Решение от 15 января 2021 г. по делу № А58-6127/2020

Арбитражный суд Республики Саха (Якутия)

улица Курашова, дом 28, бокс 8, г. Якутск, 677980, www.yakutsk.arbitr.ru


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А58-6127/2020
15 января 2021 года
город Якутск



Резолютивная часть решения объявлена 12.01.2021

Решение в полном объеме изготовлено 15.01.2021


Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) в составе: судьи Терских В. С., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ефремовым В.И., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд. к обществу с ограниченной ответственностью «Книжный маркет» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 240 000 рублей компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак,

с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Игрушки от Колюшки» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии:

от истца: не явились, извещены;

от ответчика: ФИО1 – по доверенности от 29.03.2016 14 АА1018248, диплом ДВС 1316728;

от третьего лица: не явились, извещены.

УСТАНОВИЛ:

РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд. (ROI VISUAL Co., Ltd) обратилось в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Книжный маркет" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании 240 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

Определением суда от 08.09.2020 исковое заявление принято, возбуждено производство по делу по упрощенной процедуре в порядке статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением суда от 18.09.2020 к материалам дела приобщены следующие доказательства: игрушки – 2 шт., реализованные ответчиком 16.09.2019 в торговых точках, расположенных вблизи адреса: <...>; <...>, компакт-диски с видеозаписью процесса покупки контрафактного товара.

20.10.2020 от ответчика поступил отзыв на исковое заявление от 16.10.2020 без номера, в котором ответчик просит в удовлетворении исковых требований отказать. Ответчиком также заявлено ходатайство о привлечении к участию общества с ограниченной ответственностью «Игрушки от Колюшки» в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением от 05.11.2020 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен общество с ограниченной ответственностью «Игрушки от Колюшки» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Суд, рассмотрев материалы дела, установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд. (ROI VISUAL Co., Ltd) является обладателем исключительного права на товарный знак № 1 213 307.

Сведения об исключительных правах истца на указанный товарный знак № 1 213 307 внесены в Международный реестр товарных знаков, что подтверждается представленными истцом в материалы дела в электронном виде распечатками страниц сайта Всемирной организации интеллектуальной собственности.

Также РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд. (ROI VISUAL Co., Ltd) обладает исключительными правами на объекты авторского права – произведения изобразительного искусства:

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права № С-2011-010950-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016 г.

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права № С-2011-010951-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016 г.

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права № С-2011-010952-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016 г.

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права № С-2011-010953-2, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 27.09.2016 г.

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права № С-2016-004045, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 17.02.2016 г.

- изображение персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки)», что подтверждается свидетельством о регистрации авторского права № С-2016-004046, выданным Комиссией по авторскому праву Кореи от 17.02.2016 г.

Таким образом, материалами дела подтверждена принадлежность истцу исключительных прав на указанные объекты интеллектуальной собственности.

Согласно свидетельству о регистрации компании № 0886-244-1331-369 РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд. (ROI VISUAL Co., Ltd) является действующим юридическим лицом, зарегистрировано в Республике Корее за номером 110111-3015339, идентификационный номер налогоплательщика 211-87-50168, адрес: Yangjin Plaza 6F, 5, Hakdong-ro 30-gil, Gangnam, Seoul, Republic of Korea (Республика Корея, г. Сеул, Кангнам-гу, Хакдонг-ро 30-гил, 5, 6 этаж, (Здание Янгджин Плаза, Нонхён-донг).

Таким образом, правовой статус истца подтвержден надлежащим образом.

Из материалов дела следует, что в ходе закупки, произведенной 16.09.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...>, установлен факт продажи контрафактного товара (далее - товар № 1).

В подтверждение продажи выдан чек, содержащий следующие реквизиты: наименование продавца: ООО «Книжный маркет», дата продажи: 16.09.2019 в 12:04, ИНН продавца: <***>. Согласно чеку куплена «Игра Робот трансформер 11 см.».

На товаре № 1 имеются изображения произведений изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки)».

В ходе закупки, произведенной 16.09.2019 в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <...> установлен факт продажи контрафактного товара (игровой набор) (далее – товар № 2).

В подтверждение продажи выдан чек, содержащий следующие реквизиты: наименование продавца: ООО «Книжный маркет», дата продажи: 16.09.2019 в 12:50, ИНН продавца: <***>. Согласно чеку куплена «Игра Железная Дорога на бат».

На упаковке товара № 2 имеется изображение, сходное до степени смешения с товарным знаком - № 1 213 307.

Кроме того на товаре № 2 имеются изображения произведений изобразительного искусства: изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI) (Робокар Поли (Поли)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбер)», изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли)».

