Постановление от 21 апреля 2025 г. по делу № А59-1409/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА


Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-811/2025
22 апреля 2025 года
г. Хабаровск



Резолютивная часть постановления объявлена 08 апреля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 апреля 2025 года.


Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Головниной Е.Н.,

судей Ефановой А.В., Кучеренко С.О.

при участии:

от АО «Россельхозбанк»: ФИО1 – представителя по доверенности от 16.01.2023,

от ФИО2 Су: ФИО3 – представителя по доверенности от 01.06.2022,

рассмотрев в проведенном с использованием системы веб-конференции судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

на постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2025

по делу №  А59-1409/2020

Арбитражного суда Сахалинской области

по заявлениям конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Фабрика орудий лова» ФИО4 (в порядке правопреемства предыдущего конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Фабрика орудий лова» ФИО5), акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк»

к ФИО6

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Фабрика орудий лова» (ОГРН <***>, ИНН <***>) несостоятельным (банкротом)

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Сахалинской области от 14.04.2020 принято к производству заявление акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее – АО «Россельхозбанк», Банк) о признании общества с ограниченной ответственностью «Фабрика орудий лова» (далее – ООО «Фабрика орудий лова», Общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 08.02.2021 заявление АО «Россельхозбанк» признано обоснованным, в отношении ООО «Фабрика орудий лова» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО7.

Определением от 10.06.2021 ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей временного управляющего должником.

Решением арбитражного суда от 20.07.2021 ООО «Фабрика орудий лова» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5.

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 26.02.2024 ФИО5 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Фабрика орудий лова».

Определением суда от 12.03.2024 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4.

Срок конкурсного производства продлевался судом, определением от 07.04.2025 процедура банкротства и полномочия конкурсного управляющего продлены до 13.06.2025.


22.09.2022 конкурсный управляющий ООО «Фабрика орудий лова» обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении бывшего директора должника ФИО6 (далее также ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с него в пользу ООО «Фабрика орудий лова» 170 769 609,29 руб. за неисполнение обязанности, предусмотренной статьей 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, а также за неисполнение предусмотренной статьей 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче документации должника с учетом уточнений, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ). Заявление принято к производству определением 19.12.2022.

21.04.2023 АО «Россельхозбанк» обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 и взыскании с него в пользу ООО «Фабрика орудий лова» 174 269 609,29 руб. за неисполнение обязанности, предусмотренной статьей 9 Закона о банкротстве, по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, а также за неисполнение обязанности, предусмотренной статьей 126 Закона о банкротстве, по передаче документации должника. Заявление принято к производству определением 31.05.2023.

Определением арбитражного суда от 30.08.2023 заявления конкурсного управляющего и конкурсного кредитора объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

25.03.2024 от конкурсного управляющего должником поступило заявление о дополнении и уточнении требований, в котором в качестве основания для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности заявитель указал на непередачу документации предприятия по дебиторской задолженности в размере 160 088 000 руб., указанной в бухгалтерской отчетности, а также просил приостановить рассмотрение заявления в части определения размере субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

06.05.2024 от конкурсного управляющего должником поступило заявление о дополнении требований, в котором указано на необходимость привлечения ФИО6 за непередачу конкурсному управляющему указанных в бухгалтерском балансе на 31.12.2020 основных средств на сумму 244 439 тыс. руб., запасов на сумму 105 344 руб., финансовых вложений на сумму 90 114 руб.

Указанные уточнения приняты судом первой инстанции в порядке статьи 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 13.06.2024 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Фабрика орудий лова», производство приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2025 определение от 13.06.2024 отменено, в удовлетворении заявления о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности отказано.


В суд округа поступили и приняты к производству две кассационные жалобы от конкурсных кредиторов – от АО «Россельхозбанк» и от ФИО2 Су, в которых заявители просят отменить постановление от 04.03.2025 и оставить в силе определение суда первой инстанции от 13.06.2024.

АО «Россельхозбанк»в считает необоснованным принятие апелляционным судом дополнительных документов от ФИО6, поскольку он располагал достаточным количеством времени для предоставления всего объема доказательств в суд первой инстанции, который их неоднократно запрашивал, и не обосновал невозможность представления указанных документов в апелляционном суде. Банк не согласен с выводом апелляционного суда, сделанным по итогам проверки представленных в апелляционный суд документов (акт приема-передачи документов по бухгалтерскому учету от 04.05.2022, договор на оказание бухгалтерских услуг от 04.05.2022), о подтверждении факта передачи бывшим директором должника документации конкурсному управляющему. В этой связи указывает на отсутствие полномочий на принятие документов у ФИО8, подписавшей акт; ФИО6 обязанность по передаче конкурсному управляющему документов не исполнил. В части морских судов (кунгасов) отмечает, что согласно ответам ФГБУ «АМП Сахалина, Курил и Камчатки» от 26.02.2021 и МИФНС № 5 по Сахалинской области за должником зарегистрированы маломерные морские суда (11 единиц); конкурсным управляющим установлено наличие в собственности должника недвижимого имущества на сумму 343 532 866 руб., движимого имущества с указанием частично стоимости на сумму 23 913 476,4 руб., товарно-материальных ценностей на сумму 3 514 462,83 руб. (инвентаризационные описи от 25.11.2021 №№ 1 и 2). Довод ответчика о непередаче кунгасов из-за их отсутствия в натуре по причине утилизации в связи со 100% износом, подтверждаемый актами утилизации судов от 18.02.2013, 28.06.2015, 28.06.2018, оспаривает, поскольку доказательств фактической утилизации в установленном порядке нет, а заключения договоров на утилизацию, а представленные акты имеют несоответствия – по акту от 18.02.2013 утилизированы кунгасы, регистрация права на которые за Обществом осуществлена 28.03.2013, то есть утилизация совершена одновременно с приобретением имущества ввиду его 100% износа.

