Решение от 8 ноября 2020 г. по делу № А56-13033/2020

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-13033/2020
08 ноября 2020 года
г.Санкт-Петербург



Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Сурков А. А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев 21.08.2020 в судебном заседании дело по иску:

истец: :ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ДОСТУПНЫЙ СЕРВИС" (адрес: Россия 191167, Санкт-Петербург, ул.Кременчугская 8, ОГРН: );

ответчик: :САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ УНИТАРНОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ ГОРОДСКОГО ЭЛЕКТРИЧЕСКОГО ТРАНСПОРТА (адрес: Россия 196105, г Санкт-Петербург, <...> ОГРН: <***>);

о взыскании,

при участии

- от истца: ФИО2 (доверенность от 28.10.2019), ФИО3 (доверенность от 04.12.2019),

- от ответчика: ФИО4 (доверенность от 20.12.2019),

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ДОСТУПНЫЙ СЕРВИС» (далее – Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – Арбитражный суд) с иском к САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОМУ ГОСУДАРСТВЕННОМУ УНИТАРНОМУ ПРЕДПРИЯТИЮ ГОРОДСКОГО ЭЛЕКТРИЧЕСКОГО ТРАНСПОРТА (далее – Предприятие) о взыскании по договору от 20.06.2019 № 127/2019-ЭА на выполнение работ по монтажу ангара (размер 12x21м) по адресу: Санкт-Петербург, ул. Грибакиных, д. 3 (далее – Договор): 1 724 800 руб. неосновательного обогащения, 22 082,66 руб. пени за просрочку оплаты выполненных работ за период с 15.12.2019 по 10.01.2020, 9978,86 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму неосновательного обогащения за период с 10.01.2020 по 12.02.2020 и далее по момент возврата суммы неосновательного обогащения, 75 000 руб. в возмещение убытков – расходов на разработку проектной документации.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования, представитель ответчика возражал против иска.

Арбитражный суд, изучив и оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, установил следующее.

20.06.2019 Общество (подрядчик) и Предприятие (заказчик) заключили Договор.

В соответствии с Локальной сметой (Приложение №2 к Договору) стоимость Работ составила 3 920 000 руб.

Срок выполнения работ согласно пункту 4.2 Договора – 60 календарных дней с момента заключения Договора, то есть не позднее 19.08.2019.

Принятые работы оплачиваются в порядке пункта 2.3 Договора в срок не более 30 календарных дней с момента предоставления справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3), акта о приемке выполненных работ (форма № КС-2).

В соответствии с пунктом 6.3 Договора за нарушение установленных сроков оплаты выполненных Подрядчиком работ (пункт 2.3 Договора) Подрядчик вправе потребовать от Заказчика уплаты пени в размере одной трехсотой ключевой ставки банка России, действующей на день уплаты пени, от неуплаченной в срок суммы за каждый день просрочки исполнения обязательств.

Подрядчик несет ответственность за нарушение сроков выполнения работ (пункт 4.2 Договора), просрочку исполнения обязательств, предусмотренных п. 5.8 Договора, путем уплаты за каждый просроченный день пени в размере 0,5 % от общей стоимости работ (пункт 6.4 Договора).

Согласно пункту 3.1.8 Договора в случае нарушения Подрядчиком обязательств по Договору, при расчетах за выполненную работу Заказчик вправе уменьшить сумму платежа на сумму начисленных пеней, штрафов, рассчитанных в соответствии с разделом 6 Договора.

В обоснование заявленных требований Общество указало следующее.

1. Письмом от 28.06.2019 № 2019/06/28-73 Общество, руководствуясь требованиями законодательства в области строительства, а именно, подпунктами 10, 10.2 статьи 1 и пунктом 12.2 статьи 48 Градостроительного кодекса Российской Федерации (далее – ГрК РФ), обратилось к Заказчику с запросом о предоставлении проектной документации.

Заказчик письмом от 03.07.2019 № 1.28-1713 заявил о необходимости проведения работ в соответствии с требованиями Технического задания к Договору без разработки проектной документации.

Поскольку предметом Договора являются работы по возведению объекта, имеющего все признаки объекта капитального строительства (прочная связь с землей, конструктивные характеристики не позволяют осуществить перемещение без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик сооружения), Подрядчик в целях соблюдения требований к обеспечению безопасности сооружения и предотвращения наступления ответственности, предусмотренной статьей 58 ГрК РФ, действуя добросовестно и разумно, принял решение о подготовке проектной документации в отношении работ по конструктивным элементам за свой счет.

