Решение от 25 апреля 2024 г. по делу № А33-17581/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

25 апреля 2024 года

Дело № А33-17581/2023

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена 18 апреля 2024 года.

В полном объеме решение изготовлено 25 апреля 2024 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Красовской С.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску Андер Армор, ИНК (Under Armour, INK)

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки, расходы на почтовые отправления,

в судебном заседании присутствуют:

от ответчика: ФИО1, индивидуальный предприниматель, личность удостоверена паспортом,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Заикиной А.В.,

установил:

Андер Армор, ИНК (Under Armour, INK) (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки в размере 200 000 рублей; расходы на почтовые отправления в размере 85 рублей 12 копеек.

Определением от 23.06.2023 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства.

Определением от 16.08.2023 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Компания Кельвин Кляйн Трейдмарк Траст (Calvin Klein Trademark Trust) (далее — «Истец») является правообладателем товарных знаков, зарегистрированных в том числе в отношении товаров 03, 09, 14, 16, 18, 21, 24, 25, 40 классов МКТУ – в т.ч. одежда, обувь, головные уборы, сумки, рюкзаки (далее — «Товарные знаки»):

- зарегистрированный в Роспатенте под № 486206;

- зарегистрированный в Роспатенте под № 635229;

- зарегистрированный в Роспатенте под № 698077;

- зарегистрированный в Роспатенте под № 449411;

- зарегистрированный в Роспатенте под № 458268.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 30.11.2022 по делу № А33-24641/2022 ИП ФИО1 привлечен к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст.14.10 КоАП Российской Федерации, в связи с установленным фактом реализации контрафактных товаров, индивидуализированных Товарными знаками в магазине «Evro Fashion», расположенной на первом этаже ТК «Сибирский городок», находящегося по адресу: <...>.

На основании оценки материалов дела судом было установлено, что реализуемая Ответчиком продукция имеет признаки контрафактности.

Использование товарных знаков без разрешения правообладателя, в т.ч. при реализации контрафактной продукции, нарушает его исключительное право.

В целях восстановления нарушенного исключительного права на Товарные знаки, в рамках досудебного урегулирования спора Истцом в адрес Ответчика была направлена досудебная претензия с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на Товарные знаки, однако претензия не была получена и возвращена отправителю в связи с истечением срока хранения.

На основании изложенного истец обратился в Арбитражный суд с настоящим иском.

В материалы дела поступил отзыв ответчика на исковое заявление, согласно которому ответчик иск не признает, возражая против удовлетворения заявленных требований указывает:

- имеются основания для снижения размера компенсации, истцом нарушены принципы размерности, справедливости, необходимости сохранения баланса интересов прав и законных интересов сторон, принципа соразмерности компенсации последствиям нарушения

- размер компенсации должен быть определен исходя из стоимости правомерного пользования исключительными правами на товарные знаки Under Armour;

- ответчик просит уменьшить размер компенсации до 10 000 руб.

- при определении размера компенсации ответчик просит учесть стоимость контрафактного товара, установленную ответчиком для реализации: брюки - 2 400 руб., футболки - 1 900 руб., общий размер предполагаемой выручки ответчика от реализации контрафактного товара -13 400 руб. (за брюки в количестве 4-х шт. - 9 600 руб. и за футболки в количестве 2 -х шт. - 3 800 руб.); стоимость оригинального товара в указанном количестве, существующую у истца, которая бы определяла реальный размер убытков ответчика от допущенного ответчиком нарушения прав истца; совершение ответчиком впервые нарушения исключительных прав истца на «Under Armour»; незначительное количество контрафактного товара; отсутствие факта реализации контрафактного товара, в связи с его полным изъятием;

- ходатайствуя о снижении размера компенсации ответчик указывает, что он-ответчик является субъектом малого предпринимательства, не имеет задолженности по налогам и сборам.

