Решение от 16 мая 2024 г. по делу № А67-11038/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А67-11038/2022
г. Томск
16 мая 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 06 мая 2024 года


Арбитражный суд Томской области

в составе судьи А.В. Кузьмина,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ю.Ю. Томм,

при участии:

от истца: Г.М. Копанева по доверенности от 28.11.2022,

от ответчика: У.В. Гладкой по доверенности от 23.01.2021,

от третьих лиц: без участия (извещены),

рассмотрев в судебном заседании дело № А67-11038/2022

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Межениновская» (636141, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>),

третьи лица: Сибирское межрегиональное управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору (630087, <...> здание 167, ОГРН <***>, ИНН <***>), областное государственное автономное учреждение «Шегарское районное ветеринарное управление» (636131, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>),

о взыскании 3 525 000 рублей,

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – предприниматель ФИО1) обратился в Арбитражный суд Томской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Межениновская» (далее – ООО «Агрофирма «Межениновская») о взыскании 3 525 000 рублей убытков.

Исковые требования обоснованы статьями 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что в результате допущенных ответчиком в июле 2022 года нарушений регламента применения пестицидов при обработке выращиваемых сельскохозяйственных культур произошла массовая гибель пчел на пасеке истца, вследствие чего истцу причинены убытки в форме реального ущерба (стоимость погибшей рабочей пчелы, шести пчелосемей, 12 условных медовых единиц пчелиных маток, 240 условных медовых единиц расплода пчел) и упущенной выгоды (стоимость недополученных продуктов пчеловодства – меда, перги, пыльцы, прополиса, воска).

Определениями арбитражного суда от 13.12.2022, от 12.01.2023 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Новосибирской и Томской областям (далее – Управление Россельхознадзора по Новосибирской и Томской областям), областное государственное автономное учреждение «Шегарское районное ветеринарное управление» (далее – ОГАУ «Шегарское райветуправление»).

ООО «Агрофирма «Межениновская» представило в соответствии со статьей 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв на исковое заявление и дополнения к нему, в которых считало исковые требования предпринимателя не подлежащими удовлетворению. По мнению ответчика, истцом не доказано причинение вреда вследствие действий ответчика. Так, 06.07.2022 ответчик не проводил обработку поля, в связи с чем гибель пчел в эту дату не могла быть вызвана действиями ответчика; контрольными органами установлено нарушение ответчиком срока уведомления населения об обработке полей, а не порядка обработки; пестициды, обнаруженные при исследовании результата отбор проб подмора пчел, могли содержаться в препаратах, используемых другими сельскохозяйственными производителями и лицами, ведущими личное подсобное хозяйство, для обработки картофеля от вредителей (колорадского жука); в материалах дела не имеется доказательств того, что поля ответчика обрабатывались препаратом, который содержит вещества, обнаруженные при исследовании результата отбора проб, а документы, составленные по факту обнаружения гибели пчел (заключение от 17.08.2022, акт от 07.07.2022), не содержат указания на конкретное вещество, повлекшее гибель пчел на пасеке истца.

Ответчик указывает на то, что протокол испытаний отбора проб является ненадлежащим доказательством: не указано количество пчел, переданных на исследование, отбор проб осуществлялся не по месту нахождения пасеки истца, пробу представил сам истец, достав из холодильника, в связи с чем не представляется возможным установить, что за образец им передан для исследования по истечении значительного периода времени после начала гибели пчел. В ранее представлявшихся для исследования образцах подмора пчел не выявлено наличия пестицидов, в том числе альфа-циперметрина; обнаруженные впоследствии в подморе пчел вещества, кроме альфа-циперметрина, относятся к третьему классу опасности и не могли повлечь гибель пчел. Испытательная лаборатория Алтайского филиала ФГБУ «Центр оценки качества зерна» не имеет аккредитации на проведение испытаний по определению пестицидов в почве, растениях, подморе пчел. Гибель пчел могла произойти вследствие их болезни; отсутствуют доказательства того, что вред причинен именно из-за обработки полей ответчиком. По результатам исследования отобранных проб меда не выявлено наличия пестицидов.

Ответчик указывал на то, что согласно представленной истцом форме 3-фермер (КФХ) на конец 2022 года количество медоносных пчел (семей) не изменилось по сравнению с началом года и составляло 66 семей, в разделе «Движение поголовья» не указано количество погибших пчелосемей. Истцом не представлены доказательства, достоверно подтверждающие количество погибших пчел, соответствующие сведения указаны со слов истца. В паспорте пасеки нет информации об изменении количества пчелосемей, данный документ заполнен с нарушениями, в нем не отражены сведения об изменении количества пчел (семей) с 68 до 62 и о гибели 70 % летной пчелы, имеется запись об удовлетворительном состоянии пасеки. Выписка из похозяйственной книги является ненадлежащим доказательством, поскольку сведения для включения в книгу представляются истцом самостоятельно. Представленный истцом отчет оценщика является недостоверным доказательством размера вреда, поскольку он не соответствует требованиям законодательства об оценочной деятельности, федеральным стандартам оценки, заданию на оценку. Истцом не представлены доказательства реальной возможности получения дохода от продажи продуктов пчеловодства и причинения ему убытков в форме упущенной выгоды. Истец не представил документы, подтверждающие учет результатов предпринимательской деятельности для целей налогообложения с учетом избранной им системы налогообложения.