Как указывает истец, разрешение на использование принадлежащих истцу объектов интеллектуальной собственности путем заключения соответствующего договора ответчику не предоставлялось, в связи с чем, такое использование является незаконным, поэтому истец обратился в адрес ответчика с претензией № 52784, 52783 с требованием выплатить компенсацию за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности. Претензия направлена ответчику 05.06.2020 почтовой связью.

В связи с неисполнением ответчиком в добровольном порядке требований претензии, истец обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Согласно пункту 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (пункт 1 статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак. Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными названным Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации способы защиты интеллектуальных прав могут применяться по требованию правообладателей, организаций по управлению правами на коллективной основе, а также иных лиц в случаях, установленных законом.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" от 13.12.2007 N 122 вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и может быть оценен судом с позиции потребителя, специальных знаний не требует.

В соответствии с пунктами 1, 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истец просит взыскать с ответчика 240 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

Ответчик с исковыми требованиями не согласен, в своем отзыве ответчик указывает, что указанный истцом спорный товар ответчик приобрел у общества с ограниченной ответственностью «Игрушки от Колюшки» согласно договору поставки от 12.09.2017. Ответчик сообщает, что в соответствии с пунктом 5.1. указанного договора поставщик заверил покупателя, что поставляемый товар свободен от прав на него от третьих лиц.

Ответчик считает, что требования, содержащиеся в исковом заявлении, бесспорный характер не носят, а ООО «Книжный маркет» не является надлежащим ответчиком по данному делу.

Суд отклоняет доводы ответчика о том, что ООО «Книжный маркет» не является надлежащим ответчиком по делу и о том, что приобретение спорного товара у третьего лица освобождает ответчика от ответственности за его продажу.

Реализация контрафактных товаров является самостоятельным нарушением вне зависимости от того, были ли эти товары приобретены у поставщика или изготовлены ответчиком самостоятельно.

Использованием произведения независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается и распространение произведения путем продажи или иного отчуждения его оригинала или экземпляров (пп. 2 п.2 статьи 1270 ГК РФ).

Согласно п. 91 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10, предложение к продаже экземпляра произведения охватывается правомочием на распространение произведения (подпункт 2 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ).

Действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего (п.7. информационного письма Президиума ВАС РФ № 122 от 13.12.2007).

Соответственно, распространение произведения (продажа, предложение к продаже) является самостоятельным видом нарушения исключительных прав вне зависимости от того, кто изготовил контрафактный экземпляр произведения.

Пунктом 5 статьи 1250 ГК РФ установлено, что отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав. Аналогичное положение закреплено в пункте 7 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015): отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применения в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.

Конституционный Суд РФ в постановлении № 28-П от 13.12.2016 указал на то, что «лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, – с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты – должно получить необходимую информацию от своих контрагентов». Конституционный Суд отметил, что ответчик должен предпринимать попытки проверки товаров на предмет нарушения исключительных прав третьих лиц.

Таким образом, доводы ответчика об отсутствии его вины в нарушении исключительных прав истца и его незнании о контрафактном характере товара противоречат положениям действующего законодательства.

Также ответчиком в отзыве на исковое заявление от 16.10.2020 заявлено, что истцом не доказан факт наличия у него правовой охраны товарного знака на территории Российской Федерации. Ответчик указывает, что представленная копия выписки из международного реестра товарных знаков не является доказательством охраноспособности данного товарного знака на территории Российской Федерации.

Между тем довод ответчика об отсутствии правовой охраны произведений на территории Российской Федерации несостоятелен, поскольку в соответствии с п.1 ст. 4 Мадридского соглашения о международной регистрации знаков от 14.04.1891г., участником которого является Российская Федерация, с момента регистрации, произведенной в Международном бюро в соответствии с положениями статей 3 и 3-ter, в каждой заинтересованной договаривающейся стране знаку предоставляется такая же охрана, как если бы он был заявлен там непосредственно. Следовательно, вышеуказанные товарные знаки имеют международную охрану, в том числе и на территории Российской Федерации.

В подтверждение факта продажи именно ответчиком спорных товаров истцом представлены товарные чеки от 17.09.2019. Товарные чеки содержат наименование продавца, дату покупки, а также наименование товаров, данные о его количестве и стоимости. На товарных чеках имеется ИНН продавца, полностью совпадающие с данными ответчика.

Дополнительно факт реализации спорных товаров подтверждается представленными истцом видеозаписями, на которых зафиксированы процессы покупки товаров и выдачи чеков.

