Решение от 8 августа 2022 г. по делу № А50-4711/2021

Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

город Пермь

08.08.2022 года Дело № А50-4711/21

Резолютивная часть решения объявлена судом 08 августа 2022 года

Решение в полном объеме изготовлено 18 июля 2022 года


Арбитражный суд

в составе судьи Ю.Т. Султановой


при ведении протокола судебного заседания помощником судьи С.В. Федосеевой


рассмотрел в судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «БЕРСЕРК-4» (614000, <...>/2, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)


к ответчику - индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>)


о взыскании стоимости автомобиля в сумме 462 954 руб. 75 коп.,

о взыскании убытков в сумме 254 316 руб. 00 коп.,

о взыскании стоимости проведенной экспертизы в сумме 33 000 руб. 00 коп.


Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора,


1) ФИО2,

2) Публичное акционерное общество СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ «РОСГОССТРАХ» (сокращенное наименование - ПАО СК «РОСГОССТРАХ»; 140002, <...>, ОГРН: <***>, ИНН:7707067683),

3) Общество с ограниченной ответственностью «ЭЛЕМЕНТ ЛИЗИНГ» (сокращенное наименование - ООО «ЭЛЕМЕНТ ЛИЗИНГ»; 121170, <...>, ОГРН: <***>, ИНН: <***>)


4) Общество с ограниченной ответственностью «ГРУЗАВТОИМПОРТ» (сокращенное наименование - ООО «ГРУЗАВТОИМПОРТ»; 614036, <...>, ОГРН: <***>, ИНН: <***>).


В судебном заседании принимал участие от истца - ФИО3, доверенность б/ от 01 января 2022 года, от ответчика - ФИО4, доверенность б/н от 20 апреля 2021 года (л.д. 106 том 2).


Общество с ограниченной ответственностью «БЕРСЕРК-4» (далее-истец) обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее-ответчик) о взыскании стоимости автомобиля в сумме 462 954 руб. 75 коп., убытков в сумме 254 316 руб. 00 коп., стоимости проведенной экспертизы в сумме 33 000 руб. 00 коп.

Определением арбитражного суда от 05 марта 2021 года исковое заявление принято к рассмотрению, проведение предварительного судебного заседания назначено на 05 мая 2021 года.

Определением арбитражного суда от 27 апреля 2021 года проведение предварительного судебного заседания перенесено на 01 июня 2021 года (Указ Президента Российской Федерации от 23 апреля 2021 года №242, л.д. 130 том 1).

Определением арбитражного суда от 01 июня 2021 года по ходатайству ответчика проведение предварительного судебного заседания отложено на срок до 16 июня 2021 года для возможности представить в материалы дела заключение специалиста (л.д. 141 том 1) (статья 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением арбитражного суда от 16 июня 2021 года производство по делу приостановлено (л.д. 156-161 том 1), в связи с назначением технической экспертизы. Производство экспертизы суд поручил обществу с ограниченной ответственностью «ПЕРМСКИЙ ЦЕНТР АВТОЭКСПЕРТИЗ», экспертам ФИО5, ФИО6, ФИО7. Стоимость экспертизы составила 40 000, 00 руб., расходы по экспертизе возложены на ответчика. Срок для представления в материалы дела экспертного заключения не позднее 15 июля 2021 года.

Определением арбитражного суда от 09 июля 2021 года срок для представления в материалы дела экспертного заключения по ходатайству эксперта (л.д. 02 том 2) продлен до 30 июля 2021 года (л.д. 12-14 том 2).

Определением арбитражного суда от 13 сентября 2021 года производство по делу возобновлено, в материалы дела поступило заключение эксперта общества с ограниченной ответственностью «Пермский центр Автоэкспертиз» №32.06.21.ЗЭ от 10 августа 2021 года (л.д. 18-49 том 2). Стоимость экспертизы составила 40 000, 00 руб. (л.д. 17, 59 том 2).

Определением арбитражного суда от 13 сентября 2021 года по ходатайству сторон для возможности урегулировать спор проведение предварительного судебного заседания отложено на срок до 30 сентября 2021 года (л.д. 61) (статья 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением арбитражного суда от 30 сентября 2021 года суд завершил подготовку дела к судебному разбирательству, перешел на стадию рассмотрения спора по существу (протокол судебного заседания, л.д. 66 том 2).

Определением арбитражного суда от 30 сентября 2021 года по ходатайству сторон проведение судебного разбирательства отложено на срок до 14 октября 2021 года (статья 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (л.д. 66 том 2).

После отложения проведение судебного разбирательства продолжено, стороны спор не урегулировали.

До принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение спора по существу, истец заявил письменное ходатайство об уточнении иска.

Ходатайство рассмотрено арбитражным судом и удовлетворено на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (л.д.67- протокол судебного заседания от 14 октября 2021 года).

Предмет иска - о взыскании с ответчика в пользу истца стоимости автомобиля в размере 462 954, 75 руб., о взыскании убытков в виде лизинговых платежей по договору лизинга №АХ-ЭЛ-Прм-68739/ККП от 23.12.2016 с момента полной гибели в размере 254 316, 00 руб., о взыскании стоимости проведенной экспертизы в размере 33 000, 00 руб.

