Решение от 20 мая 2022 г. по делу № А76-24528/2021

Арбитражный суд Челябинской области

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А76-24528/2021
г. Челябинск
20 мая 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 13 мая 2022 года.

Решение в полном объеме изготовлено 20 мая 2022 года.


Судья Арбитражного суда Челябинской области Кирьянова Г.И. при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Монтаж инженерных коммуникаций и сетей», ОГРН <***>, г. Челябинск к обществу с ограниченной ответственностью «Технология», ОГРН <***>, г. Челябинск, к обществу с ограниченной ответственностью «Алмаз», ОГРН <***>, деревня Худяково Красноармейского района Челябинской области, о признании недействительной мнимой сделки по уступке прав требования, при участии в судебном заседании до перерыва: от ответчика ООО «Технология»: ФИО2, представителя, действующего на основании доверенности от 03.03.2021, предъявлен паспорт, диплом,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Монтаж инженерных коммуникаций и сетей» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Технология», обществу с ограниченной ответственностью «Алмаз» (далее – ответчик), о признании недействительной оформленной договором уступки прав (цессии) от 22.03.2018 мнимой сделки по уступке прав требования к ООО «МИКС» по договору подряда № 1 от 01.08.2017, договору подряда № 2 от 07.08.2017, договору подряда № 3 от 01.08.2017, договору подряда № 4 от 11.08.2017, договору подряда №5 от 15.08.2017, договору подряда № 6 от 04.09.2017, договору подряда № 7 от 04.08.2017, совершенной ООО «Технология» в адрес ООО «Алмаз», совершенную в нарушении установленного запрета с намерением причинить вред ООО «МИКС».

От ответчика ООО «Технология» в суд 15.09.2021 поступил отзыв на исковое заявление, в котором ответчик возражает против требований истца. В отзыве ответчик ссылается на п. 17 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21 декабря 2017 № 54, согласно которому уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ). Целью заключения договора уступки прав требования у ООО «Технология» было получение оплаты, а не причинение имущественного вреда ООО «МИКС» ООО «МИКС» еще в 2018 году в период банкротства стало известно о договоре цессии, но оспаривать данный договор ему было экономически невыгодно.

В дополнениях к отзыву ответчик ООО «Технология» указал, что ООО «МИКС» совместно с ООО «Алмаз» злоупотребляют своим правом на судебную защиту. ООО «Технология» действовало добросовестно, все имеющие доказательства своей добросовестности ООО «Технология» предоставило в суд в рамках дела №А76-52605/2020. Решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.05.2021 исковые требования ООО «Технология» удовлетворены в полном объеме. 29.07.2021 ООО «МИКС» обратилось с апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда Челябинской области от 24.05.2021 по делу № А76-52605/2020, в том числе указывая на мнимость сделки, а также что условиями каждого из указанных договоров подряда установлен запрет уступки права требования без согласия второй стороны. Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2021 решение суда оставлено без изменения.

В дополнениях, поступивших в суд 16.03.2022, ООО «Технология» указывает, что суд кассационной инстанции также отклонил доводы ООО «Алмаз» на то, что пункты договоров подряда содержат прямой запрет на уступку прав требования по договору без письменного согласия другой стороны, указав на то, что судами не установлено обстоятельств, указывающих на признание сделки недействительной.

Представители истца, общества с ограниченной ответственностью «Алмаз» в судебное заседание 04.05.2022 не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в порядке ст. 123 АПК РФ.

Неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, не препятствует рассмотрению дела по существу в их отсутствие (часть 3 статьи 156 АПК РФ).

В судебном заседании, на основании статьи 163 АПК РФ, объявлен перерыв до 13.05.2022.

После объявленного перерыва представители истца, общества с ограниченной ответственностью «Алмаз» в судебное заседание 13.05.2022 не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в порядке ст. 123 АПК РФ.

Неявка в судебное заседание лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, не препятствует рассмотрению дела по существу в их отсутствие (часть 3 статьи 156 АПК РФ).

Дело рассматривается по правилам статьи 156 АПК РФ в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащими образом о времени и месте рассмотрения дела, по имеющимся в деле доказательствам.

