Решение от 19 марта 2024 г. по делу № А56-39665/2023

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-39665/2023
19 марта 2024 года
г.Санкт-Петербург



Резолютивная часть определения объявлена 05 марта 2024 года.

Полный текст определения изготовлен 19 марта 2024 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе судьи

Осьмининой ЕЛ.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,


рассмотрев в судебном заседании исковые заявления ООО «ЕвроЛюкс Групп», ООО «Архотек» о привлечении к субсидиарной ответственности


соответчики: ФИО2, ФИО3, ФИО4

Алексеевич,

третье лицо:

ООО «Северо-Западный сервисный центр Контур» (далее – Общество)

при участии:

согласно протоколу с/з от 05.03.2024;

установил:

ООО «ЕвроЛюкс Групп» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО4.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон №127-ФЗ, Закон о банкротстве) установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В судебном заседании 04.07.2023 представитель ООО «ЕвроЛюкс Групп» представил в материалы дела письменные уточнения, согласно которым заявитель просит:

1.Привлечь к участию в деле в качестве соответчиков ФИО2 (ИНН <***>, адрес: 195067, <...>), ФИО3 (ИНН <***>, адрес: 199155, Санкт-Петербург, Василеостровский р-н, ул. Кораблестроителей, д. 36/1, кв. 269).

2.Истребовать в соответствующих компетентных органах дату и место рождения, сведения об актуальном адресе места жительства и регистрации гражданина РФ ФИО2 и гражданина РФ ФИО3.

3.Привлечь солидарно к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО2, ФИО3 по обязательствам должника ООО «Северо-Западный сервисный центр Контур».

4.Взыскать в солидарном порядке с ФИО4, ФИО2, ФИО3 в пользу ООО «ЕвроЛюкс Групп» денежные средства в размере 569 357,62 руб., в том числе 320 000,00 руб. основного долга, 175 680,00 руб. неустойки за нарушение срока выполнения работ за период с 18.05.2019 по 16.11.2020, 1 151,91 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 17.11.2020 по 17.12.2020, 59 588,71 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18.12.2020г. по 12.04.2023г., 12 937,00 руб. расходов по уплате государственной пошлины, а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму основного долга, из расчета действующей в соответствующие периоды ключевой ставки Банка России, начиная с 13.04.2023г. по дату фактического исполнения обязательства.

5. Взыскать в солидарном порядке с ФИО4, ФИО2, ФИО3 в пользу ООО «ЕвроЛюкс Групп» денежные средства в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Уточнения приняты в порядке статьи 49 АПК РФ.

В судебном заседании 08.08.2023 представитель ООО «Архотек» ходатайствовал о привлечении общества в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора.

Суд, в порядке ст. 133, 168 АПК РФ, квалифицировал заявление ООО «Архотек» как иск о присоединении к заявлению.

В судебном заседании 26.09.2023 ООО «Архотек» представило уточнение иска (просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО2), уточнения приняты в порядке статьи 49 АПК РФ.

От ФИО2 и ФИО4 поступили отзывы на заявления ООО «Архотек», ООО «ЕвроЛюкс Групп».

В судебное заседание заявитель и ответчики обеспечили явку представителей в судебное заседание.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, что не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие в порядке части 3 статьи 156 АПК РФ.

Сведения о времени и месте судебного заседания своевременно размещены в Картотеке арбитражных дел на сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации и на официальном сайте Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Арбитражный суд, исследовав материалы обособленного спора и оценив представленные доказательства, заслушав явившихся представителей, установил следующее

Арбитражный суд, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, заслушав присутствующих в судебном заседании лиц, установил следующее.

В обосновании своих требований Заявитель указывает, что 25.02.2019 был заключен договор № 321/ЕП-01-0219 между ООО «ЕвроЛюксГрупп» и ООО Северо-Западный Сервисный Центр Контур». Заявителем была произведена оплата по Договору, однако Должником работы не были выполнены, денежные средства Заявителю не возвращены.

Решением Арбитражного суда г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.03.2021 по делу № А56-116837/2020 взыскано с ООО «Северо-Западный Сервисный Центр Контур» в пользу ООО «Евролюкс групп» 320 000 руб. –неосновательное обогащение; 175 680 руб. неустойка за нарушение срока выполнения работ за период с 18.05.2019 по 16.11.2020; 1 151,91 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 17.11.2020 по 17.12.2020; проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму долга, из расчета действующей в соответствующие периоды ключевой ставки Банка России, начиная с 18.12.2020 по дату фактического исполнения обязательства; 12 937 руб. в качестве возмещения судебных расходов по уплате государственной пошлины. Решение вступило в законную силу.

