке применения последствий недействительности оспариваемой сделки заявитель просил взыскать с ООО «База» в пользу Общества 1 000 000 руб.

Определением суда первой инстанции от 20.01.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО1 отказано.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022 определение от 20.01.2022 оставлено без изменения.

В поданной в электронном виде кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО1 просит отменить определение от 20.01.2022 и постановление от 09.06.2022, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявление, признать оспариваемую сделку недействительной, в порядке применения последствий ее недействительной взыскать с ответчика в конкурсную массу должника 1 000 000 руб.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что оспариваемый договор заключен Обществом в период финансового кризиса и без равноценного встречного исполнения со стороны ООО «База»; полагает, что имеются предусмотренные пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) основания для признания данного договора недействительным.

Участвующие в деле лица надлежащим образом уведомлены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Общество (займодавец) и ООО «База» (заемщик) 16.08.2019 заключили договор денежного займа, согласно условиям которого займодавец обязался передать в собственность заемщику сумму 1 000 000 руб., а заемщик обязался вернуть сумму займа и уплатить проценты на нее в сроки и порядке, предусмотренные договором.

Согласно пункту 1.3 договора, заем предоставляется на срок до 31.12.2025.

В силу пунктов 2.1 – 2.3 договора за пользование займом заемщик выплачивает займодавцу проценты из расчета 13% годовых, которые начисляются и уплачиваются одновременно с возвратом займа.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий ФИО1 сослалась на то, что оспариваемый договор имеет признаки недействительности сделки, так как заключен должником в период финансового кризиса при отсутствии равноценного встречного исполнения и при наличии признаков злоупотребления правом.

Основанием для отказа в признании оспариваемого договора недействительным послужил вывод суда первой инстанции о том, что оспариваемый договор не повлек оказания предпочтения ООО «База» по сравнению с иными кредиторами должника, не направлен на вывод активов; признаки злоупотребления правом при заключении оспариваемого договора не установлены.

Апелляционный суд согласился с указанными выводами и постановлением от 09.06.2022 оставил определение суда первой инстанции от 20.01.2022 без изменения.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названым Кодексом.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В данном случае заявление о признании Общества банкротом принято судом к производству 25.11.2019; оспариваемый договор заключен 16.08.2019, то есть в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Таким образом, для признания оспариваемого договора недействительным достаточно доказать неравноценность встречного исполнения, предоставленного другой стороной данной сделки – Компанией.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце третьем пункта 8 Постановления № 63, неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

По условиям оспариваемого договора за пользование суммой займа заемщик выплачивает займодавцу проценты из расчета 13% годовых.

Отказывая в признании оспариваемого договора недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции, с которым согласился и апелляционный суд, исходил из того, что конкурсным управляющим ФИО1 не доказано совершение сделки в отсутствие равноценного встречного исполнения и экономической целесообразности заключения оспариваемой сделки для должника.

При этом суды исходили из того, что условия оспариваемого договора предусматривают как возврат займа, так и начисление процентов за пользование займом.

Основания не согласиться с указанными выводами у суда кассационной инстанции отсутствуют.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В данном случае оспариваемый договор заключен в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, таким образом, может быть признан недействительным по предусмотренным данным пунктом основаниям.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 названного Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ доказательства, представленные участвующими в рассмотрении настоящего обособленного спора лицами в обоснование своих требований и возражений, суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд, о том, что заявителем не доказано наличие обстоятельств, которые в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве являются основанием для признания оспариваемой сделки недействительной.

При этом суды исходили из того, что выдача должником своему контрагенту денежных средств на условиях и во исполнение заключенного договора займа, предусматривающему как возвратные, так и возмездные условия такого финансирования (с начислением процентов за пользование), не свидетельствует о том, что данную сделку допустимо считать содержащей пороки недействительности, как совершенной с целью причинить вред кредиторам.

По мнению суда кассационной инстанции, указанный вывод соответствует представленным доказательствам и основан на правильном применении норм Закона о банкротстве.

В обоснование требования о признании договора недействительным, конкурсный управляющий ФИО1 сослалась на то, что договор был заключен Обществом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов при наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Конкурсный управляющий полагала, что перечисленные обстоятельства свидетельствуют о наличии признаков злоупотребления правом.

Как следует из разъяснений, приведенных абзаце четвертом пункта 4 Постановления № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 2 указанной статьи в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 этой статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А4017431/2016, наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Руководствуясь указанной правовой позицией, суды первой и апелляционной инстанций, как полагает суд кассационной инстанции, правомерно заключили, что конкурсный управляющий ФИО1, ссылаясь на несоответствие оспариваемого договора требованиям статьи 10 ГК РФ, в обоснование своих доводов фактически приводит совокупность обстоятельств, которые являются основанием для признания сделки недействительной по правилам пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, суды первой и апелляционной инстанций, установив, что у оспариваемой сделки отсутствуют пороки, выходящие за пределы дефектов, указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, правомерно отказали в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Доводы, содержащиеся в кассационной жалобе конкурсного управляющего ФИО1, как полагает суд кассационной инстанции, не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, послуживших основанием для принятия обжалуемых судебных актов, а лишь выражают несогласие подателей жалоб с оценкой судами доказательств, представленных при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Поскольку основания для иной оценки названных доказательств у суда кассационной инстанции отсутствуют, кассационный жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.01.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2022 по делу № А56119977/2019/сд.7 оставить без изменения, а кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Спецмонтажстрой» ФИО1 – без удовлетворения.



Председательствующий


А.В. Яковец


Судьи


Е.Н. Бычкова

Т.В. Кравченко