Решение от 15 ноября 2020 г. по делу № А17-4098/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИВАНОВСКОЙ ОБЛАСТИ

153022, г. Иваново, ул. Богдана Хмельницкого, 59-Б

http://ivanovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



Дело № А17-4098/2020
г. Иваново
15 ноября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 11 ноября 2020 года

В полном объеме решение изготовлено 15 ноября 2020 года


Арбитражный суд Ивановской области в составе:

председательствующего по делу - судьи Тимофеева М.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь»

(ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: 129085, <...>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2

(ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

при участии в судебном заседании:

ответчика – предпринимателя ФИО2,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» (далее – истец, ООО «Маша и Медведь») обратилось в Арбитражный суд Ивановской области с иском о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ответчик, предприниматель ФИО2) 50 000 рублей 00 копеек денежной компенсации за нарушение исключительных прав на:

-средство индивидуализации - товарный знак № 388157 в размере 12 500 рублей 00 копеек;

-средство индивидуализации - товарный знак № 385800 в размере 12 500 рублей 00 копеек;

-произведение изобразительного искусства – рисунок «Маша» в размере 12 500 рублей 00 копеек;

-произведение изобразительного искусства – рисунок «Медведь» в размере 12 500 рублей 00 копеек.

Правовым обоснованием своих требований истец указал положения статей 493, 1229, 1240, 1252, 1255, 1259, 1263, 1301, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением от 03.06.2020 года исковое заявление принято судом в упрощенном порядке, возбуждено производство по делу № А17-4098/2020.

На основании определения от 29.07.2020 года в порядке пункта 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации осуществлен переход к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, предварительное судебное заседание назначено на 01.10.2020 года.

Определения о принятии искового заявления к производству, переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства и назначении предварительного судебного заседания направлялись сторонам заказной почтой с уведомлением о вручении по местам государственной регистрации истца и ответчика, указанных в Едином государственном реестре юридических лиц и Едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей, и получены ими.

Кроме того, данные определения в порядке, установленном абзацем 2 пункта 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, были, соответственно, 04.06.2020 года и 30.07.2020 года размещены на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на веб-сайте http://www.ivanovo.arbitr.ru.

В силу изложенного стороны считаются надлежащим образом извещенными о начатом арбитражном процессе, а также дате, времени и месте рассмотрения дела.

В соответствии с определением суда от 01.10.2020 года дело назначено к рассмотрению по существу спора на 11.11.2020 года.

В судебное заседание истец явку своего представителя не обеспечил, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен в установленном законом порядке, обратился с ходатайством о рассмотрении дела в свое отсутствие.

На основании пункта 2 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие истца.

Ответчик при рассмотрении дела считал, что оснований для удовлетворения иска не имеется, представил в дело отзыв, в котором сослался на следующие обстоятельства.

Изложенное истцом утверждение о проведении им 09.06.2018 года комплекса мероприятий в целях защиты своих исключительных прав не соответствует действительности, поскольку фактически таких мероприятий не было. В Москве отсутствует улица Дудкина, что подтверждается скриншотом сайта ginfo.ru, а истец не может представить кассовый и товарный чек, подтверждающие факт реализации товара.

Товарный чек, представленный в дело, к ответчику отношения не имеет. В частности, в нем отсутствует номер, четкое указание на проданный товар, печать не соответствует оригинальной печати индивидуального предпринимателя ФИО2 Кроме того, товарный чек без кассового недействителен, а в деле кассовый чек с кассового аппарата ответчика отсутствует, и это при том, что ответчик применяет в розничной торговле контрольно-кассовый аппарат, зарегистрированный в установленном порядке.

Утверждает, что ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность индивидуально, без привлечения наемных работников. Однако из представленной видеозаписи следует, что реализация спорного товара была осуществлена другим человеком.

Полагал, что истец нарушил ряд норм действующего законодательства, поскольку не представил доверенность или иной документ в отношении уполномоченных на проведение видеозаписи лиц, не получил письменного согласия граждан, участвовавших в видеозаписи, на дальнейшее обнародование и использование своих изображений.

Истцом нарушен досудебный порядок урегулирования спора, так как в претензии указал место правонарушения по несуществующему адресу, где у ответчика никогда не было торговой точки, и не приложил к ней подтверждающие факт нарушения документы.

Обратил внимание на то, что товар, который представлен в дело, ответчику никогда не принадлежал. Данный комплект постельного белья не относится к категории детских товаров по своей размерности и его нельзя реализовать на территории России. Вследствие этого, чек с указанием на то, что проданный по нему товар является детским, является сфальсифицированным.