Также, как следует из заявления ООО «Архотек», задолженность перед соистцом возникла из договора займа от 02.04.2019 №И-3 на сумму 632 000 руб., подтверждено решением Калининского районного суда города Санкт-Петербурга от 23.01.2024 №2-1457/24.

В связи с неудовлетворением требований ООО «ЕвроЛюкс Групп» обратилось в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании Должника несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.12.2022 по делу № А56-111812/2022 производство по делу прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур по абзацу восьмому пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ с 01.09.2023 генеральным директором и 50% участником ООО «Северо-Западный сервисный центр Контур» с 11.04.2016 является ФИО2, с 11.04.2016 50% участником ФИО3.

ФИО5 был назначен генеральным директором ООО «Северо-Западный Сервисный Центр Контур» 07.08.2019.

На дату рассмотрения обоснованности исков третье лицо, как и его контролирующие лица указанные решения арбитражного суда и суда общей юрисдикции не исполнили, денежные средства кредиторам не перечислили.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц 6 к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), заявление о привлечении к субсидиарной ответственности как по основаниям, предусмотренным статьей 61.11, так и по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве (часть 6 статьи 13 АПК РФ), поданное вне рамок дела о банкротстве, считается предъявленным в интересах всех кредиторов, имеющих право на присоединение к иску, независимо от того, какой перечень кредиторов содержится в тексте заявления

Такое заявление рассматривается судом по правилам главы 28.2 АПК РФ с учетом особенностей, предусмотренных законодательством о банкротстве (пункт 4 статьи 61.19 Закона о банкротстве).

Исходя из целей законодательного регулирования и общеправового принципа равенства, к заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности, поданному вне рамок дела о банкротстве, вправе присоединиться кредиторы должника, обладающие правом на обращение с таким же заявлением (пункты 1 - 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве), а также иные кредиторы, требования которых к должнику подтверждены вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. Кредиторы, обладающие правом на присоединение, могут присоединиться к уже предъявленному требованию в любое время до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, путем направления в письменной форме соответствующего сообщения с приложением документов, подтверждающих наличие у них такого права заявителю (пункт 54 Постановления № 53).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) к ответственности в виде возмещения убытков может быть привлечено лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени. Такое лицо несет предусмотренную пунктом 1 этой статьи ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно пункту 3 статьи 53.1 того же Кодекса лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Как предусмотрено пунктом 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в случае исключения общества из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица, если неисполнение обязательства общества обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

По положениям пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

В пункте 28 Постановление № 53 указано, что после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать только те кредиторы, работники должника, чьи требования в рамках дела о банкротстве были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве) (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

По смыслу приведенной нормы, названные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если неисполнение обязательства стало следствием их недобросовестных или неразумных действий, а не исключения юридического лица из реестра как такового.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств, в том числе по уплате обязательных платежей должника, над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Верховный Суд Российской Федерации также разъясняет, что обязанность заявить о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, учитывая масштаб деятельности должника, должен был определить наступление объективного банкротства.

В каждом конкретном случае это определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации. Руководитель должен прийти к выводу о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов (пункт 9 Постановления № 53).

При этом, рассматривая довод о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закон о банкротстве, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Положениями пунктов 1, 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), на которую ссылался конкурсный управляющий при обращении в суд, предусмотрена субсидиарная ответственность контролирующего должника лица в случае, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица.

При этом, вина контролирующего лица презюмируется, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Порядок квалификации действий контролирующих должника лиц на предмет установления возможности их негативных последствий в виде несостоятельности организации, разъяснен в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), в силу которых под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.

В данном случае предписывается, что суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Как разъяснено в пункте 23 Постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Исходя из разъяснений пункта 20 Постановления № 53, в случае, если бы судом было установлено, что указанные заявителем сделки не повлекли банкротства Общества, суд должен был, в любом случае, дать им оценку с точки зрения экономических последствий совершения сделки для должника, а именно, ее убыточности.

В силу приведенных разъяснений Постановления № 53, в том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве (пунктом 4 статьи 10 прежней редакции Закона), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав). Правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте, в том числе закрепленные в статье 1064 ГК РФ. Соответствующий подход сформулирован в пунктах 2, 6, 22 Постановление № 53 (Определение ВС РФ от 10 июня 2021 № 307-ЭС21-29).

