Решение от 25 апреля 2018 г. по делу № А03-19011/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Алтайский край, г. Барнаул, проспект Ленина, 76, тел.: (3852)29-88-01

http://www.altai-krai.arbitr.ru


                                                     Именем  Российской  Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А03-19011/2017
г. Барнаул
26 апреля 2018 г.
Резолютивная часть решения изготовлена 26 апреля 2018 г.

Решение суда в полном объеме изготовлено 26 апреля 2018 г.


Арбитражный суд  Алтайского края в составе судьи Фролова О.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Куценко А.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании  дело по иску

Общества с ограниченной ответственностью «РУСМАШ», ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Электросталь,

к Обществу с ограниченной ответственностью «АВТОМИР», ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Бийск,

при участии по делу в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора Общества с ограниченной ответственностью «Сибирские дороги»,

о взыскании 200 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 473042, 610 руб. стоимости вещественного доказательства, 101 руб. почтовых расходов,

без участия в судебном заседании представителей сторон,


                                            УСТАНОВИЛ:


Общество с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» обратилось в арбитражный суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «АВТОМИР» о взыскании 200 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, зарегистрированный под № 473042, 610 руб. стоимости вещественного доказательства, 101 руб. почтовых расходов.

Исковые требования со ссылками на статьи 1259, 1301, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации мотивированы нарушением ответчиком исключительных прав на товарный знак.

От ответчика в суд поступали объяснения, в которых он возражал против удовлетворения искового заявления, в последнем дополнительном объяснении ходатайствовал о снижении размера компенсации до 30 000 руб.

От истца в суд поступило ходатайство, в котором истец заявленные исковые требования поддерживает в полном объеме, просит рассмотреть дело, в настоящем судебном заседании в отсутствии своего представителя, в судебное заседание не явился, получил, направленное в его адрес, определение о принятии заявления к производству (почтовое уведомление 656998 18 21705 1).

Ответчик в судебное заседание не явился, получил, направленное в его адрес, определение о принятии заявления к производству (почтовое уведомление 656998 17 01850 5).

Таким образом, согласно ч.6 ст. 121, ч.1 ст.123, ч.3 ст.156 АПК РФ арбитражный суд считает, что истец и ответчик были извещены надлежащим образом и рассматривает дело в их отсутствии.

Третье лицо в судебное заседание не явилось. Извещение арбитражного суда о времени рассмотрения дела, направленное по юридическому адресу третьего лица, возвращено без вручения с отметкой «истек срок хранения».

Таким образом, согласно п.2 ч.4 ст.123, ч.3 ст.156  АПК РФ арбитражный суд считает, что третье лицо было извещено надлежащим образом и рассматривает дело в его отсутствие.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» является правообладателем товарного знака: свидетельство Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам на товарный знак № 473042 (Класс МКТУ 12).

21.07.2016 в магазине автозапчастей «Автомир», расположенном по адресу: <...>, обществом с ограниченной ответственностью «АВТОМИР» реализован товар - автоматический натяжитель цепи «ПИЛОТ» для автомобилей ВАЗ (АНЦ «ПИЛОТ»), на упаковке которого имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 473042 (Класс МКТУ 12).

Покупка товара подтверждается терминальным, кассовым и товарным чеками от 21.07.2016, содержащим сведения о стоимости товара, о дате его продажи и об индивидуальном номере налогоплательщика.

Истцом представлен диск с видеозаписью, фиксирующей процесс покупок товара 21 июля 2016 года. Также в материалы дела представлены вещественные доказательства  – автоматический натяжитель цепи «ПИЛОТ» для автомобилей ВАЗ.

Истец, полагая, что ответчиком нарушены его исключительное право на товарный знак, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Отношения сторон регулируются следующими нормами материального права.

В статьях 1225, 1226, 1229, 1477, 1482, 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации  закреплены нормы права, детально регламентирующие правовой режим товарных знаков в соответствии с гражданским правом Российской Федерации.

