Решение от 27 апреля 2024 г. по делу № А40-232547/2020

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

г. Москва

Дело № А40-232547/20-41-1755

Резолютивная часть решения объявлена 28.03.2024.

Решение в полном объеме изготовлено 27.04.2024.

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Березовой О.А., рассмотрев в судебном заседании суда первой инстанции, проведенном по адресу: <...>, зал судебных заседаний 9010, - при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, при участии представителей истцов ФИО2 по доверенностям от 18.12.2023 № ДГИ-Д-1761/23 и от 24.05.2023 № 4-47-1097/23, ответчика ФИО3 по доверенности от 15.02.2024, дело по иску Правительства Москвы (ОГРН <***>) Департамента городского имущества города Москвы (ОГРН <***>) к ответчику АО «Омикрон» (ОГРН <***>) о признании постройки самовольной, о признании отсутствующим права собственности на самовольную постройку, об обязании снести здание, об освобождении земельного участка, 3-и лица – Управление Росреестра по Москве, Комитет государственного строительного надзора города Москвы, Государственная инспекция по контролю за использованием объектов недвижимости города Москвы, АО «Райффайзенбанк», ООО «БЦ Петровский», ООО «Второе агентство недвижимости», ООО «Глория», установил:

Истцы просят суд признать самовольной постройкой здание по адресу: <...>; обязать ответчика снести указанную самовольную постройку в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу, а в случае неисполнение ответчиком решения суда в установленный судом срок предоставить Правительству Москвы в лице Госинспекции по недвижимости города Москвы снести самовольную постройку за счет ответчика; признать отсутствующим зарегистрированное за ответчиком право собственности на указанную самовольную постройку.

В обоснование иска истцы сослались на то, что по договору аренды земельного участка от 14.01.1997 № М-09-007651 ответчику предоставлен в аренду земельный участок площадью 11 390 кв. м с кадастровым номером 77:09:0005015:67 по адресу: <...>, - для эксплуатации зданий и сооружений, указанных в приложении № 3 к договору, в том числе для эксплуатации нескольких металлических строений и сооружения (навеса), учтенных в разделе V технического паспорта БТИ «Оценка служебных строений, дворовых сооружений и замощений»: литер № 5 – производственное 1-этажное металлическое строение площадью 383 кв. м; литер № 10 – 1-этажный металлический склад площадью 23, 5 кв. м (длина 5, 1 м, ширина 4, 6 м), литер № 11 – навес площадью 26, 2 кв. м (длина 5, 7 м, ширина – 4, 6 м).

В 2002-2006 гг. на земельном участке на месте ранее демонтированных двух металлических строений и навеса возведено нежилое здание площадью 570, 9 кв. м, на которое зарегистрировано право собственности ответчика.

Вместе с тем под строительство указанного здания земельный участок ответчику не предоставлялся, исходно-разрешительная и проектная документация на здание не разрабатывалась, на государственную экспертизу не передавалась, разрешение на строительство здания ответчику не выдавалось, как не выдавалось и разрешение на ввод в эксплуатацию здания, построенного на месте снесенных металлических строений и навеса.

Истцы считают спорное здание самовольной постройкой, ссылаясь на то, что в определении от 03.07.2007 № 595-О-П Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что для признания объекта самовольной постройкой достаточно наличие хотя бы одного из трех условий, перечисленных в п. 1 ст. 222 ГК Российской Федерации, и на то, что объект в качестве самовольной постройки включен в приложение № 2 к постановлению Правительства Москвы от 11.12.2013 № 819.

Ответчик против иска возразил, сослался на то, что не возводил на земельном участке спорный объект, поскольку здание передано ему на основании протокола общего собрания участников ООО «Омикрон» от 18.05.2009 по акту приема-передачи от 18.12.2009. Кроме того, ответчик сослался на пропуск истцами срока исковой давности, заявив о том, что его право собственности на спорный объект зарегистрировано 16.03.2010, сведения, внесенные в ЕГРП, носят открытый характер, в связи с чем истцы имели возможность в пределах срока исковой давности получить сведения о государственной регистрации права собственности ответчика на спорный объект.