Определением арбитражного суда от 15 ноября 2021 года проведение судебного разбирательства отложено на срок до 16 декабря 2021 года по ходатайству ответчика (статья 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (л.д. 73 том 2).

В судебном заседании 16 декабря 2021 года объявлен перерыв на срок до 22 декабря 2021 года, на срок до 23 декабря 2021 года (протоколы судебных заседаний) (л.д. 79, 80 том 2).

Определением арбитражного суда от 23 декабря 2021 года по ходатайству ответчика для возможности урегулировать спор проведение судебного разбирательства отложено на срок до 27 января 2022 года (л.д. 80 том 2) (статья 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением арбитражного суда от 27 января 2022 года по ходатайству истца (л.д. 81 том 2) к участию в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО2 (статья 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением арбитражного суда от 27 января 2022 года рассмотрение дела началось с самого начала, подготовка дела к судебному разбирательству окончена, проведение судебного разбирательства назначено на 28 февраля 2022 года (л.д. 83, 84-87 том 2).

Определением арбитражного суда от 28 февраля 2022 года по ходатайству истца к участию в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца, привлечены публичное акционерное общество СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ «РОСГОСТРАХ», общество с ограниченной ответственностью «ЭЛЕМЕНТ ЛИЗИНГ» (статья 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением арбитражного суда от 28 февраля 2022 года рассмотрение дела началось с самого начала, подготовка дела к судебному разбирательству окончена, проведение судебного разбирательства назначено на 29 марта 2022 года (л.д. 95, 96-99 том 2).

Определением арбитражного суда от 29 марта 2022 года проведение судебного разбирательства отложено на срок до 15 апреля 2022 года, в связи с ненадлежащим уведомлением третьего лица о времени и месте проведения судебного разбирательства (статья 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (л.д. 103 том 2).

Определением арбитражного суда от 15 апреля 2022 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «ГРУЗАВТОИМПОРТ» (статья 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (л.д. 107-111 том 2).

Определением арбитражного суда от 15 апреля 2022 года рассмотрение дела началось с самого начала, подготовка дела к судебному разбирательству окончена, проведение судебного разбирательства назначено на 20 мая 2022 года.

В судебном заседании 20 мая 2022 года объявлен перерыв на срок до 27 мая 2022 года, в связи с ненадлежащим уведомлением третьего лица о времени и месте проведения судебного разбирательства (статьи 163, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (протокол судебного заседания, л.д. 113 том 2).

Определением арбитражного суда от 27 мая 2022 года проведение судебного разбирательства отложено на срок до 08 июня 2022 года, в связи с ненадлежащим уведомлением третьего лица о времени и месте проведения судебного разбирательства (статья 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (л.д. 113. 121-124 том 2).

Определением арбитражного суда от 08 июня 2022 года проведение судебного разбирательства отложено на срок до 11 июля 2022 года, в связи с ненадлежащим уведомлением третьего лица о времени и месте проведения судебного разбирательства (статья 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (л.д. 125, л.д. 126-128 том 2).

В судебном заседании 11 июля 2022 года объявлен перерыв на срок до 18 июля 2022 года по ходатайству истца (протокол судебного заседания) (л.д. 130 том 2).

Ответчик представил в материалы дела письменный отзыв на иск, просит в удовлетворении иска отказать (л.д. 132 том 1, л.д. 70 том 2).

Истец представил в материалы дела дополнительные письменные пояснения (л.д. 68-69 том 2).

Публичное акционерное общество СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ «РОСГОСТРАХ» представило в материалы дела письменный отзыв на иск (л.д. 101-102 том 2).

Иные третьи лица, о времени и месте проведения судебного разбирательства уведомлены надлежащим образом (статья 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в судебное заседание не явились, письменные отзывы не представили.

Арбитражным судом установлено.

В качестве правового основания иска истец указал статьи 15, 393, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В качестве фактических обстоятельств истец ссылается на то, что 01 января 2018 года между истцом и ответчиком заключен договор №72-2018-2 на ремонт и техническое обслуживание транспортных средств от 01 января 2018 года. Истец также отметил Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Истец (заказчик) ссылается на то, что для целей технического обслуживания, ремонта транспортных средств, принадлежащих истцу, заключил с ответчиком (исполнителем) договор №72-2018-2 от 01 января 2018 года. По условиям договора ответчик принял на себя обязательства выполнить работы по ремонту и техническому обслуживанию транспортных средств, принадлежащих истцу. Срок действия договора установлен с 01 января 2018 года по 31 декабря 2018 года (пункт 4.1 договора) (оборот л.д. 96).

11 января 2018 года истец (заказчик) передал ответчику (исполнителю) автомобиль ГАЗ, модель 2824 NA, VIN <***>, государственный номер E 184 PX/82 (л.д. 15-16, том 1). Стороны оформили заказ-наряд №PЗН-018388 от 11 января 2018 года, составили перечень запчастей (л.д. 98 том 1).

После выполнения работ стороны оформили акт сдачи-приемки выполненных работ от 11 января 2018 года (л.д. 99 том 1).

Ответчик (исполнитель) выполнил, в том числе, работы по замене топливного фильтра в названном выше автомобиле (л.д. 96-99 том 1).

Истец отметил то, что 08 марта 2018 года произошло возгорание автомобиля 2824 NA VIN <***>, гос. №E 184PX/82.

