Решение от 15 июня 2021 г. по делу № А75-245/2021

Арбитражный суд

Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

ул. Мира, д. 27, г. Ханты-Мансийск, 628011, тел. (3467) 95-88-71, сайт http://www.hmao.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А75-245/2021
15 июня 2021 г.
г. Ханты-Мансийск


Резолютивная часть решения объявлена 07 июня 2021 г.

Полный текст решения изготовлен 15 июня 2021 г.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры в составе судьи Инкиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению акционерного общества «РН-Няганьнефтегаз» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 628183, Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, <...>)к обществу с ограниченной ответственностью «СГК-Бурение» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 123298, <...>) о взыскании 1 421 204 рублей 45 копеек,

с участием представителей сторон:

от истца - ФИО2 по доверенности от 01.01.2021,

от ответчика - ФИО3 по доверенности от 01.01.2021,

установил:

акционерное общество «РН-Няганьнефтегаз» (далее - истец, АО «РН-Няганьнефтегаз») обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с иском к акционерному обществу «СГК-Бурение» (далее - ответчик, АО «СГК-Бурение»)о взыскании убытков в размере 1 421 024 рублей 45 копеек.

В обоснование своих требований истец ссылается на ненадлежащее исполнение условий договора на выполнение работ по бурению скважин от 09.11.2016 № 7410416/0868Д.

По утверждению истца, при исполнении договора ответчиком допущено непроизводительное время (далее - НПВ), что повлекло расходы истца на оплату вынужденного простоя и дополнительных работ/услуг иных подрядных организаций на скважине № 51745 кустовой площадки № 586 Красноленинского месторождения, Талинская площадь.

Ответчик в отзыве признал факт состоявшегося НПВ по его вине, однако не согласился с расчетом исковых требований.

Протокольным определением суда от 11 апреля 2021 года судебное заседание отложено на 07 июня 2021 года в 15 часов 00 минут.

Представитель истца исковые требования поддержал.

Представитель ответчика требования не признал.

Суд, заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, между истцом (заказчик)и ответчиком (подрядчик) заключен договор на выполнение работ по бурению скважинот 09.11.2016 № 7410416/0868Д в ред. дополнительного соглашения от 16.09.2020 № 18 (л.д. 12-94 т. 1), по условиям которого по заданию заказчика исполнитель обязуется оказать услуги по бурению скважин в соответствии с условиями настоящего договора, в объеме и в сроки, определенные в наряд-заказах и соответствующих заявках, составленных в соответствии с разделом 3 настоящего договора, а заказчик обязуется принять оказанные услуги и оплатить их в соответствии с разделом 4 настоящего договора (пункт 2.1 раздела 1 договора).

Стоимость услуг согласована сторонами в пункте 5 раздела 1 договора.

Согласно пункту 3.1.4 раздела 2 договора исполнитель выполняет все свои обязательства по договору и оказывает услуги с той должной мерой заботы, осмотрительности и компетентности, каких следует ожидать от пользующегося хорошей репутацией исполнителя, имеющего опыт оказания услуг, предусмотренных в договоре.

Согласно пункту 20.1 раздела 2 договора исполнитель заявляет и гарантирует, что будет применять все необходимые навыки, проявлять осторожность и усердие во время оказания услуг в соответствии с требованиями настоящего договора и принятыми в международном масштабе надлежащими стандартами деятельности нефтепромыслов и методами оказания услуг.

В соответствии с пунктом 3.1.6 раздела 2 договора стороны согласовали, что заказчик сохраняет за собой право заключать с любой сервисной компанией договоры на выполнение работ или оказание услуг одновременно с услугами исполнителя на площадке. Исполнитель предоставляет заказчику и сервисной компании (сервисным компаниям) доступ и возможность выполнять их работу и сотрудничает с сервисными компаниями.

Как следует из содержания главы 1 «Определения» раздела 1 договора под сервисными компаниями понимаются любые юридические лица, кроме исполнителя, которые заключили контракты с заказчиком и привлечены заказчиком для оказания услуг или выполнения работ на площадке или привлечены заказчиком для оказания услуг или выполнения работ в связи с работами.

