Решение от 28 марта 2022 г. по делу № А56-102942/2021

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-102942/2021
28 марта 2022 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 21 марта 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 28 марта 2022 года.


Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в лице судьи Покровского С.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

с участием представителей сторон:

от заявителя – ФИО2 по доверенности от 18.10.2021,

от органа, осуществляющего публичные полномочия, – ФИО3, ФИО4 и ФИО5 по доверенностям от 15.03.2022, 24.11.2021 и 12.01.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ (ООО) «ИРИС РУС» (ОГРН <***>, место нахождения и адрес юридического лица: 198216, <...>, литер А, помещ. 207)

к ПУЛКОВСКОЙ ТАМОЖНЕ (адрес места нахождения государственного органа: 196210, <...>, литер А; ОГРН <***>)

об оспаривании решения, связанного с вменением лицензионных платежей,

установил:

01 ноября 2021 года ООО «ИРИС РУС» (далее – заявитель, декларант, общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании незаконным решения ПУЛКОВСКОЙ ТАМОЖНИ (далее – орган, осуществляющий публичные полномочия, таможенный орган, таможня) от 07.10.2021 №10221000 о внесении изменений в сведения, заявленные в декларации на товары №10228010/121020/0017154.

Выражая несогласие с указанным решением, заинтересованное лицо полагало, что таможенный орган необоснованно добавил к цене, фактически уплаченной за ввезенный товар (датчики автоматического счета IRMA MATRIX), лицензионные платежи за использование программного обеспечения для датчика IRMA MATRIX (LICENSE-D500-RUS-01, #8000_10).

В судебном заседании 16 - 21.03.2022 представитель заявителя требование полностью поддержал.

Таможенный орган в письменном отзыве и при судебном разбирательстве спора доводы общества не признал и пояснил, что при ввозе спорного товара и определении его таможенной стоимости исходя из цены сделки декларантом были нарушены требования подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, поскольку в структуру таможенной стоимости не были включены лицензионные платежи в соответствии с условиями соглашений №19/07-2 от 01.07.2019, №20/01-2 от 06.01.2020. При этом таможенный орган полагал, что соответствующие платежи относятся к ввезенному товару и являются условием его продажи обществу.

Заслушав объяснения сторон и исследовав представленные материалы, суд приходит к следующим выводам.

В октябре 2020 года ООО «ИРИС РУС» (покупатель, декларант) в соответствии с условиями внешнеторгового контракта от 06.01.2020 № 20/01-1 (далее – контракт на поставку товара) с компанией Iris GmbH infared & intelligent sensors, Германия (продавец), ввезло на таможенную территорию Евразийского экономического союза и поместило под таможенную процедуру выпуск для внутреннего потребления по декларации №10228010/121020/0017154 товар - «ДАТЧИК АВТОМАТИЧЕСКОГО СЧЕТА ПАССАЖИРОВ СЕРИИ IRМА МАТRIХ, НАЗНАЧЕНИЕ: НА ПАССАЖИРСКОМ ТРАНСПОРТЕ (АВТОБУСЫ), ДЛЯ АВТОМАТИЧЕСКОГО ПОДСЧЕТА ПАССАЖИРОВ...», код 9029 10 000 9 ТН ВЭД ЕАЭС.

После выпуска товара, по результатам камеральной таможенной проверки, оформленных Актом №10221000/210/270821/А000038 от 27.08.2021, ПУЛКОВСКАЯ ТАМОЖНЯ приняла решение № 10221000 от 07.10.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10228010/121020/0017154. В соответствии с указанными Актом и решением в таможенную стоимость задекларированного товара включены лицензионные платежи, уплаченные декларантом по лицензионным договорам (контрактам) от 01.07.2019 №19/07-2, от 06.01.2020 № 20/01-2 (далее – лицензионные договоры).

Проверяя оспоренный ненормативный правовой акт таможенного органа на предмет соответствия закону и нарушения прав и законных интересов заявителя, арбитражный суд принимает во внимание, что по общему правилу, установленному пунктом 1 статьи 39 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (ТК ЕАЭС), таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Таможенного союза и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

В силу пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного Кодекса.

Согласно подпункту седьмому пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за товары, добавляются лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.

Тождественное положение закреплено в статье 8 Соглашения по применению статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (далее - Соглашение), положениями которой, кроме того, предусмотрено, что добавления к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате, производятся только на основе объективных и поддающихся количественному определению данных (пункт 3).

Подходы Коллегии Евразийской экономической комиссии к решению вопроса о включении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности в таможенную стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, изложены в одноименном Положении, являющемся Приложением к Рекомендации Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20 (далее – Положение).

Раскрывая содержание ключевых факторов для решения вопроса о необходимости включения в таможенную стоимость товаров лицензионных платежей, предусмотренных абзацем первым подпункта седьмого пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, в Положении акцентировано внимание, что под продажей оцениваемых (ввозимых) товаров понимается их продажа для вывоза на таможенную территорию Союза.

Ключевым вопросом при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, является не то, как рассчитывается сумма лицензионных платежей, а то, почему они уплачиваются и что именно покупатель (лицензиат) получает в обмен на их уплату.

Наиболее распространенной ситуацией, когда лицензионные платежи могут рассматриваться как относящиеся к оцениваемым (ввозимым) товарам, является ситуация, при которой оцениваемые (ввозимые) товары содержат объект интеллектуальной собственности и (или) произведены с использованием объекта интеллектуальной собственности, в отношении которого предоставлены права по лицензионному договору.