В результате возгорания, признана конструктивная гибель автомобиля.

Для целей определения причины возгорания названного выше автомобиля, истец обратился к специалисту ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Пермскому краю.

По результатам исследования получено заключение специалистов №45-13/2018 - ФИО8, ФИО9 (л.д. 72-86 том 1).

Специалисты сделали вывод о том, что причиной пожара явилось попадание топливной смеси на нагретый выпускной коллектор вследствие разгерметизации топливной системы. При этом специалист отметил то, что очаг пожара расположен в нижней части автомобиля, в месте расположения топливного фильтра. Техническая причина пожара - самовоспламенение топливной смеси - попадание топлива на нагретый выпускной коллектор.

Истец также ссылается и на заключение специалиста общества с ограниченной ответственностью институт Экспертных исследований №72/11/ЗС/18 от 30 ноября 2018 года (л.д. 41-54 том 1). Истец отметил то, что специалисты выполнили осмотр автомобиля с участием представителей ответчика, а также иных лиц (лист 4 заключения). По результатам исследования, специалист также сделал вывод о причине возгорания автомобиля.

Истец ссылается на то, что стоимость автомобиля на момент возгорания составила 650 881, 59 руб. (л.д. 106 том 1). Обосновывая требование, истец также ссылается на исследование специалиста - общества с ограниченной ответственностью «Пермский Институт Экспертных Исследований». Стоимость исследования для истца составила 33 000, 00 руб. (л.д. 55-71, 87-90 том 1).

Истец ссылается на то, что с момента технического обслуживания автомобиля и до момента возгорания истец не обращался к специалистам для целей выполнения ремонтных работ, иного осмотра в отношении топливной системы автомобиля.

Истец отметил то, что приобрел автомобиль в декабре 2016 года. В период эксплуатации транспортного средства истец не выявил производственных недостатков в отношении топливной системы, в том числе, в отношении топливного фильтра.

По мнению истца, учитывая указанные выше обстоятельства, на основании выводов специалистов течь топлива с топливного фильтра не могла быть связана с допущенным производственным дефектом в виде разрушения фильтрующего элемента, в последствие, корпуса фильтра.

По мнению истца, возгорание автомобиля возникло в результате ненадлежащего выполнения работ, в связи с техническим обслуживанием автомобиля.

Истец (лизингополучатель) ссылается на то, что, начиная с 15 марта 2018 года - после утраты возможности использовать автомобиль - по 17 августа 2018 года вносил лизинговые платежи по договору лизинга.

Общая сумма лизинговых платежей за период с 15 марта 2018 года по 17 августа 2018 года составила 254 316, 00 руб. (л.д. 100-105, л.д. 17-24, 25-38, 39-40 том 1).

В связи с указанными выше обстоятельствами, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

До момента обращения в суд истец направил ответчику претензию от 25 января 2021 года (л.д. 91-95 том 1).

Возражая по иску, ответчик ссылается на то, что выводы специалиста следует отклонить, так как, исследование выполнено не специалистом пожаротехником. Ответчик отметил и то, что истец не действовал разумно, не ответил на предложение ответчика осмотреть автомобиль, не представил для осмотра автомобиль соответствующему специалисту (письменный отзыв на иск, л.д. 132 том 2).

Как видно из материалов дела, и было указано выше, 11 января 2018 года истец (заказчик) передал ответчику (исполнителю) названный выше автомобиль для целей выполнения работ, в том числе, работ по замене топливного фильтра.

Как было указано выше, на основании заказа, полученного от истца, ответчик выполнил работы, в том числе, работы по замене фильтра тонкой очистки топлива, выполнил техническое обслуживание электрооборудования, о чем стороны оформили соответствующие документы, названные выше (заказ-наряд, акт приемки-сдачи выполненных работ, л.д. 98-99).

08 марта 2018 года автомобиль возгорелся, что лица, участвующие в деле, не оспаривают.

Для целей определения причины возгорания автомобиля, очага пожара, истец обратился в Федеральное государственное бюджетное учреждение «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Пермскому краю». По результатам исследования специалисты ФИО8, ФИО9, составили заключение №45/13/2018 от 10 мая 2018 года (л.д. 72-86 том 1).

Как видно из заключения специалисты имеют высшее пожарно-техническое образование, экспертную специальность пожарно-технический эксперт. Специалист - ФИО8 имеет экспертную специализацию «Реконструкция процесса возникновения и развития пожара». Стаж работы по экспертной специализации 09 лет. Специалист - ФИО9 имеет экспертную специализацию «Металлографические и морфологические исследования металлических объектов СПТЭ», стаж работы по экспертной деятельности 1,5 года. Специалисты предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения на основании статьи 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 72 том 1). Производство экспертизы начато 27 апреля 2018 года, окончено 10 мая 2018 года (л.д. 72-86 том 1).

Специалисты осмотрели автомобиль в дневное время 27 апреля 2018 года (л.д. 73, 76 том 1). На момент осмотра автомобиля специалисты отметили то, что в районе очага пожара располагались электрические провода бортовой сети автомобиля, провода питания рефрижератора, дополнительное электрическое оборудование отсутствовало, расположения дополнительного электрического оборудования не предусмотрено заводом-изготовителем. Специалисты исследования фрагменты проводов, в помещении учреждения, специалисты выполнили фотографирование (л.д. 81-87 том 1), использовали фотокамеру, входящей в комплект металлографического микроскопа МЕТАМ РВ-21 с системой компьютерной обработки изображения, а также иное оборудование (л.д. 78 том 1).