Письмом от 05.07.2019 № 2019/07/05-93 Подрядчик уведомил Заказчика о приостановлении работ в части монтажа металлоконструкций на период подготовки проекта.

Разработку проектной документации Подрядчик поручил ООО «Гарда-Проект» в соответствии с Договором от 25.07.2019 № 218/2019. Стоимость работ составила 60 000 руб., плюс корректировка по разделу «Конструктивные решения» (КР) составила 15 000 руб. – всего выполнено и оплачено работ на 75 000 руб., что подтверждается актами выполненных работ от 10.09.2019 № 331 и №332, счетами от 25.07.2019 № 405, от 21.08.2019№ 488, от 10.09.2019 № 546, платежными поручениями от 26.07.2019 № 559, от 22.08.2019 № 667, от 11.09.2019 № 782.

При этом, в период разработки проектной документации Подрядчик выполнял работы по Контракту, связанные с устройством фундамента, что подтверждается актами формы КС-2 и КС-3 от 20.08.2019 на сумму 549 538,05 руб., направленными заказчику 28.08.2019 с письмом № 2019/08/28-148-1, а также актами освидетельствования скрытых работ от 22.07.2019 и 31.07.2019.

Письмом от 20.08.2019 № 2019/08/20-142 (вх. № 1.28-2191) Подрядчик также направил Заказчику предложение заключить дополнительное соглашение о продлении сроков по договору с учетом приостановки.

Письмом от 23.08.2019 № 2019/08/23-145 (вх. № 1.28-2249) Подрядчик направил в адрес Заказчика проектную документацию на ознакомление.

Письмом от 29.08.2019 № 26/492 Заказчик пригласил Подрядчика на рабочее совещание, по результатам которого Заказчик отказался от подписания дополнительного соглашения, принял проектную документацию в работу с замечанием по разделу КМ (увеличить угол наклона ската), согласовал срок выполнения работ к 30.09.2019.

Следующий период приостановки с 30.09.2019 (письма от 20.09.2019 № 2019/09/20-178, от 26.09.2019 № 2019/09/26-184, от 30.09.2019 № 2019/09/30) по 11.10.2019 (письмо от 11.10.2019 № 2019/10/11-207) был обусловлен противоречивыми требованиями Заказчика и Технического задания к Договору относительно способа крепления обшивки ангара.

15.11.2019 Подрядчик письмом от 15.11.2019 № 2019/11/15-232 (вх. № 1.28-3156 от 15.11.2019) в порядке пункта 5.4 Договора передал Заказчику результат работ для приемки по актам формы КС-2 и КС-3 от 15.11.2019 № 1 на 3 920 000 руб.

Работы должны быть оплачены не позднее 15.12.2019, между тем заказчик работы оплатил частично только платежным поручением от 10.01.2020 № 72 на 2 195 200 руб.

Письмом от 27.12.2019 № 1.31-800 (вх. № 2020/01/10-02 от 10.10.2020) Заказчик уведомил Подрядчика об удержании в соответствии с пунктом 6.4 Договора 1 724 800 руб. пени за нарушение сроков выполнения работ за период с 19.08.2019 по 15.11.2019 года (88 дней просрочки).

2. По мнению Общества, такое удержание является неправомерным по следующим основаниям.

2.1. Просрочка в выполнении работ произошла вследствие двукратной приостановки Подрядчиком работ ввиду отсутствия надлежащего содействия Заказчика.

Подрядчик, проявив осмотрительность, разумность, добросовестность, а также руководствуясь требованиями ГрК РФ и ГК РФ в части безопасности строительных работ, обоснованно приостановил работы на период подготовки проектной документации (раздел Конструктивных решений).

Разработанная проектная документация была учтена Заказчиком не только в ходе выполнения, но и в ходе приемки работ; произведенный Подрядчиком в проектной документации расчет нагрузок металлоконструкций ангара являлся одним из основных критериев безопасности сооружения.

Таким образом, приостановка работ была обоснованна, соответствующий период не подлежал включению в расчет пени за просрочку, оснований для привлечения Подрядчика к ответственности у Заказчика отсутствуют.

2.2. В соответствии с пунктом 9.1 Договора срок его действия – до 31.08.2019, таким образом, начисление пени после указанной даты является неправомерным.

