Решение от 26 апреля 2018 г. по делу № А19-1167/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело №А19-1167/2018
г. Иркутск
26 апреля 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 19.04.2018. Решение в полном объеме изготовлено 26.04.2018.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Серовой Е.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ЮНАЙТЕД МЬЮЗИК ГРУПП» (ОГРН <***>, ИНН <***>; юридический адрес: 125130, <...>)

к ИНДИВИДУАЛЬНОМУ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЮ СТЕПАНОВОЙ ОЛЬГЕ МИХАЙЛОВНЕ (ОГРНИП 313380519700010, ИНН <***>)

о взыскании 452 500 рублей,

при участии в заседании:

от истца: не прибыл, уведомлен о времени и месте судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявил о проведении заседания в его отсутствие,

от ответчика: не прибыл, уведомлен о времени и месте судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

установил:

АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «ЮНАЙТЕД МЬЮЗИК ГРУПП» обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с иском к ИНДИВИДУАЛЬНОМУ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЮ СТЕПАНОВОЙ ОЛЬГЕ МИХАЙЛОВНЕ о взыскании суммы 49 000 рублей, составляющей компенсацию за нарушение исключительных авторских прав на музыкальные произведения, а именно: «22 июль», «Абсент», «Аэропорт», «Белая птица», «Бережок», «Блюз», «Больно», «Бродяга», «Весточки», «Виски», «Где была», «Гитара», «Говори, говори...», «Голубые цветы», «Город», «Города», «Девочка», «Дочь короля», «Другу», «Дюны», «Ехал ко мне друг», «Жаль», «Желаю», «Золотая рыбка», «Интро», «Какая есть», «Качели», «Коломбина», «Кони», «Короли», «Косолапая любовь», «Косы», «Легким пухом», «Лена», «Ленточка», «Лодочка», «Любимый», «Любовь», «Мама», «Мама ты была права», «Мамочка», «Матросик», «Монашенки», «Мостики», «Мы попали с тобой под дождь..», «Наливай», «Не забывай», «Невеста», «Номерок», «Ну, где ты был!», «Оловянное сердце», «Ордынка», «Осень», «Папа, нарисуй», «Пашка», «Пиковая дама», «Письмо», «По моей щеке», «Портрет», «Посмотри», «Принцесса», «Прощание..», «Птичка», «Радуга», «Разговор», «Ре, ля», «Реснички», «Романс», «Руки ивы», «Саночки», «Сложная песня», «Снег», «Соломон», «Спасибо», «Тайга», «Тополя», «Ты», «У меня на губах», «Фиолетовая тень», «Флейта», «Цыган», «Чаворо», «Шопен», «Я не умела петь романсы», «Ягода», и фонограммы музыкальных произведений, а именно: «22 июль», «Абсент», «Аэропорт», «Белая птица», «Бережок», «Блюз», «Больно», «Бродяга», «Бублички», «Весточки», «Виски», «Где была», «Гитара», «Говори, говори...», «Голубые цветы», «Город», «Города», «Девочка», «Дочь короля», «Другу», «Дюны», «Ехал ко мне друг», «Жаль», «Желаю», «Жираф», «Золотая рыбка», «Интро», «Какая есть», «Качели», «Кокаин», «Коломбина», «Кони», «Короли», «Косолапая любовь», «Косы», «Купец», «Легким пухом», «Лена», «Ленточка», «Лодочка», «Любимый», «Любовь», «Мама», «Мама ты была права», «Мамочка», «Матросик», «Монашенки», «Мостики», «Мы попали с тобой под дождь..», «Наливай», «Не забывай», «Не любил», «Невеста», «Номерок», «Ну, где ты был!», «Оловянное сердце», «Ордынка», «Осень», «Отойди, не гляди», «Папа, нарисуй», «Пашка», «Пиковая дама», «Письмо», «По моей щеке», «Портрет», «Посмотри», «Принцесса», «Прощание..», «Птичка», «Радуга», «Разговор», «Ре, ля», «Реснички», «Романс», «Руки ивы», «Саночки», «Семь коней», «Сложная песня», «Снег», «Соломон», «Спасибо», «Тайга», «Тополя», «Ты», «Ты едешь, бледная», «У меня на губах», «Фиолетовая тень», «Флейта», «Цыган», «Чаворо», «Черемуха», «Шопен», «Шут», «Эх, раз!», «Я не умела петь романсы», «Ягода» (по 270 рублей за каждое нарушение), а также судебные издержки в размере стоимости вещественного доказательства – товара в сумме 100 рублей, стоимость почтовых отправлений в размере 175 рублей 34 копейки, стоимость выписки из ЕГРИП на сумму 200 рублей.

Определением суда от 1 февраля 2018 года исковое заявление принято, возбуждено производство по делу, дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства.

