Решение от 17 июня 2020 г. по делу № А40-59751/2020

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

город Москва

Дело № А40-59751/2020

26-382

17 июня 2020 года

резолютивная часть решения объявлена 11 июня 2020 года

полный текст решения изготовлен 17 июня 2020 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

судьи ФИО1 (единолично),

при ведении протокола судебного заседания и.о. секретаря судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

ФЕДЕРАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО БЮДЖЕТНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ "УПРАВЛЕНИЕ МЕЛИОРАЦИИ ЗЕМЕЛЬ И СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОГО ВОДОСНАБЖЕНИЯ ПО ОМСКОЙ ОБЛАСТИ"

(644031, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 16.09.2002, ИНН: <***>)

к ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "ПРОМСВЯЗЬБАНК"

(109052, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 26.07.2002, ИНН: <***>)

Третье лицо: ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АГРОТЭК"

(454001, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 27.01.2005, ИНН: <***>)

о взыскании задолженности по банковской гарантии № 36195 от 16.07.2018 г. в размере 1 260 379,81 руб., неустойки в размере 64 428,56 руб.

при участии:

от истца: не явился, извещен

от ответчика: ФИО3, паспорт, доверенность от 13.09.2019г., диплом о высшем юридическом образовании

от третьего лица: не явился, извещен

УСТАНОВИЛ:

ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ "УПРАВЛЕНИЕ МЕЛИОРАЦИИ ЗЕМЕЛЬ И СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОГО ВОДОСНАБЖЕНИЯ ПО ОМСКОЙ ОБЛАСТИ" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ "ПРОМСВЯЗЬБАНК" (далее – ответчик) о взыскании задолженности по банковской гарантии № 36195 от 16.07.2018 г. в размере 1 260 379,81 руб., неустойки в размере 64 428,56 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АГРОТЭК".

Ответчик возражал против иска по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Истец и третье лицо, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте судебного заседания в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в судебное заседание не явились.

Судебное заседание проведено в отсутствие представителей истца и третьего лица в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев материалы дела, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные доказательства, выслушав представителя ответчика, суд полагает, что заявленные исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме, исходя из следующего.

Из материалов дела следует, 16.07.2018 г. между третьим лицом и истцом на основании протокола рассмотрения единственной заявки от 03.07.2018 г. (ИКЗ: 181550404638855040100100020014221000) заключен государственный контракт № 4, по условиям которого Заказчик поручает, а Подрядчик принимает на себя обязательства по выполнению работ по объекту «Реконструкция Новоомской оросительной системы, Омский муниципальный район, Омская область», а Подрядчик обязуется выполнить работы, предусмотренные настоящим контрактом на свой риск, собственными и привлеченными силами и средствами работы на объекте в соответствии с Техническим заданием (Приложение № 1 к Контракту), рабочей документацией (Приложение № 3 к Контракту) и иными условиями Контракта.

В качестве обеспечения исполнения обязательств третьего лица ответчиком 16.07.2018 г. выдана банковская гарантия № 36195, по условиям которой гарант принял на себя обязательство выплатить в течение 5 рабочих дней со дня получения требования истца по его требованию денежную сумму, равную объему ответственности принципала по обозначенному выше контракту, не превышающую 22 896 000 руб., в случае неисполнения либо ненадлежащего исполнения принципалом своих обязательств по контракту.

21.01.2020 г. ФГБУ «Управление «Омскмелиоводхоз» в адрес ПАО «Промсвязьбанк» (Гарант) направлено требование об осуществлении уплаты денежной суммы по банковской гарантии от 16.07.2018 г. № 36195.

Согласно данному требованию, ФГБУ «Управление «Омскмелиоводхоз» (Бенефициар) просило перечислить денежные средства в размере 889 692,57 руб. в связи с неисполнением ООО «Агротэк» (Принципал) своих обязательств перед ФГБУ «Управление «Омскмелиоводхоз» в соответствии с условиями банковской гарантии от 16.07.2018 г. № 36195 (Гарантия).

Получив требование, Банк в письме от 29.01.2020 г. отказал ФГБУ «Управление «Омскмелиоводхоз» в выплате по банковской гарантии, сославшись на то, что к требованию не приложен расчет задолженности, который должен быть направлен в виде отдельного документа.

Посчитав указанный отказ незаконным, ФГУП «Управление «Омскмелиоводхоз» направило в адрес Гаранта претензию от 05.02.2020 г.

