Решение от 26 февраля 2024 г. по делу № А67-9714/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Томск Дело № А67- 9714/2023

26.02.2024 г.

Резолютивная часть решения объявлена 15.02.2024 года.


Арбитражный суд Томской области в составе судьи Токарева Е. А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 (до перерыва в судебном заседании), помощником судьи Зелениной А. Ю. (после перерыва в судебном заседании),

рассмотрев в открытом судебном заседании в режиме веб-конференции дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Элком +» (ИНН <***> ОГРН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***> ОГРНИП 304231535800010)

о взыскании 3 668 388,57 руб.

при участии в судебном заседании: от истца – представителя ФИО3 (предъявлен паспорт, диплом), по доверенности от 09.01.2023 г., представителя Жука А. И. (предъявлен паспорт), по доверенности от 19 января 2024 г.,

ответчика - индивидуального предпринимателя ФИО2 (предъявлен паспорт, выписка из ЕГРИП) (участвует в судебном заседании в режиме веб-конференции), представителя ответчика – ФИО4 (предъявлен паспорт, диплом), по доверенности от 23.10.2023 г. (участвует в судебном заседании в режиме веб-конференции),



УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Элком+» (далее - ООО «Элком+») обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2) о взыскании неосновательного обогащения в размере 3 316 993 рубля 20 копеек, неустойки в размере 312 512 рублей 84 копейки за период с 21.12.2022 по 10.09.2023, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 11.09.2023 по 13.10.2023 в размере 38 882 рубля 84 копейки.

В обоснование исковых требований истец указывает на то, что между сторонами был заключен договор подряда, истцом перечислен аванс, однако ответчиком обязательства по договору исполнены не были, сроки выполнения работ существенно нарушены, истец направил ответчику уведомление о расторжении договора с 11.09.2023, в связи с отсутствием возражений ответчика договор был расторгнут с 11.09.2023, в связи с отказом ответчика вернуть неотработанный аванс истец предъявил настоящие исковые требования к ответчику.

Ответчик иск не признал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, письменных объяснениях, пояснениях по делу, указал на то, что он частично исполнил предмет договора (разработал техническое задание), стоимость фактически выполненных работ по разработке технического задания, согласно переданного до момента расторжения договора по системе электронного документооборота универсального передаточного документа УПД №1897 от 11.07.2023 составила 3 316 999 рублей 20 копеек, а поскольку мотивированного возражения на УПД от истца не поступило обязательства ответчика считаются выполненными, и соответственно требование истца о взыскании неосновательного обогащения, является необоснованным. Поскольку со стороны ответчика отсутствовало неосновательное обогащение, то и в удовлетворении требования истца о взыскании процентов следовало также отказать. В отношении требования о взыскании неустойки ответчик суду пояснил, что просрочка исполнения обязательства возникла по вине истца и на основании ст. 330 ГК РФ истец не вправе заявлять требование об оплате неустойки, также ответчик сослался на несогласие с расчетом неустойки, просил применить статью 333 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с явной несоразмерностью неустойки, размер неустойки не учитывает фактические потери истца и приводит к дисбалансу в пользу истца, создавая источник обогащения.

Представители сторон в судебном заседании поддержали вышеизложенные правовые позиции.

Проанализировав исковые требования, исследовав и оценив все представленные доказательства в совокупности, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, (часть 2 статьи 64, статьи 71, 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, между ООО «Элком+» (подрядчик) и ИП ФИО2 (субподрядчик) заключен договор №278 от 27.09.2022, согласно условиям которого (п. 2.1 договора) субподрядчик принял на себя обязательства выполнить проектные, монтажные и пуско-наладочные работы по созданию системы защиты информации (далее - СЗИ) для системы телемеханики автоматизированных систем управления технологическими процессами (далее по тексту АСУ ТП) (далее - Работы), в объемах согласно приложению 5.2 к договору, на объекте: «Обустройство КП 1 (включая трубопроводы НС и ППД, (включая ВОЛС на УЗА №1В))»; «Обустройство КП 2 (включая трубопроводы НС и ППД, ВОЛС на КП 2, (включая ВОЛС на УЗА №6))»; «Обустройство КП 4 (включая трубопроводы НС и ППД, ВОЛС на КП 4, (включая ВОЛС на УЗА №15))»; «Обустройство одиночной скважины 71Р (включая трубопровод НС, ВОЛС на скважину 71Р)»; «Обустройство одиночной скважины 74Р (включая трубопровод НС, ВОЛС на скважину 74Р)» Северо-Даниловского месторождения (полный перечень работ приведен в п. 2.1 договора) и передать результат работ подрядчику, а подрядчик обязался принять и оплатить выполненные субподрядчиком и принятый заказчиком результат работ в пределах Цены договора.