Специалисты отметили то, что автомобиль имеет основные повреждения, в том числе, в нижней части автомобиля в районе вышеуказанного стыка наблюдается место локального выгорания лакокрасочного покрытия. Данное выгорание лакокрасочного покрытия на днище рефрижератора расположено над местом размещения топливного фильтра автомобиля. Топливный фильтр на момент осмотра отсутствует, трубки топливного провода в данном месте оплавлены.

По мнению специалистов, учитывая особенности распространения пожара в автомобилях при неравномерном распределении пожарной нагрузки (в кабине автомобиля расположено больше сгораемых материалов), а также, что горение распространяется в большей степени в результате конвективных потоков (вверх), зона первоначального горения расположена в нижней части автомобиля. В месте расположения топливного фильтра. Таким образом, очаг пожара в автомобиле расположен в нижней части автомобиля в месте расположения топливного фильтра (л.д. 76-77 том 1).

Для целей определения источника зажигания в очаге пожара специалисты применили версионные методы исследования, рассмотрели технические причины возникновения пожара, учитывая место расположения очага пожара, а также обстоятельства, при которых, произошел пожар (л.д. 77 том 1). Специалисты сделали вывод о том, что повреждения объектов (фрагментов проводов), представленных для исследования, характерны для высокотемпературного воздействия пожара.

Специалисты исследовали все электрооборудование, расположенное в очаге пожара, на данном оборудовании не обнаружили следы аварийных повреждений.

Специалисты исключили из числа вероятных причин пожара аварийный режим работы бортовой электросети (л.д. 79 том 1).

Специалисты отметили то, что источником зажигания, способным воспламенить смесь паров горючей жидкости, может являться и «рабочее искрение» в автомобиле при работающем двигателе, например, искрение системы зажигания, щетка генератора.

Специалисты установили то, что образование паровоздушной смеси в районе очага пожара, может быть связано лишь с разгерметизацией топливной системы автомобиля в районе очага пожара, а именно, в месте расположения топливного фильтра.

При этом специалисты отметили то, что на момент осмотра системы крепления топливного фильтра, сам топливный фильтр отсутствует, топливный провод в данном месте оплавлен (л.д. 79 том 1).

Специалисты отметили то, что при попадании бензина на поверхность выпускного коллектора самовоспламенение горючей смеси, возможно, так как, температура нагретого выпускного коллектора значительно превышает температуру самовоспламенения данного топлива.

При этом специалисты отметили то, что под местом расположения топливного фильтра находится выпускной коллектор, двигатель автомобиля во время разгрузки водитель не глушил (л.д. 79 том 1).

По результатам исследования специалисты сделали вывод о том, что очаг пожара, который произошел 08 марта 2018 года в автомобиле, названном выше, расположен в нижней части автомобиля, в месте расположения топливного фильтра. Технической причиной пожара автомобиля явилось самовоспламенение топливной смеси, а именно, попадание топлива на нагретый выпускной коллектор (л.д. 80 том 1).

Как было указано выше, в обоснование требований, заявленных в иске, истец (заказчик) также ссылается на заключение специалиста №72/11ЗС/18 Пермского института Экспертных исследований от 30 ноября 2018 года (л.д. 41-54 том 1).

Для разрешения вопросов о причине возгорания автомобиля, о наличии производственного или эксплуатационного недостатка, истец также обратился к специалисту - обществу с ограниченной ответственностью «Пермский Институт экспертных Исследований». Специалист ФИО10, имеющий высшее техническое образование, экспертные специальности «Исследование технического состояния узлов и деталей транспортных средств», стаж работы по специальности с 2002 года (л.д. 42-54 том 1).

По результатам исследования, названный выше специалист, представил заключение №72/11/ЗС/18 от 30 ноября 2018 года.

Как видно из заключения, специалист, в том числе, изучил заключение Федерального государственного бюджетного учреждения «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория» по Пермскому краю» №45/13/2018 от 10 мая 2018 года (л.д. 42 том 1).

Специалист осмотрел автомобиль 12 ноября 2018 года по адресу: <...>. В ходе осмотра специалист выполнил фотографирование (л.д. 44-49).

Специалист выполнил осмотр автомобиля, в том числе, с участием представителя ответчика (л.д. 44). При этом специалист отметил то, что отсутствуют следы механических, аварийных повреждений в районе конструктивного места расположения топливного фильтра (л.д. 48 том 1).

Специалист отметил то, что, учитывая особенности распространения пожара в автомобилях при неравномерном распределении пожарной нагрузки (в кабине автомобиля расположено больше сгораемых материалов), а также, что горение распространяется в большей степени в результате конвективных потоков (вверх), зона первоначального горения расположена в нижней части автомобиля, в месте расположения топливного фильтра.

Следовательно, очаг пожара расположен в нижней части автомобиля, в месте расположения топливного фильтра (л.д. 44 том 1).

При этом специалист отметил то, что воспламенение автомобиля произошло в неподвижном состоянии при работающем двигателе.