В соответствии с частью 2 статьи 64 АПК РФ в качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума ВС РФ №10), при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет". Факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи. Поскольку особый порядок фиксации факта нарушения исключительных прав правовыми актами не установлен, то представленные истцом товарный чек и видеозапись, как содержащие сведения, необходимые для установления места распространения и лица, осуществляющего такое распространение, соответствуют требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предъявляемым к доказательствам по делу. Видеозаписи покупок отображают внутренний вид торговых пунктов ответчика, процесс выбора приобретаемых товаров, процесс их оплаты, выдачу товарных чеков.

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является элементом самозащиты гражданского права, что соответствует норме статье 14 ГК РФ в ее взаимосвязи с частью 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Таким образом, представленные истцом в материалы дела товарные чеки, диск с видеозаписями покупки являются относимыми и допустимыми доказательствами.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу, что совокупность имеющихся в деле доказательств надлежащим образом подтверждает факт реализации спорных товаров именно ответчиком.

Представление в материалы дела спорных товаров и видеозаписей непосредственно истцом свидетельствует о том, что лицо, производившее покупку товара, действовало по поручению правообладателя.

Таким образом, материалами дела подтвержден факт приобретения контрафактных товаров.

Доказательства предоставления истцом ответчику прав на введение в гражданский оборот указанного товара в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.) ответчик в материалы дела не представил.

В соответствии с правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2006 N 2979/06, угроза смешения имеет место, если один товарный знак воспринимается за другой или если потребитель понимает, что речь идет не об одном и том же товарном знаке, но полагает, что оба товарных знака принадлежат одному и тому же предприятию.

Вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы (пункт 13 информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 N 122).

В соответствии с пунктом 5.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 N 197 (далее - Методические рекомендации), сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: внешняя форма; наличие или отсутствие симметрии; смысловое значение; вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и т.д.); сочетание цветов и тонов.

Перечисленные признаки могут учитываться как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 5.2.1 Методических рекомендаций при определении сходства изобразительных и объемных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением. Поскольку зрительное восприятие отдельного зрительного объекта начинается с его внешнего контура, то именно он запоминается в первую очередь.

Поэтому оценку сходства обозначений целесообразно основывать на сходстве их внешней формы, не принимая во внимание незначительное расхождение во внутренних деталях обозначений (пункт 5.2.2 Методических рекомендаций).

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что ответчик незаконно использовал указанные товарные знаки.

В силу статьи 1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных названным Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 названного Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации, в том числе, в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда.

В силу абзаца 3 пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62, 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных ГК РФ, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ). Если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой, компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно.

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации в сумме 240 000 рублей., в том числе по 40 000 руб. за каждое нарушение исключительных прав на товарный знак №1 213 307 («ROBOCAR POLI»), на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI)») (Робокар Поли (Поли)», на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой), на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбэр), на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли), по 20 000 руб. за каждое нарушение исключительных прав на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк), на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, следует, что пункт 3 статьи 1252 ГК РФ во взаимосвязи с другими положениями данного Кодекса, включая его статьи 1301, 1311 и 1515, закрепляет в числе прочего правила, которыми должен руководствоваться суд при определении размера компенсации в случае, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации: в таких случаях размер компенсации определяется судом – в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости – за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации; если же права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 20.11.2012 № 8953/12, размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться, исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. При этом взыскание компенсации не должно приводить к тому, чтобы у правообладателя возникали дополнительные доходы по сравнению с тем, какие были бы им получены при отсутствии нарушения.

В данном случае суд исходит из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя и учитывает характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, отсутствие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Установленный судом в данном случае размер компенсации в общей сумме 240 000 рублей, по мнению суда не противоречит принципу соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, как общепризнанному принципу права, предполагающему дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учета степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Ответчиком в дополнении к отзыву на исковое заявление от 11.01.2021 без номера заявлено ходатайство о снижении размера компенсации до 10 000 руб., то есть по 5 000 руб. за каждый контрафактный товар. В своем дополнении ответчик указывает, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих неоднократность нарушения ответчиком исключительных прав истца, стоимость контрафактных товаров невысокая и что характер нарушения является разовым, а также сообщает, что умысел в совершении правонарушения у ответчика отсутствовал.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края" (далее - Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П), при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами, представленными ответчиком в материалы дела.

Данная правовая позиция сформирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2017 № 305-ЭС16-13233, от 12.07.2017 № 308-ЭС17-3085, от 18.01.2018 № 305-ЭС17-16920, от 13.11.2018 № 305-ЭС18-14243, от 10.01.2019, от 17.05.2019 № 305-ЭС19-36.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 01.07.2019 № С01-565/2019, ответчику, заявляющему о необходимости снижения размера компенсации на основании критериев, указанных в Постановлении № 28-П, надлежит доказать наличие не одного из этих критериев, а их совокупность, поскольку каждый из них не является самостоятельным основанием для снижения размера компенсации ниже низшего предела.