Изучив материалы дела, арбитражный суд считает иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между ООО «Технология» (цедент) и ООО «Алмаз» (цессионарий) заключен договор уступки прав (цессии) от 22.03.2018 (далее – договор), в соответствии с пунктом 1.1 которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требования задолженности к обществу с ограниченной ответственностью «МИКС», именуемому в дальнейшем должник, на сумму 4 299 292 руб. 83 коп., учитываемой за должником перед цедентом по состоянию на 22 марта 2018г., и возникшей из следующих сделок:

- договор подряда №7 от 04.09.17 <...> на сумму 460 000 руб. 00 коп.;

- договор подряда №1 от 01.08.17 г. Тепл сети мк34-В-1 на сумму 520 000 руб. 00 коп.;

- договор подряда №2 от 07.08.17 г. Дзержинск.17 на сумму 1 150 000 руб. 00 коп.;

- договор подряда №3 от 03.08.17 г. Техн перевоорж ТМ-3 на сумму 93 750 руб. 00 коп.;

- договор подряда №4 от 11.08.17 г. Шенкурск, Болейко на сумму 1 500 000 руб. 00 коп.;

- договор подряда №5 от 15.08.17 г. Тамбов на сумму 75 542 руб. 83 коп.;

- договор подряда №6 от 04.09.17 <...> на сумму 500 000 руб. 00 коп.

Согласно пункту 2 указанного договора сумма передаваемого в соответствии с пунктом 1 настоящего соглашения права требования составляет 4 299 292 руб. 83 коп.

В соответствии с пунктом 5 договора цена уступаемого права требования согласно пункту 1 настоящего соглашения составляет 4 299 292 руб. 83 коп. Уплата указанной цены производится в течение 20 рабочих дней с момента подписания настоящего соглашения на расчетный счет цедента. Расчет по данному соглашению стороны могут также производить любыми не запрещенными законодательством РФ способами.

В обоснование исковых требований истец указывает на то, что договор уступки прав (цессии) от 22.03.2018, заключенный между ООО «Технология» (цедент) и ООО «Алмаз» (цессионарий) является мнимой сделкой, совершенной в нарушение запрета с намерением причинить вред ООО «МИКС». Условиями каждого из указанных договоров установлен запрет уступки права требования без согласия второй стороны. Такого согласия ООО «МИКС» ООО «Технология» не давало.

Указанное явилось основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Согласно пункту 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

В силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации такой договор между цедентом и цессионарием может являться договором, предусмотренным законом или иными правовыми актами, смешанным договором или договором, который не предусмотрен законом или иными правовыми актами.

С учетом установленных договором цессии взаимных прав и обязанностей сторон он является договором продажи имущественного права (пункт 4 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации), а потому к нему применимы правила гражданского законодательства о договоре купли-продажи (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 485 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар по цене, предусмотренной договором купли-продажи.

В силу статей 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (п. 1). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5).

Пунктом 2 ст. 168 указанного кодекса предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

В п. 7 данного постановления указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пп. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Согласно разъяснениям, данным в п. 86 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении спора о мнимости сделки следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ, а также для признания сделки мнимой на основании ст. 170 этого же кодекса необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

По данному делу заявляя о признании оспариваемой сделки мнимой, истец не привел никаких доводов и не указал никаких обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности сделки либо о намерении сторон совершить эту сделку исключительно для вида, без ее реального исполнения.

Судом установлено, что в рамках дела №А76-52605/2020 общество с ограниченной ответственностью «Технология» обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Алмаз» о взыскании задолженности в размере 3 385 150 руб. 82 коп.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 24.05.2021 исковые требования удовлетворены, с общества с ограниченной ответственностью «Алмаз» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Технология» взысканы основной долг в размере 3 385 150 руб. 82 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 39 926 руб. 00 коп.

С указанным решением суда не согласились общество «Алмаз» и общество «Монтаж инженерных коммуникаций и сетей», подали апелляционные жалобы, в которых просили решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

Общество «Алмаз» указывает на несоблюдение истцом требований пункта 3 статьи 385 ГК РФ, что лишило ответчика возможности надлежащим образом уведомить должника (ООО «МИКС») об уступке права требования, поскольку Цедентом не исполнены обязательства по п.3 договора о передаче по акту приема-передачи документов, удостоверяющих права требования.

Полагает, что передача по акту приема-передачи документации от 23.03.2018 копий документов нельзя признать надлежащим исполнением истцом договорных обязательств и исключает возможность предъявления ответчиком требований к должнику.