В соответствии с пунктом 3.1 договора, цена договора согласована сторонами и в соответствии с расчетом Цены договора (Приложение 5.2 договора) составляет 11 056 644 рубля.

Согласно приложения 5.2 к договору все работы по договору разбиты на три этапа;

1) объектовый аудит, разработка проекта информационной безопасности, в т. ч. разработка проектной и эксплуатационной документации - стоимость этих работ составила 4 800 000 руб.; разработка организационно-распорядительной документации - стоимость этих работ составила 150 000 руб. Итого стоимость работ по первому этапу (разделу) составила 4 950 000 руб.,

2) установка, конфигурирование, интегрирование пуско-наладка СЗИ АСУ ТП, испытания: объектовые, приемочные, автономные, комплексные. Стоимость работ по второму этапу (разделу) составила 5 406 644 руб.,

3) итоговая оценка защищенности АСУ ТП. Стоимость работ по третьему этапу (разделу) составила 700 000 руб.

Общая стоимость работ по первому, второму и третьему этапу соответствует п. 3.1. договора, то есть составляет 11 056 644 рублей.

Согласно Графика производства работ (Приложение 4 к договору) работы выполняются поэтапно, сроки начала и окончания этапов работ установлены в приложении № 4 к договору, начало выполнения работ по первому этапу – 01.09.2022, начало выполнения работ по второму и третьему этапу – 20.01.2023, срок окончания работ по пунктам 1.1, 1.2 договора – 20.12.2022, срок окончания работ по пунктам 2.1, 2.2, 2.3, 2.4, 2.5, 2.6, 2.7, 2.8, 2.9, 2.10 договора – 30.04.2023, срок окончания работ по пунктам 3.1 договора – 30.04.2023. Кроме этого п. 2.1 договора определен срок разработки и согласования технического задания на создание системы защиты информации автоматизированной системы управления технологическим процессом (далее СЗИ АСУ ТП) – не позднее 30 календарных дней с момента заключения договора.

Пунктом 4.1 договора определен порядок денежных расчетов, в т. ч. пунктом 4.1.1 предусмотрено внесение аванса в размере 30% от стоимости работ и услуг, указанной в п. 3.1.1 договора, что составляет 3 316 993 рубля 20 копеек в следующем порядке;

- 1 485 000 рублей в течение 5 рабочих дней с момента заключения договора,

- 1 831 993 рубля 20 копеек в течение 5 рабочих дней с даты согласования ответственными представителями заказчика разделов технического задания рабочей документации, разрабатываемых субподрядчиком.

Пунктом 4.1.2 определен порядок оплаты за выполненные работы и оказанные услуги – не ранее 15 (пятнадцати), но не позднее 30 (тридцати) календарных дней после представления субподрядчиком оригиналов, соответствующих первичных учетных документов, оплата производится за каждый законченный и принятый заказчиком этап работ, оплата производится с учетом вычета из оплачиваемой суммы величины выплаченного аванса 30% от суммы, полагающейся к оплате.

В пунктах 2.1, 2.2 Приложения 7 договора стороны предусмотрели ответственность субподрядчика за нарушение промежуточных сроков и срока сдачи работ по договору в целом, а именно, начисление неустойки в размере 0,01% от цены договора за каждый день просрочки, начиная с первого дня просрочки, но не более 5% от цены договора.

Как следует из материалов дела и не оспаривалось ответчиком, аванс был перечислен субподрядчику платежными поручениями № 5364 от 04.10.2022, №601 от 06.02.2023 в общей сумме 3 316 993 рубля 20 копеек.

Поскольку субподрядчик в установленный в договоре срок ни один из этапов работ не выполнил, подрядчик направил субподрядчику уведомление о расторжении договора с 11.09.2023 и претензию от 23.08.2023 N 761 с требованием о возврате аванса.

В ответе на претензию от 05.09.2023 №717 субподрядчик против расторжения договора с 11.09.2023 не возражал, претензию подрядчика с требованием о возврате аванса удовлетворить отказался.

Подрядчик направил субподрядчику претензию от 25.09.2023 N 842 с требованием оплатить неустойку по договору в общей сумме 312 512 рублей 84 копейки и оплатить проценты на неосновательное обогащение в размере 38 882 рубля 53 копейки. Данная Претензия оставлена субподрядчиком без удовлетворения.

Уклонение субподрядчика от удовлетворения вышеназванных претензий послужило основанием для обращения подрядчика в арбитражный суд с иском о взыскании с подрядчика 3 316 993 рубля 20 копеек неосновательного обогащения, начисленных на эту сумму 38 882 рубля 53 копейки процентов за пользование чужими денежными средствами и 312 512 рублей 52 копейки договорной неустойки за нарушение сроков выполнения работ.

По общему принципу, изложенному в пункте 1 статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства, одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом (статья 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии с пунктом 1 статьи 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Согласно пункту 2 статьи 715 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

В силу пункта 1 статьи 450.1 ГК РФ предоставленное ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310 ГК РФ) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Вместе с тем расторжение договора по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 715 ГК РФ, не освобождает заказчика от оплаты работ, выполненных подрядчиком на дату расторжения договора, по правилам статьи 717 ГК РФ, то есть с уплатой подрядчику части установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора.

Однако по смыслу положений пункта 1 статьи 711 ГК РФ основанием для оплаты заказчиком выполненной работы или отдельных ее этапов является сдача подрядчиком результатов работ при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В соответствии с пунктом 4 статьи 753 ГК РФ и условий договора (пункт 4.1.2 договора, Приложение 26 к договору) сдача-приемка субподрядчиком результатов работ подрядчику подлежала осуществлению поэтапно, разработанная документация должна передаваться подрядчику на основании актов о сдачи - приемки документации и в случае отсутствие замечаний со стороны подрядчика к результату работ стороны должны подписать акт приемки выполненных работ (п.п. 8-10 Приложения 26 к договору). Моментом исполнения обязательства по выполнению проектных работ по соответствующему этапу считается день подписания (утверждения) акта приемки выполненных работ (п. 11 приложения 26 к договору).

При этом только завершенные в соответствии с Составом и стоимостью работ, выполняемых субподрядчиком (Приложение 5.2 к договору) этапы выполнения работ, связанные с разработкой субподрядчиком проектной, эксплуатационной и организационно-распорядительной документации имели установленную в договоре цену.

Представитель ответчика и ответчик в судебном заседании подтвердили, что обязательство по передаче результата работ первого этапа исполнено частично, в рамках выполнения работ первого этапа разработано, согласовано с истцом и передано истцу Техническое задание.

Доводы ответчика о том, что фактически им были выполнены иные работы (помимо разработки Технического задания) судом отклоняются, поскольку ответчик подтвердил, что кроме Технического задания результаты иных работ истцу не передавались. Соответственно, по мнению суда, утверждение ответчика о выполнении им иных работ, результаты которых не передавались истцу, не имеют правового значения при рассмотрении настоящего дела, т. к. результат не переданных истцу работ не может считаться достигнутым, поскольку из материалов дела иного не следует. При этом, из материалов дела также не следует, что истец неправомерно уклонялся от приемки результатов данных работ. Суд приходит к выводу, что результаты иных работ (помимо Технического задания) не передавались истцу, поскольку не были готовы для передачи ответчиком. Иного из материалов дела не следует.

Факт передачи Технического задания признан истцом в ходе судебного разбирательства. Учитывая это, суд полагает, что Техническое задание было разработано ответчиком и передано истцу.