ФИО2 Су в своей кассационной жалобе указывает на оставление апелляционным судом без разрешения заявления конкурсного кредитора (отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего). Заявитель считает, что в нарушение статьи 268 АПК РФ апелляционный суд вышел за пределы доводов апелляционной жалобы и доводов лиц, заявлявшихся в суде первой инстанции. Отмечает, что ходатайство   ФИО6 о приобщении дополнительных документов удовлетворено при повторном его заявлении после замены состава суда. Эти документы изготовлены ФИО6 после вынесения отмененного определения и с проставлением оставленной им у себя печати должника, однако суд не дал оценки очевидному злоупотреблению правом и представлению заведомо подложных доказательств. Считает, что длительный срок рассмотрения спора в суде первой инстанции (более полутора лет) являлся достаточным для принятия участниками исчерпывающих мер для реализации своих процессуальных прав. Полагает, что апелляционному суду следовало отказать в приобщении дополнительных доказательств, представленных ФИО6, учитывая его процессуальное бездействие и возражения заявителей относительно приобщения дополнительных доказательств. Ссылается на нормы права, разъяснения и правовые позиции высших судебных инстанций, имеющие отношение к субсидиарной ответственности за доведение до банкротства, обращает внимание на действующие при разрешении таких споров презумпции и на то, что отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к ответственности. Также заявитель указывает на самостоятельную квалификацию судом предъявленного требования, в рамках чего возможно взыскание с ответчиков убытков при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности. Кассатор ссылается на статьи 9 и 61.12 Закона о банкротстве, предусматривающие обязанность контролирующего лица обратиться с заявлением должника о собственном банкротстве и ответственность за неисполнение такой обязанности, отмечает неверное распределение бремени доказывания при разрешении спора применительно к данному основанию ответственности и указывает на отсутствие у заявителей информации, позволяющей выяснить причины неисполнения должником обязательств по кредитным договорам и мотивы прекращения хозяйственной деятельности. Относительно привлечения к ответственности по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве, заявитель ссылается на соответствующую правоприменительную практику. Сообщает, что согласно бухгалтерской отчетности на 31.12.2020 должник обладал основными средствами на сумму 244 439 тыс. руб., запасами – 105 344 руб., финансовыми вложениями – 90 114 руб. и дебиторской задолженностью – 160 088 000 руб.; приводит информацию, подготовленную временным управляющим, о зарегистрированных за должником маломерных морских судах (кунгасах). Считает бездоказательным утверждение ФИО6 со ссылкой на акты от 18.02.2013, 28.06.2015, 28.06.2018. Письмо капитана морского порта ФИО9 от 04.10.2024 (в копии) подтверждает утилизацию морских судов самим ФИО6, полномочия которого прекращены с открытием конкурсного производства. В части дебиторской задолженности на сумму 160 088 000 руб. – утверждение ФИО6 о передаче всех документов конкурсному управляющему не основано на доказательствах; доводы об истечении срока исковой давности подтверждены ответчиком лишь в отношении одного дебитора – ООО «Ленбок», в отношении остальной суммы подтверждающих документов нет, в том числе отсутствуют сведения о включении требований Общества в реестр требований кредиторов ООО «Персей», о «зачете требований» с ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк». Указывает на непредставление документов в части запасов, финансовых вложений. В этой связи считает верным вывод суда первой инстанции о неисполнении ФИО6 предусмотренной статьей 126 Закона о банкротстве обязанности по передаче конкурсному управляющему  всей документации должника, что воспрепятствовало формированию конкурсной массы.

Конкурсный управляющий ООО «Фабрика орудий лова» ФИО4. В отзыве на кассационные жалобы считает их подлежащими удовлетворению, также просит отменить апелляционное постановление от 04.02.2025 и оставить в силе определение суда первой инстанции от 13.06.2024. Настаивает на недобросовестности ответчика, указывает на неисполнение им до настоящего времени обязанности по передаче печатей и штампов.

В заседании суда округа представители АО «Россельхозбанк» и ФИО2 Су настаивали на удовлетворении кассационных жалоб по приведенным в них доводам. От других лиц, участвующих в деле и извещенных надлежащим образом о начавшемся процессе, о времени и месте слушания дела, представители не явились.

Проверив законность апелляционного постановления  от 04.02.2025, с учетом доводов кассационных жалоб, отзыва и выступлений участников процесса, Арбитражный суд Дальневосточного округа приходит к следующему.


Как следует из приложенной к заявлению о банкротстве выписки из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 17.03.2020, ООО «Фабрика орудий лова» создано до 01.07.2002, ОГРН присвоен 06.11.2002. Директором Общества с 15.02.2008 до даты открытия конкурсного производства являлся ФИО6 Участниками являлись ФИО10 (размер доли 10%), ФИО6 (размер доли 25%, доля в залоге у ФИО2), ФИО11 (размер доли 10%), ФИО12 (размер доли 55%).   Основным видом деятельности значится рыболовство морское.

В подтверждение того, что ФИО6 с февраля 2008 до даты признания Общества банкротом являлся его директором, суды приняли представленные в дело протокол Общего собрания учредителей ООО «Фабрика орудий лова» от 06.02.2008 № 10 и ответ УФНС России по Сахалинской области от 22.12.2022. Этот факт спорным не является.

Конкурсный управляющий ООО «Фабрика орудий лова» и конкурсный кредитор – АО «Россельхозбанк» обратились в арбитражный суд с заявлениями, объединенными в одно производство, о привлечении      ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, сославшись на следующие основания для этого (с учетом принятых судом дополнений):

- неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Фабрика орудий лова» после наступления у последнего признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества;

- непередача ФИО6 конкурсному управляющему документации и имущества должника в полном объеме в нарушение требований статьи 126 Закона о банкротстве.