В судебное заседание не явились 3-и лица, о месте и времени судебного разбирательства извещены надлежащим образом, дело рассматривалось судом в отсутствие 3-х лиц в соответствии со ст. 156 АПК Российской Федерации.

Исследовав письменные доказательства, представленные сторонами, заслушав объяснения представителей сторон, суд установил, что 14.01.1997 Москомзем в качестве арендодателя и АО «Предприятие по производству конно-спортивных изделий «КСИОК» в качестве арендатора заключили договор аренды земельного участка № М-09-007651, по которому арендатору на 25 лет предоставляется в аренду земельный участок площадью 11 390 кв. м по адресу: <...>, - для эксплуатации зданий и сооружений, указанных в приложении № 3 к договору. В приложении № 3 указаны 10 объектов, в том числе 3 металлических склада и 1 металлический производственный корпус.

Согласно техническому паспорту на домовладение № 14 по ул. Нижняя в г. Москве, составленному ГорБТИ по состоянию на 1992 год, на земельном участке располагались: литер № 5 – производственное 1-этажное металлическое строение площадью 383 кв. м; литер № 10 – 1-этажный металлический склад площадью 23, 5 кв. м (длина 5, 1 м, ширина 4, 6 м), литер № 11 – навес площадью 26, 2 кв. м (длина 5, 7 м, ширина – 4, 6 м); указанные объекты учтены в разделе V технического паспорта БТИ «Оценка служебных строений, дворовых сооружений и замощений».

В техническом паспорте, составленном по состоянию на 29.11.2007 ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ», в качестве стр. 9-11 указано здание площадью 492, 2 кв. м 1970 года постройки, на которое 26.02.2007 зарегистрировано право собственности ООО «Омикрон».

По дополнительному соглашению от 21.08.2008 права и обязанности арендатора по указанному договору аренды земельного участка переданы ООО «Омикрон» в связи с переходом к нему права собственности на объекты, расположенные на земельном участке, на основании договора купли-продажи от 05.02.2007 № КП/ВАН-5-6/1-8-9/11-0207Ом и передаточного акта от 05.02.2007.

Из писем Мосгосстройнадзора, Москомархитектуры, Префектуры Северного административного округа г. Москвы, адресованных Департаменту городского имущества города Москвы, следует, что исходно-разрешительная, проектная документация на возведение на указанном земельном участке объектов капитального строительства, на разрабатывалась, на государственную экспертизу не направлялась, разрешение на строительство, на ввод законченного строительством объекта в эксплуатацию на выдавались.

Вместе с тем актом Госинспекции по недвижимости города Москвы от 31.01.2020 № 9094841/2 установлено, что на земельном участке на месте двух металлических строений и навеса возведено нежилое здание, на которое 16.03.2010 зарегистрировано право собственности ответчика, что следует из выписки из ЕГРН от 18.07.2020 № КУВИ-002/2020-7796478.

Проведенной по делу судебной строительно-технической экспертизой установлено, что здание по адресу: <...>, - является объектом капитального строительства, которые имеет прочную связь с землей, перемещение здания без причинения несоразмерного ущерба его назначению невозможно; здание соответствует градостроительным нормам и правилам, не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Согласно заключению эксперта здание возникло в результате работ по реконструкции ранее находившихся на земельном участке производственного и складского зданий, новый объект в результате реконструкции не возник.

В судебном заседании 07.04.2022 эксперт пояснил, что здание не соответствует составленной на него в 2007 году технической документации, вывод о том, что здания является результатам работ по реконструкции, сделан экспертом исходя из того, что несущими конструкциями здания являются кирпичные стены (вновь возведенные) и металлические колонны, последние остались от тех металлических объектов, которые ранее находились на участке, однако из представленной технической документации невозможно установить, что из себя представляли эти металлические объекты и имелись ли эти металлические колонны ранее. При реконструкции снесли старые металлические стены, перекрытия, удлинили фундамент, возвели новые кирпичные стены, на них положили перекрытия.

Эксперт пояснил, что считает спорный объект результатом не нового строительства, а реконструкции, так как при возведении здания использованы старый фундамент и элементы старых объектов (металлических).