Общество «Монтаж инженерных коммуникаций и сетей» указывает, что обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с иском к ООО «Технология» и ООО «Алмаз» о признании недействительной оформленной договором уступки прав (цессии) от 22.03.2018 мнимой сделке по уступке прав требования к ООО «МИКС» по Договорам подряда №1 от 01.08.2017, №2 от 07.08.2017, №3 от 01.08.2017, №4 от 11.08.2017, №5 от 15.08.2017, №6 от 04.09.2017, №7 от 04.08.2017, совершенную в нарушение установленного запрета с намерением причинить вред ООО «МИКС». Ссылается на мнимость сделки, оформленной договором уступки прав (цессии) от 22.03.2018, поскольку уступка права требования по договорам подряда до истечения гарантийного срока и в условиях наличия задолженности ООО «Технология» перед ООО «МИКС» по иным обязательствам фактической своей целью имела исключение возможности зачета встречных требований к уступаемой задолженности, то есть причинение ООО «МИКС» имущественного вреда.

Полагает, что ООО «Технология» не только уступило право требования в отсутствие согласия должника, но, как и ООО «Алмаз» намеренно не уведомило ООО «МИКС» о произошедшей уступке, фактически скрывая сделку, осознавая негативные последствия осведомленности ООО «МИКС» о такой уступке.

Между истцом и ответчиком подписан договор уступки от 22.03.2018, по условиям которого цессионарию передано право требования задолженности к обществу «МИКС» на сумму 4 299 292 руб. 83 коп., возникшей из сделок: договор подряда №7 от 04.09.17 Красноп. пл. № 1 на сумму 460 000 руб. 00 коп.; договор подряда №1 от 01.08.17 Тепл. сети мк34-В-1 на сумму 520 000 руб. 00 коп.; договор подряда №2 от 07.08.17 Дзержинск.17 на сумму 1 150 000 руб. 00 коп.; договор подряда №3 от 03.08.17 Техн перевоорж ТМ-3 на сумму 93 750 руб. 00 коп.; договор подряда №4 от 11.08.17 Шенкурск, Болейко на сумму 1 500 000 руб. 00 коп.; договор подряда №5 от 15.08.17 Тамбов на сумму 75 542 руб. 83 коп.; договор подряда №6 от 04.09.17 Челябинск ул. Бажова на сумму 500 000 руб. 00 коп.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 информационного письма Президиума ВАС РФ от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» договор уступки требования является заключенным, если возможно установить, какое именно право передано новому кредитору.

Предмет договора уступки прав требования (цессии) от 22.03.2018 определен, разногласий относительно существенных условий договора уступки между цедентом и цессионарием не установлено.

Пунктом 2 договора уступки сторонами согласовано, что сумма передаваемого в соответствии с пунктом 1 соглашения права требования составляет 4 299 292 руб. 83 коп.

Таким образом, условиями договора уступки предусмотрено встречное предоставление цессионарием за приобретенное право.

Признаков договора дарения у спорного договора суд апелляционной инстанции не усматривает.

По акту приема-передачи документации от 23.03.2018 цедентом цессионарию переданы заверенные ксерокопии документов, в том числе договоры подряда №1 от 01.08.2017, №2 от 07.08.2017, №3 от 01.08.2017, №4 от 11.08.2017, №5 от 15.08.2017, №6 от 04.09.2017, №7 от 04.08.2017.

Факт получения уведомления от 14.05.2021, равно как и получения оригиналов договоров подряда, не опровергнут, доказательств наличия каких-либо неясностей и неопределенности при оплате уступленного права, материалы дела не содержат, вопрос о фальсификации уведомления от 14.05.2021 рассмотрен в рамках дела №А76-52605/2020, в силу чего доводы о неполучении документов о возникновении у права требования судом не принимаются.

Согласно правой позиции, изложенной в пункте 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» уклонение цедента от передачи цессионарию документов, удостоверяющих переданное последнему право (требование), само по себе не свидетельствует о том, что данное право (требование) не перешло к цессионарию.

Невыполнение первоначальным кредитором обязанностей, предусмотренных пунктом 3 статьи 385 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу не влияет на возникновение у нового кредитора прав в отношении должника. К новому кредитору права (требования) по общему правилу переходят в момент совершения сделки уступки права (требования). Передача документов, удостоверяющих право и подтверждающих его действительность, производится на основании уже совершенной сделки.

Ссылка на незаконность уступки ввиду отсутствия в договорах подряда, заключенных ООО «МИКС» и ООО «Технология», согласия должника на уступку, подлежит отклонению ввиду следующего.

Абзацем 2 пункта 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если договором предусмотрен запрет уступки, сделка по уступке может быть признана недействительной по иску должника только в том случае, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об указанном запрете.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», при оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо исходить из существа обязательства. Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника.

Между тем доказательств того, что договоры подряда предусматривают обязательное получение согласия должника на уступку прав по данному договор материалы дела не содержат, что не свидетельствует о незаконности договора уступки от 22.03.2018.