Законодатель выработал подход, при котором разграничена гражданская ответственность лица, являющегося руководителем на субсидиарную ответственность и взыскание убытков.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам, статей 65, 67, 68, 71 АПК РФ, арбитражный суд приходит к выводу об отсутствии совокупности обстоятельств, наличие которых необходимо для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Как пояснил представитель ФИО2, у организации имеется дебиторская задолженность в размере более 900 000 рублей.

Кроме того, на балансе организации имелись и имеются основные средства, с помощью которых организация вела и ведет деятельность.

Основным видом деятельности организации должника являлась и является деятельность в области цифровых технологий.

Непредставление доказательств какой-либо из сторон спора в обоснование своих доводов является основанием для оценки фактических обстоятельств в порядке положений статей 71, 156 АПК РФ - по имеющимся в деле доказательствам, с учетом правил о распределении бремени доказывания между лицами, участвующими в деле, и положений части 2 статьи 9, части 1 статьи 65 АПК РФ.

Доводы истца о фактическом отсутствии ООО «Северо-Западный сервисный центр Контур» в месте его нахождения опровергнуты ответчиками в письменных пояснениях с приложением обосновывающих документов, которые поступали от них на протяжении рассмотрения спора в суде.

Ссылки истца на то, что ответчиками якобы выводятся денежные средства (всего на сумму 520400 руб.), а само Общество привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения за 2021 год, не могут быть вменены как основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Как указано ранее, в соответствии с разъяснениями пункта 23 Постановления № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к. контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 46 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ) и т. д.).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

В соответствии с приведенными в пункте 4 Постановления № 53 разъяснениями, для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

В силу правовой позиции, приведенной в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой однодневкой» и т. п.).

Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица, способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Лицо подлежит признанию контролирующим должника, если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под его влиянием как лица, определившего существенные условия этих сделок.

В рамках дела о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, сделки должника с его контрагентами расцениваются не с точки зрения недействительности их условий, а с позиции наступившего для должника негативного экономического эффекта (взаимосвязи обстоятельств их совершения с появлением у должника признаков объективного банкротства).

Письмом ФНС России от 16.08.2017 № СА-4-18/16148@ «О применении налоговыми органами положений главы III.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ» (далее – Письмо ФНС России) в пункте 4.1.1 разъяснено, какие сделки подпадают под критерий причинения существенного вреда для целей применения презумпции доведения до банкротства. Так, с учетом аналогии статьи 46 Закона № 14-ФЗ рекомендуется считать существенным вредом вред, причиненный сделками с активами на сумму сделки, эквивалентную 20 – 25 % общей балансовой стоимости имущества должника.

Пунктом 26 Постановления № 53 разъяснено, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения. Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве). В соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Каких-либо доказательств в подтверждение того, что доначисление должнику налогов и привлечение его к налоговой ответственности явилось по существу основанием для того, что Общество стало отвечать признакам неплатежеспособности, в материалах спора не имеется. В материалы спора не представлено относимых, допустимых и бесспорных доказательств того, что платежеспособность утрачена должником именно вследствие привлечения его к ответственности за совершение налогового правонарушения согласно решению от 30.01.2023 № 958. Кроме того, арбитражным судом принято во внимание, что дело о банкротстве в отношении должника возбуждено не по заявлению уполномоченного органа, а по заявлению иного кредитора.

Следует также отметить, что в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 05.03.2019 N 14-П "По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 200 и статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпункта 14 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации, абзаца второго пункта 1 статьи 9, пункта 1 статьи 10 и пункта 3 статьи 59 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в связи с жалобой гражданина ФИО6" указано, что сам по себе факт замещения должности руководителя организации-должника не может расцениваться как безусловно подтверждающий противоправность и виновность поведения соответствующего лица.

В рассматриваемом случае суду не раскрыты условия ни по существенной убыточности платежей Общества, ни по привлечению его к ответственности за налоговое правонарушение как основание, которое может быть вменено ответчикам. По указанной причине суд не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства истца об истребовании у банков выписок по счетам Общества.

Учитывая изложенное, истцами не доказана причинно-следственную связь между образовавшейся задолженностью и виновностью действий контролирующих должника лиц.

В удовлетворении заявленных требований следует отказать.

Руководствуясь статьями 61.11, 6.12, 61.14 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 167-170, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Арбитражный суд решил:

в удовлетворении исков отказать.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья Осьминина Е.Л.