По ходатайству истцов определением от 04.05.2022 судом назначена дополнительная строительно-техническая экспертиза, которой установлено, что спорный объект возведен на месте некапитальных объектов (двух металлических строений и одного навеса), элементы двух некапитальных металлических объектов и навеса, учтенные в разделе V технического паспорта БТИ «Оценка служебных строений, дворовых сооружений и замощений», не использовались при возведении спорного объекта, при этом использование элементов некапитальных объектов (частично или в полном объеме) не подпадает под понятие реконструкции объекта капитального строительства, приведенное в ст. 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации.

Заключением эксперта, составленным по результатам экспертизы, назначенной определением суда от 23.11.2022, установлено, что спорный объект не соответствует градостроительным и строительным нормам и правилам и создает угрозу жизни и здоровью граждан.

По ходатайству ответчика, сославшегося на то, что нарушения, установленные экспертом, которые позволили ему сделать вывод о том, что здание не соответствует градостроительным и строительным нормам и правилам и создает угрозу жизни и здоровью граждан, устранены, определением от 29.06.2023 судом назначена дополнительная судебная экспертиза, заключение эксперта установлено, что на дату повторного осмотра объекта экспертизы нарушения, установленные экспертом, устранены не в полном объеме.

По состоянию на дату рассмотрения судом данного дела ст. 222 ГК Российской Федерации действует в редакции Федерального закона от 03.08.2018 № 339-ФЗ.

П. 1 ст. 222 Кодекса в указанной редакции устанавливает, что самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

Как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 03.07.2007 № 595-О-П «По запросу Сормовского районного суда города Нижнего Новгорода о проверке конституционности абзаца второго пункта 2 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации», вводя правовое регулирование самовольной постройки, законодатель закрепил в п. 1 ст. 222 ГК Российской Федерации три признака самовольной постройки, а именно: постройка должна быть возведена либо на земельном участке, не отведенном для этих целей в установленном законом порядке, либо без получения необходимых разрешений, либо с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил (причем для определения ее таковой достаточно наличия хотя бы одного из этих признаков), и установил в п. 2 той же статьи последствия, т.е. санкцию за данное правонарушение в виде отказа признания права собственности за застройщиком и сноса самовольной постройки осуществившим ее лицом либо за его счет.

Согласно п. 2 ст. 222 Кодекса (в редакции Федерального закона от 03.08.2018 № 339-ФЗ) самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом, осуществившим ее лицом либо за его счет, а при отсутствии сведений о нем лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором возведена или создана самовольная постройка, или лицом, которому такой земельный участок, находящийся в государственной или муниципальной собственности, предоставлен во временное владение и пользование, либо за счет соответствующего лица, за исключением случаев, предусмотренных п. 3, и случаев, если снос самовольной постройки или ее приведение в соответствие с установленными требованиями осуществляется в соответствии с законом органом местного самоуправления.

В п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2023 № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» разъяснено, что при возведении объекта недвижимости арендатор земельного участка ограничен как правовым режимом земельного участка, так и условиями договора аренды, определяющими обязанность (возможность) арендатора создать, возвести на участке конкретный объект.

Постройка, возведенная арендатором на земельном участке, условиями договора аренды которого не предусматривалась возможность создания соответствующего объекта, является самовольной.

В ходе судебного разбирательства судом установлено, что земельный участок по адресу: <...>, - предоставлялся в аренду для эксплуатации зданий и сооружений, перечисленных в приложении № 3 к договору, в числе которых указаны металлические некапитальные строения, для возведения на земельном участке объектов капитального строительства участок в аренду не предоставлялся. Вместе с тем из представленных в дело доказательств следует, что к 2007 году на земельном участке на месте двух металлических строений и навеса возведен объект капитального строительства – нежилое здание, право собственности на которое зарегистрировано за ответчиком. При этом здание построено в отсутствие исходно-разрешительной, проектной документации, без проведения государственной экспертизы, без получения разрешений на строительство и на ввод построенного здания в эксплуатацию.