Вместе с тем, из пояснений истца следует, что разработанное ответчиком Техническое задание не является результатом работ первого этапа, поскольку этого документа недостаточно для производства СЗИ АСУ ТП. В частности, в ходе судебного разбирательства судом установлено и сторонами фактически подтверждалось, что Техническое задание является одним из тринадцати документов, относящихся к проектной документации. Соответственно, по мнению суда, разработав только Техническое задание, ответчик не выполнил первый этап работ, не подготовил техническую документацию.

Суд также отмечает, что отдельная стоимость разработки Технического задания договором не определена. Как пояснили представители истца, Техническое задание как отдельный документ не имеет потребительской ценности в отсутствии остальных двенадцати документов, относящихся к проектной документации.

Суд соглашается с мнением истца о том, что Техническое задание само по себе не имеет потребительской ценности для истца, учитывая, при этом, что, как уже отмечалось выше, Техническое задание является только часть проектной документации, а именно одним из тринадцати документов. Технического задания недостаточно для производства СЗИ АСУ ТП, что ответчиком не отрицалось. Стороны при заключении договора определили, что оплата будет производиться только за выполнение этапов работ, которые были указаны в настоящем решении выше. Соответственно, при заключении договора стороны по существу определили, что потребительскую ценность имеют только результаты каждого из трех этапов работ. Поэтому, логичным представляется объяснение истца о том, что стоимость подготовки Технического задания в договоре отдельно не определялась, так как Техническое задание само по себе потребительской ценности не представляло и его разработка по существу не повлекла создания проектной документации и, соответственно, не привела к выполнению первого этапа работ, который по смыслу договора мог иметь потребительскую ценность.

Довод ответчика о том, что в соответствии с Техническим заданием осуществлялась закупка оборудования не рассматривается судом как подтверждение наличия потребительской ценности Технического задания для истца, поскольку функциональное значение Технического задания значительно шире, чем закупка на его основании оборудования, и, кроме того, как уже отмечалось выше, Техническое задание входило в отдельный блок документации и являлось одним из тринадцати документов, которые должны были быть разработаны и которые только в таком составе представляли интерес для истца.

Довод ответчик о том, что на основе Технического задания осуществлялось формирование продукции для заказчика (стороны в ходе судебного разбирательства указанную продукцию именовали «Стенд»), по мнению суда, не свидетельствует о том, что Техническое задание имеет для истца потребительскую ценность, поскольку, как пояснили представители истца и не отрицалось ответчиком, Стенд создавался параллельно с Техническим заданием, причем значительная часть работ по созданию Стенда, как следует из материалов дела, произведена истцом своими силами.

Как пояснили представители истца, истец вынужденно согласился на параллельное формирование Стенда и создание Технического задания в целях попытаться соблюсти согласованные с конечным заказчиком сроки. При этом, как пояснили представители истца, Техническое задание по сути «подгоняли» под сформированный Стенд, тогда как при надлежащем исполнении ответчиком своим обязательств Стенд должен был быть основан на Техническом задании, а не наоборот, как фактически имело место быть.

Ответчиком данные утверждения истца не опровергнуты.

Объяснения сторон являются доказательствами по делу (ст. 81 АПК РФ). У суда отсутствуют основания не принимать изложенные выше объяснения истца в качестве доказательств по делу, поскольку они материалами дела не опровергаются.

Учитывая, что ответчиком не опровергался факт параллельной подготовки Стенда и создания Технического задания, суд приходит к выводу, что создание Стенда не явилось результатом реализации Технического задания, поскольку при создании Стенда Техническое задание как таковое еще отсутствовало и само находилось в стадии разработки. Соответственно, Техническое задание не имело для истца потребительской ценности при формировании Стенда.

Представители истца также особо обращал внимание на то обстоятельство, что истец не имеет возможности применить либо каким-либо иным образом использовать в своей коммерческой деятельности разработанное ответчиком Техническое задание, поскольку оно было необходимо для конкретного проекта и не может быть использовано в каком-либо ином проекте. Ответчиком данное утверждение не опровергнуто. Суд соглашается с указанным утверждением истца, поскольку, как уже отмечалось выше, по смыслу заключенного сторонами договора Техническому заданию не придавалось какого-либо самостоятельного значения, оно не подлежало самостоятельной денежной оценки, поскольку являлось частью пакета документов, в который помимо Технического задания входило еще 12 документов.