До рассмотрения дела по существу и принятия решения истец в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявил об уточнении исковых требований до суммы 452 500 рублей, составляющей компенсацию за нарушение исключительных авторских прав на музыкальные произведения, а именно: «22 июль», «Абсент», «Аэропорт», «Белая птица», «Бережок», «Блюз», «Больно», «Бродяга», «Весточки», «Виски», «Где была», «Гитара», «Говори, говори...», «Голубые цветы», «Город», «Города», «Девочка», «Дочь короля», «Другу», «Дюны», «Ехал ко мне друг», «Жаль», «Желаю», «Золотая рыбка», «Интро», «Какая есть», «Качели», «Коломбина», «Кони», «Короли», «Косолапая любовь», «Косы», «Легким пухом», «Лена», «Ленточка», «Лодочка», «Любимый», «Любовь», «Мама», «Мама ты была права», «Мамочка», «Матросик», «Монашенки», «Мостики», «Мы попали с тобой под дождь..», «Наливай», «Не забывай», «Невеста», «Номерок», «Ну, где ты был!», «Оловянное сердце», «Ордынка», «Осень», «Папа, нарисуй», «Пашка», «Пиковая дама», «Письмо», «По моей щеке», «Портрет», «Посмотри», «Принцесса», «Прощание..», «Птичка», «Радуга», «Разговор», «Ре, ля», «Реснички», «Романс», «Руки ивы», «Саночки», «Сложная песня», «Снег», «Соломон», «Спасибо», «Тайга», «Тополя», «Ты», «У меня на губах», «Фиолетовая тень», «Флейта», «Цыган», «Чаворо», «Шопен», «Я не умела петь романсы», «Ягода», и фонограммы музыкальных произведений, а именно: «22 июль», «Абсент», «Аэропорт», «Белая птица», «Бережок», «Блюз», «Больно», «Бродяга», «Бублички», «Весточки», «Виски», «Где была», «Гитара», «Говори, говори...», «Голубые цветы», «Город», «Города», «Девочка», «Дочь короля», «Другу», «Дюны», «Ехал ко мне друг», «Жаль», «Желаю», «Жираф», «Золотая рыбка», «Интро», «Какая есть», «Качели», «Кокаин», «Коломбина», «Кони», «Короли», «Косолапая любовь», «Косы», «Купец», «Легким пухом», «Лена», «Ленточка», «Лодочка», «Любимый», «Любовь», «Мама», «Мама ты была права», «Мамочка», «Матросик», «Монашенки», «Мостики», «Мы попали с тобой под дождь..», «Наливай», «Не забывай», «Не любил», «Невеста», «Номерок», «Ну, где ты был!», «Оловянное сердце», «Ордынка», «Осень», «Отойди, не гляди», «Папа, нарисуй», «Пашка», «Пиковая дама», «Письмо», «По моей щеке», «Портрет», «Посмотри», «Принцесса», «Прощание..», «Птичка», «Радуга», «Разговор», «Ре, ля», «Реснички», «Романс», «Руки ивы», «Саночки», «Семь коней», «Сложная песня», «Снег», «Соломон», «Спасибо», «Тайга», «Тополя», «Ты», «Ты едешь, бледная», «У меня на губах», «Фиолетовая тень», «Флейта», «Цыган», «Чаворо», «Черемуха», «Шопен», «Шут», «Эх, раз!», «Я не умела петь романсы», «Ягода» (по 2 500 рублей за каждое нарушение). Уточнение судом принято; дело рассматривается с учетом принятого уточнения.

15 февраля 2018 года истцом заявлено ходатайство о приобщении к делу вещественных доказательств: видеозаписи о покупке контрафактного товара – CD диска «Елена Ваенга», в торговой точке, расположенной по адресу: <...>; контрафактный товар – CD диск «Елена Ваенга».

В связи с увеличения истцом суммы иска до суммы 542 500 рублей дело назначено к рассмотрению по общим правилам искового производства определением суда от 16 февраля 2018 года.

Названным определением удовлетворено ходатайство истца, вещественные доказательства приобщены к материалам дела.

Истец извещен о судебном разбирательстве в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в судебное заседание не явился, заявил о проведении судебного заседания в отсутствие его представителя.