Согласно пункту 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Таким образом, за нарушение исключительных прав возможно взыскание с нарушителя компенсации в размере определяемом по усмотрению суда с учетом всех обстоятельств нарушения.

Предъявляя исковые требования о взыскании денежной компенсации за нарушение ответчиком исключительных прав, истец должен был доказать суду наличие соответствующих исключительных прав у правообладателя, факт их нарушения действиями ответчика, а также обосновать размер компенсации.

В соответствии с пунктом 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности» вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Таким образом, вопрос о сходстве до степени смешения автоматического натяжителя цепи «ПИЛОТ» для автомобилей ВАЗ, реализованной ответчиком, на упаковке которого имеются изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком № 473042 (Класс МКТУ 12), правообладателем которого является истец, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует.

При оценке вопроса о том, нанесены ли товарные знаки либо сходные с товарными знаками обозначения на упаковку проданного товара, суд учитывает содержание норм права, которые регулируют вопросы регистрации товарных знаков, а именно: положения пункта 40 Приказа Минэкономразвития России от 20.07.2015 №482 «Об утверждении Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков …», пункт 5.2 Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197.

Судом установлено, что при визуальном сравнении товарного знака с изображением, размещенными на упаковке реализованного ответчиком товара, изображение совпадает до степени смешения с товарным знаком, правообладателем которого является истец.

Таким образом, истцом представлены доказательства, что он является правообладателем товарного знака № 473042 (Класс МКТУ 12), а ответчик своими действиями нарушил исключительные права, принадлежащее истцу.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2006 № 15 «О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах», при разрешении вопроса о том, какой стороне надлежит доказывать обстоятельства, имеющие значение для дела о защите авторского права или смежных прав, суду необходимо учитывать, что ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. Истец должен подтвердить факт принадлежности ему авторского права и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.

Аналогичный методологический метод применяется и в делах о защите исключительных прав на товарные знаки с учетом того, что ответчику надлежит доказать размещение товарного знака на спорном товаре самим правообладателем или с его разрешения (исчерпание исключительного права на товарный знак).

Таким образом, в рамках настоящего дела истец должен представить доказательства, подтверждающие, что он является правообладателем товарного знака № 473042, которые и были им представлены.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В пункте 43.4 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009                 № 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав или товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование, то при определении размера компенсации за основу следует принимать вознаграждение, обусловленное лицензионным договором, предусматривающим простую (неисключительную) лицензию, на момент совершения нарушения.

Исходя из указанных норм правообладателю предоставлено право выбора способа определения компенсации либо в произвольном размере от 10 000 руб. до 5 000 000 руб., либо в размере двукратной стоимости использования товарного знака или двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак.

В рассматриваемом случае стоимость товара «Автоматический натяжитель цепи», на котором незаконно размещен товарный знак, составляет 610 руб., в материалы дела предоставлены доказательства реализации товара в количестве 1 штуки, следовательно, двукратная стоимость товара составит 1220 руб.

В связи с незначительностью данной суммы истец воспользовался методом определения размера компенсации исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака, которая составляет 200 000 руб.

Обосновывая данный размер компенсации, истец предоставил договор № 2 от 01.03.2016, заключенный между ООО «Русмаш» и предпринимателем ФИО1, по условиям которого стоимость неисключительной лицензии на право использования товарных знаков № 473042, № 561554 в отношении всех товаров 12 класса МКТУ для ФИО1 составляет по 100 000 руб. за каждый товарный знак сроком в течение 1 года.

Согласно выпискам из ЕГРЮЛ и ЕГРИП индивидуальный предприниматель ФИО1 является одновременно учредителем ООО «Русмаш», размер его вклада в уставный капитал общества составляет 17000 рублей при размере уставного капитала 50000 рублей, то есть доля ФИО1 в уставном капитале общества составляет более 20% уставного капитала.

В силу положений статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» стороны лицензионного договора № 2 от 01.03.2016 являются аффилированными лицами.