2.3. Начисленная заказчиком неустойка несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может быть уменьшена в судебном порядке на основании статьи 333 ГК РФ.

Размер пени может быть определен в соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах шменения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» в размере двукратной учетной ставки (ныне - ключевой ставки) Банка России, существовавшей в период нарушения денежного обязательства, либо истцом может быть обоснован иной размер такой пени исходя из сведений о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, но не менее однократной учетной ставки Банка России.

При этом согласно пункту 88 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) судом должно быть учтена вина кредитора, который умышленно или по неосторожности действовал увеличению размера неустойки либо действовал недобросовестно.

Кроме того, как разъяснено в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 5467/14 начисление неустойки на общую сумму договора без учета надлежащего исполнения части работ создает преимущественные условия кредитору, которому, следовательно, причитается компенсация не только за не исполненное в срок обязательство, но и за те работы, которые были выполнены надлежащим образом.

С учетом изложенного, в случае отклонения судом предыдущих доводов, по мнению Общества, начисленная за просрочку выполнения работ пеня не может превышать 58 914,24 руб. – указанный контррасчет выполнен исходя из однократной учетной ставки Банка России (Обществом представлены сведения о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями в месте нахождения должника в период нарушения обязательства) и с учетом только стоимости не выполненных по Договору работ в размере 3 370 461,95 руб. (3 920 000 - 549 538,05).

3. Таким образом, на стороне Предприятия, неправомерно удержавшего 1 724 800 руб. неустойки в счет оплаты выполненных работ, возникло неосновательного обогащение в указанном размере.

4. Кроме этого, Общество предъявило ко взысканию штрафные санкции за ненадлежащее исполнение денежных обязательств.

За период с 15.12.2019 по 10.01.2020 (момент частичной оплаты выполненных работ) в соответствии с пунктом 6.3 Договора на сумму задолженности в 3 920 000 руб. Предприятию начислено 22 082,66 руб. пени за просрочку оплаты.

За период с 10.01.2020 (после частичного погашения задолженности) по 12.02.2020 Общество на основании статьи 395 ГК РФ на сумму неосновательного обогащения в 1 724 800 руб. Предприятию начислено 9978,86 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

5. Также Общество потребовало от Предприятия 75 000 руб. в возмещение убытков – своих расходов на подготовку проектной документации, без которой выполнение работ по Договору было невозможно.

Досудебной претензией от 31.12.2019 № 2019/12/31-263 Общество указывало на наличие денежной задолженности Предприятия и ответственности за неисполнение денежного обязательства.

Тем не менее, в добровольном порядке указанные требования удовлетворены не были.

Возражая против заявленных требований, ответчик указал следующее.

1. Письмом от 20.08.2019 № 1.28-2191 Ответчик уведомил Истца о том, что работы в полном объеме Подрядчиком не выполнены притом, что срок выполнения работ истек.

Согласно письма от 03.09.2019 № 1.28-2235 Заказчиком был произведен осмотр выполняемых работ, по результатам которого был составлен акт, которым установлено, что работы по монтажу ангара не выполнены и ведутся со значительным отставанием; также выявлено некачественное выполнение работ: сварные швы имеют неравномерную ширину, наплывы и непровары и просил устранить выявленные замечания.

В соответствии с письмом от 29.10.2019 № 1.28-2924 по результатам очередного осмотра выполняемых работ от 25.10.2019 был составлен двусторонний акт с выявленными замечаниями.

Согласно письма от 05.11.2019 № 1.28-3015 при проведении осмотра выполняемых работ от 01.11.2019 было составлен двусторонний акт, которым установлено, что ранее выявленные замечания Подрядчиком не устранены.

Двусторонним актом от 06.11.2019 установлено, что ранее выявленные замечания Истцом также не устранены.

Таким образом, Подрядчик допускал отклонение от требований к работам, установленных Договором; работы выполнялись Истцом некачественно и со значительными задержками.

В этой связи довод Истца о том, что работы были выполнены Подрядчиком позже установленного срока по вине Заказчика, является необоснованным и противоречащим фактическим обстоятельствам дела.

2. Не согласился с доводом о приостановлении работ по Договору письмом от 05.07.2019 № 2019/07/05-93.