В обоснование исковых требований истец пояснил, что 08.06.2017 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – компакт-диск формата МР3 «Елена Ваенга», на котором содержатся музыкальные произведения в исполнении Хрулевой Елены Владимировны (творческий псевдоним Елена Ваенга): «22 июль», «Абсент», «Аэропорт», «Белая птица», «Бережок», «Блюз», «Больно», «Бродяга», «Бублички», «Весточки», «Виски», «Где была», «Гитара», «Говори, говори...», «Голубые цветы», «Город», «Города», «Девочка», «Дочь короля», «Другу», «Дюны», «Ехал ко мне друг», «Жаль», «Желаю», «Жираф», «Золотая рыбка», «Интро», «Какая есть», «Качели», «Кокаин», «Коломбина», «Кони», «Короли», «Косолапая любовь», «Косы», «Купец», «Легким пухом», «Лена», «Ленточка», «Лодочка», «Любимый», «Любовь», «Мама», «Мама ты была права», «Мамочка», «Матросик», «Монашенки», «Мостики», «Мы попали с тобой под дождь..», «Наливай», «Не забывай», «Не любил», «Невеста», «Номерок», «Ну, где ты был!», «Оловянное сердце», «Ордынка», «Осень», «Отойди, не гляди», «Папа, нарисуй», «Пашка», «Пиковая дама», «Письмо», «По моей щеке», «Портрет», «Посмотри», «Принцесса», «Прощание..», «Птичка», «Радуга», «Разговор», «Ре, ля», «Реснички», «Романс», «Руки ивы», «Саночки», «Семь коней», «Сложная песня», «Снег», «Соломон», «Спасибо», «Тайга», «Тополя», «Ты», «Ты едешь, бледная», «У меня на губах», «Фиолетовая тень», «Флейта», «Цыган», «Чаворо», «Черемуха», «Шопен», «Шут», «Эх, раз!», «Я не умела петь романсы», «Ягода»; истец обладает исключительными правами и исключительными смежные права на указанные музыкальные на произведения и фонограммы исполнителя «Елена Ваенга» на основании: лицензионного договора № 2-ЮМГ-К/23.07.13/СМАВ/В/И от 23.07.2013 (приложение № 6), заключенным между ЗАО «Квадро-Диск» (лицензиар) и ЗАО «Юнайтед Мьюзик Групп» (лицензиат); договора № КП/01.01.14/СМАВ от 01.01.2014 «приложение № 2), заключенным ЗАО «Квадро-Диск» (лицензиат) с ООО «Квадро-Паблишинг» (лицензиар), а также на основании договоров: № А-11-06-01/АВ от 01.06.2016 (приложение № 3), № А-11-02-01/АВ от 09.02.2011 (приложения № 1, № 2), № А-11-06-01/СМИС от 01.06.2012 (приложение № 1), № А-11-02-01/СМ от 09.02.2011 (приложение № 2), № А-09-11-03/СМ от 02.11.2009 заключенными ООО «Квадро-Паблишинг» с автором произведений и исполнителем фонограмм ФИО3 (творческий псевдоним Е. Ваенга) по которым истцу предоставлена исключительная лицензия на объекты авторских и смежных прав, в том числе право на воспроизведение и распространение, а также передачу полученных прав третьим лицам. Согласия на использование спорных музыкальных произведений и фонограмм правообладатель ответчику – ИП ФИО2 не давал. Полагая, что ответчик, осуществив реализацию контрафактного диска, нарушил авторские и смежные права, приобретенные истцом, последний обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Ответчик извещен о судебном разбирательстве в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в судебное заседание не явился; представил отзыв на исковое заявление, из содержания которого следует, что ответчик не оспаривает факт нарушения исключительных авторских и смежных прав истца, просил снизить подлежащий взысканию размер компенсации, ссылаясь на то, что спорный товар реализовала впервые, реализация товаров, содержащих объекты интеллектуальной деятельности истца, не является существенной частью предпринимательской деятельности, истец не понес значительных убытков вследствие неправомерных действий ответчика, ответчик имеет незначительный доход от предпринимательской деятельности и находится в тяжелом материальном положении.

Информация о времени и месте судебного заседания была размещена на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет www.irkutsk.arbitr.ru в соответствии с требованиями абзаца второго пункта 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при неявке в судебное заседание арбитражного суда истца и (или) ответчика, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, суд вправе рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд установил следующее.

Как видно из материалов дела и данное обстоятельство сторонами не оспаривается автором и исполнителем спорных фонограмм и музыкальных произведений является ФИО3 (творческий псевдоним – Елена Ваенга)

В соответствии со статьями 1300, 1310,1322 Гражданского кодекса Российской Федерации информацией об авторском праве признается любая информация, которая идентифицирует произведение, автора или иного правообладателя, либо информация об условиях использования произведения, которая содержится на оригинале или экземпляре произведения, приложена к нему или появляется в связи с сообщением в эфир или по кабелю либо доведением такого произведения до всеобщего сведения, а также любые цифры и коды, в которых содержится такая информация.

На основании статей 1257 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения, считается его автором, если не доказано иное, аналогичное правило изложено в статье 1305 Гражданского кодекса РФ в отношении изготовителя фонограммы и исполнителя.

Поскольку на обложке спорного и лицензионного дисков в качестве автора-исполнителя указана Елена Ваенга, то при отсутствии спора об авторстве на указанные в исковом заявлении музыкальные произведения и фонограммы, и при отсутствии доказательств представленных ответчиком и свидетельствующих об авторстве иных лиц, автором спорных произведений и фонограмм в силу презумпции авторства признается ФИО3 (творческий псевдоним – Елена Ваенга).