Подача искового заявления истцом произведена с нарушением норм действующего процессуального законодательства, поскольку в деле отсутствует доверенность на представительство истца в суде обществу «Правовая группа «Интеллектуальная собственность».

В досудебной претензии был неверно указан адрес истца, не совпадающий с адресом регистрации в Едином государственном реестре юридических лиц, а договор аренды помещения по новому адресу к претензии приложен не был.

Несостоятельным является требование о взыскании стоимости реализованного товара в сумме 1 200 рублей, так как истец не представил документы, подтверждающие факт выделения денежных средств из кассы предприятия, а также приказы по направлению сотрудников для проведения контрольных закупок, отчеты этих сотрудников и другие документы, свидетельствующие о совершении третьими лицами мероприятий в интересах истца.

Заслушав объяснения ответчика, исследовав представленные в дело письменные и вещественные доказательства, осуществив просмотр видеозаписи, суд приходит к следующим выводам.

Материалами дела подтверждено, что ООО «Маша и Медведь» является обладателем исключительных прав на следующие объекты интеллектуальной деятельности:

- изобразительный товарный знак «Маша», подтверждением чему служит свидетельство № 388157, выданное Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам (заявка № 2009700635, дата приоритета от 20.01.2009 года, срок действия регистрации, с учетом продления, - до 20.01.2029 года) и приложение к нему от 23.11.2010 года;

- изобразительный товарный знак «Медведь», подтверждением чему служит свидетельство № 385800, выданное Федеральной службой по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам (заявка № 2009700636, дата приоритета от 20.01.2009 года, срок действия регистрации, с учетом продления, - до 20.01.2029 года) и приложение к нему от 23.11.2010 года.

Вышеуказанные свидетельства на товарные знаки распространяют свое действие, в числе прочих, в отношении товаров и услуг 03, 05, 09, 13, 14, 16, 24, 25, 28, 29, 30, 32, 38, 41, 42 классов МКТУ (в том числе, ткани и текстильные изделия; не относящиеся к другим классам; одеяла, покрывала, скатерти);

-произведения изобразительного искусства – рисунок «Маша» и рисунок «Медведь». Исключительные права на данные объекты интеллектуальной деятельности переданы истцу на условиях исключительной лицензии автором рисунков ФИО3 по лицензионному договору № ЛД-1/2010 от 08.06.2010 года, в соответствии с пунктом 2.2.9 которого, истцу предоставлено право на осуществление переработки данных произведений изобразительного искусства путем создания производных произведений.

Из искового заявления следует, что 09.06.2018 года в торговом павильоне, расположенном по адресу: <...>, был предложен к продаже и реализованы путем совершения сделки розничной купли-продажи товар – комплект постельного белья, на котором размещены изображения «Маша» и «Медведь», воспроизводящие объекты изобразительного искусства – рисунки с такими же названиями, и обладающие сходством до степени смешения с товарными знаками № 388157 и № 385800.

В подтверждение факта реализации ответчиком данного товара истцом представлены:

-товарный чек от 09.06.2018 года;

-диск формата CD-R, содержащий видеозапись процесса реализации ответчиком данного товара;

-образец реализованного товара.

Товарный чек, приобщенный к материалам дела, содержит в себе следующие реквизиты:

«09 июня 2018 года * ТОВАРНЫЙ ЧЕК № за наличный расчет * Наименование товара постельное белье детское * Кол-во 1 * Цена 1 200 * ИТОГО: одна тысяча двести руб. * подпись».

В левой нижней части товарного чека содержится оттиск круглой печати с реквизитами:

«РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ * ИВАНОВСКАЯ ОБЛАСТЬ * ДЛЯ ДОКУМЕНТОВ * индивидуальный предприниматель ФИО2 * ОГРН <***>, ИНН <***>».

При этом, информация (фамилия, имя, отчество, основной государственный регистрационный номер и идентификационный номер налогоплательщика) о продавце, содержащаяся в товарном чеке, полностью совпадает с аналогичными данными, указанными в представленной в дело выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении предпринимателя ФИО2

Содержащаяся на представленном истцом диске формата CD-R видеозапись позволяет с достоверностью определить место, в котором была осуществлена реализация товаров, и обстоятельства, при которых покупки были произведены.