- ответчиком факт нарушения признается, ответчик указывает, что нарушение носит разовый характер, не является грубым нарушением исключительного права и не является существенной частью предпринимательской деятельности ответчика, что видно из справки ответчика;

- на иждивении ответчика находятся ребенок - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (свидетельство о рождении № 786924 от 22.06.2023) и супруга - ФИО3 (свидетельство о заключении брака № 782136 от 16.06.2023), не занятая трудовой деятельностью в связи с занятостью в воспитании совместно с ответчиком ребенка;

- супруга ответчика является должником по кредитным договорам <***> От 16.12.2021, сумма кредита - 3 800 000 руб., и № 768372 от 12.04.2023, сумма кредита - 500 672,91 руб.

- размер заявленной к выплате компенсации, явно многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков, учитывая, что истец не представил обоснованный и подтвержденный доказательно расчет размера возможных убытков от действий ответчика. Приведенные ответчиком доводы в обоснование размера компенсации носят крайне абстрактный, общий характер.

- товарные знаки «Under Armour» на контрафактных товарах размещен третьим лицом без согласия ответчика. Спорный товар согласно пояснений ответчика приобретен у третьего лица.

- до обнаружения контрафактного товара и до обращения истца в суд с настоящим иском, истец ответчику требований о недопущении нарушений прав истца не предъявлял, это к вопросу о добросовестности истца, учитывая, что аналогичные споры, стороной которых является истец носят крайне массовый характер.

От истца в материалы дела поступили возражения на доводы изложенные ответчиком.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными настоящим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак

При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака, в том числе, на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации (пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 3 той же статьи предусмотрено, что никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

По смыслу статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта, может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности»).

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российского Федерации, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения.

Материалами дела подтверждается и ответчиком не оспаривается, что истец обладает исключительными правами на товарные знаки № 486206, № 635229, № 698077, № 449411, № 458268.

Согласно пункту 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю.

При этом, суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется. При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая, в том числе, от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 30.11.2022 по делу № А33-24641/2022 ИП ФИО1 привлечен к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст.14.10 КоАП Российской Федерации, в связи с установленным фактом реализации контрафактных товаров, индивидуализированных Товарными знаками в магазине «Evro Fashion», расположенной на первом этаже ТК «Сибирский городок», находящегося по адресу: <...>.

Решение по делу № А33-24641/2022 не оспорено, на момент обращения истца в Арбитражный суд с настоящим иском вступило в законную силу

На основании оценки материалов дела судом было установлено, что реализуемая Ответчиком продукция имеет признаки контрафактности.

Как указывает ответчик по тексту своего отзыва ответчиком факт нарушения признается.

Исследовав представленные в материалы дела фотографии контрафактного товара Арбитражный суд приходит к выводу, что указанный товар (штаны и футболки) не содержат сходного до степени смешения изображения с товарным знаком №635229.

Иного из материалов дела не следует и истцом не доказана, в материалы дела не представлена фотография товара с нанесением изображения вышепоименованного товарного знака.

С учетом изложенного, компенсация за нарушение исключительного права на товарный знак №635229 с ответчика в рамках настоящего дела не подлежит.

Оценив сходность реализованного ответчиком товара с товарными знаками, поименованными выше, руководствуясь общим восприятием не отдельных элементов, а объектов авторских прав в целом (общим впечатлением), учитывая не только визуальное сходство, но и различительную способность, суд усматривает возможность реального их смешения в глазах потребителей.

Поскольку для признания сходства достаточно уже самой опасности, а не реального его смешения в глазах потребителей, суд полагает, что образец товара сходен до степени смешения с товарными знаками.

Доказательства, подтверждающие передачу ответчику исключительных прав на использование вышеуказанных товарных знаков, в материалах дела отсутствуют. В связи с чем, суд считает доказанным факт нарушения ответчиком исключительных прав истца.

Ответчик, выражая против удовлетворения исковых требований указывает, что товарные знаки «Under Armour» на контрафактных товарах размещен третьим лицом без согласия ответчика. Спорный товар согласно пояснений ответчика приобретен у третьего лица.

Согласно пункту 91 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10, предложение к продаже экземпляра произведения охватывается правомочием на распространение произведения (подпункт 2 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ). Действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего (п.7. информационного письма Президиума ВАС РФ № 122 от 13.12.2007). Соответственно, распространение произведения (продажа, предложение к продаже) является самостоятельным видом нарушения исключительных прав вне зависимости от того, кто изготовил контрафактный экземпляр произведения.

Согласно пункту 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" действия лица по распространению контрафактных экземпляров произведения образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих экземпляров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего. Действия ответчика по распространению контрафактных товаров образуют самостоятельное нарушение исключительного права.

Согласно п. 156 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» способы использования товарного знака, входящие в состав исключительного права в силу положений п. 1 и 2 ст. 1484 ГК РФ, не ограничиваются лишь изготовлением товаров с размещением на них этого товарного знака.

Исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак.

Таким образом, для рассмотрения настоящего спора не имеет правового значения вопрос о том, был ли изготовлен реализованный Ответчиком спорный товар самим Ответчиком или иным лицом, а также каким образом данный товар был приобретён или получен Ответчиком, продажа контрафактного товара – самостоятельное нарушение

С учетом изложенного, довод ответчика отклоняется судом.

Ответчик указывает, что продажа спорных товаров не является существенной частью его предпринимательской деятельности.

Отклоняя указанный довод суд указывает, что код деятельности по ОКВЭД, указанный в ЕГРИП, не ограничивает лицо в осуществлении иной деятельности, что подтверждается письмом ФНС России от 22.08.2019 № СА-17-2/229@, то есть Ответчиком в равной степени могут реализовываться и иные товары. Согласно видеозаписи, представленной в материалы дела, следует, что в торговой точка ответчика представлен широкий ассортимент игрушек, что также учитывается судом при оценке характера и масштаба допущенного нарушения.

На основании пункта 3 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не установлено настоящим Кодексом, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Деятельность ответчика является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих. Следовательно, он подлежит привлечению к ответственности за нарушение исключительных прав и при отсутствии его вины.

Доказательств того, что распространение спорного товара производилась с согласия его правообладателя, ответчиком не представлено, в связи с чем суд находит действия ответчика неправомерными, нарушающими исключительные права истца на произведения.

В силу пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака

В соответствии с пунктом 61 Постановления N 10 заявляя требование о взыскании компенсации в размере от 10 тысяч до 5 миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Согласно пункту 62 названного Постановления рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданского кодекса Российской Федерации.

По требованиям о взыскании компенсации в размере от 10 тысяч до 5 миллионов рублей суд определяет сумму компенсации, исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и обязательно подтверждено соответствующими доказательствами.

Истец в рассматриваемом иске заявил требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Размер суммы взыскиваемой компенсации определен истцом - 200 000 рублей за 5 охраняемых товарных знаков.

Вместе с тем, как ранее указано судом компенсация за нарушение исключительного права на товарный знак №635229 с ответчика в рамках настоящего дела не подлежит, поскольку истцом не доказан факт нарушения исключительного права в отношении указанного товарного знака.

Также суд полагает, что в данном случае имеет место группа (серия) знаков одного правообладателя, которые должны рассматриваться как одно нарушение.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 33 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), если защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента, имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков, то нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение.

Товарные знаки составляют группу (серию), если отвечают в совокупности следующим критериям: зависимы друг от друга; связаны между собой наличием одного и того же доминирующего элемента; имеют фонетическое и семантическое сходство; между знаками существуют незначительные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков.

Под серией товарных знаков понимается, как правило, три и более товарных знака, принадлежащих одному правообладателю, в основе которых лежит один элемент.

Элемент, положенный в основу серии товарных знаков, может быть как словесным, так и изобразительным, а также представлять собой комбинированное обозначение.

Вместе с тем, для вывода о том, что элемент образует серию товарных знаков, принадлежащих одному производителю, необходимо, чтобы такой доминирующий элемент повторялся во всех товарных знаках.

При этом следует учитывать, что в пункте 33 Обзора от 23.09.2015 речь идет не только о серии знаков, но и о группе знаков. Более того, в качестве примера в этом пункте приведено дело о защите прав на два товарных знака. В связи с этим полагается, что пункт 33 Обзора от 23.09.2015 применим и к ситуации, когда у истца отсутствует серия товарных знаков, но есть группа из двух товарных знаков, если они подпадают под критерии, сформулированные в тезисе этого пункта.

