Решение от 6 октября 2022 г. по делу № А73-3820/2022

Арбитражный суд Хабаровского края

г. Хабаровск, ул. Ленина 37, 680030, www.khabarovsk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

дело № А73-3820/2022
г. Хабаровск
06 октября 2022 года
Резолютивная часть судебного акта объявлена 19.09.2022 г.

Арбитражный суд Хабаровского края в составе судьи О.П. Медведевой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в заседании суда дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Дальреострой» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 680014, <...>) в лице участника ФИО2 (ИНН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП 306272127100011, ИНН <***>; дата и место рождения: 27.07.1970, г. Хабаровск)

о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 (адрес: 680000, <...>),

при участии:

от истца – ФИО5 по доверенности от 11.02.2022;

от ответчика – ФИО6, ФИО7 –ФИО8 по общей доверенности от 19.01.2022.

Общество с ограниченной ответственностью «Дальреострой» в лице участника ФИО2 (далее – ФИО2, истец) обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) о признании недействительными сделок – дополнительных соглашений к договору аренды №12/2019 от 01.04.2019, а именно: от 27.08.2020, от 31.08.2020, от 11.01.2021, от 01.04.2021, от 01.07.2021, 21.09.2021, и применении последствий их недействительности путем взыскания разницы между арендной платой, установленной в договоре и арендной платой, не начислявшейся либо сниженной в период действия дополнительных соглашений в сумме 20 400 000 руб.


Определением от 16.03.2022 исковое заявление принято к производству, возбуждено дело №А73-3820/2022.


В судебном заседании 05.09.2022 объявлялся перерыв до 12.09.2022, до 19.09.2022 в порядке статьи 163 АПК РФ.

В судебном заседании представитель ФИО2 настаивал на удовлетворении заявленных требований, возражал на доводы ответчика, по основаниям, изложенным в иске и письменных пояснениях..

Представитель ответчика исковые требования не признает по доводам отзыва и дополнительных пояснений. Письма ООО «Спорт» от 26.03.2020, от 27.08.2020, от 25.12.2020, от 29.03.2021, от 28.06.2021, от 17.09.2021, адресованные ИП ФИО3, в отношении которых представителем ФИО2 подано заявление о фальсификации, отказался приобщать к материалам дела.

В связи с чем, оснований для рассмотрения заявления в порядке статьи 161 АПК РФ у суда не имеется. Представитель ФИО2 заявление не поддержал.

Рассмотрев материалы дела, заслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд

УСТАНОВИЛ:

ООО «Дальреострой» создано путем реорганизации в форме преобразования и зарегистрировано в ЕГРЮЛ 05.09.2014 за ОГРН <***>.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Дальреострой», ФИО2 с 18.02.2019 является одним из участников общества с долей в уставном капитале в размере 10%. Генеральным директором общества является ФИО9 с 05.09.2014.


ФИО3 до декабря 2021 года являлась участником ООО «Дальреострой» с долей в уставном капитале в размере 22,5%.

01.04.2019 между ООО «Дальреострой», в лице ФИО4, действующей на основании доверенности № 103/2018 от 31.12.2018 г (арендодатель) и ИП ФИО3 (арендатор) заключен договор аренды № 12/2019 нежилых помещений в здании по Восточному шоссе, 41 в г. Хабаровске.


По условиям договора арендодатель обязался передать арендатору за плату во временное пользование недвижимое имущество:

- функциональные нежилые помещения: 0(1-46), I (1-56), II (1-64), III (1-58), IV(1-59), V(1-41), VI (1-15. 31-32), VII(1-15), VIII(1-15), IX(1-15), X(1-29), XI(1-29), XII(1-21), XIII(1-17)

- нежилые помещения №24-28, №30-33, №35-38, №40-56 общей площадью 1620,1 кв.м., на 1 этаже;

- нежилые помещения №25-27, №29-30, №49-63 общей площадью 747,1 кв.м. на 2 этаже,

- нежилые помещения №29-33, №35 общей площадью 804,1 кв.м. на 3 этаже,

- нежило помещение №32 площадью 113 кв.м. на 4 этаже,

- нежилое помещение №32 площадью 112,5 кв.м. на 5 этаже.