Суд отмечает, что сторонами в ходе судебного разбирательства было приведено значительное число доводов, которые имеют второстепенное значение и непосредственно не относятся к предмету спора. Данные доводы были учтены судом, однако они не могут повлиять на решение суда, т. к. непосредственно к предмету спора не относятся.

Исходя из вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что несмотря на факт передачи Технического задания ответчиком истцу, данный документ фактически не был использован в интересах истца и не имеет для него потребительской ценности. Соответственно, отсутствуют основания для оплаты работ ответчика по созданию Технического задания, т. к. его потребительская ценность для истца материалами дела не подтверждается.

Участники спора должны подтвердить фактические обстоятельства, положенные в основание требований или возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ), в противном случае они несут негативные последствия в виде возможного разрешения судом спора не в их пользу (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Согласно обычному общеисковому стандарту доказывания (с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств и при отсутствии сговора сторон об утаивании какой-либо информации от суда) суд принимает решение в пользу того лица, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника (стандарт доказывания, именуемый "баланс вероятностей", "перевес доказательств" или "разумная степень достоверности") (пункт 5 статьи 393 ГК РФ, статья 7.4.3 Принципов международных коммерческих договоров (Принципы УНИДРУА), определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2018 N 305-ЭС17-4004(2), от 30.09.2019 N 305-ЭС16-18600(5-8)).

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным противником, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

Это подтверждается разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в пункте 2 постановления от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции" (далее - Постановление N 46), в соответствии с которыми отказ стороны от фактического участия в состязательном процессе, в том числе непредставление или несвоевременное представление доказательств, в силу части 2 статьи 9 АПК РФ может влечь для стороны неблагоприятные последствия, заключающиеся в рассмотрении дела по имеющимся в деле доказательствам (часть 4 статьи 131 АПК РФ).

Суд, исследовав с достаточной полнотой и оценив представленные в материалы дела доказательства, условия заключенного между сторонами договора, платежные поручения о перечислении аванса, Технического задания исходил из качественного и количественного преобладания доказательств, подтверждающих исковые требования Общества (истца), над доказательствами, представленными предпринимателем (ответчиком).

При этом суд в ходе рассмотрения дела неоднократно предлагал сторонам представить дополнительные доказательства по делу; сторонам было предоставлено необходимое им время для представления всех имеющихся у них доказательств; стороны перед завершением исследований доказательств по делу подтвердили суду, что все имеющиеся у них доказательства представлены.

В связи с изложенным суд отклоняет довод предпринимателя о частичном исполнении им договорной обязанности по выполнению работ первого этапа в оплаченной обществом части, поскольку доводы общества о том, что договором не определена стоимость разработки технического задания, само по себе техническое задание не является результатом первого этапа работ, истец не имеет возможности применить, иным образом использовать в своей коммерческой деятельности разработанное предпринимателем техническое задание, а по сути это техническое здание не имеет для истца потребительскую ценность не опровергнуты ответчиком, а ссылка истца на заключенный сторонами договор (п. 4.1.2 договора), предполагающий оплату работ по законченным и принятым Заказчиком этапам работ, довод истца об отсутствии потребительской ценности выполненных ответчиком работ, ответчиком не опорочены, что создает явный перевес доказательств в пользу истца, осуществившего авансирование в отсутствие встречного предоставления (часть 2 статьи 9, часть 1 статьи 65 АПК РФ, пункт 36 Постановления N 46).

Доказательств того, что предоставленное подрядчику Техническое задание имеет обусловленную договором цену, в отсутствии остальных, относящихся к проектной и эксплуатационной документации, документов и имеет для Истца определенную потребительскую ценность, Ответчик в материалы дела не представил.

Из имеющихся в материалах дела доказательств судом установлено, что, сроки выполнения работ субподрядчиком нарушены, предусмотренные договором результаты этапов работ подрядчику по акту приемки выполненных работ к приемке не предъявлены.

В пункте 3 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно, расторгнутым.

Претензией от 23.08.2022 исх. №761 истец (подрядчик), указывая на неисполнение ответчиком обязательств по договору, неоднократное нарушение сроков выполнения работ, уведомил о расторжении договора и потребовал вернуть неотработанный аванс. Ответчик в своем ответе (исх. № 717 от 05.09.2023) против расторжения договора не возражал, но претензию о возврате неотработанного аванса удовлетворить отказался.