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя объединенное заявление и признавая доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Фабрика орудий лова» по правилам статьи 61.11 Закона о банкротстве за непередачу всех документов и материальных ценностей должника конкурсному управляющему, признал подтвержденным факт неисполнения ответчиком обязанности по передаче конкурсному управляющему морских судов (кунгасов), а также документов, подтверждающих дебиторскую задолженность предприятия на сумму 81 280 765 руб., запасы на сумму 105 344 руб., финансовые вложения на сумму 90 114 руб. Наряду с этим суд первой инстанций не нашел оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника о своем банкротстве, поскольку после наступления соответствующей обязанности не произошло нарастание кредиторской задолженности (новые кредиторы не появились).

Апелляционный суд, отменяя определение и отказывая в привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, исходил из того, что     ФИО6 в полном объеме переданы конкурсному управляющему документы и имущество должника, при этом признан факт утилизации маломерных судов (кунгасов), а заявителями не опровергнут факт передачи и не доказано существенное затруднение/невозможность проведения процедуры банкротства ввиду непередачи конкурсному управляющему документов и сведений. Вместе с этим апелляционный суд поддержал вывод об отсутствии оснований для привлечения к ответственности за неподачу заявления должника о своем банкротстве, учитывая, что после наступления обязанности обратиться с заявлением о банкротстве должника новых долгов у Общества не формировалось.

Арбитражный суд Дальневосточного округа поддерживает выводы апелляционного суда по нижеприведенным мотивам.


Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности) – такой подход отражен в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3).

Поскольку заявления о привлечении к субсидиарной ответственности направлены конкурсным управляющим и кредитором в арбитражный суд в 2022 году и в 2023 году соответственно, суды правомерно применили процессуальные нормы о порядке привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренные Федеральным законом от 29.07.2017       № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ), который вступил в силу с 30.07.2017.

Законом № 266-ФЗ Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», при этом прекращено действие положений статьи 10 Закона о банкротстве, которой была установлена ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве.

В этой связи при разрешении обособленного спора применимы нормы материального права в редакциях, действующих в период совершения контролирующими лицами вменяемых им нарушений, - Закон о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ к обстоятельствам, имевшим место после даты его вступления в законную силу, и в ранее действующей редакции к обстоятельствам, которые имели место до указанной даты.

При этом, учитывая сформулированную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 позицию,  схожесть составов нарушений, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в ранее действующей редакции и статьях 61.11, 61.12 Закона о банкротстве в актуальной редакции, позволяет руководствоваться разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53).

Закон о банкротстве в ранее действующей и актуальной редакциях предусматривает два юридических состава для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота: за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) и за неподачу/несвоевременную подачу заявления должника.


Как указывалось выше, конкурсный управляющий в своем заявлении сослался, в том числе, на неисполнении ответчиком обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве ООО «Фабрика орудий лова» при наступлении условий для этого.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действующей редакции и пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве в редакции Закона    № 266-ФЗ неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд  в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно статье 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случаях, перечисленных в пункте 1 этой нормы, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с разъяснениями пункта 9 постановления Пленума       № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве, презюмируется (пункт 12 постановления Пленума № 53).

Как разъяснено в пункте 26 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023), по смыслу статьи 61.12 Закона о банкротстве предполагается наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, предоставивших финансирование лицу, являющемуся в действительности неплатежеспособным. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими кредиторами, то есть долгами, возникшими после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с приведенными нормами и разъяснениями, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителя к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 и пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве в ранее действующей и актуальной редакциях, входит установление следующих обстоятельств: 1) возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; 2) момент возникновения данного условия; 3) факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 4) объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае должник о своем банкротстве не заявил. Дело о банкротстве Общества возбуждено, как отмечалось выше, по заявлению конкурсного кредитора.

Согласно позиции заявителей по обособленному спору, обязанность подать заявления должника о собственном банкротстве возникла у    ФИО6 как руководителя 04.10.2016.

Суды двух инстанций согласились с этой датой, установив, что  04.10.2016 стороны урегулировали спор, рассматриваемый судом и связанный с нарушением должником условий заключенных с АО «Россельхозбанк» кредитных договоров от 03.06.2011 и от 29.12.2011 со сроками возврата заемных средств до 02.04.2016 и до 28.11.2016 соответственно, определив размер задолженности. Так, Корсаковским городским судом Сахалинской области определением от 04.10.2016 по делу № 2-913/2016 утверждено мировое соглашение между АО «Россельхозбанк» и ООО «Фабрика орудий лова», ООО ТПК «Бест Фиш», ООО ТПК «Авега», ФИО6, в соответствии с которым сумма неисполненных солидарными должниками перед АО «Россельхозбанк» обязательств по состоянию на 04.10.2016 составляла 42 606 806,61 руб.

Нарушение должниками условий данного мирового соглашения послужило основанием для обращения АО «Россельхозбанк» в марте 2023 года в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Фабрика орудий лова» несостоятельным (банкротом), на основании которого возбуждено настоящее дело  о банкротстве Общества, а впоследствии требования заявителя признаны обоснованными, включены в реестр и в отношении Общества введена процедура наблюдения.

Установив, что ответчик, являясь директором, не исполнил обязанность по своевременному обращению с заявлением должника о своем банкротстве, суды обоснованно обратились к вопросу о наличии/отсутствии обязательств должника, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку отсутствие таковых исключает возможность удовлетворения соответствующего требования.

В этой связи установлено, что определением от 19.05.2021 в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Фабрика орудий лова» включены требования ФИО2 Су, как правопреемника ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк», основанные на определении Корсаковского городского суда от 28.05.2015 по делу № 2-293/15 (долг перед ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк»  по кредитному договору от 14.02.2012, требование о возврате по которому заявлено 29.12.2014, спор урегулирован путем заключения и утверждения судом 28.05.2015 мирового соглашения, в котором значится сумма долга 125 000 000 руб. со сроком возврата до 01.10.2015) и определении Арбитражного суда Сахалинской области от 13.05.2019 по делу № А59-6215/2018 (дело о банкротстве Общества по заявлению ФИО2 Су в связи с неисполнением вышеназванного мирового соглашения, производство по этому делу о банкротстве прекращено в связи с утверждением мирового соглашения, по условиям которого долг Общества перед кредитором равен 124 999 877, 24 руб. и  должник обязался его погасить до 13.05.2021).