Общая площадь передаваемых помещений составляет 3 396,8 кв.м.


Пунктом 3.1 договора установлена арендная плата за арендуемые помещения в сумме 1200 000 руб. (с НДС) в месяц.


Срок аренды 11 месяцев с даты подписания акта приема-передачи помещения. (п. 1.7).

К договору аренды сторонами заключен ряд дополнительных соглашений, которыми в пункт 3.1 договора аренды внесены изменения в части стоимости арендной платы, согласно которым:

- от 27.08.2020 арендная плата за период с 01.04.2020 по 31.08.2020 не начисляется. По истечении указанного периода арендная плата составляет 1200 000 руб.,

- от 31.08.2020 арендная плата в период с 01.09.2020 по 31.12.2020 составляет 600 000 руб.,

- от 11.01.2021 арендная плата в период с 01.01.2021 по 31.03.2021 составляет 600 000 руб.,

- от 01.04.2021 арендная плата в период с 01.04.2021 по 30.06.2021 составляет 600 000 руб.,

- от 01.07.2021 арендная плата в период с 01.07.2021 по 31.12.2021 составляет 600 000 руб.,

- от 21.09.2021 арендная плата в период с 01.04.2021 по 31.08.2021 не начисляется. По истечении указанного периода арендная плата составляет 500 000 руб.


По мнению истца, в результате указанных сделок, ООО «Дальреострой» причинен значительный ущерб в связи с недополученной суммой арендной платы за 10 месяцев, и уменьшением размера арендной платы.


Полагая, что сделки совершены с заинтересованностью, при наличии сговора со злоупотреблением правом, чем обществу причинен ущерб, ФИО2 в соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 №25 в интересах общества обратилась с настоящим иском в суд, нормативно обосновав требования положениями статьи 45 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», пункта 2 статьи 174, ГК РФ, статьями 10, 168 ГК РФ.


В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).


В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ и разъяснений пункта 73 Постановления Пленума ВС РФ № 25 по общему правилу сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.


В иных случаях, упомянутых в пункте 2 статьи 168 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.


Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.


Истец заявляет о недействительности дополнительных соглашений по основанию совершения оспариваемой сделки с нарушением установленных законодательством корпоративных процедур совершения сделки с заинтересованностью.


В силу статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.


Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.


Для целей настоящей статьи контролирующим лицом признается лицо, имеющее право прямо или косвенно (через подконтрольных ему лиц) распоряжаться в силу участия в подконтрольной организации и (или) на основании договоров доверительного управления имуществом, и (или) простого товарищества, и (или) поручения, и (или) акционерного соглашения, и (или) иного соглашения, предметом которого является осуществление прав, удостоверенных акциями (долями) подконтрольной организации, более 50 процентами голосов в высшем органе управления подконтрольной организации либо право назначать (избирать) единоличный исполнительный орган и (или) более 50 процентов состава коллегиального органа управления подконтрольной организации.


Подконтрольным лицом (подконтрольной организацией) признается юридическое лицо, находящееся под прямым или косвенным контролем контролирующего лица.


Согласно пунктам 3 и 4 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена решением общего собрания участников общества.


Решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием участников общества большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки.


Согласно пунктам 8.3.15, 8.4. Устава ООО «Дальреострой» решение об одобрении обществом сделок, в совершении которых имеется заинтересованность принимаются единогласно.


По мнению истца, ФИО3 является контролирующим лицом в Обществе, в обоснование чему приводит следующие обстоятельства.


ФИО3 до декабря 2021 года являлась участником Общества с долей в уставном капитале в размере 22,5%, перешедшей ей по наследству в июле 2018 г. после смерти единственного участника Общества ФИО10.


После принятия наследства и заключения соглашения о распределении долей в наследственной массе и до момента выхода из Общества ФИО3 уставный капитал распределялся между участниками Общества следующим образом:

- ФИО2 (супруга наследодателя ФИО10) доля в уставном капитале в размере 10%;

- ФИО11 (дочь наследодателя и ФИО2) доля в уставном капитале в размере 22,5%;

- ФИО12 (сын наследодателя и ФИО2) доля в уставном капитале в размере 22,5%;

- ФИО13 (сын ФИО10) доля в уставном капитале Общества в размере 22,5%;

- ФИО3 (дочь ФИО10) доля в уставном капитале в размере 22,5%.


