Решение от 28 января 2021 г. по делу № А19-9854/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

664025, г. Иркутск, бульвар Гагарина, д. 70, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, д. 36А, тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761

http://www.irkutsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск Дело № А19-9854/2020

«28» января 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена 21.01.2021. Полный текст решения изготовлен 28.01.2021.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Козодоева О.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дульбеевой Л.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ИРКУТСКАЯ ЭНЕРГОСБЫТОВАЯ КОМПАНИЯ" (664033 <...> ОГРН <***> ИНН <***>)

к ФИО1 ( Усть-Кутский район).

третье лицо: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ "ЭНЕРГИЯ" (666771 ОБЛАСТЬ ИРКУТСКАЯ РАЙОН УСТЬ-КУТСКИЙ <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>),

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 6 412 328,24 руб.

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2, доверенность от 06.12.2020 №557, паспорт;

от ответчика, третьего лица: не явились, извещены,

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ИРКУТСКАЯ ЭНЕРГОСБЫТОВАЯ КОМПАНИЯ" (далее – ООО "ИРКУТСКЭНЕРГОСБЫТ", истец) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с иском к ФИО1 (далее – ответчик), уточнённым в порядке статьи 49 АПК РФ, о взыскании в порядке субсидиарной ответственности 6 412 328,24 руб. по обязательствам ООО УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ "ЭНЕРГИЯ".

Истец заявленные требования поддержал.

Ответчик, третье лицо, надлежащим образом в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уведомленные о дате, времени и месте рассмотрения дела, в предварительное судебное заседание не явились, ходатайств не заявили, документов не представили.

Исследовав материалы дела, выслушав истца, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Иркутской области от 30.08.2017г. по делу № А19-12290/2017, от 26.12.2017г. по делу № А19-22978/2017, от 06.02.2018г. по делу № А19-25578/2017, от 26.02.2018г. по делу № А19-28807/2017, от 09.06.2018г. по делу № А19-1647/2018, от 05.06.2018г. по делу № А19-4555/2018, от 13.06.2018г. по делу № А19-6824/2018, от 21.06.2018г. по делу № А19-9745/2018, от 31.08.2018г. по делу № А19-15932/2018, от 23.10.2018г. по делу № А19-18141/2018 с ООО УК «Энергия» в пользу ООО «Иркутскэнергосбыт» взыскана задолженность по договору купли-продажи электрической энергии в целях компенсации фактических потерь электрической энергии в сетях при ее передаче от 26.01.2016 № 2030 в общей сумме 6 412 328,24 руб., из них: 5 993 813 рублей 85 копеек – основной долг, 398 514 рублей 39 копеек – пени, 20 000 рублей 00 копеек – судебные расходы оплате государственной пошлины. Указанная задолженность не погашена.

ООО «Иркутскэнергосбыт» 25.02.2019 обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании ООО УК «Энергия» несостоятельным (банкротом), дело №А19-4480/2019.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 30.04.2019 (резолютивная часть оглашена 23.04.2019) заявление ООО «Иркутскэнергосбыт» о признании ООО УК «Энергия» несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, в отношении него введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО3.

В связи с отсутствием у должника имущества и денежных средств для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, отсутствием согласия на финансирование процедуры банкротства лиц, участвующих в деле о банкротстве, участвующих в арбитражном процессе по делу о банкротстве, в соответствии с абзацем 8 пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» по ходатайству временного управляющего ФИО3 определением от 26.11.2019 (резолютивная часть объявлена 19.11.2019) дело № А19-4480/2019 по заявлению ООО «Иркутскэнергосбыт» о признании ООО УК «Энергия» несостоятельным (банкротом) прекращено.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на неисполнение руководителем ООО УК «Энергия» ФИО1 обязанности по подаче заявления о признании общества несостоятельным (банкротом), установленной статьей 9 Закона о банкротстве и возникшей с 18.01.2018 ввиду неоплаты задолженности за сентябрь 2017 года, поскольку должник отвечал признакам неплатёжеспособности в данный период. В связи с чем, на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве истец требует привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности и взыскания заявленной суммы по обязательствам ООО УПРАВЛЯЮЩАЯ КОМПАНИЯ "ЭНЕРГИЯ".

Оценив имеющиеся доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Главой III.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность подачи заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве должника - после завершения конкурсного производства, прекращения производства по делу о банкротстве в связи с недостаточностью средств для возмещения судебных расходов или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом.