Требования иных кредиторов к должнику отсутствуют – данное спорным не является.

Таким образом, к должнику предъявлены требования лишь двух кредиторов – АО «Россельхозбанк» и ФИО2 Су (правопреемник ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк»).

При этом требования указанных кредиторов, как выяснили суды, возникли в один период – 2011-2012 год, также одновременным является начало просрочки Общества перед указанными кредиторами.

Кроме того, принято во внимание то, что должник принимал меры по урегулированию споров с кредиторами (АО «Россельхозбанк» и ФИО2 Су) путем заключения мировых соглашений, то есть добросовестно рассчитывал на преодоление финансовых трудностей.

При установленном апелляционный суд обоснованно отклонил возражение ФИО2 Су, настаивающего на возникновении обязательств перед ним в ситуации имущественного кризиса должника, и правомерно поддержал вывод суда первой инстанции об отсутствии кредиторской задолженности, за наращивание которой после возникновения признаков банкротства руководитель должника подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Следовательно, не нашел своего подтверждения факт формирования новых долгов в период после истечения установленного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве срока, когда должно быть направлено в суд заявление о признании должника банкротом (через месяц после 04.10.2016), до даты возбуждения производства по делу о банкротстве Общества, то есть отсутствуют кредиторы, которые предоставляли финансирование Обществу, являющемуся в действительности неплатежеспособным.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленные статьей 9 Закона о банкротстве, необходимо установить вину субъекта ответственности. Однако, как следует из установленных по делу обстоятельств, заявителем в нарушение статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств того, что в случае своевременного исполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом) задолженность перед кредитором ФИО2 Су была бы погашена.

В этой связи апелляционный суд обоснованному указал на недоказанность наличия прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя по подаче заявления и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредиторами, впоследствии включенной в реестр требований кредиторов.

При изложенных обстоятельствах правомерен вывод о недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий, установленных пунктом 2 статьи 10 (статьей 61.12) Закона о банкротстве и необходимых для привлечения руководителя должника ФИО6 к субсидиарной ответственности, и, следовательно, об отсутствии оснований для удовлетворения заявления в рассматриваемой части.

Доводов, опровергающих выводы апелляционного суда в данной части, кассационные жалобы не содержат. Приведенные в кассационной жалобе ФИО2 Су ссылки на положения статьи 9 и статью 61.12 Закона о банкротстве не влияют на эти выводы, поскольку указанная норма права применена при разрешении спора верно. Бремя доказывания, вопреки позиции ФИО2 Су, распределено верно. Кроме того, выводы апелляционного суда об отсутствии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника полностью совпадают с позицией суда первой инстанции, с которой податели кассационных жалоб выразили согласие.


Еще одним основанием привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности заявлено неисполнение им предусмотренной статьей 126 Закона о банкротстве обязанности.

Обязанность ответчика по передаче конкурсному управляющему документации и материальных ценностей возникла после 13.07.2021 - даты открытия конкурсного производства в отношении Общества, в связи с чем апелляционный суд правильно указал на применимость при разрешении спора в данной части Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В пункте 24 постановления Пленума № 53 разъяснено, что арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) исполнения обязанности передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иных ценности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Указанная взаимосвязь предполагается, пока не доказано иное, при наличии указанных в пункте 2 этой статьи обстоятельств, в том числе если отсутствуют или искажены документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Аналогичные основания субсидиарной ответственности предусматривались пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в ранее действующей редакции.

При доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства. Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций, контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.). Соответствующие разъяснения приведены в пункте 19 постановления Пленума № 53.

Вместе с тем, субсидиарная ответственность за доведение до банкротства предполагает, что виновные контролирующие лица своими действиями создали ситуацию объективного банкротства (невозможности удовлетворения требований кредиторов). Если же действия не вызвали несостоятельности компании, но тем не менее причинили ей ущерб, с контролирующих лиц могут быть взысканы убытки.

В пункте 20 постановления Пленума № 53 разъяснено, что независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков (пункт 20 постановления Пленума  № 53).

При разрешении настоящего спора суды правильно исходили из того, что  ФИО6, являясь руководителем должника до признания последнего банкротом, выступает по отношению к последнему контролирующим лицом в смысле, придаваемом этому понятию статьей 61.10 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий и кредитор настаивали на неисполнении ФИО6 как бывшим директором должника обязанности по передаче документов должника и материальных ценностей, несмотря на принятое по настоящему делу решение от 20.07.2021 о признании должника банкротом, которым суд обязал директора ООО «Фабрика орудий лова» ФИО6 в течение трех дней передать конкурсному управляющему ФИО5 бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности должника.

По результатам проверки предъявленного требования, с учетом пояснений заявителей и возражений ответчика, оценив представленные, в том числе на стадии апелляционного рассмотрения, документы, суд второй инстанции установил нижеприведенные обстоятельства.

Заявляя о непередаче основных средства на сумму 244 439 тыс. руб., в том числе 13 морских судов, запасов на сумму 105 344 руб., финансовых вложений на сумму 90 114 руб.  либо документов о реализации имущества, а также документов по дебиторской задолженности на сумму 160 088 000 руб., конкурсный управляющий и АО «Россельхозбанк» основывали свою позицию на бухгалтерской отчетности предприятия за 2020 год (на 31.12.2020).

ФИО6, возражая относительно данной позиции, указал, что вся документация предприятия в бумажном виде оставлена в здании, принадлежащем должнику, при этом более новая документация находилась в программе 1С, в бумажном виде отсутствовала. Также указал, что доступ к электронной базе должника предоставлен первоначально утвержденному управляющему, который на основании данных документов проводил оценку имущества должника, а в дальнейшем передал ее новому конкурсному управляющему должником (ФИО4).