Доказательств о наличии иных правообладателей исключительных прав ответчик в материалы дела не представил.

В этой связи суд считает доказанным, что изготовителем, автором и исполнителем спорных фонограмм является ФИО3 (творческий псевдоним – Елена Ваенга).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если этим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными указанным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 Гражданского кодекса Российской Федерации музыкальные произведения с текстом или без текста являются объектами авторских прав.

Пунктом 1 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно пункту 2 названной статьи к способам использования произведения относятся, в том числе: распространение произведения путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1235 Гражданского кодекса Российской Федерации по лицензионному договору одна сторона - автор или иной правообладатель (лицензиар) предоставляет либо обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования этого произведения в установленных договором пределах.

Статьей 1254 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если нарушение третьими лицами исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, на использование которых выдана исключительная лицензия, затрагивает права лицензиата, полученные им на основании лицензионного договора, лицензиат может наряду с другими способами защиты защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 указанного Кодекса.

В случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 того же Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации.

Согласно статье 1304 Гражданского кодекса Российской Федерации объектами смежных прав являются, в том числе фонограммы, то есть любые исключительно звуковые записи исполнений или иных звуков либо их отображений, за исключением звуковой записи, включенной в аудиовизуальное произведение.

Пунктом 1 статьи 1324 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что изготовителю фонограммы принадлежит исключительное право использовать фонограмму в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фонограмму), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи.

Использованием фонограммы считается, в том числе распространение фонограммы путем продажи или иного отчуждения оригинала или экземпляров, представляющих собой копию фонограммы на любом материальном носителе (пункт 2 той же статьи).

Исходя из правового подхода, изложенного в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 33 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 5/29), распространение контрафактных экземпляров произведений, в любом случае образует нарушение исключительного права на произведение, независимо от того, создан этот контрафактный экземпляр самим нарушителем или приобретен у третьих лиц.

Как усматривается из материалов дела, 23.07.2013 между ЗАО «Квадро-Диск» (лицензиар) и ЗАО «Юнайтед Мьюзик Групп» (лицензиат) заключен лицензионный договор N 2-ЮМГ-К/23.07.13/СМАВ/В/И от 23.07.2013, по условиям которого лицензиар предоставляет лицензиату права на использование объектов (фонограмма, запись исполнения, произведение, аудиовизуальное произведение, фотография, обложка), а лицензиат обязуется выплачивать лицензиару вознаграждение, указанное в договоре, а также выполнять иные обязанности, возложенные на него договором.

Согласно условиям договора, право на использование объекта договора включает в себя право осуществлять самостоятельно и/или разрешать третьим лицам осуществлять следующие действия в отношении фонограмм и произведений: публично исполнять, сообщать в эфир, воспроизводить, распространять путем продажи оригинала или экземпляров любым способом.

Кроме того, лицензиар уполномочил лицензиата в течение срока выдавать разрешения пользователям, заключать с ними соответствующие договоры на использование фонограмм и произведений в составе любых сложных объектов.

Дополнительным соглашением № 1 от 31.12.2014 срок действия договора № 2-ЮМГ-К/23.07.13/СМАВ/В/И от 23.07.2013 и прав на использование объектов продлен до 31.12.2015 включительно.

Дополнительным соглашением № 2 от 30.12.2015 срок действия договора № 2-ЮМГ-К/23.07.13/СМАВ/В/И от 23.07.2013 и прав на использование объектов продлен до 31.12.2016 включительно.

Дополнительным соглашением № 3 от 30.12.2016 срок действия договора № 2-ЮМГ-К/23.07.13/СМАВ/В/И от 23.07.2013 и прав на использование объектов продлен до 31.12.2017 включительно.

Также, дополнительным соглашением от 01.01.2014 подписано приложение № 6, в соответствии с которым с указанной даты лицензиар предоставил лицензиату исключительную лицензию на использование фонограмм, записей исполнителей и произведений.

Таким образом, исходя из условий лицензионного договора и дополнительных соглашений к нему, истцу переданы исключительные права, в том числе на использование музыкальных произведений и фонограмм, являющихся предметом настоящего иска.

В свою очередь, право на передачу обществом «Квадро-Диск» исключительных прав третьим лицам предоставлено обществом «Квадро-Паблишинг» (лицензиар) на основании лицензионного договора № КП/01.01.14/СМАВ от 01.01.2014, по условиям которого лицензиар передал лицензиату право на использование произведений, фонограмм и исполнений, указанных в приложениях к договору, на условиях исключительной лицензии, на срок, указанный в Приложении, территории всех стран мира за вознаграждение, а лицензиат принял указанное право и обязался выплатить лицензиару вознаграждение, указанное в приложениях к договору.

В пункте 13.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 29 от 26.03.2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано «В силу пункта 1 статьи 1234 ГК РФ по договору об отчуждении исключительного права передается исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации в полном объеме.