В качестве правового основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности истец указал статью 61.12 Закона о банкротстве, ссылаясь на то, что невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, не исполнена обязанность по подаче заявления должника в арбитражный суд, производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Положения подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11, пунктов 3 - 6 статьи 61.14, статей 61.19 и 61.20 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29 июля 2017 года N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" применяются к заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в случае, если определение о завершении или прекращении процедуры конкурсного производства в отношении таких должников либо определение о возврате заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом вынесены после 1 сентября 2017 года.

Производство по делу о банкротстве ООО УК «Энергия» прекращено определением от 26.11.2019 в связи с отсутствием у должника имущества, достаточного для финансирования дальнейших расходов по делу о банкротстве.

Применению подлежат материально-правовые основания для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности, предусмотренные той редакцией Закона о банкротстве, которая действовала в момент совершения ответчиком виновных действий (бездействия), повлекших объективное банкротство должника.

Истец ссылается на неисполнение ответчиком обязанности по подаче заявления о признании общества несостоятельным (банкротом) с 18 января 2018 года, то есть обстоятельства, на которых основаны требования истца, возникли после вступления в законную силу Федерального закона от 29 июля 2017 года N 266-ФЗ и внесения соответствующих изменений в Закон о банкротстве.

Следовательно, настоящий спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права и процессуальных норм Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.12 настоящего Федерального закона, после прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены п. 2 ст. 61.12 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.19 Закона о банкротстве заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, поданное после завершения конкурсного производства, прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, рассматривается арбитражным судом, ранее рассматривавшим дело о банкротстве и прекратившим производство по нему (вернувшим заявление о признании должника банкротом), по правилам искового производства.

Пунктом 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) разъяснено, что после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать только те кредиторы, работники должника, чьи требования в рамках дела о банкротстве были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве) (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Из материалов дела следует, что ООО «Иркутскэнергосбыт» являлось заявителем по делу о банкротстве ООО УК «Энергия» (дело №А19-4480/2019), его требования к должнику в размере 6 412 328 руб. 24 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО УК «Энергия» определением суда от 30.04.2019.

Таким образом, ООО «Иркутскэнергосбыт» обладает правом на предъявление требования о привлечении контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника после прекращения производства по делу о банкротстве последнего по заявленным основаниям по правилам искового производства.

Как следует из представленной в материалы дела Выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО УК «Энергия», ФИО1 является генеральным директором и единственным участником ООО УК «Энергия».

Должность генерального директора общества ФИО1 занимает с 26.07.2013 (с даты регистрации общества), что следует из определения суда от 27.08.2019 по делу №А19-4480/2019 (л.д. 48).

ООО «Иркутскэнергосбыт» поясняет, что ФИО1 является контролирующим должника лицом и им своевременно не исполнена обязанность по подаче заявления о признании ООО УК «Энергия» несостоятельным (банкротом).

Как указывалось ранее, в части норм материального права к спорным правоотношениям подлежит применению Закон о банкротстве с учетом изменений, внесенных Законом N 266-ФЗ от 29.07.2017.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве (введена Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ) неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах) (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц, с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 за 2016 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Данная правовая позиция применима к настоящим правоотношениям регулируемым Законом о банкротстве с учетом изменений, внесенных Законом N 266-ФЗ от 29.07.2017.

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании общества банкротом. Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе по иску о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности.

В обоснование заявления по настоящему делу истец ссылается на наличие в период с 18.01.2018 по 18.02.2018 обязанности у руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом ввиду неисполнения обязательства по оплате отпущенной в сентябре 2017 года электрической энергии по договору энергоснабжения от 26.01.2016 № 2030 в размере 350 900, 64 руб., поскольку задолженность за данный период превысила триста тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены (по условиям договора от 26.01.2016 № 2030 окончательная оплата потребленной энергии должны быть произведена в срок до 18 числа следующего за расчетным периодом).

Указанная задолженность может быть отнесена к обозначенному в пунктах 1 и 2 статьи 9 Закона о банкротстве периоду и вменена в качестве доказательства неисполнения обязанности по подаче заявлении о банкротстве. В том числе, учитывая, что ООО УК «Энергия» имело уже неисполненные обязательства перед истцом за предыдущие периоды за январь-май, июль-август 2017 года.