Суд апелляционной инстанции признал позицию ответчика подтвержденной.

В этой связи по материалам дела судом второй инстанции установлено, что в процедуре наблюдения временным управляющим ФИО13 проведен анализ финансового состояния ООО «Фабрика орудий лова» на основании статистической отчетности, бухгалтерской и налоговой отчетности, регистров бухгалтерского и налогового учета, учредительных документов, протоколов общих собраний участников организации, договоров, планов, смет, калькуляции, положения об учетной политике, в том числе учетной политике для целей налогообложения, рабочего плана счетов бухгалтерского учета, схем документооборота и организационной и производственной структур, отчетности филиалов, дочерних и зависимых хозяйственных обществ, структурных подразделений, материалов налоговых проверок и аудиторских заключений, нормативно-правовых актов, регламентирующих деятельность должника.

Согласно бухгалтерской отчетности ООО «Фабрика орудий лова» по состоянию на 31.12.2020 должник обладал основными средствами на сумму 244 439 тыс. руб., запасами на сумму 105 344 руб., финансовыми вложениями на сумму 90 114 руб., дебиторской задолженностью на сумму 160 088 000 руб., что также отражено в анализе финансового состояния ООО «Фабрика орудий лова» со ссылкой на ответ МИФНС России № 5 от 18.02.2021 и ответ ФГБУ «АМП Сахалина, Курил и Камчатки от 26.02.2021, в том числе за должником зарегистрированы морские суда – кунгасы (РСХ91-23, СХР91-24, РСХ91-25, РСХ91-26, РСХ91-27, РСХ91-28, PCX91-48, PCX91-74,  PCX 91-75, PCX91-76  - дата регистрации 28.03.2023), моторная лодка (РСЮ89-93 - дата регистрации 06.05.2014), морское судно (РСХ - дата регистрации 22.02.2012), рыболовное судно (ПТС-006 - дата регистрации 29.09.1997), морское судно (РСЮ49-21 - дата регистрации 06.95.2014).

Вместе с тем, по результатам инвентаризации имущества, проведенной в конкурсном производстве, выявлено имущество в натуре.

Так, инвентаризационной описью основных средств от 25.11.2021 № 1, составленной конкурсным управляющим ФИО5 и опубликованной на ЕФРСБ сообщением от 26.11.2021 № 7748508, установлено наличие в собственности должника недвижимого имущества на общую сумму               343 532 866 руб. и движимого имущества с указанием частично стоимости на сумму 23 913 476,4 руб.

Инвентаризационной описью товарно-материальных ценностей от 25.11.2021 № 2, составленной конкурсным управляющим ФИО5 и опубликованной на ЕФРСБ сообщением от 26.11.2021 № 7748508, установлено наличие соответствующего имущества на сумму 3 514 462,83 руб.

Также апелляционный суд принял во внимание представленный ответчиком в материалы дела акт от 05.05.2022 приема-передачи документов по бухгалтерскому учету, подписанный бывшим директором Общества ФИО6 и бухгалтером ФИО8, действующей на основании заключенного с конкурсным управляющим ФИО5 договора оказания бухгалтерских услуг от 04.05.2022, согласно которому ФИО6 передал, а ФИО8 приняла следующие документы и оборудование: компьютер, программное обеспечение 1С с документами ООО «Фабрика орудий лова» на электронных носителях за период с 2009 года по 2021 год включительно – 6 папок, договоры поставок за период с 2009 года по 2020 год – 10 папок, личные дела работников за период с 2009 года по 2020 год – 2 папки, отчеты в ИФНС – 10 папок, счета-фактуры за период с 2010 года по 2020 год – 10 папок, банковские выписки за период с 2009 года по 2020 год – 11 папок, отчеты, договоры хранения по охране труда – 2 папки, книга покупок и продаж с 2009 года по 2020 год – 11 папок, кассовые книги с 2009 год по 2020 год – 7 папок, отчеты СКТУ (1П – рыба) – 10 папок, лицензии на скважины – 2 шт., книга приказов – 2 папки, договоры хранения – 1 папка.

Оснований для признания этого акта недействительным не выявлено, о его фальсификации и исключении из числа доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ не заявлено, также не заявлено ходатайств с целью проверки подлинности подписи или давности изготовления (подписания) документа.

В материалы дела представлен вышеуказанный договор на оказание бухгалтерских услуг от 04.05.2022. Апелляционным судом отмечено, что этот договор подписан сторонами, скреплен печатью должника, факт заключения данного договора не оспаривается управляющим.

Апелляционный суд при этом учел пояснения ФИО6 о том, что документация передавалась не лично конкурсному управляющему, а его бухгалтеру в связи с тем, что ФИО5 находится в ином регионе и местонахождение должника не посещала.

Учтены апелляционным судом и нотариально заверенные пояснения ФИО8, согласно которым указанная в акте приема-передачи документация передавалась по поручению конкурсного управляющего ФИО5 на основании договора по бухгалтерскому учету от 04.05.2022, в целях работы по ведению бухгалтерского учета предприятия; документация должника находилась по адресу регистрации предприятия в г. ФИО9; документация представлена на бумажных носителях и в приложении 1С Бухгалтерия; переданные документы являлись достаточными для проведения анализа деятельности предприятия, ведения бухгалтерского учета, сдачи отчетности.

Кроме того, апелляционный суд обратил внимание на то, что бывший конкурсный управляющий ФИО5 не обращалась в арбитражный суд с ходатайством об истребовании у бывшего директора должника документации предприятия.

Также апелляционный суд отметил, что бывший конкурсный управляющий ФИО5 на основании переданной документации должника, в том числе в электронном виде (программа 1С), произвела оценку имущества должника.

Наряду с этим установлено, что после прекращения полномочий конкурсного управляющего должником ФИО5 документация предприятия передана новому конкурсному управляющему должником ФИО4, что подтверждается актом приема-передачи от 04.04.2024.