Договор, предусматривающий отчуждение права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, но в то же время вводящий ограничения по способам использования соответствующего результата или средства либо устанавливающий срок действия этого договора, с учетом положений статьи 431 Кодекса может быть квалифицирован судом как лицензионный договор. При отсутствии такой возможности договор подлежит признанию недействительным (статья 168 ГК РФ)».

Между тем, ООО «Квадро-Паблишинг» (лицензиар) является обладателем исключительных авторских и смежных прав на основании договоров, заключенных с ФИО3 (творческий псевдоним «Елена Ваенга») (правообладатель): № А-11-06-01/АВ от 01.06.2016 (приложение № 3), № А-11-02-01/АВ от 09.02.2011 (приложения № 1, № 2), № А-11-06-01/СМИС от 01.06.2012 (приложение № 1), № А-11-02-01/СМ от 09.02.2011 (приложение № 2), № А-09-11-03/СМ от 02.11.2009 (приожение № 1) о предоставлении исключительного права на использование произведений и фонограмм, составляющие предмет иска.

Таким образом, факт наличия у истца прав на использование музыкальных произведений исполнителя «Елена Ваенга» подтверждается представленными в материалы дела договорами от 23.07.2013 № 2-ЮМГ-К/23.07.13/СМАВ/В/И, от 01.01.2014 № КП/01.01.14/СМАВ и дополнительными соглашениями к ним, о предоставлении исключительных авторских прав на музыкальные произведения и на фонограммы музыкальных произведений, согласно условиям которых истцу переданы исключительные права на использование спорных объектов исключительных прав в полном объеме.

С учетом изложенного суд, исходя из условий указанных договоров, руководствуясь положениями статьи 1254 Гражданского кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о том, что если нарушение третьими лицами исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, на использование которых выдана исключительная лицензия, затрагивает права лицензиата, полученные им на основании лицензионного договора, лицензиат может наряду с другими способами защиты защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что 08.06.2017 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, предлагался к продаже и по договору розничной купли-продажи был реализован контрафактный товар – компакт-диск формата МР3 «Елена Ваенга», на котором содержатся музыкальные произведения в исполнении Хрулевой Елены Владимировны (творческий псевдоним Елена Ваенга) указанных выше музыкальных произведений.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону могут быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Согласно пункту 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» указано, что доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать кассовый чек, контрафактный диск с записью и отличающийся от лицензионного диска внешним видом обложки и наклейки на диск, отсутствием средств индивидуализации, сведений о правообладателе и производителе.

В подтверждение факта продажи ответчиком контрафактного товара истцом представлены следующие доказательства: товарный чек от 8 июня 2017 года на сумму 100 рублей с указанием наименования товара, его стоимости, с оттиском печати с наименованием продавца; видеозапись закупки спорного товара; компакт-диск формата МР3 «Елена Ваенга».

Представленная в материалы дела видеозапись процесса покупки товара приобщена к материалам дела и исследована судом в судебном заседании.

Судом установлено, что видеозапись покупки отображает внутренний вид торгового пункта ответчика, процесс выбора приобретаемого товара, процесс его оплаты. Качество видеосъемки позволяет определить приобретаемый товар, а также процесс выдачи продавцом товарного чека и его реквизиты. На видеозаписи отчетливо отображается содержание выданного товарного чека, соответствующего приобщенному к материалам дела товарному чеку. Внешний вид приобщенного к материалам дела товара (компакт-диска формата МР3 «Елена Ваенга») также соответствует приобщенному к материалам дела в качестве вещественного доказательства.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, осуществление видеосъемки при фиксации факта распространения контрафактной продукции является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признакам относимости, допустимости и достоверности доказательств.

Приобретенный товар, фотографии вышеуказанного товара, чек представлены в дело в качестве доказательства.

В соответствии со статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Представленный товарный чек, содержащий наименование продавца (ИП ФИО2), а также оттиск печати с ОГРНИП и ИНН ответчика, подтверждает в соответствии со статьей 493 Гражданского кодекса Российской Федерации заключение договора купли-продажи между сторонами спора. Кроме того, произведенная видеосъемка также подтверждает заключение договора купли-продажи между сторонами спора и подтверждает, что товар был приобретен по представленному чеку.

Представленная в материалы дела видеозапись закупки товара просмотрена судом в судебном заседании.

Следовательно, представленная совокупность доказательств подтверждает факт предложения ответчиком спорного товара к продаже и факт заключения договора розничной купли-продажи.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, утвержденного Информационным письмом от 13 декабря 2007 года № 122 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, при рассмотрении арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности, доказательствами незаконного распространения контрафактной продукции путем розничной продажи могут выступать чек, отчет частного детектива, свидетельские показания.