Вместе с тем, сам по себе факт наличия задолженности перед кредиторами более 300 000 рублей не может однозначно свидетельствовать о неплатежеспособности должника и являться безусловным основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

Кроме того, согласно пункту 2 статьи 61.13 Закона о банкротстве, если заявление должника подано должником в арбитражный суд при наличии у должника возможности удовлетворить требования кредиторов в полном объеме, должник, руководитель должника и иные контролирующие должника лица несут перед кредиторами ответственность за убытки, причиненные возбуждением производства по делу о банкротстве.

Под недостаточностью имущества в силу статьи 2 Закона о банкротстве понимается - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии со статьей 3 Закона о банкротстве юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление Пленума N 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 N 14-П).

Кроме того, согласно пункту 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018, по смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума N 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что, несмотря на временные финансовые затруднения (в частности, возникновение признаков неплатежеспособности), добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Следовательно, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Как следует из материалов дела ООО УК «Энергия» является управляющей компанией. Согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности общества является ОКВЭД 68.32.1 Управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе; дополнительными видами деятельности являются, в том числе: код 35.12 Передача электроэнергии и технологическое присоединение к распределительным электросетям, код 35.13. Распределение электроэнергии, код 36.00 Забор, очистка и распределение воды, код 68.32.2 Управление эксплуатацией нежилого фонда за вознаграждение или на договорной основе.

Судом исследованы материалы дел №А19-12290/2017, №А19-22978/2017, №А19-25578/2017, № А19-28807/2017, №А19-1647/2018, №А19-4555/2018, №А19-6824/2018, №А19-9745/2018, №А19-15932/2018, №А19-18141/2018 по искам ООО «Иркутскэнергосбыт» к ООО УК «Энергия», размещенные в Картотеке арбитражных дел, доступные для просмотра суду.

Судом установлено, что согласно договору купли-продажи электрической энергии в целях компенсации фактических потерь электрической энергии в сетях при ее передаче от 26.01.2016 № 2030, заключенному между истцом и ООО УК «Энергия», точкой поставки электроэнергии является ПС (подстанция) «Лесная».

Как следует из дела о несостоятельности (банкротстве) ООО УК «Энергия» №А19-4480/2019 определением суда от 19.08.2019 в третью очередь реестра требований кредиторов ООО Управляющая компания «Энергия» включено требование Комитета по управлению муниципальным имуществом Усть-Кутского муниципального образования, подтверждённое решениями суда по делам № А19-8896/2017, № А19-8883/2017, № А19-8905/2017, № А19-22075/2017, № А19-22078/2017, № А19-22255/2017, № А19-478/2019, № А19-476/2019, № А19 477/2019, № А19-22256/2017, которыми с должника взыскана арендная плата за 2015-2017 гг. по различным договорам аренды муниципального имущества (сооружения электроэнергетики, объекты электросетевого хозяйства).

Из материалов дел №№А19-8896/2017, А19-22255/2017, А19-478/2019, А19-477/2019 судом установлено, что по договорам аренды имущества от 15.10.2015г. № 24, от 12.01.2016г. №2, от 10.11.2017г. №18 обществу в 2015, 2016, 2017 гг. передавалась в аренду сооружение воздушная линия электропередач 35 кВ, назначение: нежилое, производственное, протяжённостью 8136,62 м., адрес объекта: Иркутская область, г. Усть-Кут, от ПС Лена на восток до ПС Лесная, кадастровый номер: 38:18:050203:105 и земельный участок под данным объектом. Имущество передавалось ООО УК «Энергия» во временное владение и пользование за плату, для использования в хозяйственной деятельности в целях бесперебойного обеспечения потребителей на территории г. Усть-Кута услугами электроснабжения. Под потребителями услуг понимаются физические и юридические лица, являющиеся собственниками и нанимателями жилых помещений, собственниками, пользователями и арендаторами нежилых помещений. (пункты 1.1, 1.3, 1.4 указанных договоров).

Кроме того, из материалов иных вышеназванных дел по взысканию арендной платы с должника следует, что ООО УК «Энергия» передавались в аренду сооружения электроэнергетики, объекты электросетевого хозяйства для обеспечения электроснабжением потребителей Ручейского муниципального образования (сельского поселения), с. Каймоново Усть-Кутского района, Звезднинского муниципального образования (городского поселения).

Таким образом, судом установлено, что основным видом деятельности ООО УК «Энергия» является управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе, общество оказывало потребителям услуги электроснабжения. И с этой целью заключило договор энергоснабжения с истцом для передачи энергии жителям г. Усть-Кута, жилой фонд которых находился в управлении должника. При этом объекты электросетевого хозяйства находились у должника в аренде.