Таким образом, в данном случае факт аффилированности лиц лицензионного договора мог повлиять на установленный в этом договоре размер лицензионного вознаграждения.

Аналогичная правоприменительная практика приведена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 24.05.2017 по делу № А45-20577/2015.

Судом установлено, что истец не заключал иных лицензионных договоров в отношении спорного товарного знака, следовательно, установить соответствует ли определенная лицензионным договором №2 от 01.03.2017 цена неисключительной лицензии рыночной цене данного права по материалам дела не представляется возможным. Истец не подтвердил соответствие свободному рынку определенной в договоре цены неисключительной лицензии.

В указанных условиях и в обстоятельствах отсутствия иных любых доказательств действительной стоимости такой лицензии, представленный истцом лицензионный договор № 2 от 01.03.2016 не является относимым и допустимым доказательством стоимости права использования спорного товарного значка.

Определяемая в таком договоре цена права не отражает его действительной стоимости и устанавливается волей одних и тех же бенефициаров, в связи с чем, не является значимой в той мере, в которой предполагает ее учет в соответствии с нормой пункта 2. части 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В этой связи, указанная единичная сделка не является надлежащим доказательством действительной стоимости права.

Информация об иных обычно заключаемых ООО «Русмаш» лицензионных договорах, предусматривающих простую (неисключительную лицензию), на момент совершения нарушения истцом не представлено.

  В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

  Учитывая системную связь подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению суда, так и к двукратной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или двукратной стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

  При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

  Данная правовая позиция сформирована в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации №305- ЭС16-13233 от 21.04.2017.

  Истцом при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, снижение размера компенсации ниже двукратной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, возможно только при наличии мотивированного заявления предпринимателя, подтвержденного соответствующими доказательствами.

Ответчик заявил ходатайство о снижении размера компенсации за нарушение исключительных авторских прав.

Пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

  В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

  Таким образом, независимо от выбранного способа расчета суммы компенсации ее размер может быть снижен судом по своей инициативе не ниже минимального размера, а по заявлению стороны ниже минимального размера компенсации соответствующего вида. При этом, при заявлении требований на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации  минимальным является размер компенсации 10 000 руб., а при заявлении требований на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации минимальным является двукратный размер стоимости товара, на котором незаконного размещен товарный знак (в рассматриваемом случае 1220 руб.) или двукратная стоимость права использования товарного знака (в рассматриваемом случае 200 000 руб.).

Ответчик в обоснование ходатайства указал на то, что правонарушение совершено впервые, факт нарушения прав истца со стороны ответчика является кратковременным (1 день с момента выставления на реализацию и приобретения товара), изготовление и реализация спорного товара не является существенной частью предпринимательской деятельности истца, стоимость спорного товара составляла 610 руб., компенсация, требуемая истцом составляет 200 000 руб., то есть примерно в 328 раз превышает стоимость товара.

  Учитывая, что суд не принимает во внимание для определения цены использования права лицензионный договор № 2 от 01.03.2016, как единичный договор, заключенный с аффилированным лицом, не подтверждающий реальную рыночную стоимость права использования товарного знака, суд исходит из предельных размеров компенсации, установленных подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации  от 10 000 руб. до 5 000 000 руб.

Суд считает, что избранный истцом вид компенсации не ограничивает право суда снижать размер компенсации, исчисленной в порядке, предусмотренном подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.11.2012 № 8953/12, размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

  Пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусматривается одна мера гражданско-правовой ответственности - компенсация, взыскиваемая вместо убытков, которая лишь рассчитывается разными способами (пункты 1 и 2 названной статьи), ввиду чего выработанные в постановлении подходы применимы и к практике взыскания компенсации, рассчитанной согласно подпункту 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд при соответствующем обосновании не лишен возможности взыскать сумму такой компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.04.2013 № 16449/12).