В соответствии со статьями 426, 492 и 494 Гражданского кодекса Российской Федерации выставление на продажу спорной продукции свидетельствует о наличии со стороны ответчика публичной оферты, а факт ее продажи подтверждается видеозаписью процесса покупки.

Кассовый (товарный) чек является надлежащим документом, на основании которого покупатель может подтвердить факт продажи ему товара, приобретенного по договору розничной купли-продажи и по правилам статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Представленный в материалы дела товарный чек содержит необходимые реквизиты, в том числе печать ответчика с его идентификационными данными, стоимость и дату покупки, отвечает требованиям статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и, следовательно, является достаточным доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

В случае, когда распространение или иное использование, материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными.

Таким образом, идентифицирующие данные как приложенных к материалам дела кассового чека от 08.06.2017, так и спорного диска тождественны аналогичным идентифицирующим сведениям на просмотренной судом видеозаписи, что свидетельствует о доказанности факта покупки компакт-диска формата МР3 «Елена Ваенга» непосредственно у ответчика.

Предложение к продаже экземпляра фонограммы, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу, в соответствии с выводами арбитражной практики (пункту 2 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 № 122), признается использованием исключительных прав в форме распространения.

Пунктом 46 «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, предусмотрено, что при рассмотрении дел о защите нарушенных авторских или смежных прав суду необходимо установить, права на какие конкретно произведения и объекты смежных прав были нарушены на основании непосредственного исследования имеющихся в деле доказательств (ст. 10, 71 АПК РФ).

Суд, осмотрев контрафактный компакт-диск формата МР3 «Елена Ваенга» установил, что на обложке контрафактного компакт-диска поименованы все вышеуказанные произведения, авторские и смежные права на которые приобрел истец.

При открытии меню диска видно, что на диске находятся 15 папок, соответственно перечисленным на обложке диска 15 концертам, в каждой папке при раскрытии раскрывается перечень фонограмм, поименованных применительно к фонограммам каждого концерта на обложке.

Суд прослушал каждую из фонограмм компакт-диск формата МР3 «Елена Ваенга», установив факт записи на диске следующих фонограмм, исполненных ФИО3: «22 июль», «Абсент», «Аэропорт», «Белая птица», «Бережок», «Блюз», «Больно», «Бродяга», «Бублички», «Весточки», «Виски», «Где была», «Гитара», «Говори, говори...», «Голубые цветы», «Город», «Города», «Девочка», «Дочь короля», «Другу», «Дюны», «Ехал ко мне друг», «Жаль», «Желаю», «Жираф», «Золотая рыбка», «Интро», «Какая есть», «Качели», «Кокаин», «Коломбина», «Кони», «Короли», «Косолапая любовь», «Косы», «Купец», «Легким пухом», «Лена», «Ленточка», «Лодочка», «Любимый», «Любовь», «Мама», «Мама ты была права», «Мамочка», «Матросик», «Монашенки», «Мостики», «Мы попали с тобой под дождь..», «Наливай», «Не забывай», «Не любил», «Невеста», «Номерок», «Ну, где ты был!», «Оловянное сердце», «Ордынка», «Осень», «Отойди, не гляди», «Папа, нарисуй», «Пашка», «Пиковая дама», «Письмо», «По моей щеке», «Портрет», «Посмотри», «Принцесса», «Прощание..», «Птичка», «Радуга», «Разговор», «Ре, ля», «Реснички», «Романс», «Руки ивы», «Саночки», «Семь коней», «Сложная песня», «Снег», «Соломон», «Спасибо», «Тайга», «Тополя», «Ты», «Ты едешь, бледная», «У меня на губах», «Фиолетовая тень», «Флейта», «Цыган», «Чаворо», «Черемуха», «Шопен», «Шут», «Эх, раз!», «Я не умела петь романсы», «Ягода», исключительные права на которые принадлежат истцу.

Таким образом, материалами дела подтверждается факт использования ИП ФИО2 исключительных прав истца на музыкальные произведения и фонограммы, указанные в исковом заявлении, в форме распространения.

Своего согласия на распространения правообладатель ответчику не предоставлял, доказательств иного суду не представлено.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав.

Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.

Исходя из изложенного выше, суд считает доказанным факт использования ответчиком исключительных прав, принадлежащих истцу.

Поскольку ответчиком в материалы дела не представлено доказательств наличия у него права использования названных исключительных прав, реализация товара осуществлена без согласия правообладателя и является нарушением его прав.

Как разъяснено в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29, указанное правило подлежит применению к способам защиты прав, не относящимся к мерам ответственности. Ответственность за нарушение интеллектуальных прав (взыскание компенсации, возмещение убытков) наступает применительно к статье 401 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, в свою очередь, предусматривает, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Пунктом 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» установлено, что действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

Ответчик не представил доказательств, свидетельствующих о том, что он не знал и не мог знать о контрафактности реализованного им товара.