Сторонами в ходе судебного разбирательства не отрицалось, что договор 11.09.2023 был расторгнут. Материалами дела данное обстоятельство подтверждается.

В соответствии с положениями абзаца второго пункта 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Если оплата произведена в связи с договором, но надлежащего основания в виде эквивалентного встречного предоставления не имеется, то применению подлежат правила пункта 3 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении»).

Основанием для возникновения обязательства подрядчика по оплате обусловленных договором работ является сдача работ подрядчику путем подписания акта приемки выполненных работ (пункт 8 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда»).

На момент рассмотрения спора в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства выполнения ответчиком работ на оплаченную сумму 3 316 993 рубля 20 копеек, либо по возврату денежных средств, срок исполнения которого наступил, что нарушает законные права и интересы истца, которые подлежат защите согласно статье 12 ГК РФ.

Доказательств того, что спорная сумма была компенсирована или зачтена на каком-либо правовом основании между истцом и ответчиком, суду не представлено.

Оценив в совокупности все представленные доказательства, суд считает установленным факт ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по выполнению работ в полном объеме по спорному договору.

Таким образом, неотработанный авансовый платеж подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения в случае расторжения договора и (или) прекращения предусмотренных им обязательств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Из смысла данной правовой нормы следует, что для взыскания неосновательного обогащения необходимо доказать факт получения ответчиком имущества либо денежных средств без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований и его размер. Для подтверждения факта возникновения обязательства из неосновательного обогащения истец в соответствии со статьей 65 АПК РФ должен доказать совокупность следующих обстоятельств: возрастание или сбережение имущества (неосновательное обогащение) на стороне приобретателя; наличие убытков на стороне потерпевшего; убытки потерпевшего являются источником обогащения приобретателя (обогащение за счет потерпевшего); отсутствие надлежащего правового основания для наступления указанных имущественных последствий. Судом установлено, что истец платежными поручениями № 5364 от 04.10.2022, №601 от 06.02.2023 выплатил ответчику аванс в размере 3 316 993 рубля 20 копеек. Учитывая отсутствие доказательств выполнения работ по договору, в том числе по первому этапу в полном объеме и с надлежащим качеством, в отсутствии доказательств наличия потребительской ценности Технического задания для истца, размер неосновательного обогащения составляет 3 316 993 рубля 20 копеек.

Также истцом заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 38 882 рубля 53 копейки за период с 11.09.2023 по 13.10.2023 на сумму неосновательного обогащения. В соответствии с пунктом 1 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств. По правилам статьи 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Расчет процентов (приложение № 12 к исковому заявлению) проверен судом, признан верным, с учетом даты расторжения договора проценты могут быть начислены не ранее 11.09.2023 и составляют 38 882 рубля 53 копейки за период с 11.09.2023 по 13.10.2023.

Истцом также заявлено требование о взыскании неустойки за период с 21.12.2022 по 10.09.2023 в размере 312 512 рублей 84 копейки.

В пункте 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с Приложением 7 к договору за просрочку срока сдачи работ по договору в целом, а также промежуточных сроков выполнения работ по договору не по вине заказчика (сроков выполнения отдельных этапов, указанных в приложении № 4 к договору), подрядчик имеет право потребовать неустойку в размере 0,01 % в день от цены договора за каждый день просрочки, начиная с первого дня просрочки, но не более 5% от цены договора. Такой размер неустойки (0,01% в день) не считается чрезмерно высокой, суд не усматривает оснований для снижения неустойки на основании ст. 333 ГК РФ, начисленной Истцом, в размере 312 512 рублей 84 копейки. Расчет неустойки (приложение № 6 к исковому заявлению) проверен судом и признан соответствующим условиям договора и установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Довод ответчика о том, что просрочка исполнения обязательства возникла по вине истца, в связи с тем, что истец внес изменения в первоначальные требования к результату работ, и в связи с этим возникла необходимость выполнения дополнительных работ, судом отклонен, поскольку доказательств в подтверждение данного довода ответчиком не представлено. Данные доводы ответчика о том, что внес истец изменения в первоначальные требования к результату работ, являются его собственной интерпретацией проводимых сторонами совещаний в процессе исполнения договора. По мнению суда, из представленных в деле документов следует, что истцом заявлялись многочисленные замечания к выполняемой ответчиком работе и именно эти замечания ответчик квалифицирует в качестве изменений истцом требований к результатам работ. Однако в деле нет доказательств, свидетельствующих о том, что стороны вносили изменения в договор, в результате которых были изменены первоначальные требования к результатам работ, повлекшие необходимость проведения дополнительных работ.