Согласно делу о несостоятельности (банкротстве) №А19-4480/2019 кредиторами должника являлись ресурсоснабжаюшая организация, арендодатель муниципального имущества (КУМИ УКМО) и налоговый орган. Основная часть кредиторской задолженности ООО УК «Энергия» представляет собой задолженность перед ресурсоснабжающей организацией, поскольку должник наделен полномочиями по сбору денежных средств с потребителей и оплате потребленных коммунальных услуг.

В этой связи ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с дебиторской задолженностью граждан, является обычной для функционирования управляющих организаций, в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги потребители (граждане) постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией.

Заключая договоры ресурсоснабжения, управляющая компания является исполнителем коммунальных услуг, который самостоятельно не осуществляет реализацию коммунальных услуг, а лишь выступает посредником при осуществлении расчетов, занимаясь сбором соответствующих денежных сумм с потребителей и их перечислением в полном размере на счета организаций, реализующих коммунальные услуги.

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного суда Российской Федерации от 01.06.2017 N 308-АД17-1209, товарищество собственников жилья не признается хозяйствующим субъектом с самостоятельными экономическими интересами, отличными от интересов его членов. Заключая договоры на оказание коммунальных услуг, на эксплуатацию и ремонт жилых помещений и общего имущества в многоквартирных домах, ТСЖ выступает в имущественном обороте не в своих интересах, а в интересах членов ТСЖ. Указанная правовая позиция распространяется, в том числе на деятельность управляющих компаний с учетом функций выполняемых последними. Данная правовая позиция также изложена в Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 10.11.2016 N 23-П, а также в Постановлении Пленума ВАС РФ от 05.10.2007 N 57.

Часть 6.2 статьи 155 Жилищного кодекса Российской Федерации устанавливает, что управляющая организация, которая получает плату за коммунальные услуги, осуществляет расчеты за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг, с лицами, с которыми такой управляющей организацией заключены договоры холодного и горячего водоснабжения, водоотведения, электроснабжения, газоснабжения (в том числе поставки бытового газа в баллонах), отопления (теплоснабжения, в том числе поставки твердого топлива при наличии печного отопления), в соответствии с требованиями, установленными Правительством Российской Федерации.

Таким образом, денежные средства, поступающие от потребителей коммунальных услуг, аккумулируемые на расчетном счете управляющей компании, имеют целевое назначение - оплата жилищно-коммунальных услуг, оказанных ресурсоснабжающими и обслуживающими организациями.

В случае неполной оплаты потребителями услуг, представленных ресурсоснабжающей организациями, добросовестный руководитель, действуя в интересах общества, а также ресурсоснабжающей организации должен принять разумные меры по принудительному истребованию у населения дебиторской задолженности, в целях погашения задолженности. Однако, такие доказательства в материалах дела отсутствуют.

Вместе с тем, учитывая, что специфика основной деятельности должника - управляющей компании обусловлена по управлению многоквартирным жилым домом постоянным формированием кредиторской задолженности, оплачиваемой за счет поступлений от населения. Указанный вид деятельности не является доходным и направлен на осуществление обеспечения деятельности социальной направленности.

Руководитель должника, при осуществлении своих обязанностей добросовестно и разумно, при превышении пассивов над активами должника должен был оценивать формирование задолженности, не обеспеченной активами должника и предполагать о неплатежеспособности должника.

Вместе с тем, само по себе наличие у должника кредиторской задолженности не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующим лицом действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был не способен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

В соответствии с изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2017 N 306-ЭС16-20500 правовой позицией, специфика функционирования организаций по управлению многоквартирными домами такова, что текущая кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими организациями сочетается с наличием дебиторской задолженности граждан за коммунальные услуги, что периодически приводит к временным затруднениям с денежной ликвидностью, однако само по себе не свидетельствует о недостаточности имущества.

Как следует из определения суда от 30.04.2019 по делу № А19-4480/2019 по данным филиала Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Иркутской области, Федерального казённого учреждения «Центр государственной инспекции по маломерным судам Министерства Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий по Иркутской области», Службы государственного надзора за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники Иркутской области, Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Иркутской области, какое-либо недвижимое имущество, транспортные средства, водный транспорт, самоходные машины и прицепы к ним за Обществом с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Энергия» не зарегистрированы.

Как следует из представленной в материалы дела бухгалтерской отчетности общества за 2012-2019 гг. основным активом должника является дебиторская задолженность.