Представленный в дело товар содержит изображения, обладающие сходством с товарными знаками № 388157 и № 385800 и воспроизводящие рисунки «Маша» и «Медведь», права на которые переданы истцу.

Сам товар идентифицируется как «постельное белье» и относится к 24 классу МКТУ (ткани и текстильные изделия).

Претензия № 21628, направленная истцом 29.02.2020 года, с требованием о прекращении использования принадлежащих правообладателю объектов исключительных прав и выплаты компенсации в сумме 100 000 рублей, ответчиком оставлена без удовлетворения, что послужило основанием для обращения общества «Маша и Медведь» в Арбитражный суд Ивановской области с рассматриваемым иском.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства в их совокупности по правилам статей 64-65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд находит требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

На основании статьи 1255 Гражданского кодекса Российской Федерации автору в отношении его произведения принадлежат исключительные права на использование произведения.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В силу пункта 1 статьи 1259 Кодекса объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе произведения живописи, скульптуры, графики, дизайна, графические рассказы, комиксы и другие произведения изобразительного искусства, аудиовизуальные произведения.

Согласно пункту 3 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звукоили видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Подпунктами 9 и 11 пунктом 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности перевод или другая переработка произведения (при этом под переработкой произведения понимается создание производного произведения), а также доведение произведения до всеобщего сведения таким образом, что любое лицо может получить доступ к произведению из любого места и в любое время по собственному выбору (доведение до всеобщего сведения).

В пункте 89 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума № 10) разъяснено, что использование произведения науки, литературы и искусства любыми способами, как указанными, так и не указанными в подпунктах 1 - 11 пункта 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации, независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, допускается только с согласия автора или иного правообладателя, за исключением случаев, когда Гражданским кодексом Российской Федерации допускается свободное использование произведения. Каждый способ использования произведения представляет собой самостоятельное правомочие, входящее в состав исключительного права, принадлежащего автору (иному правообладателю). Право использования произведения каждым из указанных способов может быть предметом самостоятельного лицензионного договора (подпункт 2 пункта 6 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Незаконное использование произведения каждым из упомянутых в пункте 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации способов представляет собой самостоятельное нарушение исключительного права.

Согласно статье 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253 Гражданского кодекса Российской Федерации), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

Пункт 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает что, лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу нормы статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными.

Таким образом, средство индивидуализации (товарный знак) может быть не только размещено на товаре, но и выражено в товаре иным способом.

Как отмечено в пункте 13 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», утвержденного информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 13.12.2007 года № 122, вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен с позиции рядового потребителя и специальных познаний не требует.

При выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

В соответствии с пунктом 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России № 482 от 20 июля 2015 года (далее - Правила № 482), обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах.

Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Принадлежность истцу прав на товарные знаки № 388157 и № 385800 и произведения изобразительного искусства «Маша» и «Медведь» подтверждена имеющимися в материалах дела доказательствами (свидетельствами на товарные знаки № 388157 и № 385800 с приложениями к ним, а также лицензионным договором с автором рисунков ФИО3 № ЛД-1/2010 от 08.06.2010 года).

В данном случае размещенные на товаре обозначения по своим техническим, графическим и фонетическим характеристикам создают твердую и устойчивую ассоциацию с объектами исключительных прав, о защите которых заявлено истцом. Схожесть с товарными знаками истца является значительной, позволяющей сделать вывод о смешении этих объектов. Кроме того, изображения являются, по сути, переработкой объектов изобразительного искусства «Маша» и «Медведь». Отдельные различия не являются значительными и не влияют на общую оценку оспариваемого товара.

Вопреки утверждениям ответчика суд находит доказанным факт реализации предпринимателем ФИО2 товара с использованием спорных объектов исключительных прав, реализованный товар представлен в материалы дела в качестве вещественного доказательства.

Реализация ответчиком товара подтверждается представленным в материалы дела товарным чеком, а также видеосъемкой, произведенной при приобретении данной продукции в упомянутой торговой точке, и самим товаром.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, опровергающих вышеуказанные обстоятельства, в материалы дела ответчиком не представлено, также не представлено доказательств тому, что в указанной торговой точке реализована иная продукция.

Согласно пункту 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 Гражданского кодекса Российской Федерации), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Товарный чек содержит в себе подробную информацию о дате продажи, наименовании товара и его стоимости, а также данные о продавце, позволяющие его идентифицировать как предпринимателя ФИО2 Утверждение ответчика, что данный чек им не выдавался своего подтверждения при рассмотрении дела, в том числе в рамках проверки достоверности заявления о фальсификации доказательств, не нашел.

Суждение, что товарный чек является недействительным без кассового чека, в данной ситуации правового значения для разрешения спора не имеет, поскольку представленный в дело товарный чек принят судом в качестве письменного доказательства по правилам пункта 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как отвечающий принципам допустимости и относимости.

Невыдача продавцом кассового чека не является основанием для признания доводов ответчика состоятельными, ввиду того, что возможное нарушение отдельных бухгалтерских или торговых правил по оформлению сделки купли-продажи не может влиять на оценку рассматриваемой спорной ситуации с точки зрения выяснения обстоятельств факта нарушения исключительных прав.

Воспроизведенная в судебном заседании видеозапись позволяет достоверно установить, что реализация спорного товара была произведена в месте осуществления ответчиком предпринимательской деятельности и от его имени.

Из просмотренного ролика следует, что покупка товара производилась по адресу: ул. Дудкина, 7, что опровергает утверждение ответчика об отсутствии такого адреса. Хорошо видно общее расположение торгового центра, вывеска торгового отдела «Текстиль», план торговых стендов, в том числе, стенда, на котором размещены комплекты текстильных изделий. Записью отчетливо зафиксирован процесс выбора покупателем товара, его осмотра и оплаты. Именно этот товар был передан покупателю и впоследствии приобщен к материалам дела.

В процессе видеозаписи зафиксирован процесс оформления и выдачи покупателю товарного чека с реквизитами предпринимателя ФИО2, также представленного в дело.

Доказательств тому, что реализация товара производилась от имени предпринимателя ФИО2 помимо его воли, ответчиком не представлено, а судом не установлено. Отсутствие у ответчика штата наемных работников не опровергает сам факт реализации контрафактного товара, установленный при рассмотрении дела.

Суждение ответчика о незаконности действий истца при производстве видеосъемки и невозможности ее принятия в качестве доказательства не основано на законе.

Согласно пункту 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, аудиозаписи и видеозаписи допускаются в качестве доказательств. Пункт 2 статьи 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, что к доказательствам в виде иных документов и материалов относятся материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статье 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует к части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется. Информация о распространении гражданином контрафактной продукции не является информацией о его частной жизни, в том числе информацией, составляющей личную или семейную тайну (пункт 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами истца о допущенном в отношении него ответчиком правонарушении, основанном на неправомерном использовании объектов исключительных прав. Учитывая, что доказательств предоставления ответчику права на введение в гражданский оборот реализованного товара в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.) в материалы дела не представлено, его действия расцениваются в качестве самостоятельного состава правонарушения, влекущего за собой применение в отношении него мер гражданско-правовой защиты.

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземплярах произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Общий размер компенсации определен истцом в сумме 50 000 рублей из расчета по 12 500 рублей за незаконное использование каждого товарного знака и по 12 500 рублей за использование каждого произведения изобразительного искусства «Маша» и «Медведь».

Обосновывая размер предъявленной к взысканию компенсации истец сослался на широкую известность бренда «Маша и Медведь» на рынке товаров для детей и его представлением в составе лицензионной продукции во всех товарных группах. Компания «Маша и Медведь» обладает широкой сетью оптовых и мелкооптовых дистрибьюторов на территории России, поэтому приобрести лицензионную продукцию можно в любом регионе.

Ответчик, являясь профессиональным участником рынка, должен был быть осведомлен о противозаконности торговли контрафактной продукцией. Торговля контрафактом наносит репутационный убыток истцу, поскольку контрафактный продукт низкого качества вызывает у потребителя негативные ассоциации с брендом. Наполненность рынка контрафактом существенно снижает стоимость лицензий, поскольку цены на контрафакт существенно ниже лицензионной продукции и делает практически невозможным продажу исключительных лицензий.

Отметил, что истцу действиями ответчика реально причинены убытки, расчет которых в силу специфики объекта затруднителен для правообладателя. В данном случае ответчиком нарушены исключительные права в отношении четырех объектов интеллектуальной деятельности, каждый из которых подлежит самостоятельной охране, и заявленная компенсация по размеру соответствует принципам объективности и справедливости.

Ответчиком данные доводы не опровергнуты, вследствие чего суд считает возможным согласиться с такой мотивировкой истца.

Помимо этого, суд обращает внимание, что ответчиком заявление о неразумности и несоотносимости размера компенсации не сделано, доказательств этому не приведено, ходатайство о снижении размера компенсации не заявлено, что лишает суд возможности сделать это по собственной инициативе.

С учетом требований справедливости, равенства и соразмерности, обеспечения баланса прав и законных интересов участников гражданского оборота, суд удовлетворяет требование о компенсации за нарушение исключительных прав в размере 50 000 рублей исходя из размера компенсации по 12 500 рублей за каждый представленный к защите объект исключительных прав (товарные знаки № 388157, № 385800 и два рисунка «Маша» и «Медведь»).

При этом, суд не имеет возможности использовать правила абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации о снижении размера компенсации в пределах пятидесяти процентов при совершении множественности правонарушения одним действием, поскольку мотивированного ходатайства о применении этой нормы ответчиком не заявлено (пункт 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 года № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Отсутствуют также основания для снижения размера компенсации ниже низшего установленного законом предела с учетом Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 года № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края».

В данном случае ответчик заявление о применении положений данного постановления не сделал, доказательств исключительности рассматриваемой ситуации не привел.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек, понесенных на приобретение спорного товара, в сумме 1 200 рублей, расходов по оплате почтовых услуг в сумме 164 рублей и расходов, связанных с получением выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в сумме 200 рублей.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны (часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В связи с тем, что судебные издержки, связанные с приобретением товара и отправкой ответчику почтовой корреспонденции, подтверждены материалами дела, данные требования судом также удовлетворяется.

В то же время предъявленные к возмещению расходы по получению выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей в сумме 200 рублей не подтверждены соответствующими платежными документами, данное требование судом оставляется без удовлетворения.

Приведенные в отзыве возражения ответчика относительно отсутствия у истца прав на обращение в суд, опровергнуты представленными в дело доверенностью от 22.10.2019 года, выданной правообладателем ассоциации специалистов по обороту и защите интеллектуальной собственности «БРЕНД» на право представления интересов компании на территории Российской Федерации, в том числе судах всех уровней, и доверенностью выданной ФИО4, подписавшей исковое заявление.

Действие данных доверенностей не прекращено, об их недействительности или отзыве не заявлено, полномочия представителей не опровергнуты. В ходе рассмотрения дела истец неоднократно подтверждал свою поддержку заявленным исковым требованиям, об отказе от иска не заявлял.

Утверждение ответчика о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора опровергнуто представленной в дело претензией № 21628 и доказательствами ее направления ответчику 29 февраля 2020 года. Факт получения именно этой претензии ответчиком не оспаривается.

Указание в описи почтовой корреспонденции адреса, не совпадающего с местом государственной регистрации истца, не влияет на оценку данного процессуального действия. Из текста претензии ясно видно, от кого и кому она направлена, а также характер и суть предъявленных требований. Иного понимания данный документ не допускает.

Помимо этого, суд отмечает, что по своей сути претензионный порядок урегулирования спора предполагает предоставление спорящим сторонам возможности скорейшего урегулирования правового конфликта мирным путем без обращения в судебные инстанции. Представляется, что такой порядок является наиболее выгодным для сторон как с точки зрения временных потерь, так и экономических затрат.

В данной ситуации ответчик, занимая активную позицию по непризнанию иска в полном объеме, не выражал намерения окончить спор мирным путем, несмотря на предложение суда. Оснований для оставления иска без рассмотрения по указанным основаниям в рассматриваемом случае не имеется, поскольку, в противном случае, это не будет способствовать достижению целей справедливого правосудия в разумные сроки, а приведет к усложнению и затягиванию процедуры разрешения спора.

Согласно пункту 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» – удовлетворить.

2. Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Маша и Медведь» (ОГРН <***>, ИНН <***>, место нахождения: 129085, <...>):

- компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 50 000 рублей 00 копеек;

- расходы по оплате государственной пошлины в сумме 2 000 рублей 00 копеек;

-стоимость контрафактного товара в размере 1 200 рублей 00 копеек;

-стоимость услуг почтовой связи в размере 164 рублей 00 копеек.

3. Вещественное доказательство по делу после вступления решения суда представить к уничтожению.

На решение суда первой инстанции в течение месяца со дня принятия может быть подана апелляционная жалоба во Второй арбитражный апелляционный суд (<...>) (статья 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На вступившее в законную силу решение суда может быть подана кассационная жалоба в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу решения (статья 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Подача апелляционной и кассационной жалоб производится через Арбитражный суд Ивановской области.

Судья Тимофеев М.Ю.