Сын и дочь ФИО2 являются несовершеннолетними, их законным представителем является ФИО2


На момент возникновения у наследников корпоративных прав генеральным директором Общества являлся ФИО9.


В силу пункта 8.4 Устава и сложившегося соотношения голосов ни одна из «ветвей» наследования не могла принять решение о смене руководителя Общества. ФИО2, выступая от своего имени, и как законный представитель своих несовершеннолетних детей, не могла контролировать деятельность Общества.


ФИО3 и ее родной брат ФИО13, в совокупности обладающие 45 % голосов, имели возможность блокировать избрание и назначение единственного исполнительного органа Общества.


Кроме того, на момент совершения сделок ФИО3 косвенно контролировала деятельность Общества, что подтверждается тем, что ФИО9 являлся номинальным руководителем общества, который по просьбе ФИО14 подписал ряд документов, не вникая в их суть. ФИО14 в свою очередь подконтрольна ФИО3


Вместе с тем, указание ФИО2 на то обстоятельство, что ФИО3 и ФИО13 являются братом и сестрой, и в совокупности владеют 45% голосов Общества, не свидетельствует о передаче ФИО3 корпоративных прав.


Кроме того, общее количество долей ФИО3 и ФИО13 составляет 45% доли в уставном капитале Общества.


Таким образом, ни вместе, ни отдельно ФИО3 и ФИО13 не могли контролировать общество или давать обязательные для него указания. Более того, ФИО13 к оспариваемым сделкам не имел никакого отношения.


Участником Общества не представлено доказательств в подтверждение своего довода о том, что ФИО3 и ФИО13 блокировали избрание генерального директора ООО «Дальреострой».


Напротив сама ФИО2 с долей в размере 55%, являясь единственным контролирующим лицом, имела возможность блокировать избрание генерального директора.


Судом установлено, что ФИО3. не подпадает ни под один из критериев, приведенных в статье 45 Закона об ООО.


С учетом установленных обстоятельств, имеющихся в материалах дела доказательств, оспариваемые сделки, заключенные между ООО «Дальреострой» в лице ФИО4 и ИП ФИО3 не подпадают под критерии сделок, совершенных с заинтересованностью, закрепленные в статье 45 Закона Об ООО.


Невозможность квалификации сделки в качестве сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, не препятствует признанию судом такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ, а также по другим основаниям.

ФИО2 просит признать сделки недействительными по основаниям пункта 2 статьи 174 ГК РФ при наличии сговора между представителем ООО «Дальреострой» ФИО4 и ФИО3

В соответствии с пунктом 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Как разъяснено в п. 93 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" п. 2 ст. 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица (далее в этом пункте - представитель).

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).


Указывая на сговор ФИО4 и арендатора ФИО3, истец привел следующие обстоятельства.

Мылевская является заместителем генерального директора ООО»Дальрео» ФИО14 и, в силу этого, находится в ее непосредственном подчинении. По информации, полученной от директора ООО «Дальреострой» ФИО9 он являлся номинальным руководителем общества, по просьбе ФИО14 он подписывал ряд документов общества, не вникая в их суть. Таким образом, ФИО14 также фактически руководила и действиями номинального директора ООО «Дальреострой» ФИО9

Помимо этого ФИО14 является руководителем ООО «Дальфитнес», располагающегося по тому же юридическому адресу, что и ООО «Дальрео». В ООО «Дальфитнес» ответчику ФИО3 принадлежит доля в 61,25%. В ООО «Дальфитнес», в ООО «Дальрео», в ООО «Дальреострой» ФИО3 является участником, что презюмирует ее осведомленность о финансово-хозяйственной деятельности предприятий.

В арендуемых помещениях, являющихся предметом настоящего спора, осуществляет свою деятельность фитнес-клуб "World Class" под непосредственным управлением ООО «Спорт», единственным участником которого является ФИО15 - родная дочь ответчика.