В подобной и иных ситуациях решение о том, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, принимается на основе изучения и анализа вопроса, какие права на использование рассматриваемого объекта интеллектуальной собственности предоставлены лицензиату в соответствии с лицензионным договором и каким образом предоставленные права используются лицензиатом (пункт 8 Положения).

При определении того, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, основным критерием является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей.

Об отсутствии у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей свидетельствует наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, указания на то, что покупатель должен уплатить лицензионные платежи в качестве условия такой продажи. Подобное указание является решающим при определении того, были ли лицензионные платежи уплачены в качестве условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров. (пункт 9 Положения).

Вместе с тем, лицензионные платежи, уплачиваемые декларантом по договорам №19/07-2, № 20/01-2, относятся не к датчикам IRМА МАТRIХ, а к программному обеспечению, которое может устанавливаться на датчики по усмотрению конечного приобретателя после реализации товара на внутреннем рынке Таможенного союза. При этом сам датчик на момент ввоза на территорию Таможенного союза не содержит объект интеллектуальной собственности, в отношении которого предоставлены права по лицензионным договорам. Имеющаяся в датчиках так называемая прошивка (пункт 9.1 Технического описания) - микропрограмма, управляющая работой аппаратной части устройства, не является объектом интеллектуальной собственности, в полном объеме обеспечивает работоспособность датчика как электронного устройства и выполнение им технических функций.

Из технического описания датчиков не следует, что нормальная эксплуатация ввезенного товара возможна исключительно с программным обеспечением производителя компании Iris GmbH infared & intelligent sensors, а равно что установка программного обеспечения другого разработчика лишает пользователя каких-либо прав потребителя, в частности на гарантийное обслуживание.

Как следует из пункта 1.1 лицензионных договоров №19/07-2, № 20/01-2, общество вправе использовать программу для инсталляции на аппаратных средствах, которые в том числе могут быть приобретены у другого поставщика, отличного от лицензиара, а так же на другое оборудование (на другой товар). В лицензионных договорах не оговорена обязанность лицензиара на использование программы исключительно с приобретаемыми датчиками.

Уплата лицензионных платежей позволяет декларанту от своего имени воспроизводить, осуществлять инсталляцию (установку) и распространять на территории Российской Федерации программу к датчикам IRМА МАТRIХ конечным пользователям по сублицензионному договору. Фактически предоставленные по лицензионным договорам права используются лицензиатом (декларантом) для реализации программного обеспечения со своей наценкой, то есть для перепродажи права на использование программы, которая не будучи предустановленной на датчики, продается дополнительно к электронному устройству.

Во внешнеэкономическом контракте № 20/01-1 и иных документах, связанных с продажей датчиков, отсутствуют положения, касающихся уплаты лицензионных платежей, а лицензионные договоры №19/07-2, № 20/01-2 не содержат положений, касающихся условий продажи ввезенных по данному контракту товаров; в контракте и лицензионных договорах отсутствуют положения о возможности расторжения внешнеэкономического договора в случае неуплаты покупателем (лицензиатом) правообладателю лицензионных платежей; в лицензионном договоре не имеется условий, запрещающих продажу товаров в случае неуплаты соответствующего вознаграждения, а равно условий, позволяющих правообладателю осуществлять контроль за продажей товаров, который выходил бы за рамки контроля качества.

В такой ситуации и учитывая, что таможенным органом не доказано отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей, арбитражный суд приходит к выводу, что уплата лицензионных платежей не является условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров на территорию Таможенного Союза.

Вопреки доводам таможенного органа, в такой ситуации совпадение в одном лице производителя товара (датчиков IRМА МАТRIХ) и лицензиара программного обеспечения, а так же факты одновременной реализации декларантом (лицензиатом) после ввоза на территорию Евразийского экономического союза технических устройств и неисключительных прав на использование программы для датчиков, не могут служить достаточным поводом добавления к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за товары, платежей за использование объектов интеллектуальной собственности.

Оценивая приведенные обстоятельства в совокупности, арбитражный суд соглашается с доводами заявителя и, руководствуясь нормой части 5 статьи 200 АПК РФ, считает, что у таможенного органа отсутствовали основания для изменения сведений декларации на товар, в связи с чем признает незаконным оспариваемое решение от 07.10.2021 и возлагает на таможенный орган обязанность вернуть необоснованно взысканные таможенные платежи.

Судебные расходы заявителя, состоящие из затрат по уплате госпошлины при обращении в суд с исковым заявлением, в размере 6 000 руб. в соответствии со статьей 110 АПК РФ подлежат взысканию в его пользу с органа, осуществляющего публичные полномочия.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 167-171, 176, 200-201 АПК РФ, арбитражный суд

решил:

Заявление ООО «ИРИС РУС» удовлетворить:

Признать незаконным решение ПУЛКОВСКОЙ ТАМОЖНИ от 07.10.2021 о внесении изменений в сведения, заявленные в декларации на товары №10228010/121020/0017154 и обязать таможенный орган возвратить ООО «ИРИС РУС» неосновательно истребованные таможенные платежи.

Взыскать с ПУЛКОВСКОЙ ТАМОЖНИ в пользу ООО «ИРИС РУС» судебные расходы в сумме 6 000 руб.

Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья С.С. Покровский