Решение от 21 марта 2021 г. по делу № А45-9931/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-9931/2020
г. Новосибирск
22 марта 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 19 марта 2021 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Суворовой О.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Герасимовой Д.И, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Композитэнергострой" (ИНН 5405000336), г. Новосибирск

к Федеральному государственному унитарному предприятию "Всероссийский научно-исследовательский институт физико-технических и радиотехнических измерений" (ИНН <***>), г. Солнечногорск р.п. Менделеево,

при участии в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, 1) акционерного общества «Брянский Химический Завод Имени 50-летия СССР»; 2) ООО «Униторг»; 3) ООО «ЭС Сибирь», 4) НГАСУ (СибСтрин).

о взыскании 602 590 рублей,

по встречному иску о взыскании 938 655 рублей,

при участии:

от истца: ФИО1 , доверенность от 21.04.2020, паспорт;

от ответчика: ФИО2, доверенность № 06-21 от 11.01.2021, удостоверение адвоката;

от третьих лиц – 1) ФИО3, доверенность № Д 20/07/20-1 от 20.07.2020, диплом, паспорт; 2-3) не явились, извещены,4) ФИО4 (паспорт, доверенность от 15.03.2021),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Композитэнергострой" (далее – истец, ООО "Композитэнергострой") обратилось в суд с исковым заявлением к Федеральному государственному унитарному предприятию "Всероссийский научно-исследовательский институт физико-технических и радиотехнических измерений" (далее - ответчик, ФГУП "ВНИИФТРИ") о взыскании суммы задолженности в размере 602 590 рублей.

К производству совместно с первоначальным иском принят встречный иск о взыскании неосновательного обогащения размере 410 000 рублей, убытков в размере 317 655 рублей.

В судебном заседании истец по встречному иску уточнил свои требования и просил взыскать сумму неосновательного обогащения в размере 115 000 рублей, убытков в размере 938 655 рублей.

Суд принял к рассмотрению уточненные встречные исковые требования как не противоречащие ст. 49 АПК РФ.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: акционерное общество «Брянский Химический Завод Имени 50-летия СССР» (далее – АО «БХЗ им. 50-летия СССР»); 2) общество с ограниченной ответственностью «Униторг» (далее – ООО «Униторг», до переименования – ООО «Сибпроминжиниринг»); 3) общество с ограниченной ответственностью «Электротехнические системы Сибири» (далее - ООО «ЭС Сибирь»), 4) Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Новосибирский Государственный архитектурно-строительный университет СИБСТРИН» (далее - НГАСУ (СибСтрин)).

Истец и ответчик выразили несогласие с предъявленными друг другом требованиями по основаниям, изложенным в отзывах.

Проанализировав исковые требования, исследовав и оценив все представленные доказательства в совокупности, суд установил следующее.

12.03.2019 между ООО «Композитэнергострой» (исполнитель) и ФГУП «СНИИМ» (заказчик, после переименования ФГУП "ВНИИФТРИ") был заключен договор №3С-2019, согласно которого исполнитель обязался по заданию заказчика выполнить работы согласно графика выполнения работ (приложение №1 к договору) и сдать их результат заказчику, а заказчик обязался принять и оплатить работы исполнителя.

В соответствии с п. 2.1. договора цена работ составляет 4 202 590 рублей.

Сроки выполнения работ указаны в Графике выполнения работ (п. 1.2. договора).

Работа является составной частью работ, выполняемых ФГУП «СНИИМ» по договору №КО/19/02/19-1 от 19.02.2019, заключенному с АО «Брянский химический завод имени 50-летия СССР» (генеральный заказчик) – п. 1.3. договора.

Технические характеристики, предъявляемые оборудованию, требования к качеству, безопасности, комплектации, упаковке, маркировке должны соответствовать техническому заданию (Приложение №3 к договору).

Порядок оплаты работ определен в п. 2.3. договора:

- авансовый платеж в размере 1 200 000 рублей оплачивается в течение 5 банковских дней после заключения договора и выставления исполнителем счета.

- оплата 1 этапа работ в размере 1 200 000 рублей производится в течение 5 банковских дней после подписания акта сдачи-приемки выполненных работ по 1 этапу.

- оплата 2 этапа работы в размере 1 200 000 рублей производится в течение 5 банковских дней после подписания акта сдачи-приемки выполненных работ по 2 этапу.

- окончательный расчет в размере 602 590 рублей производится в течение 5 банковских дней после подписания акта сдачи-приемки выполненных работ по 4 этапу.