На начало 2017 года размер дебиторской задолженности составляет 1 266 тыс. руб., на конец 2017 года 8 630 тыс. руб. Следовательно, за 2017 год дебиторская задолженность возросла на 7 404 тыс. руб. При этом в этот же период кредиторская задолженность также возросла с 4 750 тыс. руб. до 11 890 тыс. руб., то есть на 7 140 тыс. руб.

Таким образом, в 2017 году задолженность перед контрагентами ООО УК «Энергия» увеличилась соразмерно возросшей дебиторской задолженности потребителей перед должником.

Суд принимает во внимание, что в мае 2018 года договор аренды от 10.11.2017 №18, заключенный в целях бесперебойного электроснабжения потребителей г. Усть-Кута, расторгнут соглашением от 28.05.2018, имущество возращено арендодателю по акту приема-передачи от 28.05.2018. (дело №А19-478/2019).

Данный факт лишил должника возможности заниматься хозяйственной деятельностью, однако такое обстоятельство не было прогнозируемым. При этом, по мнению суда, этим фактом объясняется снижение дебиторской задолженности и нарастание кредиторской в 2018 году, поскольку в отсутствие основного имущества, за счет которого осуществлялась деятельность, общество потеряло возможность оплачивать долги и получать дебиторскую задолженность.

Следовательно, имея в качестве единственного актива дебиторскую задолженность населения, деятельность должника зависела напрямую от платёжеспособности населения.

Деятельность предприятий, предоставляющих жилищно-коммунальные услуги, к которым относится должник, носит убыточный характер, принимая во внимание ее социальную направленность, а меры по взысканию задолженности населения являются трудоемкими и требуют временных и материальных затрат.

Об убыточном характере деятельности ООО УК «Энергия» свидетельствует финансовые показатели общества, отчет о финансовых результатах (прибылях и убытках), согласно которым практически в течение всего периода деятельности общества показатели имели отрицательные значения, непокрытый убыток в 2013 году – 892 тыс. руб., в 2015 – 1 939 тыс. руб., в 2016 – 4 232 тыс. руб., в 2017 – 4 055 тыс. руб., в 2018 – 6 099 тыс. руб.

Данные обстоятельства подтверждаются результатами финансового состояния должника, проведённого временным управляющим ФИО3, по результатам которого управляющий пришел к выводу о целесообразности прекращения производства по делу о банкротстве.

Как указывалось ранее, судом принята во внимание правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в постановлении от 18.07.2003 N 14-П, согласно которой формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства; такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Неудовлетворительная структура баланса должника не отнесена законодателем к обстоятельствам, из которых в силу статьи 9 Закона возникает обязанность руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Помимо бухгалтерской отчетности и финансового анализа, иных документов, подтверждающих неплатежеспособность должника на дату, указанную в заявлении истца, в материалы дела не представлено.

В материалы дела не представлено сведений о дате прекращения должником расчетов с кредиторами.

В связи с чем, суд приходит выводу об отсутствии признаков объективного банкротства по состоянию на конец 2017, начало 2018 гг., поскольку деятельность должника изначально носила убыточный характер.

Более того, целью правового регулирования, содержащегося в статье 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ (ранее в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве), является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Между тем, истец - кредитор управляющей компании, являясь ресурсоснабжающей организацией, продолжая исполнять свои обязательства по поставке энергии в условиях осведомленности о неисполнении управляющей компанией своих обязательств абонента по оплате потребленной энергии действовал добровольно и на свой риск.

Следовательно, в данном случае отсутствует такой признак, как вступление в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника, необходимый для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 9 и пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Кроме того, ресурсоснабжающая организация не могла прекратить исполнение обязательств по поставке энергии конечным получателям, которыми являлись потребители жители многоквартирных домов.

Положениями Федеральных законов от 27.07.2010 N 190-ФЗ "О теплоснабжении", от 07.12.2011 N 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении", Правилами функционирования розничных рынков электрической энергии, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 31.08.2006 N 530, предусмотрена возможность лишь временного прекращения или ограничения подачи энергоресурсов потребителям.

Согласно подпункту "в" пункта 3 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 06.05.2011 N 354 (далее по тексту - Правила N 354), предоставление коммунальных услуг потребителю осуществляется круглосуточно (коммунальной услуги по отоплению - круглосуточно в течение отопительного периода), то есть бесперебойно либо с перерывами, не превышающими продолжительность, соответствующую требованиям к качеству коммунальных услуг.

