Решение от 3 октября 2018 г. по делу № А53-19726/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е


г. Ростов-на-Дону

«03» октября 2018 года Дело № А53-19726/18


Резолютивная часть решения объявлена «26» сентября 2018 года

Полный текст решения изготовлен «03» октября 2018 года


Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Батуриной Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по исковому заявлению

публичного акционерного общества «Межрегиональная распределительная сетевая компания Юга» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Энерготранс» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о расторжении договора и взыскании 29 163 рублей 83 копеек,


при участии:

от истца – представитель по доверенности от 01.01.2018 ФИО2,

от ответчика – представитель по доверенности от 09.01.2018 ФИО3,



установил:

публичное акционерное общество «Межрегиональная распределительная сетевая компания Юга» обратилось в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Энерготранс» о расторжении договора и взыскании 29 163,83 руб.

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения заявленных требований, заявил ходатайство о применении срока исковой давности, представил отзыв на исковое заявление, приобщенный судом к материалам дела.

Рассмотрев материалы дела, суд установил следующее.

Между ПАО «МРСК Юга» и ООО «Энерготранс» заключен договор об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям № 32601-12-00104099-1 от 19.10.2012 (далее - договор).

В соответствии с п. 1.1. и 5 договора сетевая организация приняла на себя обязательства по осуществлению технологического присоединения энергопринимающих устройств заявителя (далее - технологическое присоединение): ПС «Карьер» ПС 110/6 кВ, для обеспечения последующего присоединения и обеспечения электроснабжения карьера для разработки Федоровского месторождения песчаников, расположенных по адресу: Ростовская область, Красносулинский район, Михайловское сельское поселение, в 1,2 км юго-восточное х.ФИО4, в 2,3 км юго-восточнее х. ФИО4.

В силу пункта 18 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила технологического присоединения), мероприятия по технологическому присоединению включают в себя:

подготовку, выдачу сетевой организацией технических условий и их согласование с системным оператором;

разработку сетевой организацией проектной документации согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями;

разработку заявителем проектной документации в границах его земельного участка согласно обязательствам, предусмотренным техническими условиями, за исключением случаев, когда в соответствии с законодательством Российской Федерации о градостроительной деятельности разработка проектной документации не является обязательной;

выполнение технических условий заявителем и сетевой организацией, включая осуществление сетевой организацией мероприятий по подключению энергопринимающих устройств под действие аппаратуры противоаварийной и режимной автоматики в соответствии с техническими условиями;

проверку сетевой организацией выполнения заявителем технических условий;

осуществление сетевой организацией фактического присоединения объектов заявителя к электрическим сетям и включение коммутационного аппарата.

По окончании осуществления мероприятий по технологическому присоединению стороны составляют акт разграничения балансовой принадлежности электрических сетей, акт разграничения эксплуатационной ответственности сторон и акт об осуществлении технологического присоединения, чем завершают процедуру технологического присоединения.

Согласно положениям пункта 18 осуществлению фактических действий по присоединению энергопринимающих устройств к электрической сети предшествует выполнение заявителем и сетевой организацией технических условий (Определение ВАС РФ от 17 января 2011 г. № ВАС-17922/10).

ПАО «МРСК Юга» в ходе подготовки технических условий (пункт 18 Правил №861) выполнило работы по определению: схемы выдачи/приема мощности и точки присоединения (вводные распределительные устройства, линии электропередачи, базовые подстанции, генераторы); обязанностей между сторонами по исполнению технических условий; наличия необходимости усиления существующей электрической сети сетевой организации, в связи с присоединением новых мощностей (строительство новых линий электропередачи, подстанций, увеличение сечения проводов и кабелей, замена или увеличение мощности трансформаторов, расширение распределительных устройств, установка устройств регулирования напряжения для обеспечения надежности и качества электроснабжения); требования к присоединению энергопринимающих устройств к устройствам противоаварийной и режимной автоматики; требования по установке автономного резервного источника питания.

Результат выполненной работы был оформлен в виде единого документа -технических условий № 820-1962/12 (далее - ТУ), являющихся приложением к договору №32601-12-00104099-1 от 19.10.2012.

ПАО «МРСК Юга» со своей стороны, в рамках выданных ТУ, осуществило мероприятия по созданию технической возможности для присоединения, в том числе зарезервировало на определенном центре питания - ПС 220/110/6 кВ Г20, необходимый заявителю объем мощности - 2504 кВт.

Пунктом 13 Договора предусмотрена плата за технологическое присоединение, определенная в соответствии с Постановлением РСТ Ростовской области от 19.09.2012 №32/3, которая составляет 66 272,08 руб.

Согласно пункту 14 Договора заявитель вносит плату за технологическое присоединение в течении 30 календарных дней с момента вступления настоящего договора в силу.

Ответчик не исполнил обязательства по оплате за технологическое присоединение по Договору об осуществлении технологического присоединения к электрической сети №32601-12-00104099-1 от 19.10.2012.

01.08.2016 письмом №МР5/10000/1979 ПАО «МРСК Юга» направило в адрес ООО «Энерготранс» соглашение о расторжении с расчетом фактических затрат за подготовку и выдачу технических условий.

12.09.2016 в ПАО «МРСК Юга» поступило письмо ООО «Энерготранс» № 838 от06.09.2016, из которого следует, что договор № 32601-12-00104099-1 от 19.10.2012потерял актуальность.

30.08.2017 сопроводительным письмом № МР5/10000/2700 в адрес ООО«Энерготранс» была повторно направлена оферта соглашения о расторжении договора№32601-12-00104099-1 от 19.10.2012, но ответчик также отказался ее подписать, что подтверждается письмом № 1294 от 24.10.2017).

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения публичного акционерного общества "Межрегиональная распределительная сетевая компания Юга" в суд с настоящим иском.

Рассмотрев материалы дела, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца, приняв во внимание следующее.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии со статьей 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что гражданские права и обязанности могут возникать из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Нормы, регламентирующие договор об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств, не включены в раздел IV "Отдельные виды обязательств" Гражданского кодекса Российской Федерации, однако эти нормы содержатся в специальных нормативных актах, закрепляющих правила подключения к системам энергоснабжения.

Применительно к энергоснабжению такие нормы содержатся в статье 26 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" (далее- Федеральный закон N 35-ФЗ) и Правилах технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 N 861 (далее - Правила N 861).

В соответствии с пунктом 6 Правил N 861, пунктом 1 статьи 26 Федерального закона N 35-ФЗ, технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные Правилами. Заключение договора является обязательным для сетевой организации.

Договор технологического присоединения, являясь по своей правовой природе договором технологического присоединения, регулируется специальными нормами, закрепляющими правила подключения к системам энергоснабжения (статья 26 Закона об электроэнергетике, Правила N 861), в то же время содержит элементы договоров подряда и возмездного оказания услуг, являясь сложным смешанным договором.

Согласно подпункту "в" пункта 16 Правил N 861 к существенным условиям договора технологического присоединения относится положение об ответственности сторон за несоблюдение установленных договором и настоящими Правилами сроков исполнения своих обязательств, в том числе право заявителя в одностороннем порядке расторгнуть договор при нарушении сетевой организацией сроков технологического присоединения, указанных в договоре.

Закон об электроэнергетике не содержит запретов и ограничений на односторонний отказ заказчика от исполнения договора технологического присоединения, равно как и не содержит специальных оснований для расторжения договора в таком порядке.

Правила N 861 также не содержат запрета на расторжение договора технологического присоединения заказчиком в одностороннем порядке по иным основаниям, помимо указанного в подпункте "в" пункта 16.

При этом указанная норма Правил N 861 регулирует не вопросы расторжения договора, а определяет существенные условия такового.

В подпункте "в" пункта 16 Правил N 861 законодатель установил не ограничение оснований одностороннего расторжения договора заказчиком, а принцип обязательности ответственности сторон договора технологического присоединения при нарушении ими договорных обязательств, в том числе, защищая более слабую в данных правоотношениях сторону-заказчика, предусмотрел в качестве существенного, а значит, обязательного, условие договора о праве заказчика на крайнюю меру ответственности исполнителя при нарушении сроков исполнения обязательств - расторжение с ним договора в одностороннем порядке. Определение такого основания расторжения договора как существенного условия договора означает, что соглашение сторон об исключении такого условия из договора будет являться недействительным.

В соответствии с пунктом 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Возможность расторжения договора в одностороннем порядке заказчиком полностью соответствует правовой направленности договоров подряда, возмездного оказания услуг, и смыслу договора технологического присоединения, в которых необходимость (нуждаемость) в получении результата работ (услуг), определяет именно заказчик. Поэтому законодатель предоставляет именно заказчику более широкие основания для расторжения договоров по своей инициативе, в ряде случаев в отсутствие нарушений со стороны контрагента (исполнителя), соблюдая принцип необходимости оплаты уже понесенных исполнителем расходов или выполненных работ.

Иное толкование положений закона об основаниях и праве заказчика на расторжение таких договоров в одностороннем порядке означало бы ограничение его права самостоятельно определять свои потребности в услугах, работах и утрату такой потребности и граничило бы с навязыванием услуг, работ, что противоречит общим принципам права, в том числе принципу свободы договора. Разумным ограничением такой свободы законодатель предусмотрел компенсацию произведенных исполнителем расходов, оплату выполненных к моменту расторжения заказчиком договора в одностороннем порядке работ.

В силу пункта 2 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации правила главы 39 применяются к договорам оказания услуг связи, медицинских, ветеринарных, аудиторских, консультационных, информационных услуг, услуг по обучению, туристическому обслуживанию и иных, за исключением услуг, оказываемых по договорам, предусмотренным главами 37, 38, 40, 41, 44, 45, 46, 47, 49, 51, 53 настоящего Кодекса).

Учитывая правовую природу договора как смешанного, на основании пункта 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

В силу пункта 3 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

Как следует из позиции Верховного Суда РФ, изложенной в пункте 5 (вопрос 5) Обзора судебной практики N 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2014, по смыслу пункта 3 статьи 450 и пункта 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие предварительной оплаты понесенных исполнителем по договору расходов не является препятствием для реализации права заказчика на отказ от договора.

Судом установлено, что 01.08.2016 письмом №МР5/10000/1979 ПАО «МРСК Юга» направило в адрес ООО «Энерготранс» соглашение о расторжении с расчетом фактических затрат за подготовку и выдачу технических условий.

12.09.2016 в ПАО «МРСК Юга» поступило письмо ООО «Энерготранс» № 838 от06.09.2016, из которого следует, что договор № 32601-12-00104099-1 от 19.10.2012потерял актуальность, поскольку указанный договор был заключен на основании заявки ООО «Донской камень», в последствии потребитель отказался от технологического присоединения энергопринимающих устройств от ПС «карьер» 110/бкВ, расположенного по адресу: Ростовская область, Красносулинский район, хут. Обухов-4.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что ответчиком реализовано право на отказ от договора в одностороннем порядке, и заключенный между сторонами спора договор прекратил свое действие с даты получения ответчиком письма № 838 от 06.09.2016, т.е. с 12.09.2016.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания для удовлетворения исковых требований в части расторжения договора № 32601-12-00104099-1 от 19.10.2012, поскольку договор к моменту обращения истца с настоящим иском в суд прекратил действие.

Рассмотрев требования истца о взыскании фактически понесенных затрат в размере 29 163,83 руб., суд не находит оснований для их удовлетворения ввиду следующего.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2017 года N 304 ЭС16-16246 приведена следующая правовая позиция.

Технологическое присоединение энергопринимающих устройств к электрическим сетям представляет собой комплекс мероприятий и осуществляется на основании возмездного договора, заключаемого сетевой организацией с обратившимся к ней лицом (заявителем). По условиям этого договора сетевая организация обязана реализовать мероприятия, необходимые для осуществления такого технологического присоединения (в том числе разработать технические условия), а заявитель обязан помимо прочего внести плату за технологическое присоединение (пункт 4 статьи 23.1, пункт 2 статьи 23.2, пункт 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике, подпункт "е" пункта 16, пункты 16 (2), 16 (4), 17, 18 Правил технологического присоединения).