Специалист отметил то, что все электрооборудование, расположенное в очаге пожара, было исследовано. Следы аварийных режимов работы на данном оборудовании отсутствуют.

Таким образом, специалист исключил в качестве причины возникновения пожара аварийный режим работы бортовой электросети (л.д. 48 том 1).

Специалист отметил то, что на основании конструктивных особенностей автомобилей модели ГАЗ 2824 NA, под конструктивным местом расположения топливного фильтра расположена система выпуска отработавших газов: выхлопная труба и глушитель (л.д. 48 том 1).

По мнению специалиста, возникновение возгорания исследуемого автомобиля, с технической точки зрения, возможно лишь при условии попадания топлива из топливного фильтра на разогретые элементы системы выпуска отработавших газов (выхлопная труба, глушитель).

При этом специалист учитывал исправность бортовой сети и электрооборудования в очаге пожара, расположение в месте очага пожара топливного фильтра (на момент осмотра автомобиля топливный фильтр отсутствовал - сгорел).

Специалист также учитывал конструктивное расположение элементов системы выпуска отработавших газов под топливным фильтром, а также обстоятельства, при которых, произошло возгорание автомобиля (двигатель автомобиля работал) (л.д. 49 том 1).

По мнению специалиста невозможно сделать категоричный вывод о том, что привело к возникновению течи топлива с топливного фильтра, с технической точки зрения - производственный брак топливного фильтра -разрушение фильтрующего элемента, а в последствии и корпуса фильтра или действие сотрудников сервисного центра по замене топливного фильтра по причине полного отсутствия топливного фильтра, который полностью сгорел от воспламенения (л.д. 50 том 1).

По мнению специалиста, производственный недостаток - это недостаток, в том числе, возникший по причине, связанной с нарушением порядка, установленного для ремонта транспортного средства, что привело к нарушению исправности автомобиля или работоспособности автомобиля. Таким образом, специалист сделал вывод о том, что причина возгорания автомобиля с технической точки зрения, является производственным недостатком (л.д. 50 том 1).

При этом специалист принял во внимание отсутствие внешних механических повреждений аварийного характера в месте конструктивной установки топливного фильтра, отсутствие признаков выполнения работ, проводимых с топливной системой автомобиля с момента проведения технического обслуживания 11 января 2018 года и до момента возгорания.

Специалист, не исключил причину возникновения течи топлива, в связи с выполнением работ по замене топливного фильтра (л.д. 50 том 1).

По результатам исследования эксперт сделал вывод о том, что возникновение возгорания исследуемого автомобиля с технической точки зрения возможно лишь при условии попадания топлива из топливного фильтра на разогретые элементы системы выпуска отработавших газов (выхлопная труба, глушитель).

При этом специалист отметил то, что возникновение течи топлива с топливного фильтра с технической точки зрения возможно по причине - брак при производстве топливного фильтра в виде разрушения фильтрующего элемента, а впоследствии и корпуса фильтра, а также по иной причине в виде действий сотрудников сервисного центра по замене топливного фильтра.

Специалист отметил то, что сделать категоричный вывод на поставленный вопрос на момент проведения исследования, экспертным путем, не представляется возможным по причине полного отсутствия топливного фильтра, который полностью сгорел от воспламенения (л.д. 51).

Как видно из материалов дела, истец в обоснование иска ссылается и на заключение общества с ограниченной ответственностью «Пермский институт Экспертных Исследований» от 30 ноября 2018 года, специалист ФИО10 (л.д. 55-71 том 1).

Как видно из заключения, специалист выполнил исследование в отношении названного выше транспортного средства по состоянию на 08 марта 2018 года (л.д. 56 том 1), выполнил расчеты, определил общий размер ущерба, причиненный в результате повреждения транспортного средства. Специалист осмотрел автомобиль, указал места повреждения, характер, вид и объем повреждений (л.д. 61-62 том 1), выполнил фотографирование (л.д. 63-72 том 1).

По результатам исследования специалист сделал вывод о том, стоимость восстановления транспортного средства без учета износа на заменяемые детали составляет 679 245, 20 руб.

Специалист также определил стоимость восстановления транспортного средства с учетом износа на заменяемые детали 533 375, 74 руб. (л.д. 56 том 1).

Возражая по доводам ответчика, истец (заказчик) исключил из причин возникновения пожара производственные недостатки топливного фильтра (брак). Истец отметил то, что использовал автомобиль с момента приобретения, с 2016 года. При эксплуатации автомобиля истец не выявил техническую неисправность в виде разрушения фильтрующего элемента, в последствие корпуса фильтра. Истец также отметил то, что исследование, результаты которого оформлены в заключение №45/13-2018, выполнили специалисты, которые имеют специальные познания в области пожарно-технических экспертиз.

Как было указано выше, Публичное акционерное общество СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ «РОСГОССТРАХ» представило в материалы дела письменный отзыв на иск (л.д. 101-102 том 2). Третье лицо отметило то, что событие, в результате которого повреждено транспортное средство не является страховым случаем, согласно договору страхования от 24 января 2017 года, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Элемент Лизинг» и обществом. В связи с тем, что страховой случай, предусмотренный договором страхования, не наступил, правовых оснований для выплаты страхового возмещения на основании закона не имелось. Третье лицо отметило и то, что арбитражный суд города Москвы по делу №А40-46614/2021 отказал в удовлетворении исковых требований истца по настоящему делу к третьему лицу о взыскании убытков в виде лизинговых платежей. Принятый арбитражным судом по другому делу судебный акт обжалован, вступил в законную силу.

Как видно из материалов дела, ответчик заявил ходатайство о назначении экспертизы (л.д. 147-154 том 1).

Учитывая доводы истца и ответчика, суд назначил техническую экспертизу.

По результатам экспертизы в материалы дела поступило заключение общества с ограниченной ответственностью «ПЕРМСКИЙ ЦЕНТР АВТОЭКСПЕРТИЗ»№32.06.21.ЗЭ от 10 августа 2021 года (л.д. 18-52 том 2).

Как видно из заключения экспертs - ФИО5, ФИО6, ФИО7 предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложного заключения на основании статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (л.д. 19 том 2).

Эксперты осмотрели автомобиль 15 июля 2021 года в боксе по адресу: <...>.

Эксперты выполнили осмотр автомобиля при естественном освещении, провели фотографирование цифровым фотоаппаратом (л.д. 23, 24-28 том 2).

При осмотре эксперты отметил то, что выгорание лакокрасочного покрытия на днище рефрижератора расположено над местом размещения топливного фильтра автомобиля, топливный фильтр на момент осмотра отсутствует, пластиковые трубки топливного провода в данном месте отсутствуют.

Эксперты отметили и то, что резиновые элементы подвески системы выпуска отработанных газов из двигателя в данном месте отсутствуют, резиновый элемент промежуточной опары карданного вала со стороны топливного фильтра частично сгорел, оплетка стояночного тормоза имеет признаки воздействия высокой температуры и открытого пламени. Деревянные подставки кузова рефрижератора имеют максимальные признаки высокой температуры и открытого пламени над местом установки топливного фильтра (л.д. 27-28 том 2).

Эксперты сделали вывод о том, что очаг возникновения пожара, произошедшего 08 марта 2018 года в транспортном средстве, расположен в нижней части автомобиля на стыке между кабиной и фургоном в месте расположения топливного фильтра и подходящих к нему пластиковых трубок топливного провода (л.д. 28 том 2).

Эксперты отметили то, что основными источниками возгорания в моторном отсеке автомобиля, находящегося в движении, являются: пожароопасный аварийный режим в электроустановке автомобиля или в топливной системе автомобиля (л.д. 29 том 2).

При этом эксперт отметил то, что с момента технического обслуживания автомобиля 11 января 2018 года при котором выполнены работы по замене топливного фильтра, до момента возгорания 08 марта 2018 года, не были обнаружены лицом, эксплуатирующим транспортное средство какие-либо повреждения топливной системы. Также не обнаружено утечки топлива, запах топлива, неустойчивая работа двигателя из-за недостатка топлива в результате утечки топлива (л.д. 33 том 2).

По мнению экспертов, эти обстоятельства ставят под сомнение возможность возгорания транспортного средства из-за действий сотрудников сервисного центра по замене топливного фильтра. При этом эксперт отметил то, что при эксплуатации транспортного средства необходимо выполнять проверки через регулярные промежутки времени перед поездкой, такие как отсутствие следов воды, охлаждающей жидкости, масла, топлива и других утечек. Также на основании руководства по эксплуатации транспортного средства не рекомендуется оставлять без присмотра автомобиль с работающим двигателем (л.д. 33-34 том 2).

Эксперты определили стоимость транспортного средства 2016 года выпуска на дату пожара 08 марта 2021 года в размере 679 671, 62 руб. (л.д. 42, 46, 47 том 2). Стоимость годных остатков транспортного средства составляет 216 760, 87 руб. (л.д. 48 том 2).

По результатам исследования эксперты сделали вывод о том, что очаг возникновения пожара, произошедшего 08 марта 2018 года, расположен в нижней части на стыке между кабиной и фургоном, в месте расположения топливного фильтра и подходящих к нему пластиковых трубок топливного провода.

По мнению экспертов, установить в категоричной форме на момент проведения исследования непосредственно причину возгорания транспортного средства экспертным путем не представилось возможным (л.д. 48 том 1).

После поступления в материалы дела заключения экспертов, истец представил в материалы дела письменные пояснения. Истец отметил то, что ссылка эксперта на Правила по эксплуатации транспортного средства носят рекомендательный характер. При этом истец отметил и то, что перед выходом на линию автомобиль был осмотрен, по результатам осмотра был технически исправен, о чем имеется отметка в путевом листе №2320 от 08 марта 2018 года (л.д. 68, 72 том 2).

Истец отметил и то, что лизингодатель приостанавливает начисление лизинговых платежей при условии квалификации предмета лизинга «полная гибель», при условии предоставления документов, с месяца, следующего за месяцем, в котором предоставлены документы (приложение №1 к договору лизинга). (Общие Правила финансовой аренды (лизинга). (пункт 4.4. Правил финансовой аренды (лизинга). Официальное письмо от ПАО СК «Росгосстрах» о том, что состояние предмета лизинга квалифицировано, как «полная гибель» поступила лизингодателю по истечении шести месяцев после наступления страхового случая в августе 2018 года. В период с марта 2018 года по август 2018 года истцу были начислены лизинговые платежи в размере 42 386, 00 руб. в месяц (письменные пояснения истца от 11 ноября 2021 года, л.д. 68 том 2).

Ответчик с выводами экспертов согласен. По мнению ответчика, заказанные работы истец принял без замечаний, гарантийный срок на выполненные работы установлен 20 дней или 200 км пробега. В дальнейшем, истец уклонился от передачи транспортного средства для целей осмотра ответчику (письменные отзывы ответчика, л.д. 132 том 1, л.д. 70 том 2).

В соответствии пунктами 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса.

Как следует из материалов дела и не оспаривается участвующими в деле лицами, названное выше транспортное средство, в результате пожара повреждено до состояния «технической гибели», что лица, участвующие в деле, не оспаривают.

Как видно из материалов дела, по результатам исследования эксперт сделал вывод о том, что установить непосредственно причину возгорания транспортного средства невозможно.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, в том числе, заключение эксперта, суд делает вывод о том, что заключение эксперта является законным, обоснованным, эксперт ответил на вопросы, поставленные судом (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, заключение эксперта является допустимым, относимым доказательством по делу, оценивается судом наряду с другими доказательствами по совокупности, не имеет для суда преимущественного значения.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд делает вывод о том, что очаг пожара расположен в нижней части автомобиля, в месте расположения топливного фильтра на стыке между кабиной и фургоном и подходящих к нему пластиковых трубок топливного провода.

Суд также делает вывод о том, что электрооборудование, расположенное в очаге пожара не повреждено в результате аварийного повреждения, фактически аварийный режим работы бортовой электросети исключен из числа вероятных причин пожара.

Пожароопасный аварийный режим работы электрооборудования (электроустановки автомобиля) или электросети, специалистами не установлен, как и не установлено наличие следов короткого замыкания (отсутствие оплавленных проводов, преимущественно локальных).

Суд делает вывод и о том, что образование паровоздушной смеси в районе очага пожара связано с разгерметизацией топливной системы.

Технической причиной пожара автомобиля (пожароопасный аварийный режим) явилось самовоспламенение топливной смеси, попадание топлива на нагретый выпускной коллектор.

Суд не может сделать вывод о том, что причиной пожара является «рабочее искрение» в автомобиле при работающем двигателе в неподвижном состоянии, о том, что воспламенение смеси паров горючей жидкости с воздухом связано с работающим двигателем в неподвижном состоянии с искрением системы зажигания.

Суд учитывает то, что при эксплуатации транспортного средства - при движении транспортного средства двигатель автомобиля также работает.

Таким образом, при отсутствии движения транспортного средства (неподвижное состояние, при работающем двигателе), при наличии движения транспортного средства (подвижное состояние при работающем двигателе), топливная система должна находиться в технически исправном состоянии.

Как видно из материалов дела, и не оспорено со стороны ответчика, транспортное средство в день возникновения пожара было осмотрено, являлось технически исправным (путевой лист №2320 от 08 марта 2018 года, л.д. 68, 72 том 2). Таким образом, суд не может сделать вывод о том, что в день возникновения пожара перед эксплуатацией в транспортном средстве имелись следы воды, охлаждавшей жидкости, мала, топлива, другие утечки. Суд также не может сделать вывод о том, что автомобиль находился в небезопасном состоянии при включенном двигателе («без присмотра»). Суд не может сделать вывод о том, что истец, истец, действуя разумно, нарушил периодичность регламентной замены фильтра, учитывая пробег автомобиля.

То обстоятельство, что в период с 11 января 2018 года по 08 марта 2018 года при эксплуатации транспортного средства истец не установил повреждения или иные неисправности топливной системы, само по себе не может исключить разгерметизацию топливной системы в определенный момент - в момент неподвижного состояния транспортного средства при включенном двигателе.

При этом топливная система автомобиля должна находиться в исправном состоянии, при эксплуатации транспортного средства в подвижном состоянии или неподвижном состоянии при работающем двигателе не являться раз герметизированной.

Таким образом, суд отклоняет довод ответчика о том, что причиной возникновения пожара явился работающий двигатель при отсутствии движения транспортного средства, а именно, нахождение транспортного средства при включенном двигателе при разгрузке товара в неподвижном состоянии. Иного ответчик не доказал.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд не может сделать вывод о том, что причиной возникновения пожара - воспламенение топливной смеси, явилась ненадлежащая эксплуатация водителем транспортного средства, работающий двигатель, производственная неисправность топливной системы или иного оборудования. Иного ответчик не доказал.

То обстоятельство, что на момент осмотра автомобиля топливный фильтр отсутствовал (сгорел при пожаре), не может явиться для суда достаточным, самостоятельным основанием для иных выводов суда. Для вывода суда, в том числе, о том, что попадание топлива на нагретый выпускной коллектор, и самовоспламенение топливной смеси связано с тем, что двигатель автомобиля на момент возгорания находился в работающем состоянии.

Суд учитывает то, что ответчик выполнил работы по замене фильтра тонкой очистки топлива (заказ-наряд, л.д. 98 том 1).

Таким образом, учитывая цель названных выше работ, период использования, результат работ должен выполнять определенную функцию в течение срока службы, в разумный срок эксплуатации. Кроме того, истец фактически заказал выполнить техническое обслуживание транспортного средства, в том числе, выполнить техническое обслуживание электрооборудования, а также газового оборудования.