По условиям пункта 8.1.1 раздела 2 договора за неисполнение ли ненадлежащее исполнение своих обязательств стороны несут ответственность в соответствии с применимым правом и положениями договора.

Пунктом 8.5 раздела 2 договора установлено, что в случае простоя сервисных компаний по вине подрядчика подрядчик выплачивает компании полную стоимость такого простоя.

В приложении № 4.2 к договору стороны конкретизировали, что при необходимости повторного выполнения работ (перебуривания части ствола скважины и т.п.), а также связанных с перебуриванием сопутствующих технологических операций, необходимость которых происходит по вине подрядчика, производится за счет подрядчика (л.д. 82-84 т. 1).

Подрядчиком допущено НПВ на скважине № 51745 кустовой площадки № 586 Красноленинского месторождения, Талинская площадь вследствие многочисленных случаев ремонта бурового оборудования.

По данному факту составлен акт на непроизводительное время с 02.03.2017 по 09.04.2017, который подписан представителем ответчика с замечанием о несогласии без указания конкретных причин (л.д. 95 т. 1).

Как указывает истец, в связи с необходимостью оплаты сервисным подрядчикам вынужденных выполненных ими в период НПВ дополнительных работ/услуг и простоя на объекте, возникшего по вине ответчика, он понес убытки.

Досудебными претензиями, направленными в адрес ответчика, истец потребовал возместить понесенные убытки.

В ответ на претензию ответчик согласился с размером убытков в сумме 1 421 204 рублей 45 копеек.

Истец принял позицию ответчика и скорректировал размер убытков до 1 421 204 рублей 45 копеек. Однако реального возмещения со стороны ответчика не последовало.

Означенные обстоятельства послужили основанием обращения истца в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

При рассмотрении дела судом установлено, что факт допущенного НПВ в спорный период по вине АО «СГК-Бурение» ответчиком не оспаривается, признан в отзыве на иск. Разногласия сторон касаются расчета убытков, понесенных истцом.

По утверждению ответчика, в расчет убытков истца необоснованно включена стоимость выполненных/оказанных сервисными компаниями работ/услуг в пределах согласованного срока нормативного строительства скважины. По мнению ответчика, оплата таких работ/услуг была бы понесена истцом независимо от НПВ на объекте. Пункт 8.5 раздела 2 договора предусматривает оплату только простоя сервисных компанийпо вине подрядчика.

Между тем суд считает несостоятельными доводы ответчика по следующим мотивам.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что защита нарушенных прав осуществляется, в том числе, путем возмещения убытков.

Согласно пункту 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего ГК РФ. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно пункту 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

На основании пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление № 7), если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В пункте 5 Постановления № 7 Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

При принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии со статьей 8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) обстоятельства дела, которые согласно закону могут быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

По правилам части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 1 статьи 64, статьям 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В обоснование заявленных требований истец указывает на то, что ему причинен реальный ущерб в виде оплаты стоимости дополнительных работ/услуг сервисных подрядчиков в период НПВ ответчика и вынужденного простоя, поскольку персонал сервисных подрядчиков находится на скважине круглосуточно, а непроизводительное время, допущенное по вине ответчика, влечет увеличение времени нахождения сервисных подрядчиков на скважине, и как следствие, необходимость оплаты им данного времени (услуг). Факт НПВ по вине ответчика повлек за собой увеличение затрат истца на сумму 1 421 024 рубля 45 копеек ввиду принятия и оплаты дополнительных работ/услуги времени простоя сервисных компаний.

Как следует из материалов дела, при проведении работ на скважине № 51745 кустовой площадки № 586 Красноленинского месторождения Талинская площадь ответчиком допущено НПВ в количестве 165,84 часов (в период с 02.03.2017 по 09.04.2017), что подтверждается актом непроизводительного времени от 09.04.2017, подписанным представителем ответчика с замечанием о несогласии без указания конкретных причин.