Как пояснили представители истца, ответчик по существу не справлялся со своей работой, в связи с чем к нему были многчисленные замечания.

В соответствии с пунктом 1 статьи 716 ГК РФ именно на подрядчике как профессионале в сфере отношений, соответствующей характеру выполняемых по договору подряда работ, лежит обязанность немедленно предупреждать заказчика обо всех обстоятельствах, которые создают невозможность завершении работы в предусмотренный договором срок. Согласно п. 2 ст. 716 ГК РФ Подрядчик, не предупредивший Заказчика об указанных обстоятельствах, не вправе при предъявлении к нему соответствующего требования ссылаться на указанные обстоятельства.

Эта норма в совокупности с закрепленным в пункте 3 статьи 307 ГК РФ общим принципом солидаризма сторон, заключающимся в обязанности по взаимному оказанию необходимого содействия для достижения цели обязательства (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2016 N 7-П), устанавливает алгоритм ожидаемого поведения подрядчика, на котором строится стандарт добросовестного осуществления гражданских прав участником гражданского оборота (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Таким образом, закон регламентирует порядок действий добросовестного, разумного и осмотрительного подрядчика, отклонение от которого должно иметь веские причины, чтобы быть оцененным судом как нормальное поведение подрядчика, не являющееся влекущей для него негативных последствий девиацией (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 716 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательство, либо исполнившее его ненадлежащим образом, несёт ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признаётся невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства. В силу пункта 2 статьи 401 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство. Согласно пункту 3 статьи 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора. Из пункта 1 статьи 406 ГК РФ следует, что кредитор считается просрочившим, если он, в том числе, не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства. Указанные положениям корреспондируют нормам статьи 762 ГК РФ, в соответствии с которой на заказчика возложена обязанность по оказанию подрядчику содействия в выполнении работ. Согласно статье 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности, непредставление документации иных исходных данных, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328 Кодекса). Порядок приостановления работ, а также перечень обстоятельств, служащих для этого основаниями конкретизированы в статье 716 ГК РФ, также этот перечень приведен в п. 21.2 заключенного сторонами договора. Согласно пункту 1 статьи 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении в том числе, не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые создают невозможность завершения работ в установленный срок. Об установленном подобного рода факте подрядчик должен своевременно предупредить заказчика и приостановить работы. При этом норма статьи 716 ГК РФ содержит императивное указание именно на обязанность подрядчика сообщать об обстоятельствах, которые создают невозможность завершения работ в установленный срок и приостанавливать работы. В нарушение указанных норм права ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих направление в адрес истца уведомлений о приостановлении выполнения работ по договору. Указанная обязанность субподрядчика также закреплена в заключенном сторонами договоре (п. 21.2 договора). В соответствии с п. 2 статьи 716 ГК РФ подрядчик, не предупредивший заказчика об указанных выше обстоятельствах не вправе ссылаться на эти обстоятельства при предъявлении к нему соответствующего требования. Указанная правовая норма также закреплена в заключенном сторонами договоре (п. 21.4 договора).

Таким образом, из материалов дела не усматривается наличия смешанной вины сторон.

При изложенных обстоятельствах иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по иску в размере 41 342 рубля подлежит взысканию с ответчика в пользу истца, поскольку иск удовлетворен полностью.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



РЕШИЛ:

взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***> ОГРНИП 304231535800010) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Элком +» (ИНН <***> ОГРН <***>) 3316993,20 руб. неосновательного обогащения, 38882,53 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 312512,84 руб. неустойки, 41342,00 руб. в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины, всего 3709730,57 руб.


Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.



Судья Е.А. Токарев