В материалы дела не представлены доказательства, позволяющие суду сделать вывод о том, что ответчик выполнил комплексную диагностику других систем автомобиля при выполнении работ, связанных с техническим обслуживанием автомобиля, при выполнении работ по замене фильтра, учитывая конструктивную особенность автомобиля, место расположения топливного фильтра тонкой очистки.

Как было указано выше, источником зажигания, способным воспламенить смесь паров горючей жидкости с воздухом, образование паровоздушной смеси в районе очага пожара может быть связано лишь с разгерметизацией топливной системы автомобиля в районе очага пожара, а именно, в месте расположения топливного фильтра (л.д. 79 том 1). Иного ответчик не доказал (статьи 65-68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая обстоятельства, при наличии которых возникли убытки истца, а именно, утрата топливного фильтра, утрата иных систем автомобиля в результате пожара транспортного средства, сами по себе не могут освободить ответчика от обязанности по доказыванию надлежащего выполнения работ, так как, это поставит ответчика в преимущественное положение по отношению к истцу.

Эти обстоятельства сами по себе также не могут поставить и истца в преимущественное положение по отношению к ответчику.

Вместе с тем, суд не установил случайную гибель имущества истца.

Как видно из заключения специалиста, возникновение возгорания исследуемого автомобиля с технической точки зрения, возможно лишь при условии попадания топлива из топливного фильтра на разогретые элементы системы выпуска отработавших газов (выхлопная труба, глушитель). При этом специалист учитывал конструктивное расположение элементов системы выпуска отработавших газом под топливным фильтром (заключение №45/13/2018 от 10 мая 2018 года, л.д. 49 том 1).

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Убытки являются общей мерой гражданско-правовой ответственности, ответственность в форме возмещения убытков имеет место тогда, когда лицо, потерпевшее от гражданского правонарушения, понесло убытки, то есть те отрицательные последствия, которые наступили в имущественной сфере потерпевшего в результате совершенного против него гражданского правонарушения.

При этом в данном случае необходимо доказать сам факт наличия убытков и их размер, то обстоятельство, что убытки были причинены истцу в результате ненадлежащего исполнения ответчиком, в том числе, договорных обязательств, а также наличие причинной связи между ненадлежащим исполнением ответчиком договорных или иных обязательств и причиненными истцу убытками.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, арбитражный суд делает вывод о том, что причиной неисправности топливной системы автомобиля является некачественное выполнение работ со стороны ответчика. Иного ответчик не доказал.

Арбитражный суд не может сделать вывод и о том, что обнаруженные недостатки произошли вследствие нормального износа объекта работ или его частей.

Арбитражный суд не может сделать вывод о том, что недостатки работ, на которые ссылается истец, могли быть установлены истцом при обычном способе приемки выполненных работ на основании заказа (статьи 65-68 Арбитражного кодекса Российской Федерации).

Таким образом, истец не лишен права ссылаться на недостатки выполненной работы, которые могли быть установлены при обычном способе ее приемки (явные недостатки) (часть 3 статьи 720 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 211 Гражданского кодекса Российской Федерации, риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, условия договора, арбитражный суд делает вывод о том, что действительная воля сторон договора не была направлена на возложение ответственности за повреждение имущества в отсутствии вины на подрядчика.

Стороны не достигли и согласия и в отношении того, что подрядчик принял на себя риск гибели или повреждения имущества истца (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Вместе с тем, как было указано выше, суд не установил случайную гибель или случайное повреждение имущества.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами, никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, арбитражный суд не может сделать вывод о том, что истец не доказал наличие всей совокупности элементов, необходимых для взыскания упущенной выгоды.

Суд не может сделать вывод о том, что расчет упущенной выгоды произведен истцом без учета разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если обязательство было исполнено.

Суд также не может сделать вывод о том, что убытки превышают установленный законом максимальный предел.

Суд не может сделать вывод о том, что истец содействовал увеличению размера убытков.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, арбитражный суд делает вывод о том, что ответчик выполнил ненадлежащим образом, предусмотренные сделкой обязательства.

Суд делает вывод о том, что на ответчика может быть возложена гражданско-правовая ответственность в виде возмещения убытков (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Расчет убытков судом проверен, признан обоснованным, закону не противоречит.

Расчет убытков, размер убытков ответчик фактически не оспорил (статьи 65-68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Злоупотребление правом со стороны истца суд не установил (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании изложенного имущественные требования истца являются правомерными, обоснованными, иск следует удовлетворить полностью.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Судебные расходы, связанные с рассмотрением дела, относятся на ответчика (статья 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Поскольку судебный акт принят не в пользу ответчика, то судебные расходы, связанные с оплатой услуг эксперта относятся на ответчика (статья 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь подпунктом статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «БЕРСЕРК-4» (614000, <...>/2, ОГРН: <***>, ИНН: <***>) стоимость автомобиля в сумме 462 954 руб. 75 коп., убытки в сумме 254 316 руб. 00 коп., стоимость проведенной экспертизы в сумме 33 000 руб. 00 коп., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 18 005 руб. 00 коп.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ДРУГОЕ ДЕЛО» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 3 759 руб. 00 коп., уплаченную по платежному поручению №608 от 24.02.2021.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.


Судья Ю.Т. Султанова