Факт допущенного НПВ в указанном количестве по вине ответчика подтверждается актом КС-2 о приемке выполненных работ от 20.04.2017 № 117/3, справкой о стоимости от 20.04.2017 № 117/3, актом подтверждения выполненных работ за период с 20.03.2016 по 09.04.2017, балансом времени, финальным отчетом по скважине, счетом-фактурой от 20.04.2017 № 117/3, платежным поручением от 21.06.2017 № 98065,из которых следует, что время НПВ в количестве 165,84 часов, зафиксированное актом НПВ, в силу п. 8.3.5 раздела 4, п. 8 (b) приложения № 4.2 договора подрядчикуне оплачивалось. При этом возражений относительно неоплаты работ со стороны ответчика истцу не поступало, первичные документы составлены и направлены ответчиком для оплаты с учетом исключения НПВ в количестве 165,84 часов.

В результате допущенного НПВ истец понес убытки в размере 1 421 204 рублей 45 копеек согласно следующему расчету:

- 117 469 рублей 45 копеек (без учета НДС) за оказание ООО «Геоконтроль» услуг по геолого-технологическим исследованиям, что подтверждается счетами-фактурами от 21.03.2017 № 136, от 21.04.2017 № 285, актами КС-2 о приёмке выполненных работ от 21.03.2017 № 136, от 21.04.2017 № 285, справками о стоимости выполненных работ от 21.03.2017 № 136, от 21.04.2017 № 285, платежными поручениями от 09.06.2017 № 98060, от 05.07.2017 № 99754;

- 1 203 540 рублей (без учета НДС) за оказание ООО «Везердорф» услуг по наклонно-направленному бурению, что подтверждается счетом-фактурой от 20.06.2017 № 1461/13, актом КС-2 о приёмке выполненных работ от 20.06.2017 № 1461/13, актомо приемке работ за период с 22.05.2017 по 20.06.2017, справкой о стоимости выполненных работ и затрат № 1461/13 от 20.06.2017, платежным поручением от 29.09.2017 № 106294;

- 100 195 рублей 00 копейки (без учета НДС) за оказание ООО «Бейкер-Хьюз» услуг по сервисному сопровождению буровых растворов, что подтверждается счетом-фактурой от 10.04.2017 № 907926050, актом КС-2 о приемке выполненных работ от 10.04.2017№ 907926050, справкой о стоимости выполненных работ затрат от 10.04.2017№ 907926050, актом приемки выполненных работ за период с 23.02.2017 по 09.04.2017, платежным поручением от 08.06.2018 № 97867.

Достоверность представленных истцом документов, как доказательств по делу, ответчиком не опровергнута, о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 АПК РФ не заявлено.

Согласно статье 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как отмечено выше, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

В договоре между сторонами отсутствуют условия о том, что простои, допущенные подрядчиком в пределах согласованных сроков строительства, являются основаниями для уменьшения либо исключения гражданско-правовой ответственности подрядчика перед заказчиком в виде возмещения убытков.

Исходя из условий договора, воля сторон была направлена на бесперебойнуюи безаварийную работу подрядчика, на полное возмещение убытков заказчику, возникших по вине подрядчика (исходя из совокупного толкования пункта 8.5 раздела 2 договораи содержания условий приложения № 4.2 к договору (пункт 1 примечаний)).

Иными словами, непрерывный процесс бурения скважины обеспечивается взаимосвязанными действиями бурового подрядчика (ответчика по настоящему спору)и сервисных подрядчиков, в связи с чем, простой одного из подрядчиков влечет простой остальных подрядчиков, которые в период простоя (в период НПВ) на объекте находятся, но непосредственно свои функции не имеют возможности выполнять по вине лица, допустившего НПВ, либо выполняют незапланированные объемы работ, в том числе по устранению последствий допущенных инцидентов.

При ограничении права заказчика на возмещение убытков периодом, выходящим за пределы согласованного срока нормативного строительства скважины, ответчик неправомерно освобождается от ответственности за ненадлежащее выполнение договорных обязательств по недопущению простоев в его работе до даты окончания строительства скважины.

Следовательно, механизм расчета убытков, предложенный ответчиком, а именно - только в случае, когда НПВ, допущенное по вине АО «СГК-Бурение», превысило согласованный срок нормативного строительства скважины, не соответствует условиям договора. Рассматриваемый договор не содержит положений о подобном расчете убытков. При этом, если следовать логике ответчика, если допущенное по вине ответчика НПВ находится в пределах срока нормативного бурения скважины, заказчик вообще не несет никаких убытков, что в свою очередь противоречит условиям договораи общегражданскому принципу полного возмещения убытков.