В период до 2021 г. непосредственным оператором фитнес-клуба являлось ООО «Дальфитнес», директором которого является ФИО14 По настоящее время работники в фитнес-клуб привлекаются от лица компании ООО «Дальфитнес».

Таким образом, ФИО3 имела и имеет возможность определять действия ФИО4 как минимум через ее непосредственного руководителя в ООО «Дальрео» - ФИО14


Вышесказанное, по мнению ФИО2, свидетельствует о сговоре между представителем ООО «Дальреострой» ФИО4 и ФИО3


Вместе с тем, каких-либо доказательств наличия сговора между ФИО4 и ФИО3 при заключении оспариваемых дополнительных соглашений в материалы дела не представлено.


Приведенная истцом структура корпоративных отношений с участием ФИО2, ФИО3, ФИО14 сама по себе не подтверждает наличие сговора между ФИО4 и ФИО3 при заключении оспариваемых сделок.


Довод истца о номинальном руководстве ООО «Дальреострой» ФИО9, и его подконтрольности ФИО14, а также о том, что ООО «Дальфитнес» является оператором фитнес-клуба под маркой "World Class", является неподтвержденным. Приводя указанный довод, истец не представляет каких-либо доказательств.


Ссылка истца на то, что Мылевская является работником группы компаний, частью бизнеса которой является деятельность, осуществляемая в фитнес-клубах "World Class" также не подтверждает сговор.


Таким образом, в материалы дела не представлены доказательства, достоверно подтверждающие наличие сговора либо иных совместных действиях ФИО4 и ФИО3 в ущерб интересам ООО «Дальреострой».

Суд, оценив представление в дело документы, не установил обстоятельства, на которые ссылается истец, в связи с чем, отсутствуют основания считать доводы истца о сговоре лиц, подписавших дополнительные соглашения, обоснованными.


Соответственно, оснований для признания оспариваемых сделок недействительными на основании положения пункта 2 статьи 174 ГК РФ не имеется.


ФИО2 также полагает, что оспоримые сделки ничтожны в соответствии со статьей 168 ГК РФ (статья 10 ГК РФ) как свершенные со злоупотреблением правом, поскольку действия, направленные на явное причинение ущерба, не допускаются.


Пунктом 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 ГК РФ запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.


В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 "Обзор практики применения арбитражными судами ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Согласно разъяснениям, данным в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Признание сделки ничтожной на основании статей 10 и 168 ГК РФ возможно в исключительных случаях, когда установленные судом обстоятельства ее совершения говорят о заведомой противоправной цели совершения сделки обеими сторонами, об их намерении реализовать какой-либо противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц.

Исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

Вместе с тем, истцом в материалы дела не представлены доказательства того, что оспариваемые дополнительные соглашения были заключены с намерением причинить ущерб истцу или иным лицам.


Исходя из доводов ФИО2, оспаривание сделок связано со снижением сторонами размера арендной платы, а в ряде случаев с освобождением от ее уплаты, что привело к явному ущербу Общества.


Вместе с тем, ФИО2 ничем не подтверждает свои утверждения о причиненных убытках.


Согласно статье 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по смотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно статье 424 ГК РФ, исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.


Дополнительными соглашениями цена договора аренды была изменена, что не свидетельствует о каким - либо ущербе.


В судебном заседании установлено, что снижение арендной платы было связано с тем фактом, что передаваемые в аренду помещения спроектированы для деятельности именно фитнес-клуба и приспособить их под иную деятельность крайне сложно, а также со сложившейся ситуацией распространения новой коронавирусной инфекции.


Снижение арендной платы осуществлялось в рамках обычной хозяйственной деятельности и не причинило ущерб Обществу. Доказательств обратного ФИО2 не представлено.


Ссылка истца на то, что даже установленный договором размер арендной платы 1 200 000 руб. является заниженным, в подтверждение чему представлен отчет ООО «Оценка27» об оценке от 19.01.2022, судом отклонена.