Доводы общества «Монтаж инженерных коммуникаций и сетей» о мнимости договора уступки от 22.03.2018 заявлялись при рассмотрении дела №А76-52605/2020 и отклонены судом апелляционной инстанции по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимый характер сделки заключается в том, что у участников мнимой сделки отсутствует действительное волеизъявление на создание соответствующих ей правовых последствий, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, но создают видимость таких правоотношений для иных участников гражданского оборота. Совершая сделку для вида, ее стороны правильно оформляют необходимые документы. Однако фактические правоотношения из договора между сторонами мнимой сделки отсутствуют (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Согласно пункту 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Таким образом, заявляя о ничтожности договора цессии, ООО «Монтаж инженерных коммуникаций и сетей» как лицо, не являющееся стороной по сделке, обязано доказать, что соответствующая сделка нарушает его права или охраняемые законом интересы лица и требует судебной защиты в соответствующей форме.

Пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что если договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что цессионарий знал или должен был знать об указанном запрете (пункт 2 статьи 382, пункт 3 статьи 388 ГК РФ).

В свою очередь, применительно к пункту 3 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку. Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10 и 168 ГК РФ) (пункт 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54).

Предметом договора уступки являются требования по денежному обязательству, возникшие из договоров подряда, заключенных третьим лицом и истцом, следовательно, отсутствие согласия должника на уступку права требования не лишает силы саму уступку требования.

Кроме того, в силу абзаца 3 пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации оценка действительности договора уступки права требования входит в сферу правового интереса должника только при доказанности факта его нарушения его прав оспариваемой сделкой, однако таких доказательств с учетом обстоятельств, указанных ответчиком как основания недействительности сделки, не представлено.

При этом объективных доказательств того, что цедент и цессионарий действовали с целью причинения ущерба должнику в материалы дела не представлено.

В отсутствие иных обстоятельств, свидетельствующих о незаключенности или недействительности договора уступки прав требования (цессии) от 22.03.2018, следует признать, что названный договор влечет правовые последствия, предусмотренные статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Нормой ч. 2 ст. 69 АПК РФ предусмотрено, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Преюдициально установленные факты не подлежат доказыванию. Преюдициальными фактами называются те факты, которые установлены вступившим в силу и неотмененным судебным актом.

Преюдиция распространяется на констатацию судом тех или иных обстоятельств, содержащуюся в судебном акте, вступившем в законную силу, если последняя имеет правовое значение и сама по себе может рассматриваться как факт, входивший в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 № 2013/12, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. В качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства признается пересмотр судебных актов по новым и вновь открывшимся обстоятельствам (п. 4.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П).

Учитывая изложенное и принимая во внимание обстоятельства, установленные при рассмотрении дела №А76-52605/2020, суд приходит к выводу о преюдициальности установленных судебными актами по указанному делу обстоятельств для целей рассмотрения настоящего спора.

Заявленное одним из ответчиков – ООО «Алмаз» заявление о признании иска удовлетворению не подлежит в силу следующего.

Ответчик вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции признать иск полностью или частично (часть 3 статьи 49 АПК РФ).

Признание иска может быть сделано как в виде отдельного письменного заявления, которое приобщается к материалам дела, так и в виде записи в протоколе судебного заседания, которая подтверждена подписью ответчика (пункт 9 части 2 статьи 153 АПК РФ). Неявка ответчика в судебное заседание, ненаправление им возражений по существу спора не могут служить основанием для вывода о признании иска.

Арбитражный суд не принимает признание ответчиком иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц, в том числе не участвующих в деле (часть 5 статьи 49 АПК РФ). Например, суд вправе не принять признание иска ответчиком в случае, если имеются основания полагать, что лица, участвующие в деле, намерены совершить незаконную финансовую операцию при действительном отсутствии спора о праве между ними.

Учитывая, что в настоящем случае исковые требования были предъявлены к двум соответчикам, по смыслу изложенных разъяснений, применение последствий признания иска одним из соответчиков приведет к нарушению прав другого соответчика, имеющего противоположную правовую позицию по делу и настаивающего на отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

Ввиду изложенного, исковое заявление рассмотрено судом по существу.

На основании вышеизложенного, требования истца удовлетворению не подлежат.

При обращении истца им была уплачена госпошлина в сумме 6 000 руб. 00 коп., что подтверждается чек-ордером от 16.07.2021.

Поскольку судом в удовлетворении исковых требований отказано, расходы истца на уплату государственной пошлины возмещению не подлежат.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в апелляционную инстанцию – Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.


Судья Г.И. Кирьянова


Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда.