Решение от 25 сентября 2023 г. по делу № А65-4214/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН


ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело № А65-4214/2023


Дата принятия решения – 25 сентября 2023 года.

Дата объявления резолютивной части – 18 сентября 2023 года.


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Панюхиной Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» дело по иску Общества с ограниченной ответственностью "Оптимумкессель", г.Раменское, (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Обществу с ограниченной ответственностью "Завод КриалЭнергоСтрой", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) об обязании прекратить незаконное использование словесного обозначения, о взыскании 6000000 руб. компенсации,

с привлечением в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ООО «СК Газжилсервис» ИНН <***>, ФИО2.

с участием:

от истца – ФИО3, доверенность от 24.01.2023,

от ответчика –ФИО4, доверенность от 01.01.2023, диплом,

от третьих лиц- не явились, извещены,



УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Оптимумкессель" (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Завод КриалЭнергоСтрой" (далее – ответчик) об обязании прекратить незаконное использование словесного обозначения, о взыскании 6000000 руб. компенсации.

Определением суда от 22.02.2023 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «СК Газжилсервис».

Определением от 30.03.2023 дело назначено к судебному разбирательству.

24.05.2023 от истца поступил отказ от исковых требований в части обязания прекратить незаконное использование словесного обозначения.

Определением от 24.05.2023в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2.

12.09.2023 третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте проведения судебного заседания, в судебное заседание не явились.

Истец дал пояснения, исковые требования поддержал, возражал против доводов ответчика о пропуске срока исковой давности.

Ответчик просил в иске отказать ввиду пропуска исковой давности, поддержал доводы, изложенные в отзыве на иск.

Для выяснения дополнительных обстоятельств, в порядке, предусмотренном статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в судебном заседании объявлялся перерыв до 09 час. 00 мин. 18.09.2023. Информация о перерыве была размещена на официальном сайте Арбитражного суда Республики Татарстан.

После перерыва судебное заседание объявлено продолженным путем использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», с участием представителей истца и ответчика.

Стороны поддержали позицию, изложенную ранее.

Дело рассмотрено в отсутствие третьих лиц в порядке ст. 156 АПК РФ.

Судом рассмотрено заявление истца об отказе от требования об обязании прекратить незаконное использование словесного обозначения.

Отказ от требований в этой части связан с тем, что в настоящее время ответчик фактически прекратил незаконное использование словесного обозначения «OPTIMUMKESSEL» на своем сайте.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», в соответствии с частью 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Частичным отказом от иска являются, в том числе, отказ от иска по отношению к одному из соответчиков, отказ от одного из требований, рассматриваемых совместно (например, отказ от требования о взыскании неустойки, рассматриваемого совместно с требованием о взыскании основного долга), отказ от требования о взыскании задолженности за один из периодов.

В силу п.4 ч.1 ст.150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что истец отказался от иска и отказ принят арбитражным судом.

На основании изложенного, исследовав доказательства, арбитражный суд пришел к выводу о наличии оснований для принятия отказа и прекращения производства по делу в части иска к Обществу с ограниченной ответственностью "Завод КриалЭнергоСтрой", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в части требования об обязании прекратить незаконное использование любым способом словесного обозначения «OPTIMUMKESSEL», схожего до степени смешения с товарным знаком истца по свидетельству № 629925, применительно к п.4 ч.1 ст.150 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, судом установлено следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом, истец обладает исключительными правами на товарный знак по свидетельству Российской Федерации № 629925, зарегистрированный 12.09.2017, в отношении товаров и/или услуг:

- 07 класс МКТУ - установки отопительные, котлы отопительные, парогенераторы, за исключением частей машин;

- 09 класс МКТУ - установки электрические для дистанционного управления производственными процессами, пульты управления (электричество), аппаратура для дистанционного управления, аппаратура для дистанционного управления сигналами электродинамическая;

- 11 класс МКТУ - горелки.

Как следует из материалов дела, 27 октября 2022 года истцу стало известно, что ООО «Завод Криалэнергострой» (ответчик) осуществляет незаконное использование словесного обозначения «OPTIMUMKESSEL», схожего до степени смешения с товарным знаком истца, в отношении следующих товаров: котлы и котельные, т.е. в отношении тех товаров, для которых товарному знаку истца предоставлена правовая охрана.

Факт нарушения исключительного права истца на товарный знак подтверждается письмом истца в ООО «СК Газжилсервис» (третье лицо) от 25 октября 2022 года, ответом ООО «СК Газжилсервис» от 27 октября 2022 года, копией договора поставки от 25 марта 2019 года между ООО «СК Газжилсервис» и ответчиком, предметом которого является поставка ответчиком в адрес третьего лица блочно-модульной котельной «OPTIMUMKESSEL», стоимостью 2 400 000 рублей.

Кроме того, истцом установлен факт размещения ответчиком на сайте https://krialenergo.ru товарного знака №629925, принадлежащего истцу, по адресу https://krialenergo.ru/kotly-i-kotelnye-optimumkessel/.

Факт использования товарных знаков по вышеуказанному адресу зафиксирован протоколами нотариального осмотра сайта ответчика, размещенного в сети «Интерне» по адресу: https://krialenergo.ru/kotly-i-kotelnye-optimumkessel/, от 25 ноября 2020 года и от 20 января 2023 года.

На главной странице (в ее верхней части) указанного сайта содержится обозначение «OPTIMUMKESSEL», экспонируемое применительно к товарам «котлы и котельные».

По мнению истца, ответчик, начиная с 25 ноября 2020 года, осуществляет незаконное использование словесного обозначения «OPTIMUMKESSEL», схожего до степени смешения с товарным знаком истца, в отношении следующих товаров: котлы и котельные и указанное обстоятельство подтверждено соответствующими доказательствами.

Истец, полагая, что лицом, ответственным за незаконное размещение спорных товарных знаков, является ответчик, обратился к последнему с претензией о прекращении использования товарных знаков и выплате компенсации по факту нарушения исключительных прав.

Оставление претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Исследовав материалы дела и представленные доказательства, суд находит иск обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации товарные знаки и фирменные наименования являются результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.

В соответствии с частью 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами.

В соответствии со статьей 1477 ГК РФ, на товарный знак, т.е. на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 2 названной статьи исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе.

В силу части 1 статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации. При этом никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Как указывает истец в исковом заявлении, между ООО «СК Газжилсервис» и ответчиком заключен договор поставки от 25 марта 2019 года, предметом которого является поставка блочно-модульной котельной «OPTIMUMKESSEL» стоимостью 2 400 000 рублей.

Истцом в адрес третьего лицо направлен запрос №2510-1 от 25.10.2022 с просьбой сообщить, производилась ли поставка блочно-модульной котельной «OPTIMUMKESSEL» со стороны ООО «Завод КЭС».

Письмом №27/10 от 27.10.2022 ООО «СК Газжилсервис» подтвердило факт поставки ООО «Завод КЭС» блочно-модульной котельной «OPTIMUMKESSEL» по договору поставки от 25 марта 2019 года.

При этом лицензионные договоры на использование товарного знака истца, договоры об уступке прав на товарные знаки истец с ответчиком не заключал.

Возражая против исковых требований, ответчик в отзыве на иск указал, что в соответствии с данными, представленными в Едином государственном реестре юридических лиц, единоличным исполнительным органом- генеральным директором и учредителем ООО «Оптимумкессель» - является ФИО2.

ФИО2 сотрудничал с ООО «Завод КриалЭнергоСтрой» с марта 2018 года в рамках реализации проектов по изготовлению и продаже котельного оборудования, далее, в период с 30 мая 2019 года по 21 января 2020 года состоял в трудовых отношениях с ООО «Завод КриалЭнергоСтрой» в должности менеджера по продажам, что подтверждается трудовым договором № 296/к от 30 мая 2019 года, приказом о приеме на работу № 296/к от 30.05.2019 года.

ФИО2 принимал участие и сопровождал сделку по продаже ООО «СК Газжилсервис» блочно-модульной котельной OPTIMUMKESSEL, согласовывал условия договора поставки № 17 от 25 марта 2019 года, что подтверждается ссылкой на адрес электронной почты ФИО2 d.haziev@krialenergo.ru в спецификации к договору поставки № 17 от 25 марта 2019 года.

Таким образом, приведенные выше доказательства подтверждают тот факт, что реализация оборудования под товарным знаком OPTIMUMKESSEL осуществлялась с одобрения правообладателя -единоличного исполнительного органа - генерального директора ООО «Оптимумкессель» ФИО2.

ФИО2, будучи единоличным исполнительным органом правообладателя товарного знака, состоя в трудовых отношениях с компанией ответчика, активно осуществлял деятельность по продаже котельного оборудования OPTIMUMKESSEL, инициировал публикацию рекламы на сайте ответчика http://optiimimkessel.krialenergo.ru/ (Рис Л), разрабатывал алгоритмы продаж оборудования OPTIMUMKESSEL от имени 000 «Завод КЭС» (Рис.2)., направлял в адрес контрагентов ответчика коммерческие предложения о продаже котельного оборудования., закупал комплектующие для производства оборудования OPTIMUMKESSEL за счет средств ответчика.

Кроме того, ответчик указал, что генеральный директор ООО «Оптимумкессель» - ФИО2 знал о заключении Договора поставки № 17 от 25 марта 2019 года и о публикации данных о продаже котельного оборудовании OPTIMUMKESSEL на сайте ответчика. Учитывая, что истец 14 ноября 2022 года обратился с претензией об оплате компенсации за нарушение товарного знака OPTIMUMKESSEL при заключении Договора поставки № 17 от 25 марта 2019 года, заключенным между ООО «СК Газжилсервис» и ООО «Завод КриалЭнергоСтрой», а исковое заявление подано 15 февраля 2023 года, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Ссылаясь на пропуск срока исковой давности, ответчик просил отказать в удовлетворении исковых требований.

Отклоняя доводы ответчика, истец указал, что физическое лицо ФИО2 работал у ответчика в качестве менеджера по продажам по совместительству с 30 мая 2019 года. Между тем, договор поставки между ответчиком и третьим лицом был заключен 25 марта 2019 года, т.е. до даты приема физического лицо ФИО2 на работу по совместительству к ответчику. То обстоятельство, что в договоре поставки от 25 марта 2019 года имеется ссылка на адрес электронной почты d.haziev@krialenergo.ru само по себе не означает осведомленности ФИО2 о факте заключения вышеуказанного договора, поскольку указанная почта является корпоративной и отсутствуют доказательства ее принадлежности именно ФИО2 Таким образом, о факте заключения и исполнения договора с третьим лицом от 25 марта 2019 года истец узнал именно после направления запроса третьему лицу и получения от него ответа от 27 октября 2022 года. Соответственно, претензия была направлена истцом в пределах срока исковой давности.

Также истец отклонил довод ответчик о том, что ФИО2 в качестве менеджера по продажам осуществлял сопровождение сделок по продаже котельного оборудования с именно с использованием товарного знака «OPTIMUMKESSEL», инициировал публикацию рекламы на сайте ответчика и т.п., поскольку не подтверждается материалами дела и не следует из переписки, предоставленной ответчиком. Кроме того, то обстоятельство, что физическое лицо ФИО2 состояло в трудовых отношениях с ответчиком не означает, что юридическое лицо ООО «Оптимумкессель»-правообладатель товарного знака, давало свое письменное согласие на использование принадлежащих ему средств индивидуализации ответчику или предоставляло соответствующую лицензию (заключало лицензионный договор с ответчиком).

Не согласившись с пояснениями истца, ответчик указал, что, исходя из информации, представленной на скиншоте CRM-системы ELMA, личный кабинет ФИО2 в CRM-системе ответчика создан 01 февраля 2018 года, то есть до заключения между ФИО2 и ответчиком трудовых отношений, в связи с чем ООО «Завод КриалЭнергоСтрой» приходит к выводу, что единоличный исполнительный орган — генеральный директор ООО «Оптимумкессель» сопровождал сделки по продаже котельного оборудования начиная с 01 февраля 2018 года. Кроме того, принадлежность электронной почты - d.haziev@krialenergo.ru ФИО2 подтверждается скриншотом профиля ФИО2, в котором имеется фото, ссылка на номер телефона и адрес электронной почты ФИО2 ФИО2 принимал участие в согласовании условий Договора поставки № 17 от 25 марта 2019 года, что подтверждается скриншотами из CRM-системы ELMА, на которых отражено, что ФИО2 дает свои комментарии относительно возможности предоставления гарантии на котельное оборудование сроком 2 года с даты ввода в эксплуатацию, но не более 2 лет и 3 месяцев с даты продажи оборудования (т.2 л.д.59).

Таким образом, истцу было известно о заключении Договора поставки № 17 от 25 марта 2019 года, в связи с чем, по мнению ответчика, истцом пропущен срок исковой давности для обращения с иском в суд о взыскании компенсации.

В письменных объяснениях от 17.05.2023 истец отрицал принадлежность электронной почты d.haziev@krialenergo.ru ФИО2 Сам по себе факт заведения в CRM систему ELMA ответчика личных данных ФИО2, а также созданный ответчиком электронный адрес d.haziev@krialenergo.ru, не означают сопровождение сделок ФИО2

03.07.2023 третье лицо ФИО2 по системе «Мой Арбитр» представил отзыв на иск, позиция которого идентична позиции истца.

Исследовав материалы дела, изучив позицию сторон по делу, суд приходит к следующему.

Одним из требований истца к ответчику является взыскание компенсации с ООО «Завод Криалэнергострой», рассчитанную по правилам пп.2 п.4 ст.1515 ГК РФ за незаконное использование словесного обозначения «OPTIMUMKESSEL», схожего до степени смешения с товарным знаком истца по свидетельству № 629925, в отношении следующих товаров: котлы и котельные за нарушение исключительных прав истца на товарный знак, допущенное при исполнении договора поставки от 25 марта 2019 года, в размере 4 800 000 рублей.

В обоснование размера компенсации 4 800 000 рублей за незаконное использование товарного знака истца ответчиком при заключении и исполнении ответчиком договора поставки от 25 марта 2019 года на основании пп.2 п.4 ст.1515 ГК РФ истец указал на приложения № 1,2,3 к договору поставки № 17 от 25 марта 2019 года, где указано, что поставке подлежит блочно-модульная котельная «OPTIMUMKESSEL» стоимостью 2 400 000 рублей.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 этого Кодекса.

На основании пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Положение пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулировано таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29.03.2016 N 516-О, от 20.10.2011 N 1442-О-О, от 25.01.2012 и др.).

В силу статьи 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Поскольку законодательством Российской Федерации не установлены иные правила исчисления исковой давности для требований о защите исключительных прав на товарный знак, то к спорным правоотношениям сторон подлежит применению общий трехгодичный срок исковой давности, установленный как три года.

По мнению истца, о нарушении его права со стороны ООО «Завод КЭС», истец узнал после направления запроса третьему лицу ООО «СК Газжилсервис» и получения от него ответа от 27 октября 2022 года.

Однако, исходя из установленных судом обстоятельств и представленных в материалы дела доказательств, следует, что ФИО2, являющий генеральным директором истца, принимал участие в согласовании условий Договора поставки № 17 от 25 марта 2019 года, что подтверждается скриншотами из CRM-системы ELMА, в том числе, личным кабинетом ФИО2 в ООО «Завод КЭС», который был создан 01.02.2018 года (т.2 л.д.59), а также деловой перепиской от 27.03.2019, на которой отражено, что ФИО2 дает свои комментарии относительно возможности предоставления гарантии на котельное оборудование сроком 2 года с даты ввода в эксплуатацию, но не более 2 лет и 3 месяцев с даты продажи оборудования (т.2 л.д.59 оборот).

Довод истца относительно того, что ФИО2 был трудоустроен 30 мая 2019 года, когда как договор поставки между ответчиком и третьим лицом был заключен 25 марта 2019 года, т.е. до даты приема ФИО2 на работу по совместительству к ответчику, не принимается судом во внимание, поскольку опровергается вышеуказанными обстоятельствами, подтвержденными материалами дела.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что о поставке блочно-модульной котельной «OPTIMUMKESSEL» по договору поставки № 17 между ООО «Завод КЭС» и ООО «СК Газжилсервис» от 25 марта 2019 года, истец узнал при заключении данного договора, поскольку генеральный директор ООО «Оптимумкессель» - ФИО2 принимал участие в согласовании условий договора поставки № 17.

Следовательно, о нарушении исключительных прав на товарный знак № 629925, допущенных ответчиком при исполнении договора поставки от 25 марта 2019 года, истец узнал непосредственно 25.03.2019, при этом с претензией к ответчику обратился 14.11.2022, а с настоящим иском в суд – 15.02.2023, в связи с чем, срок исковой давности следует признать пропущенным.

На основании изложенного, суд отказывает в удовлетворении требований истца о взыскании компенсации за незаконное использование словесного обозначения «OPTIMUMKESSEL», схожего до степени смешения с товарным знаком истца по свидетельству № 629925, при исполнении договора поставки от 25 марта 2019 года, в размере 4 800 000 рублей, ввиду пропуска срока исковой давности.

Рассмотрев требования истца о взыскании компенсации за незаконное использование словесного обозначения «OPTIMUMKESSEL», схожего до степени смешения с товарным знаком истца по свидетельству № 629925, в отношении следующих товаров: котлы и котельные за период с 25 ноября 2020 года по 23 января 2023 года в размере 1 200 000 рублей, суд приходит к следующим выводам.

Истцом установлен факт размещения ответчиком на сайте https://krialenergo.ru товарного знака №629925, принадлежащего истцу, по адресу https://krialenergo.ru/kotly-i-kotelnye-optimumkessel/.

Факт использования товарных знаков по вышеуказанному адресу зафиксирован протоколами нотариального осмотра сайта ответчика, размещенного в сети «Интерне» по адресу: https://krialenergo.ru/kotly-i-kotelnye-optimumkessel/, от 25 ноября 2020 года и от 20 января 2023 года.

На главной странице (в ее верхней части) указанного сайта содержится обозначение «OPTIMUMKESSEL», экспонируемое применительно к товарам «котлы и котельные».

Как разъяснил ВАС РФ в пункте 13 информационного письма Президиума от 13.12.2007 N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности", вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

В соответствии с п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 от 23 апреля 2019 г. "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) вопрос об оценке товарного знака, исключительное право на который принадлежит правообладателю, и обозначения, выраженного на материальном носителе, на предмет их сходства до степени смешения не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями адресата товаров, для индивидуализации которых зарегистрирован товарный знак (далее - обычный потребитель), с учетом пункта 162 настоящего постановления.

В пункте 162 Постановления N 10 дано разъяснение о том, что вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Экспертиза в силу части 1 статьи 82 АПК РФ назначается лишь в случае, когда для сравнения обозначений требуются специальные знания.

Определение сходства до степени смешения обозначений и товарных знаков осуществляется на основе критериев, установленных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482 (ред. от 12.03.2018) "Об утверждении Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, Требований к документам, содержащимся в заявке на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака, и прилагаемым к ней документам и их форм, Порядка преобразования заявки на государственную регистрацию коллективного знака в заявку на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания и наоборот, Перечня сведений, указываемых в форме свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), форме свидетельства на коллективный знак, формы свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), формы свидетельства на коллективный знак" (Зарегистрировано в Минюсте России 18.08.2015 N 38572) (далее - Правила) и Приказом Роспатента от 24.07.2018 N 128 "Об утверждении Руководства по осуществлению административных процедур и действий в рамках предоставления государственной услуги по государственной регистрации товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака и выдаче свидетельств на товарный знак, знак обслуживания, коллективный знак, их дубликатов".

Так, в соответствии с пунктом 41 Правил № 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

В силу пункта 42 названных Правил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы. Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам.

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Согласно пункту 43 Правил № 482 изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы. Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов. Признаки, указанные в этом пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Пунктом 44 Правил № 482 установлено, что комбинированные обозначения сравниваются с комбинированными обозначениями и с теми видами обозначений, которые входят в состав проверяемого комбинированного обозначения как элементы.

Согласно п. 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 г. № 122 вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

В пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, изложена правовая позиция, согласно которой при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

При определении сходства комбинированных обозначений исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении.

При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Вопрос о сходстве до степени смешения является вопросом факта и может быть разрешен судом с позиции рядового потребителя и специальных знаний не требует (пункт 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 N 122).

Для установления факта нарушения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения обозначения и товарного знака обычным потребителем соответствующих товаров.

Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

Вероятность смешения имеет место, если обозначение может восприниматься в качестве конкретного товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения зависит от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров. При этом такая вероятность может иметь место и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров, а также при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) обозначения и товарного знака.

При этом вероятность смешения зависит не только от степени сходства обозначений и степени однородности товаров для обычных потребителей соответствующих товаров, но и от иных факторов, в том числе от того, используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров, длительности и объема использования товарного знака правообладателем, степени известности, узнаваемости товарного знака, степени внимательности потребителей (зависящей в том числе от категории товаров и их цены), наличия у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При этом при выявлении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Обстоятельства, связанные с определением степени сходства товарных знаков, в защиту исключительных прав на которые обращается истец, и обозначения, используемого ответчиком, имеют существенное значение для установления факта нарушения исключительных прав на товарные знаки, при этом суд должен учитывать представленные сторонами доказательства.

С учетом приведенных правовых норм и подходов правоприменительной практики в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений.

Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев, после чего с учетом проведенного анализа осуществляется сравнение обозначений в целом.

При наличии соответствующих доказательств, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, суд оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

Проведя анализ обозначений, размещенных на странице сайта с доменным именем KRIALENERGO.RU, а также товарного знака № 629925, принадлежащих истцу, судом установлено их сходство до степени смешения, как по звуковому сходству, так и по графическому (общее зрительное впечатление, одинаковый шрифт, расположение букв по отношению друг к другу; цвет).

Анализируя сравниваемые обозначения с учетом их восприятия в целом (общего впечатления), суд также приходит к выводу, что обозначения, размещенные на сайте, ассоциируются с товарными знаками истца с точки зрения комплексного ассоциативного восприятия.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о наличии сходства сравниваемых обозначений, в связи с чем, имеется вероятность смешения обозначений используемых ответчиком, с товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 629925, права на который принадлежит истцу.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ.

Как разъяснено в пункте 55 Постановления N 10, при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

Допустимыми доказательствами являются, в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ).

Согласно ответу на судебный запрос из АО «Региональный Сетевой информационный центр» (вх.№5558 от 20.03.2023, т.1 л.д.40), администратором домена KRIALENERGO.RU является ООО «Завод КЭС».

Ответчиком факт принадлежности сайта не оспорен.

В отзыве на иск ответчик указал, что именно ФИО2, являющийся генеральным директором ООО «Оптимумкессель», инициировал публикацию рекламы на сайте ответчика http://optimumkessel.krialenergo.ru/.

По смыслу пункта 2 статьи 1486 ГК РФ использование товарного знака лицом под контролем правообладателя - это использование такого знака при отсутствии заключенного между правообладателем и лицом, фактически использующим товарный знак, лицензионного договора. Вместе с тем воля правообладателя может быть установлена и при отсутствии прямого указания в договоре с третьим лицом о согласии на использование товарного знака.

Суд отклоняет доводы ответчика как необоснованные и не подтвержденные материалами дела.

Как указано в статье 2 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» (далее – Закон об информации), сайт в сети Интернет - это совокупность программ для электронных вычислительных машин и иной информации, содержащейся в информационной системе, доступ к которой обеспечивается посредством информационно-телекоммуникационной сети Интернет по доменным именам и (или) по сетевым адресам, позволяющим идентифицировать сайты в сети Интернет (пункт 13); доменное имя - обозначение символами, предназначенное для адресации сайтов в сети Интернет в целях обеспечения доступа к информации, размещенной в сети Интернет (пункт 15); владелец сайта в сети Интернет - лицо, самостоятельно и по своему усмотрению определяющее порядок использования сайта в сети Интернет, в том числе порядок размещения информации на таком сайте (пункт 17).

В соответствии с пунктом 1.1 Правил регистрации доменных имен в доменах RU и РФ, утвержденных решением Координационного центра национального домена в сети Интернет от 05.10.2011 № 2011-18/81 (далее – Правила регистрации доменов) администратором доменного имени является лицо, на имя которого зарегистрировано предназначенное для сетевой адресации символьное обозначение (доменное имя).

Согласно Правилам регистрации доменов администратор домена как лицо, заключившее договор о регистрации доменного имени, осуществляет администрирование домена, то есть определяет порядок пользования доменом.

Право администрирования существует в силу договора о регистрации доменного имени и действует с момента регистрации доменного имени в течение срока действия регистрации.

Администрирование обычно включает в себя: обеспечение функционирования сервера, на котором располагается сайт; поддержание сайта в работоспособном состоянии и обеспечение его доступности; осуществление инсталляции программного обеспечения, необходимого для функционирования сайта, регистрацию сотрудников, обслуживающих сайт, и предоставление права на изменение информации на сайте; обеспечение размещения информации на сайте; осуществление постоянного мониторинга за состоянием системы безопасности сервисов, внесение изменений в структуру и дизайн сайта и т.п. Администратор домена - физическое лицо, или индивидуальный предприниматель, или юридическое лицо, на которого зарегистрировано доменное имя.

В пункте 78 постановления Пленума № 10 разъяснено, что владельцем сайта является администратор доменного имени, адресующего на соответствующий сайт, если только иное не следует из обстоятельств дела и представленных доказательств, в частности из размещенной на сайте информации (часть 2 статьи 10 Закона об информации).

Под администратором домена понимается пользователь, на имя которого зарегистрировано доменное имя (пункт 1.1 Правил регистрации доменных имен в доменах .RU и .РФ, утвержденных решением Координационного центра национального домена в сети Интернет от 05.10.2011 N 2011-18/81).

Владелец сайта в сети Интернет - лицо, самостоятельно и по своему усмотрению определяющее порядок использования сайта в сети Интернет, в том числе порядок размещения информации на таком сайте (пункт 17 статьи 2 Закона об информации).

С помощью домена осуществляется адресация на сайт. При этом администратор домена определяет, на какой сайт доменное имя будет адресовать (путем указания IP-адреса сервера хостинг-провайдера, на котором размещен сайт).

Решение вопроса о привлечении администратора домена к ответственности зависит прежде всего от того, в домене и/или на сайте неправомерно используется результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

В случае неправомерного использования только на сайте результатов интеллектуальной деятельности и/или средств индивидуализации непосредственным нарушителем является владелец сайта (то есть лицо, определяющее порядок использования сайта) и/или пользователь, неправомерно разместивший материал, к которым применяются меры ответственности за это нарушение.

Вместе с тем в случае участия администратора домена в совершении правонарушения на сайте он также может быть привлечен к ответственности (в частности, если он осознанно предоставил возможность использования домена для совершения действий, являющихся нарушением, или получал доход от неправомерного использования результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации).

Если нарушение совершено на сайте, то надлежащим ответчиком по иску о защите исключительных прав, в том числе о пресечении нарушения (прекращении использования спорных объектов на сайте), является владелец сайта, поскольку именно он имеет возможность удалить информацию с сайта.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 02.05.2023 N С01-1324/2022 по делу N А32-58209/2021.

Лицо, являющееся фактическим владельцем сайта, несет ответственность за нарушение исключительных прав в сети Интернет наравне с администратором доменного имени.

Ответчик, как владелец сайта https://krialenergo.ru, разместил обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком истца «OPTIMUMKESSEL», когда как законные основания для использования товарного знака у ответчика отсутствовали.

Лицензионный договор о предоставлении права использования, а также партнёрский или дилерский договоры между истцом и ответчиком не заключались.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, нотариальный протокол осмотра сайта ответчика от 25 ноября 2020 года на 8 листах; протокол нотариального осмотра сайта ответчика от 20 января 2023 года на 31 листе; суд пришел к выводу о подтверждении факта размещения обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками истца, на странице сайта ответчика с доменным именем KRIALENERGO.RU.

Какие-либо доказательства, подтверждающие передачу ответчику исключительных прав на использование вышеуказанного товарного знака, в материалах дела отсутствуют.

Размещение ответчиком товарных знаков истца может ввести потребителя в заблуждение, создав впечатление о том, что ответчик является официальным дилером истца.

Суд отклоняет довод ответчика о пропуске срока исковой давности в этой части, поскольку материалы дела не содержат доказательств того, что истец, в том числе генеральный директор ФИО2, узнал о данном нарушении ответчика в виде размещения товарного знака на своем сайте, ранее 25.11.2020 (нотариальный протокол осмотра сайта ответчика от 25 ноября 2020 года).

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

В пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, разъяснено, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

Как следует из содержания исковых требований, истцом заявлено о взыскании компенсации за незаконное использование словесного обозначения «OPTIMUMKESSEL», схожего до степени смешения с товарным знаком истца по свидетельству № 629925, в отношении следующих товаров: котлы и котельные за период с 25 ноября 2020 года по 23 января 2023 года в размере 1 200 000 рублей.

При этом компенсация заявлена на основании пп.1 п.4 ст.1515 ГК РФ - в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

В разъяснениях, содержащихся в п. 59 постановления Пленума N 10, указано, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и тому подобное), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Из правовой позиции, изложенной в Определении ВС РФ от 26.01.2021 N 310- ЭС20-9768 следует, что определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Ответчик, осуществляя деятельность с использованием обозначения, тождественного товарному знаку истца, создавал условия, способствующие введению в заблуждение потребителей, привлеченных указанным обозначением на сайт общества в сети Интернет.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 постановления от 13 декабря 2016 года № 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края", положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 АПК РФ доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Ответчиком о снижении размера компенсации на основании п.3 ст.1252 ГК РФ не заявлено.

Однако, суд, исходя из характера нарушения, установленных в ходе судебного разбирательства и указанных выше фактических обстоятельств дела, степени вины, недоказанности вероятных убытков правообладателя, а также реализации ответчиком товаров с товарными знаками истца; учитывая добровольное прекращение (удаление с сайта) использования ответчиком спорных обозначений, а также, исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, посчитал возможным уменьшить сумму компенсации до 600000 руб.

Размер компенсации в сумме 600000 руб. не противоречит принципу соразмерности (пропорциональности) санкции совершенному правонарушению, как общепризнанному принципу права, предполагающему дифференциацию ответственности в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба, учета степени вины правонарушителя и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания, а также не противоречит требованиям разумности и справедливости, позволит удержать ответчика от нарушения интересов истца в будущем.

Определенный размер компенсации позволяет адекватным образом восстановить имущественное положение истца, нарушенное действиями ответчика, оснований для снижения размера компенсации в большем размере, суд не усматривает.

Ответчик полагает, что при подаче настоящего искового заявления истец злоупотребил правом на иск и судебную защиту, используя принадлежащие ему права не для тех целей, которые имелись в виду законодателем в процессе создания таких норм, а для приобретения недобросовестной выгоды за счет средств ответчика, умаления деловой репутации ООО «Завод КриалЭнергоСтрой»..

Положениями пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 10 ГК РФ установлено, что в случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 этой же статьи ГК РФ, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены ГК РФ.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Таким образом, исходя из указанных положений гражданского законодательства злоупотреблением правом признается действие по осуществлению права, хотя формально законное, но имеющее противоправную цель.

По смыслу вышеприведенных положений статьи 10 ГК РФ, для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить достаточно очевидный характер, а вывод о нем не может являться следствием предположений.

В рассматриваемом случае доводы ответчика о злоупотреблении правом носят предположительный характер и вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подтверждены доказательствами, отвечающим принципам относимости, достоверности, допустимости и объективности.

Суд при рассмотрении настоящего дела, исследовав и оценив все обстоятельства на основании имеющихся в деле доказательств, не установил наличия признаков злоупотребления правом при подаче искового заявления, поскольку, обратившись в суд с рассматриваемым иском, истец реализовал предусмотренное законом право на судебную защиту, не имея намерений причинить кому-либо вред или добиться иных неправовых последствий. Доказательств обратного ответчиком в материалы дела не представлено.

Как установлено, допущенное ответчиком нарушение является длящимся, что дает истцу право обращения в суд за взысканием денежной компенсации.

В соответствии со ст.110 АПК РФ государственная пошлина взыскивается с истца и ответчика в доход бюджета пропорционально удовлетворенным требованиям, поскольку истцу при принятии иска предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины путем удовлетворения соответствующего ходатайства.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Татарстан



Р Е Ш И Л :

отказ Общества с ограниченной ответственностью "Оптимумкессель", г.Раменское, (ОГРН <***>, ИНН <***>) от иска к Обществу с ограниченной ответственностью "Завод КриалЭнергоСтрой", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в части требования об обязании прекратить незаконное использование любым способом словесного обозначения «OPTIMUMKESSEL», схожего до степени смешения с товарным знаком истца по свидетельству № 629925, принять.

Производство по делу в указанной части прекратить.

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Завод КриалЭнергоСтрой", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Оптимумкессель", г.Раменское, (ОГРН <***>, ИНН <***>) 600000 руб. компенсации.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Завод КриалЭнергоСтрой", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 11300 руб. госпошлины.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Оптимумкессель", г.Раменское, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 47700 руб. госпошлины.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Татарстан в месячный срок.



Председательствующий судья Н.В. Панюхина