Действия по ограничению или приостановлению предоставления коммунальных услуг не должны приводить к нарушению прав и интересов потребителей, пользующихся другими помещениями в этом многоквартирном доме и полностью выполняющих обязательства, установленные законодательством Российской Федерации и договором, содержащим положения о предоставлении коммунальных услуг (подпункт "б" пункта 122 Правил N 354).

Соответственно, ресурсоснабжающая организация, являющаяся основным кредитором должника, не могла отказаться от заключенных договоров энергоснабжения, поскольку такие действия привели бы к отключению жилых многоквартирных домов от энергетических ресурсов.

Данное обстоятельство подтвердил сам истец в судебном заседании 21.01.2021, подтверждая публичный характер правоотношений сторон.

Таким образом, неподача заявления руководителем должника не принесла поставщику коммунальных услуг дополнительных убытков либо расходов в связи с особенностью правоотношений сторон, обязательных для обеих сторон договора. Отпуск коммунального ресурса поставщиками коммунальных услуг в многоквартирные дома в требуемом объеме прекратить невозможно вне зависимости от подачи либо неподачи заявления руководителем должника. Кроме того, подача заявления о признании должника банкротом, наоборот усугубляет положение поставщиков коммунальных услуг, поскольку управляющая организация, прекращая обслуживать многоквартирные дома, утрачивает значительную часть прав и возможности по возврату задолженности с населения. Доказательств обратного суду не представлено.

Доказательств того, что инициирование ФИО1 процедуры банкротства должника могло бы привести к уменьшению задолженности перед ресурсоснабжающими организациями и уполномоченным органом, что позволило бы исключить возникновение задолженности, заявителем не представлено.

Ответственность, предусмотренная в статье 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ (ранее в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве), не является формальным составом и при ее применении должны учитываться общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в частности подлежит установлению наличие вины субъекта ответственности, причинно-следственная связь между действиями руководителя и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

По смыслу приведенных правовых норм в предмет доказывания по настоящему делу входит наличие вины ответчика и причинной связи между указаниями и действиями руководителя (учредителя) и возникшей финансовой неплатежеспособностью, не позволяющей ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам.

Исходя из установленных Законом о банкротстве условий, моменте их возникновения, срока для обращения должника в суд с заявлением о признании его банкротом, объеме обязательств должника, суд пришел к выводу о том, что доказательств, позволяющих установить наличие вышеперечисленной совокупности условий для возложения на ФИО1 гражданско-правовой ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ в материалах дела не имеется.

В материалы дела не представлены доказательства о наличии элементов состава нарушения, за которое наступает гражданско-правовая ответственность по статье 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ, судом не установлена причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО1 и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, не подтверждена вина по неподаче заявлений о признании должника банкротом в период его руководства.

Негативные последствия, наступившие для общества (несостоятельность) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) его руководителя, участника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Доказательства того, что невозможность удовлетворения требований кредиторов произошла по вине ФИО1 в материалах дела отсутствуют.

Суд также исходит из того, что отсутствуют доказательства того, что ответчик давал указания, прямо или косвенно направленные на доведение общества до банкротства, и заведомо зная, что вследствие этого наступит несостоятельность (банкротство) общества; не имеется судебных актов об установлении виновных действий руководителя в рамках рассмотрения обособленных споров, а наступление для юридического лица негативных последствий в виде наращивания кредиторской задолженности, само по себе не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий его руководителя и участников, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, доводы истца, суд пришел к выводу о недоказанности истцом обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества за несвоевременную подачу заявления о банкротстве должника.

На основании изложенного, суд отказывает в удовлетворении исковых требований ООО «Иркутскэнергосбыт».

Все существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана оценка, что нашло отражение в данном судебном акте. Иные доводы и пояснения несущественны и на выводы суда повлиять не могут.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При обращении в арбитражный суд истец уплатил государственную пошлину в размере 2 000 руб., что подтверждается платежным поручением от 07.04.2020 №17731.

В силу статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации размер госпошлины по настоящему делу составляет 55 062 руб.

При таких обстоятельствах, поскольку в удовлетворении заявленных требований отказано расходы по оплате государственной пошлины в сумме 2 000 руб. относится на истца, оставшаяся часть пошлины в сумме 53 062 руб. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Вместе с тем в соответствии с пунктом 2 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации арбитражные суды вправе освободить сторону от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым указанными судами.

На основании указанной нормы суд снижает размер государственной пошлины, подлежащей отнесению на истца, до 2 000 руб. (до размера уплаченной).

Руководствуясь статьями 110,167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья О.А. Козодоев