Отчет об оценке не принят судом в качестве надлежащего доказательств по делу ввиду его проведения вне рамок судебного разбирательства. Отчет содержит недостоверные данные о площади арендуемых помещений 4 835 кв.м. Большая часть помещений принятых экспертом, как функциональных являются местами общего пользования и соответственно принадлежат всем собственникам в здании. Эксперт указывает их как арендуемые ответчиком. В связи с чем, считать отчет об оценке достоверным у суда не имеется.


Кроме того, до заключения договора аренды №12/2019 ООО «Дальреострой» был заключен договор аренды с ООО «Версаль» №08/16 от 01.03.2017, предметом которого являлись те же помещения, что и в договоре аренды №12/2019 с той разницей, что по договору аренды от 08/16 помещения передавались с метами общего пользования, ежемесячная арендная плата по которому установлена в размере 100 000 руб. при заключении договора, 106 000 руб. (дополнительным соглашением от 03.04.2017), 120 000 руб. (дополнительным соглашением от 10.04.2017), 79 554 руб. (дополнительным соглашением от 01.07.2019), расторгнут договор 20.07.2019.


Таким образом, установление по договору аренды №12/2019 арендной платы в размере 1200 000 руб., 600 000 руб. и 500 000 руб. в месяц нельзя признать заниженной, и причинением ущерба.


Судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о причинении явного ущерба ООО «Дальреострой» при заключении оспариваемых сделок.


Ссылка истца на ничтожность дополнительных соглашений, является необоснованной, исходя из следующего.


Пунктами 1,2 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.


Из разъяснений, изложенных в пунктах 73 - 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (п. 1 ст. 168 ГК РФ). Ничтожной может быть признана сделка в силу прямого указания на ее ничтожность, публичные договоры, не соответствующие п. п. 2, 4 ст. 426 ГК РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.


Истец, указывая на ничтожность соглашений, нарушающих требования закона (ст. 10 ГК РФ) не приводит доказательств посягательства на публичные интересы или права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Соответственно, сделки являются оспоримыми.


Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности в отношении дополнительных соглашений от 27.08.2020, от 31.08.2020.


Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).


В подпункте 4 пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 27 от 26.06.2018 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" разъяснено, участник (акционер) в любом случае должен был узнать о совершении оспариваемой сделки более года назад (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), если он длительное время (два или более года подряд) не участвовал в общих собраниях участников (акционеров) и не запрашивал информацию о деятельности общества.


Как указывает ФИО2, на общем собрании участников ООО «Дальреострой» по утверждению итогов деятельности за 2020 год информация о сделках, совершенных 27.08.2020, 31.08.2020 до нее не доводилась. Об оспариваемых сделках ей стало известно в декабре 2021 года после выхода ФИО3 и ФИО13 из состава участников общества.


В материалах дела действительно отсутствуют доказательства осведомленности истца о заключении оспариваемых соглашений.


Вместе с тем, поскольку сделки не являлись крупными и с заинтересованностью они не должны были доводиться до участников общества на общем собрании.


Положениями статьи 34 Закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предусмотрено, что очередное общее собрание участников общества проводится в сроки, определенные уставом общества, но не реже чем один раз в год.


Согласно пункту 8.6 Устава, годовые результаты деятельности общества утверждаются на общем собрании участников общества, которое созывается каждый год, не ранее чем через 2 месяца и не позднее чем через 4 месяца после окончания финансового года.

Таким образом, ФИО2 должна была узнать о сделках от 27.08.2020, 31.08.2020 не позднее 01.05.2021, с иском в суд обратилась 11.03.2022, то есть в пределах срока исковой давности.


С учетом вышеизложенного, суд, принимая во внимание не доказанность истцом совокупности условий, необходимых для признания недействительной оспариваемой сделки, как по заявленным корпоративным основаниям, так и по основаниям, предусмотренным статьями 168, 174 ГК РФ, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований. Все приведенные истцом доводы и представленные доказательства не подтверждают его правовую позицию и не опровергают доводов ответчика.

В связи с отказом признания оспариваемых дополнительных соглашений недействительными сделками, отсутствуют основания для применения последствий их недействительности.

Расходы по госпошлине распределяются по правилам статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 167-170, 176 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия (изготовления его в полном объеме), если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Шестой арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через Арбитражный суд Хабаровского края.


Судья О.П. Медведева