При этом превышение нормативного времени выполнения работ/оказания услуг - это один из показателей нарушения выполнения подрядчиком взятых на себя обязательств. В настоящем деле рассматриваются не сроки нормативного времени выполнения работ/оказания услуг, а инциденты НПВ, в результате которых заказчиком понесены непредвиденные расходы по оплате дополнительных работ либо простоя.

Довод ответчика о выполнении сервисными подрядчиками работ в период НПВ и об оплате этих работ по сервисным ставкам (не иным ставкам) - несостоятелен.

Действительно, как время простоя сервисных подрядчиков, так и время, затраченное сервисными подрядчиками на выполнение работ, оплачены заказчиком.

Как указано выше, в случае необходимости повторного выполнения работ, в том числе перебуривания части ствола скважины или в других случаях, работы (технологические операции), сопутствующие процессу перебуривания также должны проводиться. Таким образом, работы, которые проводились сервисными подрядчиками,в том числе во время НПВ, являлись незапланированными. То есть, работы, которые проводились третьими лицами, действительно были предусмотрены планом работ, но нев том количестве, в котором произведены фактически.

Более того, выполнение вынужденных работ сервисными подрядчиками в период НПВ обусловлено исполнением требований промышленной безопасности (контроль состояния скважины, подача растворов в период простоя для исключения фактов газонефтеводопроявлений и открытых фонтанов и т.д.).

В ситуации, когда повторность процесса допущена по вине подрядчика, расходы на проведение дополнительных сопутствующих работ возмещаются за счет подрядчика (приложение № 4.2 к договору (пункт 1 примечаний)).

В рассматриваемом случае требования истца основаны на периоде НПВ, который зафиксирован соответствующим актом, включен в баланс времени и акты о приемке выполненных работ за спорный период. Все документы по поводу НПВ подписаны обеими сторонами фактически без замечаний.

Из содержания акта на НПВ усматривается, что простой сервисных подрядчиков произошел по вине ответчика.

В отзыве на иск ответчик не оспаривает факт возникновения простоя по причинам,не связанным с его действиями. Ответчиком не опровергнуты доказательства его виныв допущенных периодах НПВ, кроме того, материалами дела подтверждается фактическое признание ответчиком продолжительности периода НПВ, его вина, согласие с оплатой работ с учетом исключения периода НПВ из времени работы АО «СГК-Бурение» на скважине истца.

Таким образом, период НПВ по вине ответчика истец был вынужден оплачивать сервисным компаниям.

Указанное подтверждает наличие причинно-следственной связи между допущенным НПВ по вине ответчика и затратами истца, учитывая, что бурение на скважине осуществлялось на условиях раздельного сервиса. Допущение буровым подрядчиком НПВ не могло служить основанием для освобождения истца, как заказчика,от обязанности оплат дополнительных работ/услуг и вынужденного простоя сервисных компаний. Причинно-следственная связь между простоем по вине ответчика и затратами истца следует из того, что спорная скважина строилась с привлечением специализированных подрядчиков для выполнения работ/оказания услуг по обеспечению процесса бурения сопутствующими сервисами.

Расходы, понесённые истцом, не могут признаваться расходами в рамках обычной хозяйственной деятельности; оплата соответствующих работ/услуг сервисных подрядчиков произведена сверх необходимого объёма в рамках договорных отношенийс ними; объективная необходимость проведения данных работ, а также их стоимость, мотивированно ответчиком не оспорены.

На основании вышеизложенного, проанализировав представленные истцом акты о приемке выполненных работ, справки о стоимости работ и затрат, подписанные заказчиком и привлеченными специализированными подрядчиками, платежные поручения, суд приходит к выводу о том, что взыскание убытков - затрат, возникших у истца в связи с оплатой вынужденного простоя и работ/услуг сервисных подрядчиковв период НПВ, допущенного по вине ответчика, то есть в результате нарушений условий договора о бесперебойной работе на скважине, обосновано.

Кроме того, в ответе от 19.12.2018 о рассмотрении претензионных писемАО «СГК-Бурение» признало обоснованной сумму убытков в размере 1 421 204 рублей45 копеек, обязалось произвести компенсацию затрат АО «РН-Няганьнефтегаз»в указанном размере при представлении документов, подтверждающих факт оплаты дополнительных затрат сервисному подрядчику ООО «Везерфорд» (платежные поручения) (л.д. 108, 109 т. 2).

В материалы дела платежные документы представлены, между тем ответчик стал отрицать обоснованность предъявляемых к нему требований в сумме 1 421 204 рублей45 копеек.

Однако такое поведение ответчика является непоследовательным, противоречивым, в связи с чем к спорным правоотношениям сторон подлежит применению принцип «эстоппель» (estoppel), который означает лишение стороны в споре права ссылаться на какие-либо факты, оспаривать или отрицать их ввиду ранее ею же сделанного заявления об обратном в ущерб противоположной стороне в процессе судебного/арбитражного разбирательства, применение которой означает утрату права на защиту посредством лишения стороны права на возражение.

Данное понятие указывает на то, что поведение стороны для оценки ее добросовестности нужно рассматривать во времени, в некой хронологической протяженности, учитывая последовательность либо непоследовательность действий, возражений и заявлений этой стороны.

Переменчивое поведение хоть и не является гражданским правонарушением,но это явление небезразлично праву, так как лицо, изменив выбранный ранее порядок поведения, получает преимущество по сравнению с теми лицами, которые следуют своему предшествующему поведению и отношению к юридическим фактам.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Для принципа «эстоппель» характерен анализ сложившейся ситуациии обоснованности действий лица, которое полагалось на заверения своего контрагента. При этом совершенно не важно, понимало ли лицо, что оно своими действиями вводитв заблуждение своего контрагента, а также сознавало ли оно возможные последствия своих действий, в случае с эстоппелем значение имеют лишь фактические действия стороны, а не ее намерения.

Главная задача принципа «эстоппель» состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательностив поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положиласьна определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Таким образом, основу принципа «эстоппель» составляет двуединство принципов справедливости и добросовестности при приоритете последнего.

К поведению, противоречащему добросовестности и честной деловой практике, относится поведение, не соответствующее предшествующим заявлениямили поведению стороны, при условии, что другая сторона разумно положилась на них.

В настоящем случае, из имеющейся в материалах дела переписки усматриваются намерения подрядчика возместить заказчику понесенные им убытки в сумме 1 421 204 рублей 45 копеек, на что и полагался истец.

В данной связи, последующее поведение ответчика нельзя признать добросовестным.

Представление суду утверждающим лицом доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для выводао соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

По результатам анализа и оценки доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ суд разрешает спор в пользу стороны, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника (определение Верховного Суда Российской Федерацииот 27.12.2018 № 305-ЭС17-4004).

Таким образом, в данном случае, суд принимает позицию истца, доказательства которого, представленные в материалы дела в подтверждение наличия на сторонеАО «РН-Няганьнефтегаз» убытков в заявленном размере, преобладают над доказательствами ответчика.

Поскольку размер убытков подтвержден материалами, суд считает исковые требования о взыскании убытков в размере 1 421 204 рублей 45 копеек законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению.

В соответствии со статьями 101, 110, 112 АПК РФ суд относит судебные расходы истца по оплате государственной пошлины на ответчика.

Учитывая изложенное, руководствуясь статьями 9, 16, 64, 65, 71, 167, 168, 169, 170, 171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «СГК-Бурение» в пользу акционерного общества «РН-Няганьнефтегаз» 1 421 204 рубля 45 копеек - сумму убытков, а также 27 212 рублей - судебные расходы по уплате государственной пошлины.

Настоящее решение может быть обжаловано в Восьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы. Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в суд кассационной инстанции при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

В соответствии с частью 5 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа и подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи.

Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры разъясняет, что в соответствии со статьей 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения, вынесенного в виде отдельного судебного акта, на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья Е.В. Инкина