В ответ на претензию 10.03.2020 г. Гарант повторно отказал в осуществлении выплаты по банковской гарантии по требованию ФГУП «Управление «Омскмелиоводхоз».

Полагая отказ в перечислении денежных средств по банковской гарантии от 16.07.2018 г. № 36195 неправомерным, истец обратился в суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 368 Гражданского кодекса Российской Федерации по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Ответчик, возражая против иска, указывает, что истец направил в Банк требование о выплате по Банковской гарантии, которое признано ненадлежащим ввиду не соответствия условиям Банковской гарантии и нормам законодательства, а именное – к требованиям Бенефициара не был приложен расчет суммы в виде отдельного документа, в связи с чем Банк отказал в выплате.

Вместе с тем, суд с доводами ответчика не может согласиться в силу следующего.

В подтверждение своей позиции Ответчик ссылается на несоблюдение Истцом порядка предъявления требования по банковской гарантии, а именно: приложенные к требованию по банковской гарантии документы оформлены ненадлежащим образом, к требованиям Бенефициара не был приложен расчет суммы в виде отдельного документа.

Согласно статье 370 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них (пункт 1); гарант не вправе выдвигать против требования бенефициара возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение исполнения которого независимая гарантия выдана, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче независимой гарантии, и в своих возражениях против требования бенефициара об исполнении независимой гарантии не вправе ссылаться на обстоятельства, не указанные в гарантии (пункт 2).

Сам институт банковской гарантии направлен на обеспечение бенефициару возможности получить исполнение максимально быстро, не опасаясь возражений принципала-должника, в тех случаях, когда кредитор (бенефициар) полагает, что срок исполнения обязательства либо иные обстоятельства, на случай наступления которых выдано обеспечение, наступили.

Из смысла норм параграфа 6 главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что независимая (банковская) гарантия является единственным способом обеспечения, который не обладает свойством акцессорности, т.е. не зависит от основного обязательства. Банковская гарантия возникает в результате принятия гарантом просьбы принципала обязаться перед другим лицом – бенефициаром – уплатить ему определенную денежную сумму в соответствии с условиями гарантии независимо от действительности обеспечиваемого гарантией обязательства.

В гарантии достаточно указать сумму, которую гарант должен выплатить бенефициару, а также обеспечиваемый договор либо описать характер обязательства.

Предусмотренное банковской гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в гарантии содержатся ссылки на них. Однако, несмотря на это, какая-либо связь между возникновением обязательства гаранта и существованием обеспеченного обязательства из закона не усматривается, следовательно, это обязательство является неакцессорным.

Кроме того, исходя из статьи 377 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность гаранта ограничивается суммой, на которую выдана гарантия; причем какая-либо связь между размером требуемой суммы и актуальным состоянием обязательств должника перед кредитором в законе не установлена. Таким образом, с точки зрения акцессорности объема банковская гарантия полностью неакцессорна.

Также неакцессорно обязательство гаранта в связи с тем, что в законе отсутствует такое основание для прекращения гарантии, как прекращение основного обязательства.

При этом положения пункта 2 статьи 370 Гражданского кодекса Российской Федерации вообще запрещают гаранту ссылаться на какие-либо возражения, вытекающие из основного обязательства, в обеспечение которого была выдана гарантия, а также из какого-либо иного обязательства, в том числе из соглашения о выдаче гарантии. Перечень возможных возражений гаранта ограничен лишь теми обстоятельствами, которые указаны в гарантии (пункт 1 статьи 376 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, из всех признаков акцессорности у банковской гарантии имеется только один – акцессорность следования, т.е. гарантия по общему правилу является непередаваемой.

Следовательно, банковская гарантия является практически полностью неакцессорным личным обеспечением.

Таким образом, ссылка в гарантии на основное обязательство не меняет независимой природы гарантии. Независимость гарантии обеспечивается наличием специальных (и при этом исчерпывающих) оснований для отказа гаранта в удовлетворении требования бенефициара, которые никак не связаны с основным обязательством (пункт 1 статьи 376 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В настоящем деле в гарантии определено, кто является должником по обеспеченному обязательству, указана сумма, подлежащая уплате гарантом при предъявлении бенефициаром соответствующего требования, и характер обеспеченного гарантией обязательства.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 ГК РФ), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия; пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, являющееся профессионалом в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

Поскольку Банк является субъектом, осуществляющим профессиональную деятельность на финансовом рынке, толкование условий банковской гарантии следовало осуществлять в пользу бенефициара.