Из характера обязательств сетевой организации и заявителя следует, что к правоотношениям по технологическому присоединению применимы как нормы главы 39 ГК РФ, так общие положения об обязательствах и о договоре (раздел III ГК РФ).

Статья 393 ГК РФ обязывает должника возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, в том числе реальный ущерб и упущенную выгоду (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Сторона, заявившая об одностороннем отказе от исполнения договора в связи с существенным нарушением его условий со стороны контрагента, вправе предъявить ему требование о возмещении убытков, причиненных прекращением договора (пункт 1 статьи 393, пункт 3 статьи 450, пункт 5 статьи 453 ГК РФ).

При доказанности факта причинения убытков размер возмещения должен быть установлен судом с разумной степенью достоверности (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Сетевая компания, подготовив и выдав технические условия, исполнила часть своих обязательств в рамках договора, понеся определенные производственные издержки. Издержки, не компенсированные сетевой компании, уменьшают ее имущественную базу и, как следствие, являются для нее убытками.

Ввиду того, что убытки возникли в связи с существенным нарушением обществом условий договора и неисполнением последним своих обязательств по оплате оказанных услуг, именно общество в силу требований статей 393, 453 ГК РФ обязано компенсировать сетевой компании фактически понесенные расходы на изготовление технических условий.

Доказательства, обосновывающие размер фактических расходов, обязана представить в суд сетевая компания (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопреки доводам истца, ставка тарифа не может корректно отражать издержки сетевой компании по оказанию услуг конкретному лицу, так как она рассчитана из плановых величин расходов на технологическое присоединение на период регулирования, что неравнозначно фактическим затратам.

Таким образом, исходя из вышеприведенной правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, применительно к заявленному иску истец должен доказать фактические затраты при оказании услуг конкретному лицу.

Расчет истца учитывает присоединяемую мощность, умноженную на ставку тарифа, согласно Постановлению РСТ РО от 19.09.2012 №32/3.

Суд определением от 03.09.2018 предлагал истцу представить доказательства фактического несения расходов. Вместе с тем, иные доказательства, за исключением расчета исходя из ставки тарифа, истцом не представлены.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о недоказанности истцом фактического несения расходов в испрашиваемой истцом сумме в связи с подготовкой и согласованием технических условий, в связи с чем основания для удовлетворения исковых требований в указанной части также отсутствуют.

Ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям, указав на то, что в соответствии с пунктом 13 договора размер платы за технологическое присоединение определяется в соответствии с постановлением РСТ Ростовской области от 19.09.2012г. № 32/3 и составляет 66 272,08 руб. На основании пункта 14 договора заявитель вносит плату за технологическое присоединение в течение 30 (тридцати) календарных дней с момента вступления настоящего договора в силу. ПАО «МРСК Юга» подготовило и выдало ответчику технические условия во исполнение первого этапа по договору технологического присоединения, стоимость расходов сетевой организации на осуществление такого действия определена законодательно, а расходы на его выполнение включены в плату за технологическое присоединение. Таким образом, срок оплаты (фактически понесенные расходы это часть оплаты) по договору 19.11.2012, а сроки исполнения обязательств сторон прекращены 19.10.2014, следовательно, срок исковой давности истек как по условиям оплаты (20.11.2015), так и после прекращения обязательств по договору (20.10.2017).

Согласно части 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 199 Гражданского кодекса Российской Федерации Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Поскольку право на возмещение фактически понесенных расходов возникло у истца с момента прекращения действия договора, 12.09.2016, суд отклоняет доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

Вместе с тем, с учетом того, что действие договора прекращено, фактическое несение расходов истцом не доказано, суд приходит к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины возлагаются на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения, через суд принявший решение, а также в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу через суд, вынесший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья Е.А. Батурина