Истец представил в материалы дела Приложение № 1 к договору с указанием этапов работ, подписанное истцом в одностороннем порядке.

В подтверждение факта выполнения работ истец представил акты выполненных работ, подписанные сторонами:

- акт № 1 от 102.04.2019 по 1 этапу на сумму 1 200 000 рублей;

- акт № 2 от 07.05.2019 по 2 этапу на сумму 1 200 000 рублей;

- акт № 3 от 02.07.2019 по 3 этапу на сумму 1 200 000 рублей;

Также представлен акт № 4 по выполнению работ по 4 этапу (монтаж оборудования и пуско-наладка в АО «БХЗ») на сумму 602 590 рублей от 18.09.2019, не подписанный со стороны заказчика.

Претензией от 05.11.2019 истец просил ответчика оплатить 4 этап работ, отказ в удовлетворении которой послужил поводом обращения с настоящим иском.

В силу пункта 1 статьи 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных её этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы, при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

В соответствии со статьей 720 Гражданского кодекса Российской Федерации, заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику. Заказчик, обнаруживший недостатки в работе при ее приемке, вправе ссылаться на них в случаях, если в акте либо в ином документе, удостоверяющем приемку, были оговорены эти недостатки либо возможность последующего предъявления требования об их устранении.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец предъявил к приемке заказчика работы по монтажу оборудования и его пуско-наладке. Акт выполненных работ № 4 от 18.09.2019 был получен ответчиком 05.11.2019, о чем свидетельствует штамп входящей корреспонденции организации ответчика.

При этом, акт выполненных работ № 4 от 18.09.2019 имеет штамп «Решение приёмочной комиссии» в составе представителей ответчика ФИО5, ФИО6, ФИО7 о соответствии работ требованиям нормативной документации и условиям договора.

Заказчик приступает к приемке работ, выполненных по договору, в течение пяти дней с момента получения сообщения исполнителя о готовности к сдаче результата выполненных работ (п. 5.2.1. договора).

В соответствии с пунктом 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом, и акт подписывается другой стороной.

Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными.

Отказываясь от подписания акта приемки выполненных работ, заказчик обязан указать и обосновать причины такого отказа, а суд при разрешении спора должен проверить их правомерность.

Так, ответчик, возражая против обоснованности требований истца, указал, что согласно п. 5.1.1. договора оборудование считается принятым заказчиком с момента подписания акта приема-передачи между заказчиком и генеральным заказчиком (АО «БХЗ им. 50-летия СССР»). На момент направления 05.11.2019 претензии, такой документ с АО «БХЗ им. 50-летия СССР» подписан не был, о чем было сообщено истцу письмо от 12.11.2019..

Суд не может согласиться с доводами ответчика в указанной части, поскольку указанный пункт договора (п. 5.1.1.) регулирует порядок приемки оборудования.

Кроме того, судом установлено, что оборудование было принято генеральным заказчиком 27.11.2019 по акту приема-передачи оборудования.

Порядок приемки работ по 4 этапу работ определен в п. 5.2.2. договора, согласно которому сдача результата работ исполнителем и приемка его заказчиком оформляются актом о приемке-сдаче выполненных работ по 4 этапу, подписанным обеими сторонами.

Участие АО «БХЗ им. 50-летия СССР» в приёмке по 4 этапу работ договор не предусматривает.

Ответчик указал, что в ходе сдачи всего комплекса работ генеральному заказчику - АО «БХЗ им. 50-летия СССР» были выявлены недостатки в работе покрасочной линии, что лишало возможности ее эксплуатации.

При этом, ответчик представил служебную записку заместителя директора ФГУП «СНИИМ» от 06.11.2019, согласно которой монтаж и пуско-наладка оборудования не были завершены:

- не выполнены требования пожарной безопасности к оборудованию;

- не осуществлено бетонирование зазоров под опорами частей поставляемого оборудования;

- не обеспечено выполнение требований к выходу на температурный режим;

- не осуществлено опробование оборудования;

- акт приема-передачи между заказчиком и генеральным заказчиком не подписан.

Представлен акт предварительных испытаний от 18.12.2019, составленный между ответчиком и АО «БХЗ им. 50-летия СССР», согласно которому, помимо прочего, было установлено, что в проекте указан и установлен калорифер, не предназначенный для использования во взрывоопасных средах. Сушильная камера вышла на режим 80°С за 70 минут.

Претензией от 28.01.2020 ответчик уведомил истца о том, что истец не указал в задании по разработке раздела проектной (рабочей) документации «Отопление и вентиляция» линии по нанесению лакокрасочного покрытия о необходимости выполнения требований по времени вывода камеры сушки на режим 80°С за 30 минут, в связи с чем ООО «Сибпроминжинирниг» не принял соответствующих проектных решений, обеспечивающих выполнение данных требований, в результате чего ФГУП «СНИИМ» не может сдать работы генеральному заказчику.

Ссылка истца о том, что заказчик не предъявлял претензией по качеству спорных видов работ, опровергается копией почтового конверта о направлении в адрес истца данной претензии, которая не была получена последним в отделении почтовой связи. Поскольку претензия была возвращена отправителю в связи с истечением хранения, т.е. по причине, зависящей от истца, который не явился за получением почтового отправления, она считается врученной истцу.

Претензией от 24.03.2020 ответчик указал истцу, что истцом был запроектирован в общую покрасочною линию, а заказчиком приобретен калорифер, не предназначенный для работы во взрывоопасных средах; не выполнено требование по выходу оборудования на рабочий режим, не выполнены общие требования технического задания.

Данная претензия была получена истцом 13.04.2020 (согласно уведомлению о вручении).

В соответствии со ст.721 ГК РФ, результат выполненной работы должен на момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определенным обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования, а если такое использование договором не предусмотрено, для обычного использования результата работ такого рода.

Заказчик вправе отказаться от приемки результата работ в случае обнаружения недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре подряда цели и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком.

Оспаривая доводы ответчика, истец указал, что в его обязанности по договору не входили работы по разработке раздела документации «Отопление и вентиляция», а только разработка Технического задания на проектирование раздела документации «Отопление и вентиляция»; калорифер общепромышленного назначения был заложен в Техническое задание на проектирование по указанию представителя ФГУП «СНИИМ» ФИО6; в обязанности истца не входили работы по проверке достижения оборудованием режима выхода на 80°С за 30 минут; ответчик не доказал наличие вины истца в не достижении оборудованием проектных показателей.

Оценив доводы истца, суд находит их несостоятельными.

Так, судом установлено, что сторонами не было подписано Приложение № 1 к договору, определяющее состав работ по этапам, однако в судебном заседании они не оспаривали состав работ.

При этом, стороны подписали, в том числе, акт № 2 от 07.05.2019, согласно которому истец как исполнитель предъявил к приемке, а заказчик принял проектные работы по вентиляции и коммутации на сумму 115 000 рублей.

Истец настаивал на том, что оплату в сумме 115 000 рублей получил от заказчика за подготовку Технического задания на проектирование. Проектные работы не осуществлял, проектную документацию заказчику не передавал.

Данные доводы истца не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Так, ответчиком представлен договор № 38 от 23.04.2019, заключенный между истцом и ООО «Сибпроминжиниринг» на выполнение работ по разработке рабочей документации раздел «Отопление и вентиляция» линии по нанесению лакокрасочного покрытия для АО «БХЗ им. 50-летия СССР».

Истец наличие данного договора не опровергал, однако указал, что исполнение по данному договору не было, соответствующий раздел документации ООО «Сибпроминжиниринг» в адрес истца не передавало.

При этом, ответчик представил в материалы дела письмо ООО «Сибпроминжиниринг» от 19.10.2020, направленное по запросу в адрес ответчика о том, что ООО «Сибпроминжиниринг» подтверждает факт заключения договора № 38 от 23.04.2019, факт выполнения работ и передачу проектной документации истцу.

Кроме того, ООО «Сибпроминжиниринг» указало, что во исполнение своих обязательств по договору № 38 от 23.04.2019, был заключен договор с ФГБОУ ВО НГАСУ СИБСТРИН ПИ «Сибстринпроект», который и разработал раздел рабочей документации «Отопление и вентиляция».

Представлено письмо НГАСУ (СибСтрин) от 24.03.2020 в адрес ответчика о том, что между ними и ООО «Сибпроминжиниринг» был заключен и фактически исполнен договор, в рамках которого НГАСУ (СибСтрин) разработало раздел рабочей документации «Отопление и вентиляция» линии по нанесению лакокрасочного покрытия для АО «БХЗ им. 50-летия СССР».

Также представлено письмо НГАСУ (СибСтрин) от 03.09.2019 в адрес истца, в котором третье лицо - НГАСУ (СибСтрин) дает разъяснения в части использования оборудования с запроектированным калорифером общепромышленного назначения.

В материалы дела представлена накладная от 23.05.2019, согласно которой ООО «Сибпроминжиниринг» передало ООО «Композитэнергострой» рабочую документацию шифр СНМК.443222.002.04.00.000-ОВ (Наименование документации «Разработка рабочей документации по дублированию пульта охранно-пожарной сигнализации здания АБК на пост охраны КПП № 11»).

При этом, представлено объяснение директора ООО «Сибпроминжиниринг» ФИО8 о том, что наименование документации в накладной от 23.05.2019 указано ошибочное, фактически передавалась 23.05.2019 документация: раздел рабочей документация «Отопление и вентиляция».

Третье лицо – АО «БХЗ им. 50-летия СССР» пояснило в суде, что получило от ответчика 26.12.2019 проект рабочей документации «Отопление вентиляция» шифр СНМК.443222.002.04.00.000-ОВ, разработчиками которой являлись ФГБОУ ВО НГАСУ СИБСТРИН ПИ «Сибстринпроект».

В судебном заседании свидетель ФИО6 (в спорный период начальник конструкторского бюро ФГУП «СНИИМ») подтвердил факт получения раздела документации «Отопление и вентиляция» линии по нанесению лакокрасочного покрытия для АО «БХЗ им. 50-летия СССР».

Таким образом, проанализировав представленные в материалы дела документы, пояснения сторон, в отсутствие надлежащих возражений со стороны истца, суд приходит к выводу, что истцом, вопреки его утверждениям, была подготовлена и передана в распоряжение ответчика раздел документации «Отопление и вентиляция» линии по нанесению лакокрасочного покрытия для АО «БХЗ им. 50-летия СССР».

При этом, истец указал, что вид калорифера, указанный в Техническом задании на проектирование, был предложен представителем ответчика - начальником конструкторского бюро ФИО6 Истец был ознакомлен с Техническим заданием к договору от 19.02.2019, заключенным ответчиком с АО «БХЗ им. 50-летия СССР», и видел, что степень взрывозащиты сушильной камеры должна быть не менее 2ЕХ, в связи с чем обратился к начальнику конструкторского бюро ФИО6 для дачи разъяснений в указанной части. Согласно письму ФИО6, указано на применение в проекте калорифера общепромышленного назначения с обоснованием выбора его установки. В связи с данными указаниями и был заложен калорифер общепромышленного назначения.

Ответчик оспаривал полномочия ФИО6 в части дачи указаний на изменение Технического задания и применения калорифер общепромышленного назначения.

Вместе с тем, проанализировав представленную ответчиком должностную инструкцию начальника конструкторского бюро, условия договора №3С-2019 от 12.03.2019, учитывая положения ст.ст. 182, 402 ГК РФ, суд приходит к выводу у истца имелись основания полагать, что полномочия ФИО6 явствовали из обстановки.

В судебном заседании свидетель ФИО6 подтвердил факт дачи указания истцу о проектировании калорифера общепромышленного назначения в целях уменьшения финансовой нагрузки по приобретению соответствующего оборудования. При этом, ФИО6 обратился непосредственно к проектировщику НГАСУ (СибСтрин) – ФИО9, который подтвердил возможность запроектировать калорифер общепромышленного назначения. При этом, куратор работ со стороны АО «БХЗ им. 50-летия СССР» дал устное согласие на применение калорифера общепромышленного назначения при условии проектного обоснования возможности применения. Какие-либо письменные согласования со стороны АО «БХЗ им. 50-летия СССР» получены не были.

Однако, наличие/отсутствие указаний ФИО6 о проектировании того или иного калорифера, не освобождает истца от обязанности выполнить работы качественно и в соответствии с обязательными нормами и правилами для данных видов работ.

Из положений статьи 716 ГК РФ в их взаимосвязи с нормами статьи 721 ГК РФ следует, что подрядчик, заведомо знающий об обстоятельствах, перечисленных в статье 716 ГК РФ (либо не знающий о них, но в силу своего статуса подрядчика обязанный знать), не вправе выполнять работы из таких недоброкачественных материалов, таким неприемлемым способом, и т.д., а выполнив работы при наличии этих обстоятельств, будет нести ответственность за качество работ.

Вступив в правоотношения подряда по договору №3С-2019 от 12.03.2019, по общему правилу именно истец несет ответственность за качество выполненных работ.

Выполнение истцом работ, в том числе, в части проектирования системы отоплении вентиляции линии покраски с использованием калорифера общепромышленного назначения, при этом достоверно зная о том, что камера сушки должна обладать степенью взрывозащиты 2 ЕХ (учитывая ознакомление с Техническим заданием к договору от 19.02.2019, заключенный ответчиком с АО «БХЗ им. 50-летия СССР»), в отсутствие у истца достоверных сведений о согласовании АО «БХЗ им. 50-летия СССР» таких изменений, учитывая специфику самого оборудования и места, где оно будет использоваться, в отсутствие обоснования возможности применения калорифера общепромышленного назначения во взрывоопасных средах (обратного истцом не доказано), свидетельствует о том, что исполнитель принял на себя негативные риски в виде недостижения результата выполненных им работ.

При этом, истцу было достоверно известно о необходимых показателях, которые должны были быть достигнуты с учетом предложенного и запроектированного истцом калорифера, о чем свидетельствует информация о характеристиках камеры сушки: время выхода на режим 80°С за 30 минут в Техническом задании к договору от 19.02.2019, заключенный ответчиком с АО «БХЗ им. 50-летия СССР» и в разделе документации «Отопление и вентиляция», подготовленной НГАСУ (СибСтрин) по заданию ООО «Сибпроминжиниринг» в рамках договора с истцом.

При этом, ссылка истца о том, что в его обязанности не входили работы по проверке достижения оборудованием режима выхода на 80°С за 30 минут, судом отклоняется.

Согласно статье 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Так, учитывая условия п. 4.2.1 договора, а также предъявленные истцом к приемке ответчику работы по акту № 4 от 18.09.2019, суд приходит к выводу, что работы по пуско-наладке оборудования входили в круг обязанностей истца.

Согласно толкованию условий договора в этой части, предложенного истцом, монтажные работы включали в себя выполнение комплекса мероприятий по монтажу (сборке) всего комплекса в месте его эксплуатации. В состав пуско-наладочных работ, по мнению истца, входил комплекс мероприятий, направленных на проверку работоспособности отдельных узлов и агрегатов без подачи исходного материала и электричества. При этом в обязанности истца не входит проведение пуско-наладочных работ, связанных с настройкой работы комплекса при работе под нагрузкой с подачей исходного материала, при которой возможно выявление отдельных отклонений в работе оборудования от заявленных проектных показателей.

В свою очередь ответчик полагал, что системное толкование условий всего договора в их взаимосвязи устанавливает обязанность истца по проведению пуско-наладочных работ в объеме, необходимом для начала эксплуатации всего комплекса в соответствии с заявленной производительной мощностью без проведения каких-либо дополнительных работ.

Суд, проанализировав доводы и возражения сторон, представленные доказательства, условия договора между истцом и ответчиком, пришел к выводу, что подлежащая изготовлению и поставке истцом по договору линия по нанесению лакокрасочного покрытия является специализированным товаром, по своей сути представляет из себя технически сложную вещь, состоящую из отдельных деталей и узлов, совместно создающих новую вещь (совокупность элементов и механизмов, в отношении которых проводятся монтажные и пусконаладочные работы). Такая вещь представляет собой единое целое, используемое по общему назначению.

Иными словами, целью договора для ответчика являлось получение работоспособного оборудования в определенном месте с определенной производительностью для его дальнейшего использования в производственной деятельности.

Очевидно, что приобретение оборудования было направлено на создание условий, позволяющих извлекать прибыль от его эксплуатации.

Следовательно, целью договора для ответчика является получение в результате выполнения истцом своих обязательств по договору работоспособного комплекса, который возможно использовать по назначению без каких-либо ограничений при осуществлении предпринимательской деятельности.

Представленное же истцом толкование условий договора указывает на то, что после исполнения им всех условий договора ответчик вынужден самостоятельно либо с привлечением иных лиц выполнить работы по завершению пуско-наладочных работ и только после этого получить возможность использовать оборудование по назначению.

Следовательно, в обязанности истца по договору входит изготовление, поставка, монтаж и пуско-наладка оборудования в таком объеме мероприятий, после выполнения которых ответчик получает возможность использовать оборудование согласно заявленной производительности.

В рассматриваемом случае, истец, является профессионалом в сфере проектирования, изготовления и внедрения оборудования, при наличии сомнений при толковании условий договора, эти условия должны толковаться в пользу ответчика, как лица, являющегося слабой стороной в договоре.

Таким образом, по условиям договора истец обязан выполнить изготовление, поставку оборудования, а также провести монтажные и пуско-наладочные работы в объеме, достаточном для внедрения оборудования.

При этом, ссылка истца на то обстоятельство, что наполнение камеры сушки не входило в обязанности истца, судом отклоняется как противоречащее условиям договора и фактическим обстоятельствам дела.

Так, в материалы дела представлено письмо АО «БХЗ им. 50-летия СССР» от 04.12.2020 о том, что монтаж в камере сушки осуществили ФИО10 и ФИО11

Истец подтвердил тот факт, что указанные лица являлись работниками истца в спорный период и были командированы в АО «БХЗ им. 50-летия СССР».

Свидетель ФИО6 в судебном заседании также подтвердил факт наличия работников истца на объекте в ходе монтажа калорифера в камере сушки.

Довод истца о том, что у ответчика были иная подрядная организация, которая выводила систему управления линии покраски на режим, а именно, ООО «ЭС Сибирь» по договору от 22.07.2019, судом признается несостоятельным.

Так, согласно условиям договора № 0719-05 от 22.07.2019, ответчик поручил ООО «ЭС Сибирь» выполнить шеф-монтажные и наладочные работы системы управления линией покраски.

Согласно руководству по эксплуатации «Системы управления автоматизированной линией участка лакокрасочного покрытия» калорифер и иное электрооборудование, за исключением средств управления не входит в систему управления.

Представитель НГАСУ (СибСтрин) в судебном заседании также подтвердил, что калорифер не входит в систему управления линии покраски.

Исходя из представленных сторонами документов и пояснений сторон следует, что в обязанности ООО «ЭС Сибирь» не входила проверка достижения оборудованием проектных мощностей, а фактически касалось проверки работоспособности именно системы управления линией покраски.

Как установлено судом, по результатам проведенных пуско-наладочных мероприятий, использование оборудования с заявленной производительностью (выход на режим 80°С за 30 мин) невозможно, так как требуется проведение дополнительных работ по устранению выявленных недостатков, а также настройке оборудования.

Из совокупности материалов дела суд приходит к выводу о том, недостатки, выявленные в процессе использования оборудования, препятствуют использованию его по назначению, ограничивают эксплуатационные свойства, в результате чего истец в значительной степени лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора.

Недостатки оборудования (проектирование ненадлежащего калорифера), монтажных и пуско-наладочных работ полностью исключают возможность использования оборудования. Доказательств того, что истец с 2020 года выполняет какие-либо работы по устранению недостатков и восстановлению работоспособности оборудования, не представлено.

Учитывая изложенное, суд полагает, что работы по монтажу и пуско-наладке оборудования, предъявленные истцом по акту № 4 от 18.09.2019 нельзя признать выполненными качественно и в соответствии с условиями договора.

В связи с чем, суд отказывает истцу в удовлетворении первоначальных требований.

Рассмотрев встречные исковые требования, суд пришел к следующим выводам.

Так, истец по встречному иску указывает, что в связи с некачественным выполнением истцом работ по разработке раздела рабочей документации «Отопление и вентиляция», на стороне ответчика по встречному иску образовалось неосновательное обогащение в размере стоимости проектных работ 115 000 рублей.

Кроме того, в связи с некачественным выполнением ООО «Композитэнергострой» проектных работ, нарушением сроков выполнения монтажа и пуско-наладки оборудования более чем на 8 месяцев, невыполнением действий по устранению допущенных нарушений условий договора ФГУП «ВНИИФТРИ» понесены следующие расходы:

- расходы на командировки сотрудников ФГУП «ВНИИФТРИ» в АО «БХЗ имени 50-летия СССР» в период с 18 августа 2019 по 26 января 2020 г. на сумму 209 361 рублей;

- приобретение калорифера (нагревательного элемента) СФО-40, который не соответствует требованиям технического задания - 48 294 рублей;

В связи с некачественным выполнением ООО «Композитэнергострой» проектных работ и включением в проект калорифера выполненного не во взрывобезопасном исполнении, и кроме того, не выполняющим требования Технического задания по температурному режиму, ФГУП «ВНИИФТРИ» понесены следующие расходы:

- стоимость работ по замене кабельных линий, так как кабельная линия, установленная для работы калорифера (нагревательного элемента) СФО-40, не совместима с калориферами, необходимыми для выполнения требований технического задания. Договор №43346252/01859/0206-20 от 10.08.2020 с ООО «ЭС Сибирь» на выполнение работ и поставку материалов общей стоимостью 467 000 рублей.

- стоимость услуги по перевозке груза на сумму 99 000 рублей. В связи с вышеуказанными действиями ответчика по встречному иску ФГУП «ВНИИФТРИ» было вынуждено нести расходы по приобретению новой платформы (места установки) для крепления трех взрывобезопасных калориферов. Стоимость услуг по доставке платформы из г. Новосибирск на территорию АО «БХЗ имени 50-летия СССР» составила 99 000 рублей.

В силу ст. 1102 ГК РФ следует, что для квалификации заявленных истцом ко взысканию денежных сумм в качестве неосновательного обогащение необходимо отсутствие правовых оснований для приобретения или сбережения таких сумм одним лицом за счет другого, в частности приобретение не должно быть основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке.

Вместе с тем, как следует из представленных в дело доказательств, между сторонами был заключен договор №3С-2019 от 12.03.2019, в рамках которого истцом были выполнены проектные работы на сумму 115 000 рублей, работы заказчиком были приняты и оплачены.

Соответственно, заявленная ко взысканию сумма была перечислена истцом ответчику в соответствии с исполнением последним обязанностей по договору в качестве суммы оплаты за выполненные работы, следовательно, в данном случае, заявленная сумма истцом не может являться неосновательным обогащением для ответчика на основании ст. 1102 ГК РФ.

В рассматриваемом случае основанием для взыскания с ответчика по встречному иску стоимости проектных работ в размере 115 000 рублей, послужило то, что запроектированная система отопления и вентиляции после ее создания не достигла проектных показателей в части выхода на режим 80°С на 30 минут, а также несоответствие типа и вида калорифера установленному виду и типу по Техническому заданию, и отсутствие нормативного обоснования возможности применения в линии покраски калорифера общепромышленного назначения.

Согласно разъяснениям пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если при принятии искового заявления суд придет к выводу о том, что избранный истцом способ защиты права не может обеспечить его восстановление, данное обстоятельство не является основанием для отказа в принятии искового заявления, его возвращения либо оставления без движения.

Из общего смысла указанных норм и разъяснений следует, что арбитражный суд самостоятельно определяет круг обстоятельств, подлежащих установлению и исследованию, подлежащие применению нормы права с учетом характера заявленных исковых требований и реального преследуемого истцом материально-правового интереса, при этом суд не вправе отказать в удовлетворении требований истца по формальным основаниям.

Исходя из материалов дела, учитывая правовой интерес истца, суд расценил денежное требование о взыскании 115 000 рублей в возмещение понесенных расходов истца, как требование о взыскании убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 723 Гражданского кодекса в случаях, когда работа выполнена подрядчиком с отступлениями от договора подряда, ухудшившими результат работы, или с иными недостатками, которые делают его не пригодным для предусмотренного в договоре использования либо при отсутствии в договоре соответствующего условия непригодности для обычного использования, заказчик вправе, если иное не установлено законом или договором, по своему выбору потребовать от подрядчика: безвозмездного устранения недостатков в разумный срок; соразмерного уменьшения установленной за работу цены; возмещения своих расходов на устранение недостатков, когда право заказчика устранять их предусмотрено в договоре подряда (статья 397).

Если отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены либо являются существенными и неустранимыми, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения причиненных убытков (пункт 3 статьи 723 Гражданского кодекса).

Согласно п. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков возможно при наличии условий, предусмотренных законом. При этом лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать следующую совокупность обстоятельств: факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица, а также вину причинителя вреда в произошедшем.

При этом для удовлетворения требований истца о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов.

В соответствии со ст. 761 Гражданского кодекса Российской Федерации, подрядчик по договору подряда на выполнение проектных и искательских работ несет ответственность за ненадлежащее составление технической документации и ношение изыскательских работ, включая недостатки, обнаруженные впоследствии в ходе строительства, а также в процессе эксплуатации объекта, созданного на основе технической документации и данных изыскательских работ.

Так, судом установлено и материалами повреждается, что ответчик по встречном иску разработал раздел документации, в рамках которой проектировщик гарантировал достижение проектных мощностей оборудования (выход на режим 80°С на 30 минут). Кроме того, указал о возможности применения калорифера общепромышленного назначения с достижением указанных проектных показателей.

Однако, в ходе проведения пуско-наладочных работ, данные показатели достигнуты не были.

Как пояснил представитель НГАСУ (СибСтрин) в судебном заседании, в результате проверки указанной ситуации, проектировщики пришли к выводу, что достижение проектных показателей стало невозможно ввиду технических характеристик запроектированного калорифера. Устранение препятствий к достижению показателей, возможно, при условии внесения изменений в механические настойки калорифера, однако гарантировать безопасности при его эксплуатации в таком виде невозможно.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Ответчик по встречному иску иной причины выявленных недостатков не указал.

Пунктом 2 статьи 706 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что подрядчик, который привлек к исполнению договора подряда субподрядчика в нарушение положений пункта 1 настоящей статьи или договора, несет перед заказчиком ответственность за убытки, причиненные участием субподрядчика в исполнении договора.

Поскольку судом установлено и материалами дела подтверждается факт привлечения ООО «Композитэнергострой» для выполнения данных работ ООО «Сибпроминжиниринг», которое, в свою очередь, для данных видов работ привлек НГАСУ (СибСтрин), именно ООО «Композитэнергострой» отвечает перед ФГУП «ВНИИФТРИ» за причиненные субподрядчиком НГАСУ (СибСтрин) убытки.

Вместе с тем, суд полагает, что оснований для взыскания с ответчика по встречному иску в пользу истца по встреченному иску в качестве убытков стоимость проектных работ в полном объеме не имеется.

Доказательств того, что проектные работы в целом не пригодны для целей, для которых они создавались, не представлено.

Напротив, НГАСУ (СибСтрин) представил договор № 34.20.192 от 07.12.2020, заключенный с ФГУП «ВНИИФТРИ» на корректировку раздела рабочей документации «Отопление и вентиляция». Стоимость работ составила 15 000 рублей.

21.01.2021 стороны подписали акт приемки выполненных работ на сумму 15 000 рублей.

Таким образом, суд полагает возможным взыскать с ответчика по встречному иску в пользу истца по встречному иску убытки в части расходов, связанных с корректировкой рабочей документации в сумме 15 000 рублей.

Также суд полагает подтверждёнными убытки истца по встречному иску в части приобретение калорифера (нагревательного элемента) СФО-40, который не соответствует требованиям технического задания на сумму 48 294 рублей; оплате стоимости работ по замене кабельных линий, на общую сумму 467 000 рублей; оплате стоимости услуги по перевозке груза на сумму 99 000 рублей, поскольку имеется причинно-следственная связь между действиями ответчика по встречному иску в части разработки некачественной проектной документации, некачественным выполнением работ по монтажу и пуско-наладке и понесенными расходами истца по встречному иску, связанных с заменой соответствующего калорифера, кабелей, доставкой новой платформы для калориферов.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Ответчик по встречному иску возражения относительно размера причиненных кредитору убытков не представил.

При этом, суд не находит оснований для взыскания с ответчика убытков в виде оплаты стоимости проезда работников ФГУП «ВНИИФТРИ» в АО «БХЗ имени 50-летия СССР» в период с 18 августа 2019 года по 26 января 2020 года на сумму 209 361 рублей, поскольку истцом не доказана безусловная относимость данных расходов к действиями ответчика по некачественному выполнению им работ, учитывая действующий в указанный период между истцом и АО «БХЗ имени 50-летия СССР» договор №КО/19/02/19-1 от 19.02.2019, а также наличие у истца договоров с иными подрядчиками и поставщиками, исполнение которых происходило на территории АО «БХЗ имени 50-летия СССР».

Указание в командировочных удостоверениях в качестве цели командировки сотрудников: «совещание по претензии», «контроль устранения недостатков» не может подтверждать тот факт, что указанные сотрудники были командированы в связи с ненадлежащим выполнение ответчиком своих обязательств, поскольку данные документы являются внутренними документами истца, на объекте, помимо ответчика, присутствовали и иные подрядные организации, что не исключает факт того, что сотрудники истца были командированы в целях контроля устранения недостатков данными организациями.

При этом, часть командировочных удостоверений содержит указание на цель поездки: «приемка работ по наладке оборудования, поставленного ООО «ЭС Сибирь», обсуждение работ по договору с АО «БХЗ», «преставление материалов по завершению поставки», что исключает возможность признать данные расходы убытками истца в связи с действиями ответчика.

Таким образом, общая сумма убытков, подлежащих взысканию с ответчика по встречному иску в пользу истца по встречному иску, составит 629 294 рублей (15 000 рублей+ 48 294 рублей+ 467 000 рублей+ 99 000 рублей).

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по первоначальному и встречному искам распределяются судом в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167, 168, 169, 170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении первоначального иска отказать.

По встречному иску:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Композитэнергострой" (ИНН <***>) пользу Федерального государственного унитарного предприятия "Всероссийский научно-исследовательский институт физико-технических и радиотехнических измерений" (ИНН <***>) убытки в размере 629 294 рублей, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 14597 рублей.

В удовлетворении остальной части встречного иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Композитэнергострой" (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 15052 рублей.

Взыскать с Федерального государственного унитарного предприятия "Всероссийский научно-исследовательский институт физико-технических и радиотехнических измерений" (ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 4 019 рублей.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья

О.В. Суворова