Условиями Договора не предусмотрено выполнение работ при наличии проектной (технической) документации, основанием для выполнения работ являются техническое задание (приложение № 1 к Договору) и локальная смета (приложение № 2 к Договору) – таким образом, отсутствие такой документации не может быть поставлено в вину заказчику и служить основанием для приостановления работ по Договору.

На данное обстоятельство однозначно указал Заказчик в письме от 03.07.2019 № 1.28-1713 и просил Подрядчика незамедлительно приступить к выполнению работ в соответствии с условиями Договора.

Заключение договора между Подрядчиком и третьим лицом на выполнение работ по подготовке проектной (технической) документации является исключительно инициативой Истца, которая Заказчиком не согласовывалась.

Кроме этого, как указано в исковом заявлении, Подрядчик в период разработки проектной документации выполнял работы по Договору, т.е. фактически работы не приостанавливал, в связи с чем в силу положений пункта 2 статьи 716 ГК РФ не может апеллировать к праву на освобождение от ответственности за невыполнение работы в срок по причине такого приостановления.

Данное обстоятельство подтверждается также сведениями, содержащимися в журнале учета выдачи разовых пропусков для физических лиц ОСП «Трамвайный парк № 7» - в период с 05.07.2019 по 23.08.2019 и с 30.09.2019 по 11.10.2019 представителям Подрядчика выдавались пропуска на объект.

Из представленных истцом документов усматривается, что работы по Договору в связи разработкой документации были приостановлены с 05.07.2019 по 23.08.2019, однако из искового заявления следует, что на протяжении 20 дней (05.07.2019 - 24.07.2019) разработка проектной (технической) документации, Подрядчиком не осуществлялась; по договору от 25.07.2019 № 218/2019 ООО «Гарда-Проект» должно было разработать документацию не позднее 08.08.2019 (10 рабочих дней с момента подписания договора), между тем истец направил проектную документацию в адрес Заказчика только 23.08.2019.

Таким образом, работы в период с 05.07.2019 - 24.07.2019 (20 дней) и с 09.08.2019 по 22.08.2019 (14 дней) не могут считаться приостановленными.

Более того, поскольку Договор заключен по результатам торгов и истец был знаком с условиями исполнения Договора, он имел возможность приступить к разработке проектной документации с момента объявления решения о заключении договора 03.06.2019.

3. Также является необоснованным довод о приостановлении работ в период с 30.09.2019 по 11.10.2019 в связи с противоречивыми требованиями Заказчика относительно способа крепления обшивки ангара – заказчик письмом от 24.09.2019 № 1.28-2537 однозначно указал, что крепление обшивки ангара должно производиться по наружной части металлических конструкций; предложение Подрядчика, содержащиеся в письме от 20.09.2019 № 2019/09/20-178, Ответчиком не согласовано.

4. Подлежит отклонению требование о возмещении расходов на подготовку проектной (технической) документации.

Такие работы не были согласованы в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 743 ГК РФ, заказчик, напротив, требовал выполнения работ исключительно на основании технического задания и локальной сметы; по итогам выполнения работ такие работы не были включены в акты формы КС-2 и КС-3, Договором предусмотрено, что стоимость работ является твердой и изменению не подлежит.

Доводы истца о приемке ответчиком работ по разработке документации на совещании 30.08.2019 не соответствуют содержанию протокола такого совещания.

Материалами дела не подтверждены расходы на разработку такой документации в размере 75 000 руб.

По смыслу пункта 10 статьи 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации спорный ангар не является объектом капитального строительства, в связи с чем необходимость в разработке проектной документации отсутствовала.

5. Довод истца о продлении срока выполнения работ по Договору до 30.09.2019 не соответствует действительности – соответствующего дополнительного соглашения в порядке пункта 1 статьи 452 ГК РФ стороны не заключали.

6. Также ошибочен довод истца о необоснованности начисления пени за просрочку выполнения работ после 31.08.2019 – согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 68 Постановления № 7, окончание срока действия договора не влечет прекращение всех обязательств по договору, в частности обязанностей сторон уплачивать неустойку за нарушение обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 3,4 статьи 425 ГК РФ); Договором не предусмотрено, что при прекращении его срока действия прекращаются и обязательства, в том числе по уплате неустойки за нарушение обязательств сторонами.

Возражая против выполненного истцом расчета неустойки за просрочку оплаты выполненных работ, ответчик указал, что фактически работы были выполнены Подрядчиком 15.11.2019, однако документы, подтверждающие выполнение работ представлены Ответчику лишь 03.12.2019 (письмом № 2019/12/03-256 от 03.12.2019) – с учетом пункта 2.3 Договора и положений статьи 193 ГК РФ срок оплаты истек 09.01.2020, просрочка оплаты составила 1 день.

7. По мнению ответчика, начисление процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму неосновательного обогащения является необоснованным, поскольку такого неосновательного обогащения не возникло – удержание суммы пени за просрочку выполнения работ из стоимости таких работ было правомерным.

Кроме этого, поскольку пунктом 6.3 Договора предусмотрена неустойка за просрочку оплаты, начисление процентов является необоснованным в силу положений пункта 4 статьи 395 ГК РФ, при этом, как было указано выше, прекращение действия Договора не влечет прекращения обязанности стороны по уплате неустойки.

8. Ответчик возражал против снижения на основании статьи 333 ГК РФ начисленной за просрочку выполнения работ неустойки, посчитав, что истец не представил никаких доказательств в обоснование соответствующего заявления.

Истец, в свою очередь, пояснил, что данных, имеющихся в Договоре и Приложении № 1 к нему достаточно для составления локальной сметы, но недостаточно для выполнения строительных и монтажных работ по причине отсутствия сведений о месте формирования проемов под ворота и дверную раму в ангаре (необходима проработка развертки стен с согласованием с Заказчиком места размещения ворот и входной двери), сведений о высоте ангара, что исключает монтаж без разработки технической документации, вес стального проката (6 тонн) указан без разбивки на длины стального проката для формирования колонн, ветровых раскосов, рам ворот и двери, стропильной системы.

Кроме того, Заказчик не препятствовал разработке технической и графической документации, указанной в письме от 28.06.2019 № 2019/06/28-73; давал указания на выполнение работ, которые были невозможны без графического изображения; протоколом совещания от 30.08.2019 предусмотрел передачу заказчику законченного комплекта технической и графической (чертежной) документации в формате КМ (конструкции металлические) с учетом корректировок Заказчика.

Таким, образом, ответчик, по сути, использовал разработанную документацию, она имела для него неоспоримую потребительскую ценность.

С учетом изложенного, по мнению истца, Договор в отсутствие проектной документации, по сути, являлся договором на поставку материалов (они были приобретены подрядчиком в июле-августе 2019 года) с монтажом после разработки и согласования проектной документации (то есть после 30.08.2019); также истец обратил внимание на тот факт, что в связи с выполнением работ по разработанному проекту им понесены дополнительные расходы, не предусмотренные Договором, равным образом, по указанной причине увеличились трудоемкость работ и общий срок выполнения.

Довод Ответчика о длительных сроках изготовления проектной документации силами привлеченной организации ООО «Гарда-Проект» не является обоснованным, поскольку Подрядчик не был ограничен сроками со стороны Заказчика, он уже заявил о приостановке работ на период изготовления проектной документации, окончательные срок и стоимость оказания услуг по договору с ООО «Гарда-Проект» уточнялись дополнительным соглашением между Истцом и проектной организацией.

Истец никогда не заявлял о полной приостановке работ, а выполнял добросовестно тот объем работ, который возможно было исполнить в отсутствие технического решения по металлоконструкциям ангара, что, собственно, и подтверждает предъявленный Ответчиком Журнал учета разовых пропусков.

Оценив материалы дела в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В силу статей 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

В соответствии с пунктом 1 статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Согласно пункту 1 статьи 746 ГК РФ оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда.

В силу пункта 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Пунктом 8 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» разъяснено, что основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ является сдача результата работ заказчику.

Надлежащее выполнение подрядчиком работ по Договору и сдача результата работ ответчику подтверждается представленными в материалы дела подписанными сторонами без замечаний актами формы КС-2 и КС-3 от 15.11.2019 № 1.

Указанное обстоятельство ответчик не оспаривает.

Между тем у сторон возник спор относительно исполнения ответчиком обязательства по оплате таких работ – по мнению ответчика, обязательство по уплате 1 724 800 руб. стоимости работ было прекращено в порядке, предусмотренном пунктом 3.18 Договора, путем удержания из стоимости работ суммы пени за просрочку выполнения работ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным названным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Пунктом 3.1.8 Договора предусмотрен такой способ прекращения обязательств как удержание в счет оплаты выполненных работ суммы начисленных пеней, штрафов, рассчитанных в соответствии с разделом 6 Договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» (далее – Постановление № 6) перечень оснований прекращения обязательств не является закрытым, поэтому стороны могут в своем соглашении предусмотреть не упомянутое в законе или ином правовом акте основание прекращения обязательства и прекратить как договорное, так и внедоговорное обязательство, а также определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства (пункт 3 статьи 407 ГК РФ).

По смыслу пункта 3 статьи 407 ГК РФ стороны вправе согласовать порядок прекращения их встречных требований, отличный от предусмотренного статьей 410 ГК РФ, например, установив их автоматическое прекращение, не требующее заявления одной из сторон (пункт 21 Постановления № 6).

Таким образом, пункт 3.1.8 Договора соответствует действующему законодательству.

Истец не согласен с произведенным на основании такого пункта Договора удержания, поскольку, по его мнению, просрочка выполнения работ была допущена по вине заказчика, не обеспечившего необходимое содействие (статьи 718, 750 ГК РФ), в связи с чем работы по Договору были приостановлены в порядке статьи 716 ГК РФ – указанные обстоятельства являются основанием для уменьшения ответственности должника на основании статьи 404 ГК РФ.

Согласно статье 404 ГК РФ если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

В силу пункта 1 статьи 718 ГК РФ заказчик обязан в случаях, в объеме и в порядке, предусмотренных договором подряда, оказывать подрядчику содействие в выполнении работы.

Согласно пункту 1 статьи 750 ГК РФ если при выполнении строительства и связанных с ним работ обнаруживаются препятствия к надлежащему исполнению договора строительного подряда, каждая из сторон обязана принять все зависящие от нее разумные меры по устранению таких препятствий. Сторона, не исполнившая этой обязанности, утрачивает право на возмещение убытков, причиненных тем, что соответствующие препятствия не были устранены.

Пунктом 1 статьи 716 ГК РФ предусмотрено, что подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении:

- непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи;

- возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы;

- иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (пункт 2 статьи 716 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

Оценив обстоятельства дела, суд не может согласиться с доводом истца о наличии на стороне ответчика вины, которая позволяет на основании статьи 404 ГК РФ снизить размер ответственности истца за просрочку выполнения работ.

Из материалов дела усматривается, что Договор заключен по итогам проведения торгов (указанные доводы ответчика истец не опроверг), таким образом, истец знал обо всех условиях выполнения работ и предмете Договора, имеющихся у заказчика исходных данных.

При этом суд отмечает, что истец, в отличие от ответчика, является профессионалом на рынке выполнения работ, являющихся предметом Договора; в случае наличия вопросов относительно условий исполнения Договора подрядчик имел возможность запросить у заказчика соответствующие разъяснения, между тем вопросы относительно необходимости проектной документации у него возникли только после заключения Договора.

Ответчик передал истцу все предусмотренные Договором исходные данные, спор у сторон возник только в связи с отсутствием не предусмотренной Договором проектной документации.

Ответчиком исполнены все предусмотренные Договором встречные обязательства, таким образом, положения статей 719 и 718 ГК РФ в данном случае неприменимы, поскольку в такие нормы рассчитаны на случаи невыполнения заказчиком, соответственно, встречных и предусмотренных договором обязательств, в данном случае проектная документация не была предусмотрена Договором.

Письмами от 28.06.2019 № 2019/06/28-73, от 30.09.2019 № 2019/09/30-184-1 истец уведомил ответчика о приостановлении работ, однако, как усматривается из материалов дела, и подтверждается самим истцом, он продолжил выполнение работ, предусмотренных Договором.

При указанном положении доводы о приостановлении работ отклоняются на основании пункта 2 статьи 716 ГК РФ.

Письмом от 28.06.2019 № 2019/06/28-73 истец просил ответчика представить проектную документацию, предложил разработать своими силами, письмом же от 05.07.2019 приостановил работы до разработки документации, срок разработки которой составляет 25 дней.

Таким образом, после направления письма от 05.07.2019 истец перестал ожидать от заказчика совершения каких-либо активных действий по разработке документации, сообщил, что самостоятельно разработает ее, в связи с чем нельзя ставить в упрек ответчику непредприятие каких-либо действий по разработке такой документации после направления указанного письма.

Доводы истца о том, что истечение срока действия Договора прекращает начисление пени за просрочку выполнения работ, а на совещании 30.08.2019 стороны продлили срок выполнения работ до 30.09.2019, являются необоснованными.