Согласно части 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Так, статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, исходя из характера нарушения

В пункте 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем 2 статьи 1301, абзацем 2 статьи 1311, подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года № 28-П высказана правовая позиция, согласно которой суды при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения вправе снижать размер компенсации ниже предела, установленного абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации в данном Постановлении указал, что пункт 3 статьи 1252 ГК РФ во взаимосвязи с другими положениями данного Кодекса, включая его статьи 1301, 1311 и 1515, закрепляет в числе прочего правила, которыми должен руководствоваться суд при определении размера компенсации в случае, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации: в таких случаях размер компенсации определяется судом - в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости - за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации; если же права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом.

В настоящем деле, компания-правообладатель просит взыскать с предпринимателя - правонарушителя 452 500 рублей компенсации за 181 факт нарушения исключительных прав (по 2 500 рублей за каждый факт нарушения).

Ответчик в представленном в материалы дела отзыве на иск не отрицает факта продажи спорного товара; ссылаясь на смягчающие ответственность обстоятельства, просил снизить размер подлежащей взысканию суммы компенсации.

В подтверждение указанных доводов предпринимателем представлены для приобщения к материалам дела следующие документы: налоговые декларации за 2016 год, за 2017 год, договор субаренды от 01.01.2017; свидетельство о рождении, и согласие на установление временной опеки, подтверждающего наличие у ответчика на иждивении несовершеннолетнего ребенка; справка от 19.04.2017 Иркутского Областного онкологического диспансера, подтверждающая наличие у ответчика заболевания.

Проверив представленный истцом расчет суммы компенсации, исходя из доводов и возражений, заявленных лицами, участвующими в деле, суд считает возможным применить к правоотношениям сторон разъяснения, изложенные в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П.

Так, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 20.11.2012 N 8953/12, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. Размер компенсации за неправомерное использование произведения должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в то имущественное положение, в котором он находился бы, если бы произведение использовалось правомерно. Поэтому при определении размера компенсации следует учитывать возможность привлечения к ответственности правообладателем всех известных нарушителей его права.

В данном случае истец настаивает на выплате компенсации за нарушение указанного права, при этом, вид компенсации выбран в соответствии с пунктом 1 статьи 1301 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в размере десяти тысяч рублей за каждый факт незаконного использования произведения, товарного знака.

Вместе с тем, согласно пунктам 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с частью 3 статьи 1253 ГК РФ в редакции Федерального закона от 12.03.2014 № 35-ФЗ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края рассмотрено дело о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 2 резолютивной части Постановления от 13.12.2016 № 28-П положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Согласно сформулированным в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П подходам к определению размера компенсации, абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ обязывает суд определять размер подлежащей взысканию компенсации за нарушение соответствующих интеллектуальных прав в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Пункт 3 статьи 1252 ГК РФ во взаимосвязи с другими положениями данного Кодекса, включая его статьи 1301, 1311 и 1515, закрепляет в числе прочего правила, которыми должен руководствоваться суд при определении размера компенсации в случае, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации: в таких случаях размер компенсации определяется судом - в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости - за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Как указано в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, не исключаются ситуации, при которых определяемая на основании указанных норм Гражданского кодекса Российской Федерации мера ответственности за однократное нарушение исключительных прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации - даже принимая во внимание его характер и последствия, а также другие обстоятельства дела - может оказаться чрезмерной, не отвечающей требованиям разумности и справедливости.

Между тем, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Разрешая данный спор в соответствии с названными нормами и указанными разъяснениями, суд принимает во внимание, что совершенное предпринимателем нарушение исключительного права на использование спорных музыкальных произведений и исключительных смежных прав на использование экземпляров фонограмм в исполнении Елены Ваенги являлось однократным, степень вины нарушителя, отсутствие доказательств причинения каких-либо крупных (реальных) убытков правообладателю - компании, и также то, что ответчиком однократно реализован контрафактный товар стоимостью лишь 100 рублей; обстоятельство того, что незаконное использование объектов исключительных прав, которые принадлежат другим лицам, не являлось существенной частью предпринимательской деятельности ответчика и не носило грубый характер (как видно из видеозаписи, товар реализован в торговой точке, преимущественно торгующей другими категориями товаров), поведение ответчика, прекращение продажи контрафактного товара, отсутствие злого умысла на причинение ущерба компании, факт того, что ранее предприниматель не привлекался к гражданско-правовой ответственности за нарушение интеллектуальных прав, и признал свою вину в содеянном. При этом также учитывается факт того, что ответчик является предпринимателем, состояние здоровья ответчика, размер дохода от предпринимательской деятельности является незначительным, на иждивении ответчика находится несовершеннолетний ребенок. Учитывая указанные обстоятельства в их совокупности и принимая во внимание общую сумму, заявленную к взысканию с ответчика (452 500 рублей, что весьма значительно для ответчика), суд приходит к выводу о том, что в данном конкретном случае мера ответственности за однократное нарушение исключительных прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации - является чрезмерной, не отвечающей требованиям разумности и справедливости.