Кроме того, следует иметь в виду, что в случае обращения истца в суд за защитой исключительных прав на несколько товарных знаков помимо пункта 33 Обзора может быть применен абзац второй пункта 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации".

В соответствии с указанным пунктом постановления в отношении товарных знаков следует учитывать, что если защищаемые права на товарные знаки фактически устанавливают охрану одного и того же обозначения в разных вариантах, имеют графические отличия, не изменяющие существо товарного знака, и вне зависимости от варианта воспроизведения обозначения в глазах потребителей воспринимаются как одно обозначение, которое сохраняет свою узнаваемость, то одновременное нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение.

Из смысла и содержания пункта 33 Обзора от 23.09.2015 следует, что вопрос признания товарных знаков одной серией может быть разрешен судом без заявления ответчика по собственной инициативе.

Как отмечалось ранее, истец просит взыскать компенсацию за нарушение ответчиком исключительных прав на товарные знаки: № 486206, № 635229, № 698077, № 449411, № 458268.

В подтверждение исковых требований истец представил в материалы дела выписка из реестра товарных знаков Роспатента по вышеуказанным товарным знакам.

Исследовав и оценив представленные истцом в материалы дела доказательства, в том числе фотографии контрафактных товаров, суд приходит к выводу, что в данном случае товарные знаки № 486206, № 698077, № 449411, № 458268. составляют группу (серию) товарных знаков и представляют собой одно нарушение.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 33 Обзора от 23.09.2015 товарные знаки являются группой (серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента.

Суд отмечает, что три товарных знака указанных истцом в исковом заявлении связаны одним доминирующим элементом - словесное обозначение Under Armour и графическим изображением, зависят друг от друга (в связи с чем воспроизведение одного из товарных знаков неизбежно означает использование всех знаков серии). UA сокращение от словесного обозначения Under Armour, в связи с чем также попадает под критерий вхождения в одну группу товарных знаков.

При изложенных обстоятельствах, суд полагает, что компенсация в данном случае подлежит взысканию за одно нарушения.

Аналогичная позиция изложена в постановлении Третьего арбитражного апелляционного суда от 01.03.2024 по делу №А33-12727/2023.

Также ответчиком заявлено о снижении размера компенсации до суммы 10 000 руб.

Из пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Аналогичный, по сути, подход отражен и в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, согласно которому при взыскании на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсации за незаконное использование товарного знака суд определяет ее размер не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П высказана правовая позиция, согласно которой суды при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения вправе снижать размер компенсации ниже предела, установленного абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в названном Постановлении указал, что пункт 3 статьи 1252 ГК Российской Федерации во взаимосвязи с другими положениями данного Кодекса, включая его статьи 1301, 1311 и 1515, закрепляет в числе прочего правила, которыми должен руководствоваться суд при определении размера компенсации в случае, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации: в таких случаях размер компенсации определяется судом - в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости - за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации; если же права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации может быть снижен судом ниже пределов, установленных данным Кодексом.

Поскольку, как следует из абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий размер компенсации при этом все равно не должен составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения, не исключаются ситуации, при которых определяемая на основании указанных норм Гражданского кодекса Российской Федерации мера ответственности за однократное нарушение исключительных прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации - даже принимая во внимание его характер и последствия, а также другие обстоятельства дела - может оказаться чрезмерной, не отвечающей требованиям разумности и справедливости. Причем, если применение подобной санкции к нарушителю - юридическому лицу обычно не приводит к непропорциональному вторжению в имущественную сферу его участников - физических лиц, то в отношении индивидуального предпринимателя оно не исключает возложение на нарушителя столь серьезных имущественных обязательств, что их исполнение, в свою очередь, может не только поставить под сомнение продолжение им предпринимательской деятельности (что само по себе можно рассматривать как конституционно допустимое следствие совершенного правонарушения), но и крайне негативно отразиться на его жизненной ситуации. При этом - учитывая, что в силу статьи 24 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание, - последствия применения данной санкции сохраняются для нарушителя даже после прекращения им предпринимательской деятельности.

Между тем как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, вводимые федеральным законодателем ограничения должны обеспечивать достижение конституционно значимых целей и не быть чрезмерными; принцип соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, относящийся к числу общепризнанных принципов права, нашедших отражение в Конституции Российской Федерации, предполагает дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Вместе с тем нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану государством достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство.

Таким образом, в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П высказана правовая позиция, согласно которой суды при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения вправе снижать размер компенсации ниже предела, установленного абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2019 № 302-ЭС19-852 по делу № А33-19994/2018, суд указал, что определяя размер компенсации, с учетом ходатайства ответчика и наличия у него статуса индивидуального предпринимателя суд исходил из принципов разумности и справедливости, характера допущенного нарушения, срока незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степени вины нарушителя, отсутствия доказательств причинения истцу убытков и доказательств неоднократности совершения ответчиком аналогичных нарушений.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации.

После установления размера компенсации, рассчитанного на основании приведенных норм права, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Таким образом, применение абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика и при наличии доказательств, подтверждающих наличие оснований для снижения компенсации ниже минимального предела.

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации.

Вместе с тем, судом установлено, согласно сведениям с сайта «kad.arbitr.ru» ранее ответчик неоднократно привлекался к ответственности за нарушение исключительных прав иных правообладателей (помимо настоящего дела) в рамках дел А33-22498/2021, А33-3469/2022, на основании чего судом сделан вывод о систематичности противоправной деятельности ответчика.

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ответчиком предпринимались необходимые меры и была проявлена разумная осмотрительность с тем, чтобы избежать незаконного использования права, принадлежащего другому лицу. Предпринимателем не представлено доказательств наличия совокупности критериев, изложенных в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П, равно как и не представлено достоверных доказательств, явно свидетельствующих о возможности подобного снижения по изложенным критериям.

Аналогичным образом, ответчиком не доказано превышение размера убытков, заявляемых истцом, которые поддаются исчислению с разумной степенью достоверности.

Вместе с тем, приведенные ответчиком доводы в обоснование необходимости снижения размера компенсации (отсутствие грубого характера нарушений, наличие на иждивении несовершеннолетних детей, наличие кредитов у супруги ответчика) не являются безусловным основанием для снижения размера компенсации ниже заявленной истцом суммы, при том, что ответчиком не было представлено надлежащих доказательств проявления им разумной осмотрительности во избежание незаконного использования права, принадлежащего другому лицу.

Приведенный ответчиком довод в обоснование необходимости снижения размера компенсации относительно того, что ИП ФИО1 является субъектом малого предпринимательства, не являются безусловным основанием для снижения размера компенсации. Фактически из имеющихся документов невозможно провести анализ финансово - хозяйственной деятельности ответчика.

Также судом отклоняются ссылки на незначительное количество товара как не являющаяся основанием для снижения компенсации.

Дополнительно суд отмечает, что само по себе превышение размера истребуемой истцом компенсации над стоимостью товара не является безусловным критерием для снижения компенсации. Низкая стоимость контрафактного товара не свидетельствует о чрезмерности заявленной суммы компенсации, поскольку споры, связанные с защитой интеллектуальных прав, не обусловлены стоимостью товаров, на которых без согласия и разрешения правообладателя изображены объекты интеллектуальной собственности.

Само по себе заявление ответчика о необходимости снижения размера компенсации, содержащееся в отзыве на иск, не является безусловным основанием для снижения размера компенсации. Указанная правовая позиция изложена в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 26.01.2022 по делу N А04-2068/2021.

Также судом отклоняется довод ответчика о том, что размер компенсации должен быть определен исходя из стоимости правомерного пользования исключительными правами на товарные знаки Under Armour, поскольку как ранее указано истец в рассматриваемом иске заявил требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей (подпункт 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации), ответчик же в возражениях ссылается по существу на подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации для которого действительно имеет существенное значение стоимости правомерного пользования исключительными правами на товарные знаки, в рамках же избрана истцом способа указанный критерий не обозначен как существенный.

Заявленный размер компенсации не противоречит принципу соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению как общепризнанному принципу права, предполагающему дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учет степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания.

Размер компенсации проверен судом на основании собранных по делу доказательств, отвечающих принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

Руководствуясь вышеприведенными нормами права и разъяснениями, изложенными в Постановлении № 10, оценив представленные по делу доказательства по правилам главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из характера допущенного правонарушения, учитывая осведомленность предпринимателя о недопустимости нарушения исключительных прав, а также с учетом требований разумности и справедливости, принимая во внимание, что компенсация за нарушение исключительных прав носит не только восстановительный характер, но и как любая мера юридической ответственности - превентивный и штрафной характер, суд считает, что заявленный истцом размер компенсации подлежит удовлетворению в полном объеме.

Принимая во внимание характер допущенного нарушения, степень вины нарушителя, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, учитывая вывод суда о наличии группы товарных знаков, недоказанности факта нарушения исключительного права на товарный знак №635229, одновременно с чем, судом принято во внимание многократность привлечения ответчика к ответственности за нарушение исключительных прав иных правообладателей, а также отсутствие представленной истцом калькуляции испрашиваемой суммы компенсации и неуказания истцом суммы, подлежащей взысканию за один факт нарушения, суд пришел к выводу, что в данном случае соразмерной допущенному нарушению и разумной с учетом представленных доказательств является компенсация в размере 30 000 руб. за факт нарушения

Взыскание такой суммы компенсации позволяет не только возместить стороне (истцам) убытки, в связи с неправомерным использованием, принадлежащих ему исключительных прав на произведения изобразительного искусства при осуществлении ответчиком предпринимательской деятельности, но и удержать ответчика от нарушения интересов истца в будущем.

При изложенных обстоятельствах Арбитражный суд удовлетворяет исковые требования истца частично в размере 30 000 руб.

Ответчик заявляет о том, что истец злоупотребляет своим правом и имеет своей целью финансовое обогащение.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Судом, вместе с тем, в действиях истца, обратившегося с правомерным и обоснованным иском за защитой нарушенного права не усматривается признаков злоупотребления, довод ответчика отклоняется за его необоснованностью.

Также судом отклоняется ссылка на то, что до обнаружения контрафактного товара и до обращения истца в суд с настоящим иском, истец ответчику требований о недопущении нарушений прав истца не предъявлял, к вопросу о добросовестности истца, учитывая, что аналогичные споры, стороной которых является истец носят крайне массовый характер, поскольку из материалов настоящего дела следует, что претензия в адрес ответчика направлялась. При этом суд отмечает, что правообладатель не обязан предуведомлять всех предпринимателей о наличии своего исключительного права.

На основании изложенного, доводы ответчика о снижении размера компенсации судом отклонены, равно как и доводы о злоупотреблении истцом правом.

Также истцом заявлено требование о взыскании судебных издержек в размере расходов на почтовые отправления в размере 85 руб. 12 коп.

В соответствии со статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрения дела по существу, или в определении. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможности рассмотрения арбитражным судом заявления о распределении судебных расходов в том же деле и тогда, когда оно подано после принятия судебного решения судом первой инстанции.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (части 1, 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Заявленные истцом судебные издержки в размере 85 руб. 12 коп. по мнению суда, понесены в связи с рассмотрением настоящего дела (отправкой ответчику претензии), подтверждены почтовой квитанцией на сумму 85 руб. 12 коп.

Также истцом при обращении в Арбитражный суд с настоящим иском уплачена государственная пошлина в размере 7 000 руб.

Вместе с тем, исковые требования удовлетворены судом частично (15%).

С учетом изложенного, принимая во внимание результаты рассмотрения настоящего спора, а также положения статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о пропорциональном распределении судебных расходов, Арбитражный суд признает подлежащими взысканию в пользу истца 12 руб. 76 коп. почтовых расходов, а также 1 050 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части судебных расходов Арбитражный суд отказывает по ранее изложенным обстоятельствам.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) в пользу Андер Армор, ИНК 30 000 руб. компенсации, а также 1 050 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, 12 руб. 76 коп. почтовых расходов.

В удовлетворении иска в остальной части отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

С.А. Красовская