Проведенными по делу строительно-техническими экспертизами установлено, что построенное здание не соответствует градостроительным нормам и правилам и создает угрозу жизни и здоровью, нарушения, установленные экспертом, несмотря на уверения ответчика, последним устранены частично.

Таким образом, судом установлено наличие двух из трех предусмотренных п. 1 ст. 222 ГК Российской Федерации признаков самовольной постройки, а именно спорный объект возведен, во-первых, на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, во-вторых, без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений.

Следовательно, с учетом определения Конституционного Суда Российской Федерации от 03.07.2007 № 595-О-П этих признаков достаточно для признания объекта самовольной постройкой, в связи с чем иск в части требования о признании спорного объекта самовольной постройкой судом удовлетворяется.

В п. 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 указано, что отсутствие разрешения на строительство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольную постройку. В то же время суду необходимо установить, предпринимало ли лицо, создавшее самовольную постройку, надлежащие меры к ее легализации, в частности к получению разрешения на строительство и/или акта ввода объекта в эксплуатацию, а также правомерно ли отказал уполномоченный орган в выдаче такого разрешения или акта ввода объекта в эксплуатацию. Если иное не установлено законом, иск о признании права собственности на самовольную постройку подлежит удовлетворению при установлении судом того, что единственными признаками самовольной постройки являются отсутствие разрешения на строительство и/или отсутствие акта ввода объекта в эксплуатацию, к получению которых лицо, создавшее самовольную постройку, предпринимало меры.

Судом установлено, что в отношении земельного участка ответчик никогда не имел прав, допускающих строительство на нем спорного объекта, что в силу прямого указания закона (п. 3 ст. 222 ГК Российской Федерации) исключает признание за ответчиком права собственности на этот объект, а сам ответчик никаких мер к легализации самовольной постройки не предпринимал.

В ходе судебного разбирательства ответчик заявил о применении судом исковой давности, сославшись на то, что его право собственности на здание зарегистрировано 16.03.2010, 3-летний срок исковой давности ко дню подачи искового заявления в суд истек.

В п. 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 указано, что течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП, и отмечено, что сама по себе запись в ЕГРП о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права.

В п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2023 № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» разъяснено, что к требованию о сносе самовольной постройки, сохранение которой не создает угрозу жизни и здоровью граждан, применяется общий срок исковой давности, исчисляемый со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по делу.

Срок исковой давности по требованию о сносе самовольной постройки, заявленному собственником - арендодателем или ссудодателем земельного участка, начинает течь с момента, когда арендатор или ссудополучатель должен был возвратить переданный ему земельный участок. В случае возвращения земельного участка арендатором или ссудополучателем собственнику с возведенной (созданной) на нем самовольной постройкой срок исковой давности по требованию собственника земельного участка о сносе такой постройки начинает течь не позднее момента возврата земельного участка.

Поскольку договор аренды земельного участка по истечении срока, на который он заключался, возобновил свое действие на неопределенный срок (п. 2 ст. 621 ГК Российской Федерации), срок возврата ответчиком земельного участка из аренды его собственнику не наступил, а потому не начал течь и срок исковой давности по требованию о сносе самовольной постройки, заявленному собственником земельного участка.

При установленных судом обстоятельствах, принимая во внимание сформулированную в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2023 № 44 позицию Верховного Суда Российской Федерации относительно начала течения срока исковой давности по требованию о сносе самовольной постройки, возведенной на земельном участке, предоставленном в аренду, иск судом удовлетворяется в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 222 ГК Российской Федерации, ст. 65, 110-112, 167-170 АПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск удовлетворить;

признать самовольной постройкой здание по адресу: <...>;

обязать АО «Омикрон» снести указанную самовольную постройку в течение 3-х месяцев со дня вступления решения суда в законную силу, а в случае неисполнение ответчиком решения суда в установленный судом срок предоставить Правительству Москвы в лице Госинспекции по недвижимости города Москвы снести самовольную постройку за счет ответчика;

признать отсутствующим зарегистрированное за ответчиком право собственности на здание по адресу: <...>.

Взыскать с АО «Омикрон» в доход федерального бюджета государственную пошлину 12 000 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья

О.А. Березова