Совокупность установленного, в отсутствие опровержения по правилам статьи 65 АПК РФ, позволила апелляционной коллегии сделать вывод  о доказанности факта передачи бывшим директором ООО «Фабрика орудий лова» ФИО6 необходимой документации предприятия конкурсному управляющему ФИО5

Этот вывод апелляционного суда следует признать обоснованным, поскольку он сделан по результатам исследования и оценки всего объема представленных доказательств и пояснений в порядке статьи 71 АПК РФ.

Доводы кассационной жалобы об отсутствии у ФИО8 полномочий на приемку документов от бывшего руководителя должника не принимаются, учитывая фактическое поступление необходимых документов в распоряжение конкурсного управляющего и использование их в своей работе.

Доводы ФИО2 Су, изложенные в кассационной жалобе, о непредставлении документов в части учтенных по балансу Общества за 2020 год  запасов (105 344 руб.), финансовых вложений (90 114 руб.) суд округа не принимает, учитывая данные инвентаризации в процедуре конкурсного производства, по итогам котором стоимость активов должника превысила значения, отраженные в бухгалтерском балансе Общества на 31.12.2020.

При этом суд округа обращает внимание на отсутствие доводов и доказательств, свидетельствующих о затруднении в формировании конкурсной массы ввиду отсутствия каких-либо документов, обязанность по ведению и передаче которых конкурсному управляющему законодательно возложена на руководителя организации.

Следовательно, материалами дела опровергается утверждение заявителей о непередаче ответчиком конкурсному управляющему документации должника.


Как следствие, нет оснований и для вывода о непередаче          ФИО6  конкурсному управляющему документов относительно дебиторской задолженности Общества.

При этом апелляционным судом установлено нижеследующее.

Как указывалось выше, по данным бухгалтерской отчетности ООО «Фабрика орудий лова» по состоянию на 31.12.2020 должнику принадлежала дебиторская задолженность на сумму 160 088 000 руб. Наличие указанной задолженности выявлено в результате проведения анализа финансового состояния ООО «Фабрика орудий лова» временным управляющим ФИО13

При рассмотрении спора в данной части апелляционный суд принял во внимание пояснения ФИО8 о том, что документация по дебиторской задолженности за период с 2010 года по 2020 год хранилась на электронных носителях (приложение 1С Бухгалтерия); 17.04.2024 она по просьбе ФИО6 передала электронную базу предприятия (приложение 1С Бухгалтерия) по электронной почте бухгалтеру конкурсного управляющего ФИО4 (к пояснениям приложен скриншот письма); иная документация у нее не запрашивалась.

Далее апелляционный суд провел анализ дебиторской задолженности, по результатам чего установил перечень и состояние дебиторов, период формирования  задолженности:

- ЗАО «Корсаковский консервный завод» с долгом в размере 24 415 835 руб. за 2014 год (предприятие-банкрот, ликвидировано в 2021 году);

- ООО «Ленбок» с долгом в размере 59 111 578 руб. за 2013 год (предприятие-банкрот, ликвидировано в 2024 году),

- ООО «Бест-Фиш» с долгом в размере 34 770 827,81 руб. за 2012-2015 годы (предприятие-банкрот),

- ООО «Бест-Фиш» в размере 6 375 000 (предприятие-банкрот),

- ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк» с долгом в размере 13 790 000 руб. за 2015 год (сумма зачтена),

- ООО «Персей» с долгом в размере 5 033 618 руб. (предприятие-банкрот, ликвидировано в 2020 году),

- ООО «Икорный рай» с долгом в размере 16 000 000 руб. за 2013 год (предприятие ликвидировано в 2016 году).

Апелляционной коллегией установлено, что ФИО6 в период до банкротства Общества предпринимались действия по взысканию дебиторской задолженности.

Так, предъявлен иск Общества о взыскании с ЗАО «Корсаковский консервный завод» задолженности по договорам в общей сумме 25 415 835,91 руб.,  определением Арбитражного суда Сахалинской области от 05.06.2017 по делу № А59-1194/2017 это исковое заявление оставлено без рассмотрения по причине нахождения ответчика в процедуре банкротства.

Определением суда от 29.06.2018 по делу № А59-3260/2016 в третью очередь реестра требований кредиторов ЗАО «Корсаковский консервный завод» включены требования ООО «Фабрика орудий лова» в общей сумме 13 320 657 руб. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Определением суда от 11.02.2015 признаны обоснованными и подлежащими включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Ленбок» требования Общества в размере 59 111 578 руб. основного долга.

В отношении задолженности ООО «Бест-Фиш» в размере 34 770 827,81 руб. за 2012-2015 годы ФИО6 в материалы дела представлены с пояснениями от 27.11.2024 платежные поручения от 29.12.2014 №№ 86, 87, 88, 89, 90, 91, 92, 93 на сумму свыше 16 млн. руб.

По задолженности ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк», ООО «Персей», ООО «Икорный рай»,  а также ООО «Даги», ООО «Океан» ФИО5, ООО «Утесное», ООО «Ликнар», отмечено, что данная задолженность указана в оборотно-сальдовых ведомостях по счету 62.01 за 2012, 2013, 2015, 2016 годы, а также по счету 76.02.

При установленном апелляционный суд указал на то,  что общий срок исковой давности по взысканию дебиторской задолженности, составляющий три года, по ряду требований к дебиторам, истек, а оставшаяся задолженность не может быть взыскана ввиду банкротства и ликвидации дебиторов. В этой связи согласился с позицией ответчика об отсутствии условий для пополнения конкурсной массы за счет перечисленной выше дебиторской задолженности.

Дополнительно апелляционным судом установлено, что факт передачи документации должника по дебиторской задолженности управляющему подтвержден также тем, что по итогам анализа дебиторской задолженности конкурсный управляющий должником ФИО5 обратилась в суд лишь к ООО «Бест-Фиш» за взысканием неосновательного обогащения за счет должника, к указанному заявлению прилагалась выписка по счету должника (определением суда от 24.04.2023 по делу № А59- 1617/2021 требования ООО «Фабрика орудий лова» в размере 6 375 000 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты).