Правовая природа компенсации в гражданском правоотношении следует принципам возмездности и эквивалентности и направлена не на наказание правонарушителя, а на восстановление нарушенного права правообладателя в целях сохранения их баланса. Взыскание значительных сумм, явно не соответствующих последствиям допущенного нарушения права, ведет к нарушению цели правового регулирования нормы статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом учитывается, что в настоящем деле имеются обстоятельства, указанные в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года        №  28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края», а именно: правонарушение совершено ответчиком впервые, использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не является существенной частью его предпринимательской деятельности, не носит грубый характер (продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Ответчик ранее не допускал аналогичных нарушений, в том числе и в отношении прав истца.

С учетом незначительной степени вины ответчика, характера и последствий нарушения, отсутствия доказательств и расчетов убытков истца вследствие действий ответчика, незначительной цены товара, возможности предъявления истцом требований не только к конечному продавцу товара, но и к производителю и перепродавцам товара, исходя из принципов справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, а также с учетом того, что ответчиком реализован лишь один экземпляр товара, суд полагает возможным удовлетворить требование о взыскании компенсации частично, в сумме 30 000 руб.

При обращении в арбитражный суд с настоящим иском общество с ограниченной ответственностью «РУСМАШ» также заявлено требование о взыскании с ответчика  понесенных судебных издержек:

- 610 руб. – расходов по приобретению контрафактного товара,

- 101 руб.  – расходов, понесенных на почтовые отправления.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела в арбитражном суде

Согласно статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Приведенный в статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации перечень судебных издержек не является исчерпывающим.

Статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

В силу частей 1, 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

По смыслу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 05.12.2007 № 121 бремя доказывания факта выплаты и размера судебных расходов возлагается на лицо, требующее возмещения расходов.

Согласно пункту 4 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 возмещению подлежат только фактически понесенные расходы.

В обоснование произведенных расходов в материалы дела представлены: товарный чек от 21.07.2016 на сумму 610 руб.; терминальный чек на сумму 610 руб.; почтовая квитанция от 15.08.2016 на сумму 60 руб. 74 коп.

В связи с тем, что требования истца предъявлены правомерно, судебные издержки подлежат взысканию в размере 670 руб. 74 коп., в остальной части суд отказывает, в связи с недоказанностью.

В соответствии с позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 04.02.2014 №9189/13 в условиях, когда в законе указан минимальный и максимальный размер компенсации, а также предусмотрено право суда определять конкретный размер компенсации исходя из перечисленных выше критериев нарушения, истец, заявляя исковые требования в максимальном размере, в силу статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несет риск наступления последствий совершения им процессуальных действий, который в рассматриваемом случае заключается в отнесении на истца государственной пошлины пропорционально размеру необоснованно заявленной компенсации.

Между тем, по настоящему делу, истцом заявлена минимальная сумма компенсации за нарушение исключительных прав на каждый товарный знак. Суд, с учетом обстоятельств дела, снизил размер компенсации ниже пределов, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Таким образом, с учетом позиции  Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ в случае, когда обоснованное конкретным расчетом требование истца о взыскании компенсации было уменьшено по усмотрению суда, такое уменьшение не должно влиять на определение размера судебных расходов, взыскиваемых с ответчика в пользу истца, который эти расходы фактически понес.

Таким образом, судебные расходы возлагаются на ответчика.

Расходы по государственной пошлине подлежат отнесению на ответчика согласно положениям статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании статей 1225, 1226, 1229, 1477, 1482, 1484, 1515 ГК РФ, руководствуясь ст. ст. 27, 65, 71, 110,  167 - 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд                                                          



Р Е Ш И Л:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «АВТОМИР», г. Бийск в пользу Общества с ограниченной ответственностью «РУСМАШ», г. Электросталь 30 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак, 610 руб. стоимости вещественного доказательства, 60 руб. 74 коп. почтовых расходов, а также 2 000 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

В остальной части требований отказать.


Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в апелляционную инстанцию – Седьмой арбитражный апелляционный суд,  г. Томск в течение месяца со дня принятия решения.


Судья                                                                                                            О.В. Фролов