Из протокола совещания не следует, что сторонами согласовано изменение срока выполнения работ – из такого протокола следует, что заказчик дал указание подрядчику завершить работы к указанной дате; в установленном порядке изменения в Договор не внесены.

Кроме этого, как верно указал ответчик, окончание срока действия договора не влечет прекращение всех обязательств по договору, в частности обязанностей сторон уплачивать неустойку за нарушение обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 3,4 статьи 425 ГК РФ); Договором не предусмотрено, что при прекращении его срока действия прекращаются и обязательства, в том числе по уплате неустойки за нарушение обязательств сторонами.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что начисление неустойки за просрочку выполнения работ за период с 20.08.2019 по 15.11.2019 в размере 1 724 800 руб. является правомерным и ответчик правомерно удержал сумму такой пени в счет стоимости работ, там самым прекратив свое обязательство по оплате работ в указанной части.

При этом суд отмечает, что по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 21 Постановления № 6, в случае согласования сторонами условия об автоматическом прекращении обязательств (не требующем заявления о зачете), такое прекращение, как и в случае проведения зачета (пункт 15) происходит ретроактивно – то есть обязательства прекращаются с момента, в который они стали способными к зачету (с момента наступления более позднего срока исполнения обязательства).

Кроме этого, истец заявил о снижении удержанной суммы пени на основании статьи 333 ГК РФ.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 79 Постановления № 7 в случае списания по требованию кредитора неустойки со счета должника (пункт 2 статьи 847 ГК РФ), а равно зачета суммы неустойки в счет суммы основного долга и/или процентов должник вправе ставить вопрос о применении к списанной неустойке положений статьи 333 ГК РФ, например, путем предъявления самостоятельного требования о возврате излишне уплаченного (статья 1102 ГК РФ).

В силу статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного Кодекса.

В соответствии со статьей 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В соответствии с пунктами 71, 73, 75 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункта 1 статьи 333 ГК РФ).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами (например, на основании статей 317.1, 809, 823 ГК РФ) сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки.

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее – ВАС РФ) от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др.

При решении вопроса о возможности применения положений статьи 333 ГК РФ, суду необходимо установить баланс интересов сторон, исходя из компенсационной природы неустойки и недопустимости обогащения стороны за счет взыскания с другой стороны штрафных санкций, которые должны именно компенсировать негативные последствия неисполнения другой стороной своих обязательств и способствовать исполнению таких обязательств.

Оценив изложенные выше обстоятельства, которые, по мнению суда, не позволяют снизить размер ответственности за просрочку выполнения работ по Договору на основании статьи 404 ГК РФ, суд находит, что они в совокупности с высоким процентом неустойки за просрочку выполнения работ (0,5%), являются основанием для снижения начисленной ответчиком неустойки до 300 000 руб. – данный размер неустойки является соразмерным допущенному нарушению обязательства и позволит сохранить баланс интересов сторон, является компенсацией Предприятию за нарушение Обществом своих обязательств, и не допустит его необоснованного обогащения.

С учетом изложенного, из 1 724 000 руб., удержанных Предприятием в счет оплаты выполненных работ, 1 424 800 руб. (1 724 000 - 300 000) является его неосновательным обогащением и подлежат возврату Обществу на основании статьи 1102 ГК РФ.

При этом суд считает необходимым отметить, что названная сумма должна быть квалифицирована именно как неосновательного обогащение, а не задолженность по Договору, поскольку обязательство по оплате выполненных по Договору работ, как было указано выше, прекращено правомерным способом – путем удержания суммы пени, начисленной в соответствии с действующим законодательством и положениями Договора, а в результате применения судом положений статьи 333 ГК РФ, по сути, возникло новое обязательство из неосновательного обогащения.

С учетом изложенного должен быть рассмотрен и вопрос о взыскании с ответчика санкций за ненадлежащее исполнение денежных обязательств.

Обязательство по оплате выполненных работ на 300 000 руб. (сумму пени, признанную судом соразмерной) прекратилось в момент возникновения обязательства по оплате выполненных работ (поскольку срок исполнения обязательства по уплате пени за просрочку выполнения работ наступил ранее – в момент формирования такой просрочки).