В рассматриваемом случае суд считает, что общество, заявляя о снижении компенсации, не представил в обоснование своих доводов доказательств, свидетельствующих о наличии совокупности критериев, для уменьшения компенсации ниже низшего предела, установленного законом.

Ответчиком не доказано, что им предпринимались необходимые меры и была проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу.

При таких обстоятельствах, поскольку ответчиком не доказана совокупность условий для снижения заявленного размера компенсации, указанных в Постановлении № 28-П, у суда отсутствуют основания для уменьшения суммы компенсации за все допущенные нарушения до общей суммы 10 000 рублей.

Кроме того, суд учитывает положения постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П.

Указанным постановлением подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ признан не соответствующим Конституции Российской Федерации.

В соответствии со статьей 5 указанного постановления «При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (т.е. не может составлять менее стоимости права использования товарного знака). Кроме того, снижением размера компенсации за нарушение исключительного права с учетом настоящего Постановления не могут подменяться как установление судом обстоятельств рассматриваемого им дела, так и исследование им доказательств, относящихся к допущенному нарушению и условиям правомерного использования товарного знака, на стоимость которого ссылается истец».

При указанных обстоятельствах иск подлежит полному удовлетворению.

Истцом также заявлены требования об отнесении всех судебных расходов по настоящему делу – в виде стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика, на оплату почтовых отправлений, по уплате государственной пошлины на ответчика.

Судебные расходы по делу в соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ относятся на ответчика.

Истцом заявлено о взыскании судебных издержек в размере 990 руб. - стоимости приобщенных к делу в качестве вещественных доказательств контрафактных товаров, 247,54 руб. – суммы почтовых расходов за отправление претензии и искового заявления.

В соответствии со ст.101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

На основании статьи 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с пунктами 2, 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

В рассматриваемом случае приобретение контрафактного товара вызвана необходимостью доказывания истцом довода о нарушении его исключительных прав, указанные расходы соотносимы с предметом спора. Факт несения указанных расходов подтвержден материалами дела (в том числе товарными чеками от 16.09.2019 на общую сумму 990 руб.).

В подтверждение факта несения почтовых расходов в размере 247,54 руб. истцом также представлен кассовый чек от 05.06.2020.

На основании вышеизложенного суд признает требования истца о возмещении судебных расходов подлежащими удовлетворению.

При подаче искового заявления истцом уплачена государственная пошлина в размере 7 800 руб.

В соответствии с правилами статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина в размере 7 800 руб. подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Книжный маркет» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу РОИ ВИЖУАЛ Ко., Лтд. (ROI VISUAL Co., Ltd. ИНН 211-87-50168, регистрационный номер компании (резидента): 110111-3015339; адрес: Yangjin Plaza 6F, 5, Hakdong-ro 30-gil, Gangnam, Seoul, Republic of Korea (Республика Корея, г. Сеул, Кангнам-гу, Хакдонг-ро 30-гил, 5, 6 этаж, (Здание Янгджин Плаза, Нонхён-донг))

- компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак №1 213 307 («ROBOCAR POLI») в сумме 40 000,00 руб.,

- компенсацию за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (POLI)») (Робокар Поли (Поли)» в сумме 40000,00 руб.,

- компенсацию за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (ROY) (Робокар Поли (Рой) в сумме 40000,00 руб.,

- компенсацию за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (AMBER) (Робокар Поли (Эмбэр) в сумме 40000,00 руб.,

- компенсацию за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (HELLY) (Робокар Поли (Хэлли) в сумме 40 000,00 руб.,

- компенсацию за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (MARK) (Робокар Поли (Марк) в сумме 20 000,00 руб.,

- компенсацию за нарушение исключительного права на произведение изобразительного искусства - изображение персонажа «ROBOCAR POLI (BUCKY) (Робокар Поли (Баки) в сумме 20000,00 руб.,

судебные издержки в размере стоимости вещественного доказательства - товара, приобретенного у ответчика в сумме 990,00 руб., почтовых расходов в сумме 247,54 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 7800,00 руб.

Вещественные доказательства – игрушки 2 шт., приобщенные к делу № А58- 6127/2020 определением арбитражного суда от 18.09.2020, уничтожить после вступления решения в законную силу.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в информационно – телекоммуникационной сети Интернет http://yakutsk.arbitr.ru.


Судья

В.С. Терских