Следовательно, гарант в любом случае не вправе был выдвигать против осуществления платежа по гарантии возражения, которые мог бы выдвигать принципал по отношению к бенефициару.

Обязательство гаранта состоит в уплате денежной суммы по представлению письменного требования о платеже и других документов, указанных в гарантии, которые по своим формальным внешним признакам соответствуют условиям гарантии.

В условиях рассматриваемой гарантии не содержалось положений, обязывающих бенефициара представить те или иные конкретные документы, признаваемые гарантией единственно допустимыми свидетельствами как направления бенефициаром претензионного уведомления принципалу, так и неисполнения (ненадлежащего исполнения) принципалом обязательств по государственному контракту.

По сути, Банк отказал бенефициару в выплате по банковской гарантии только на основании того, что к требованиям Бенефициара не был приложен расчет суммы в виде отдельного документа.

Банком не учтено, что гарант не вправе отказать бенефициару в удовлетворении его требования, если приложенные к этому требованию документы по внешним признакам соответствуют условиям независимой гарантии (пункт 9 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства и независимой гарантии», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019).

Банк, гарантировав надлежащее исполнение договора со стороны принципала, обязался уплатить по требованию бенефициара сумму, установленную банковской гарантией.

В предмет доказывания по спору между бенефициаром и гарантом входит установление обстоятельств, которые подтверждают или опровергают тот факт, что бенефициар при обращении к гаранту исполнил условия самой гарантии.

В качестве исключения из общего принципа независимости банковской гарантии сложившаяся судебная практика рассматривает ситуацию, когда недобросовестный бенефициар, уже получивший надлежащее исполнение по основному обязательству, в целях собственного неосновательного обогащения, действуя умышленно во вред гаранту и принципалу, требует платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.01.1998 № 27 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации о банковской гарантии»).

Таким образом, отход от принципа независимости гарантии допускается только при злоупотреблении бенефициаром своим правом на безусловное получение выплаты.

Для применения норм о злоупотреблении правом в споре о взыскании долга по независимой гарантии необходимо, чтобы из обстоятельств дела явно следовало намерение бенефициара, получившего вне всяких разумных сомнений надлежащее исполнение по основному обязательству, недобросовестно обогатиться путем истребования платежа от гаранта. В этом случае иск бенефициара не подлежит удовлетворению на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 11 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением законодательства и независимой гарантии», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 05.06.2019).

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания недобросовестности бенефициара лежит на возражающем против осуществления платежа гаранте.

Судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о фактическом получении бенефициаром спорной денежной суммы от принципала, доказательств этого в деле не имеется.

В требовании бенефициара № 2 от 24.01.2020 г. к гаранту имеется более чем подробный и ясный расчет требуемой суммы.

В этой связи гарант не вправе отказать бенефициару в выплате денежной суммы по банковской гарантии по основаниям, не имеющим правового значения для исполнения гарантом обязанности по банковской гарантии.

Следовательно, оснований для освобождения Банка от платежа по правилам пункта 1 статьи 376 Гражданского кодекса не имеется.

Кроме того, истец просит взыскать с ответчика неустойку за период с 01.02.2020 г. по 20.03.2020 г. в размере 64 428,56 руб.

Согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Расчет неустойки судом проверен и признан обоснованным.

При таких обстоятельствах, поскольку ответчиком не представлено доказательств уплаты суммы основного долга суд приходит к выводу о правомерности и обоснованности требования истца о взыскании с ответчика неустойки.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Судебные расходы по государственной пошлине распределяются по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 8, 12, 309, 310, 330, 368, 370, 374, 375, 376 Гражданского кодекса Российской Федерации статьями 9, 65, 70, 71, 101, 106, 110, 123, 156, 167, 170, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

взыскать с ПУБЛИЧНОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "ПРОМСВЯЗЬБАНК" в пользу ФЕДЕРАЛЬНОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО БЮДЖЕТНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ "УПРАВЛЕНИЕ МЕЛИОРАЦИИ ЗЕМЕЛЬ И СЕЛЬСКОХОЗЯЙСТВЕННОГО ВОДОСНАБЖЕНИЯ ПО ОМСКОЙ ОБЛАСТИ" задолженность по банковской гарантии № 36195 от 16.07.2018 г. в размере 1 260 379,81 руб., неустойку в размере 64 428,56 руб., а также расходы по оплате госпошлины в размере 26 248 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

ФИО1