Вместо обязательства по оплате работ на 1 424 800 руб. (сумму пени, признанную судом несоразмерной) возникает обязательство из неосновательного обогащения, на которое подлежат начислению проценты на основании статьи 395 ГК РФ.

При этом, по мнению суда, такие проценты должны начисляться за весь период, в течение которого Общество не могло пользоваться удержанными денежными средствами.

На сумму же задолженности в 2 495 200 руб. следует начислять предусмотренную пунктом 6.3 Договора пени.

Доводы ответчика о том, что работы были предъявлены к приемке и приняты только письмом № 2019/12/03-256 от 03.12.2019 подлежит отклонению, поскольку истцом представлено письмо от 15.11.2019 (вх. № 1.28-3156 от 15.11.2019) о вызове ответчика на приемку выполненных работ в порядке, предусмотренном пунктом 5.2 Договора. Кроме этого, суд отмечает, что по смыслу статьи 753 ГК РФ основанием для оплаты работ является факт их выполнения – то обстоятельство, что они завершены 15.11.2019 ответчик не оспаривает; также суд учитывает, что подписанные акты датированы 15.11.2019, в них указан период выполнения работ с 20.06.2019 по 15.11.2019.

В соответствии с пунктом 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ в случае неправомерного удержания денежных средств подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (пункт 3 статьи 395 ГК РФ).

С учетом изложенного, с Предприятия в пользу истца надлежит взыскать 6336,62 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на основании статьи 395 ГК РФ на сумму неосновательного обогащения в 1 424 800 руб. за период с 16.12.2019 по 10.01.2020 и 13 515,67 руб. пени за просрочку оплаты выполненных работ на основании статьи 6.3 Договора, начисленной на сумму задолженности в 2 495 200 руб. за период с 16.12.2019 по 10.01.2020.

Относительно требования о взыскании 75 000 руб. в возмещение убытков – расходов на разработку проектной документации, суд отмечает следующее.

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что указанное требование является требованием о взыскании согласованных с ответчиком дополнительных работ.

В любом случае суд не связан избранной истцом правовой квалификацией отношений, и обязан разрешить спор на основании на основании норм, применимых к установленным обстоятельствам (абзац 3 пункта 3 постановления Пленумов ВАС РФ и ВС РФ от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», абзац 3 пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Оценив названное требование, суд приходит к выводу, что его необходимо квалифицировать как основанное на обязательстве из неосновательного обогащения.

Какого-либо договора на выполнение таких работ истец и ответчик не заключали, даже не вели переговоров о выполнении таких работ, более того, ответчик придерживался позиции об отсутствии необходимости в такой документации – соответственно, какие-либо обязательственные отношения в отношении таких работ между сторонами не сложились.

Они выполнены истцом по собственной воле на собственный риск, между тем впоследствии результат таких работ был принят ответчиком – из протокола совещания от 30.08.2019 усматривается, что ответчик давал указания истцу откорректировать такую документацию, на основании разработанной документации выполнены работы по Договору.

При этом суд отмечает, что разработка проектной документации, хоть непосредственно и связана с предметом Договора, но не может быть квалифицирована как дополнительные работы по смыслу статьи 743 ГК РФ, поскольку названная статья посвящена выполнению дополнительных строительных работ, не предусмотренных технической документацией, между тем проектная документация сама по себе является такой технической документацией, разрабатываемой в рамках самостоятельного договора подряда на выполнение проектных работ.

Таким образом, отнесение работ по разработке проектной документации к дополнительным работам по смыслу статьи 743 ГК РФ противоречит логике и сути института, установленного названной статьей.

По мнению суда, квалификация указанного требования как возникшего из неосновательного обогащения в наибольшей мере соответствует сложившимся между сторонами отношениям.

Размер такого неосновательного обогащения в 75 000 руб. подтвержден представленными истцом документами, ответчиком не оспорен.

При указанном положении требование о взыскании указанной суммы надлежит удовлетворить на основании статьи 1102 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать с Санкт-Петербургского государственного унитарного предприятия городского электрического транспорта в пользу общества с ограниченной ответственностью «ДОСТУПНЫЙ СЕРВИС» 1 424 800 руб. неосновательного обогащения, 6336,62 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 13 515,67 руб. пени за просрочку оплаты выполненных работ, 75 000 руб. неосновательного обогащения, 25 981 руб. в возмещение судебных расходов на уплату государственной пошлины.

В остальной части в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.


Судья Сурков А. А.