Кроме того, судом установлено, что действия истца осуществлялись фактически с целью сбора доказательств для обращения в суд за соответствующей компенсацией, поскольку истец не ставил ответчика в известность о том, что он является правообладателем, не предупреждал о необходимости прекратить реализацию контрафактного товара, не сообщал о стоимости права использования объекта авторских прав и товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование такого объекта тем способом, который использовал нарушитель и не предлагал вступить в гражданские правоотношения с целью регламентации возникших отношений для правомерного использования объекта интеллектуальной деятельности.

Более того, суд считает необходимым отметить, что истцом первоначально, при подаче искового заявления рассчитана сумма компенсации в размере 270 рублей за каждое нарушение, следовательно, сам истец полагал такой размер компенсации разумным и справедливым.

С учетом изложенного довод истца о том, что Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П не подлежит применению к спорным правоотношениям, отклоняется арбитражным судом, как основанный на неправильном толковании приведенной в названном постановлении позиции.

С учетом данных конкретных обстоятельств настоящего дела, а также применяя принципы разумности и справедливости, при установлении факта совершения ответчиком одного правонарушения, содержащего 181 случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации компании, суд полагает возможным считать соразмерной допущенному нарушению денежную компенсацию в сумме 90 500 рублей, (85 музыкальных произведений х 500 рублей и 96 фонограмм музыкальных произведений х 500 рублей).

При таких обстоятельствах заявленные исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судом взыскиваются со стороны судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 2 постановления от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судом взыскиваются со стороны судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 2 постановления от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснил, что к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Истцом понесены затраты на приобретение вещественного доказательства – товар (компакт-диск формата МР3 «Елена Ваенга») в размере 100 рублей, что подтверждается товарным чеком от 8 июня 2017 года.

Указанные расходы понесены истцом в связи с рассмотрением настоящего дела.

Истцом заявлены также судебные издержки на почтовые расходы в связи с отправлением претензии и искового заявления в размере 175 рублей 34 копеек и в связи с получением выписки из ЕГРИП на сумму 200 рублей.

В подтверждение несения данных расходов истцом представлены почтовая квитанция от 3 октября 2017 года с описью вложения в ценное письмо на сумму 175 рублей 34 копеек, копия чека от 9 ноября 2017 года на сумму 200 рублей.

Учитывая, что заявленные исковые требования истца удовлетворены частично (20%), понесенные истцом судебные издержки в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат пропорциональному распределению, а именно с ответчика подлежат взысканию судебные расходы в сумме 95 рублей 7 копеек., в том числе, в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика, в сумме 20 рублей, стоимости почтовых отправлений в виде искового заявления и претензии в размере 36 рублей 7 копеек, а также стоимости выписки из ЕГРИП на сумму 40 рублей.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и взыскиваются в пользу истца. С учетом состоявшегося в ходе рассмотрения спора увеличения исковых требований по размеру до суммы 452 500 рублей государственная пошлина в сумме 10 050 рублей относится на стороны пропорционально размеру удовлетворенного искового требования подлежит, согласно положениям абзаца 2 части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и подлежит взысканию в доход федерального бюджета Российской Федерации истца в размере 9 640 рублей, с ответчика в размере 410 рублей.

Распределяя судебные расходы пропорционально сумме удовлетворенных исковых требований, суд руководствуется обязательной к применению правовой позицией - разъяснениями, изложенными в пункте 48 «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

Суд приобщил в качестве вещественного доказательства по делу представленный истцом компакт-диск формата МР3 «Елена Ваенга».

В связи с признанием судом вещественного доказательства по делу - компакт-диск формата МР3 «Елена Ваенга» - контрафактным товаром, возмещением истцу его стоимости, последний в силу пунктов 25 постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 26.03.2009 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» и пунктом 44 постановления Пленума ВС РФ от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах» подлежит уничтожению после вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь статьями 65, 71, 110, 167–170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с ИНДИВИДУАЛЬНОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ СТЕПАНОВОЙ ОЛЬГИ МИХАЙЛОВНЫ в пользу АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ЮНАЙТЕД МЬЮЗИК ГРУПП» компенсацию за нарушение исключительных прав в сумме 90 500 рублей; судебные расходы в сумме 2 095 рублей 7 копеек, в том числе: расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 000 рублей, судебные издержки в размере 95 рублей 7 копеек.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с ИНДИВИДУАЛЬНОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ СТЕПАНОВОЙ ОЛЬГИ МИХАЙЛОВНЫ в доход федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в сумме 410 рублей.

Взыскать с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ЮНАЙТЕД МЬЮЗИК ГРУПП» в доход федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в сумме 9 640 рублей.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

СудьяЕ.В. Серова