Доводов, указывающих на непередачу всей или части документов, имеющей отношение к дебиторской задолженности, заявителями не приведено, перечень таких документов не конкретизирован.

Доводы кассационных жалоб о бездоказательности позиции     ФИО6, поддержанной апелляционным судом, о передаче им документов  относительно дебиторской задолженности на сумму 160 088 000 руб. суд округа не принимает, поскольку документально подтвержден факт передачи необходимых документов руководителем первому конкурсному управляющему, с последующей передачей вновь утвержденному конкурсному управляющему Общества. Перечень документов, указанных в акте приема-передачи от 05.05.2022 достаточен для осуществления необходимых в конкурсном производстве мероприятий, включая работу по взысканию дебиторской задолженности. Более того, соответствующая работа проведена конкурсным управляющим (по заявлению конкурсного управляющего судом установлена  задолженность ООО «Бест-Фиш»  в пользу должника).

Доводы о том, что нет доказательств истечения срока исковой давности по требованиям к иным, помимо ООО «Ленбок», дебиторов, об отсутствии свидетельств включения долга перед Обществом в реестр требований кредиторов ООО «Персей», и проведения зачета с ОАО «Тихоокеанский Внешторгбанк» отклоняются, учитывая факт передачи документов, позволяющих проверить указанную информацию (исходя из доказанности факта исполнения обязанности по статье 126 Закона о банкротстве), принимая во внимание общедоступность сведений о банкротстве дебиторов и наличии оснований считать задолженность реальной к погашению.


Также апелляционный суд отклонил доводы заявителей о непередаче (сокрытии либо удержании) руководителем должника маломерных морских судов (кунгасов).

При этом суд второй инстанции пришел к выводу об отсутствии кунгасов в натуре и в этой связи принял в качестве относимых доказательств акты, согласно которым морские суда утилизированы в связи с невозможностью дальнейшей эксплуатации (100% износ):

-акт утилизации плавсредств от 18.02.2013 относительно РСХ, ПТС-006, PCX91-75, РСХ91-27, PCX91-74, РСХ91-28, РСХ91-26, PCX91-76З 2504300430,

-акт утилизации судна от 28.06.2015 относительно РСЮ89-93,

-акт утилизации судна от 28.06.2018 относительно РСХ91-24, РСХ91-48, РСХ91-23, РСХ91-25.

Делая данный вывод, суд учел недолговечность материала, из которого изготовлены кунгасы, и даты их изготовления (небольшие деревянные маломерные суда с навесным оборудованием, срок эксплуатации которых определяется износом деревянных корпусов; изготовлены в 1997 – 1999 годах). При этом навесное оборудование на балансе предприятия не значилось, в период использования судов до их утилизации арендовано и затем  возвращено.

Также апелляционный суд обратил внимание на изменения в законодательстве, а именно принятие Федерального закона от 23.04.2012 № 36-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части определения понятия маломерного судна», в силу которого с момента его вступления в силу кунгасы приравнены к маломерным судам, что повлекло обязанность осуществить государственную регистрацию кунгасов в Государственном судовом реестре, ведение которого возложено на капитана порта, с выдачей судового билета.

В этой связи обоснованно отклонены выводы суда первой инстанции  об одновременности приобретения и утилизации кунгасов в связи с 100% износом. Дата приобретения кунгасов в данном случае не совпадает с датой их регистрации, учитывая отсутствие до мая 2012 года необходимости регистрации кунгасов, но при этом необходимость такой фиксации, в том числе для целей утилизации.

Также апелляционный суд не принял в качестве допустимого доказательства представленное ФИО6 обращение от имени директора Общества Капитану морского порта об исключении из Государственного судового реестра Российской Федерации морского порта ФИО9 маломерных судов, принадлежащих на праве собственности ООО «Фабрика орудий лова», с ответным письмом от 04.10.2024 № 10/04/350 об исключении судов из реестра, поскольку у ФИО6 отсутствовали соответствующие полномочия для представления интересов Общества.

Вместе с тем факт отсутствия кунгасов апелляционный суд признал подтвержденным ввиду отсутствия сведений о их регистрации в Государственном судовом реестре Российской Федерации морского порта ФИО9, в совокупности с давностью изготовления этих кунгасов в 1997 – 1999 годах и материала, из которого они изготовлены – дерево.

Мнение кассаторов о недопустимости в качестве доказательств факта утилизации маломерных судов (кунгасов) актов  от 18.02.2013, 28.06.2015, 28.06.2018, учитывая отсутствие свидетельств такой утилизации в установленном порядке, справедливо отчасти. Действительно, процесс утилизации регламентирован и предусматривает специальный порядок действий и документирование. Между тем в данном случае установлены, по сути, основания для такой утилизации и факт ее проведения, учитывая, как отмечено выше, давность изготовления спорных кунгасов, их ускоренный износ в процессе использования  (учитывая материал изготовления), в совокупности с отсутствием сведений о их регистрации в Государственном судовом реестре. Отсутствие имущества в натуре исключает требование о его передаче.

Письмо капитана морского порта ФИО9 от 04.10.2024 (в копии) не принято судом в качестве доказательства, поэтому соответствующий довод кассационной жалобы не проверяется.

При установленном обоснованным является вывод о передаче ФИО6 конкурсному управляющему документов и имущества должника в полном объеме.

Существенное затруднение/невозможность проведения процедуры банкротства в отсутствие непереданных конкурсному управляющему документов и сведений в отношении должника, также как и сам факт непередачи документов и имущества, в данном обособленном споре не нашли своего подтверждения. Напротив, по установленным апелляционным судом обстоятельствам установлено выполнение руководителем должника обязанности, предписанной статьей 126 Закона о банкротстве.

Доводы заявителей кассационных жалобы: об имуществе должника, отраженном в его бухгалтерской отчетности за 2020 год, о стоимости активов  по данным инвентаризации в конкурсном производстве, повторяют установленные апелляционным судом обстоятельства, но не опровергают вывод об исполнении руководителем должника обязанности, предусмотренной статьей 126 Закона о банкротстве.


Доводы заявителей кассационных жалоб о необоснованном принятии апелляционным судом дополнительных документов, представленных ответчиком при рассмотрении спора во второй инстанции, суд округа не принимает в качестве подтверждающих основания для отмены обжалуемого постановления, учитывая нижеследующее.

В соответствии с частью 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными; документы, представленные для обоснования возражений относительно апелляционной жалобы в соответствии со статьей 262 настоящего Кодекса, принимаются и рассматриваются арбитражным судом апелляционной инстанции по существу.

Как разъяснено в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», мотивированное принятие дополнительных доказательств арбитражным судом апелляционной инстанции в случае, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными, а также если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, не может служить основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции; в то же время немотивированное принятие или непринятие арбитражным судом апелляционной инстанции новых доказательств при наличии к тому оснований, предусмотренных в части 2 статьи 268 Кодекса, может в силу части3 статьи 288 Кодекса являться основанием для отмены постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, если это привело или могло привести к принятию неправильного постановления.

В рамках настоящего обособленного спора апелляционный суд по ходатайствам ФИО6 приобщил к материалам дела:

-копию письма капитана морского порта ФИО9 от 06.09.2024 (как представленное в обоснование дополнений к апелляционной жалобе),

-копию письма капитана морского порта ФИО9 от 04.10.2024, выписки из государственного судового реестра, оригиналы акта от 05.05.2022 о передаче документов по бухгалтерскому учету и договора об оказании бухгалтерских услуг от 04.05.2022, заключенного между арбитражным управляющим ФИО5 и бухгалтером ФИО8 (как доказательства,  имеющие правовое значение для рассмотрения апелляционной жалобы),

-оборотно-сальдовые ведомости по счету 62.01 (2015, 2016, 2017), оборотно-сальдовую ведомость по счету 60 за 2017 год (как представленные в обоснование правовой позиции по апелляционной жалобе),

-нотариально заверенные письменные пояснения ФИО8 в отношении спорной документации, подлежащей передаче конкурсному управляющему с приложением скриншота об отправке электронного файла (как представленные во исполнение определения суда).

Таким образом, апелляционный суд мотивировал приобщение к делу дополнительных документов. Кроме того, приобщение дополнительных доказательств в рассматриваемом деле не привело или могло привести к принятию неправильного постановления, что исключает возможность отмены судебного акта по заявленному основанию. Следует при этом отметить, что новые документы получили оценку в совокупности с ранее представленными доказательствами.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе ФИО2 Су, о том, что ходатайство ФИО6 о приобщении дополнительных документов удовлетворено при повторном его заявлении после замены состава суда, не принимаются, поскольку перечень документов, указанных в отклоненном ходатайстве и в ходатайствах, удовлетворенных судом, различен.

Доводы кассационной жалобы ФИО2 Су о том, что апелляционный суд в нарушение статьи 268 АПК РФ вышел за пределы доводов апелляционной жалобы и доводов лиц, заявлявшихся в суде первой инстанции, отклоняются как не нашедшие своего подтверждения. В данном случае, как следует из содержания обжалуемого постановления, апелляционный суд повторно рассмотрел спор по имеющимся в деле и дополнительно представленным доказательствам, учитывая сформулированные (в уточненных редакциях) требования заявителей, что соответствует части 1 статьи 268 АПК РФ.

Довод кассационной жалобы ФИО2 Су о том, что апелляционный суд не рассмотрел заявление конкурсного кредитора о привлечении к субсидиарной ответственности, противоречит содержанию апелляционного постановления, где отражены выводы по всем заявленным в рамках объединенного обособленного спора требованиям. То, что в резолютивной части указано на отказ в удовлетворении только заявления конкурсного управляющего, не является безусловным основанием для отмены судебного акта, поскольку требования заявителей совпадают по направленности и содержанию, при этом требование конкурсного управляющего относительно нарушения ответчиком статьи 126 Закона детализировано, в отличии от такого же требования конкурсного кредитора. При этом цель заявлений – установление субсидиарной ответственности по обязательствам должника, которые останутся непогашенными за счет конкурсной массы должника, то есть заявления преследуют коллективную цель. Следует при этом отметить, что АО «Россельхозбанк» как заявитель по объединенному обособленному спору, соответствующего возражения не заявило.

Доводы кассационной жалобы ФИО2 Су о злоупотреблении ответчиком правом и о подлоге им документов, не принимаются, учитывая действующую презумпцию добросовестности участников гражданских отношений (часть 5 статьи 10 ГК РФ), не опровергнутую в данном случае в порядке статьи 65 АПК РФ. Кроме того, как верно отметил апелляционный суд, о фальсификации представленных документов заинтересованные лица в ходе производства по спору не заявили. Суд округа учитывает также то, что выводы апелляционного суда, поддержанные судом округа, базируются на совокупности доказательств в их взаимной связи, то есть обстоятельства, подтверждаемые отдельными доказательствами (которые кассатор считает подложными) согласуются с рядом иных обстоятельств и документов.


При таких обстоятельствах кассационные жалобы, доводы которых проверены и отклонены по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления, удовлетворению не подлежат.

Постановление апелляционного суда, принято при полном выяснении всех значимых для предмета спора обстоятельства, с правильным применением норм материального права к установленному и с соблюдением требований процессуального законодательства, следует оставить в силе.

Государственная пошлина по кассационным жалобам в силу статьи 110 АПК РФ относится на заявителей кассационных жалоб, с учетом фактического перечисления ими необходимых сумм.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа                

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 04.02.2025 по делу № А59-1409/2020 Арбитражного суда Сахалинской области оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                                Е.Н. Головнина


Судьи                                                                                         А.В. Ефанова


С.О. Кучеренко