Ответчик полагал, что причинение вреда явилось результатом грубой неосторожности самого истца, который не принял мер по охране пчел от воздействия пестицидов на период обработки полей, предусмотренных Инструкцией о мероприятиях по предупреждению и ликвидации болезней, отравлений и основных вредителей пчел, утвержденной Минсельхозпродом РФ 17 августа 1998 года № 13-4-2/1362. Истец также не принял мер к уменьшению размера вреда, поскольку не выполнил необходимые меры по защите пчел после выявления мора пчел (пункты 6.2, 6.2.1, 6.2.2, 6.2.3 названной Инструкции).

Управление Россельхознадзора по Новосибирской и Томской областям в своем отзыве на исковое заявление сообщило о том, что в период с 04.08.2022 по 17.08.2022 им проведена внеплановая выездная проверка в отношении ответчика по соблюдению обязательных требований в области безопасного обращения с пестицидами и ядохимикатами, по результатам которой выявлено нарушение регламента применения пестицидов при обработке выращиваемых сельскохозяйственных культур в части своевременного оповещения населения и пчеловодов, а также превышение установленных нормативов концентрации пестицидов в рабочем растворе. По результатам проверки ответчик привлечен к административной ответственности, назначено административное наказание в виде штрафа, который добровольно уплачен ответчиком.

ОГАУ «Шегарское райветуправление» в отзыве на исковое заявление указало, что факт массовой гибели пчел на пасеке истца зафиксирован сотрудниками управления при посещении пасеки 07.07.2022, а превышение содержания пестицидов в подморе пчел, рапсе и почве с полей ответчика выявлено лабораторными исследованиями. Управление наделено полномочиями по установлению причин гибели пчел. Анализ выявленных данных позволил прийти к выводу о том, что причиной гибели явилось отравление пчел пестицидами. Патологический материал направлялся на исследование без задания на установление наличия заразных и инфекционных заболеваний, поскольку при осмотре пасеки отсутствовали клинические признаки болезней у пчел, и проведение исследования на все известные болезни являлось нецелесообразным; массовый падеж пчел в день обработки полей пестицидами указывал на предполагаемую причину гибели, при этом в этот день массовый падеж пчел наблюдался и у других пасечников. Профилактическая обработка пчел на пасеке истца препаратом «Бипин» не свидетельствует о том, что пчелы были больны варроатозом; диагноз на варроатоз ставят на основании визуального обнаружения клещей, и при наличии признаков заболевания ветеринарные специалисты при осмотре пасеки отразили бы этот факт. В заключении управления содержится вся необходимая информация, достаточная для вывода о причинах гибели пчел.

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Арбитражный суд считает возможным на основании частей 1, 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей третьих лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

В судебном заседании представитель истца заявил в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об уменьшении размера исковых требований до 1 865 000 рублей.

Кроме того, истцом представлено заявление о взыскании судебных расходов в сумме 233 118,73 рублей, в том числе 19 648,73 рублей расходов на получение доказательств, 7 000 рублей расходов на проведение досудебной оценки, 100 000 рублей расходов на оплату услуг представителя, а также 75 000 рублей расходов на проведение судебных экспертиз, 31 650 рублей расходов на уплату государственной пошлины по иску.

Уменьшение размера исковых требований и заявление о взыскании судебных расходов принято судом.

Представитель истца в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении и дополнениях к нему.

Представитель ответчика считал исковые требования не подлежащими удовлетворению по основаниям, изложенным в отзывах на исковое заявление и дополнениях к ним.

Исследовав материалы дела, доводы искового заявления, отзывов на него и дополнений к отзывам, заслушав представителей сторон, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает, что исковые требования предпринимателя ФИО1 подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям.

Как следует из материалов, предприниматель ФИО1 является владельцем пасеки, расположенной по адресу: <...>.

Согласно ветеринарно-санитарному паспорту пасеки от 01.08.2013, по состоянию на 01.06.2022 на пасеке имелось 58 пчелосемей и получено 10 новых отводков роев. В выписке из похозяйственной книги на 01.07.2022 отражено, что на пасеке имеется 68 пчелосемей (т. 1, л.д. 10, 13-19).

ООО «Агрофирма «Межениновская» использует сельскохозяйственные угодья в окрестностях села Баткат для выращивания рапса.

04.07.2022 ООО «Агрофирма «Межениновская» уведомило предпринимателя ФИО1 о проведении обработки полей пестицидами 1 класса опасности в период с 05.07.2022 по 09.07.2022.

06 июля 2022 года предпринимателем ФИО1 выявлена массовая гибель пчел на принадлежащей ему пасеке.

По данному факту 06.07.2022 сотрудником ОМВД России по Шегарскому району УМВД России по Томской области составлен протокол осмотра места происшествия. Кроме того, 07.07.2022 проведен визуальный осмотр пасеки комиссией с участием главы администрации Баткатского сельского поселения, сотрудников органов местной администрации, депутата Совета Баткатского сельского поселения, по результатам которого состав акт от 07.07.2022 № 2 (т. 1, л.д. 20-22, 24-26).

ОГАУ «Шегарское райветуправление» составлен акт от 07.07.2022 об отравлении пчел пестицидами, согласно которому 06.07.2022 на пасеке истца произошел массовый падеж пчел после обработки пестицидами рапса в ООО «Агрофирма «Межениновская». Погибло полностью 6 пчелосемей и примерно 70 % летной рабочей пчелы (т. 1, л.д. 27).

10.07.2022 истцом вновь было обнаружено отравление пчел, на место происшествия вызваны сотрудники полиции, что подтверждается письмом ОМВД России по Шегарскому району УМВД России по Томской области от 15.07.2022 № 47-9/3591 (т. 1, л.д. 28).

02.08.2022 сотрудниками ОГАУ «Шегарское райветуправление» проведен комиссионный отбор проб меда, подмора пчел, зеленой массы и почвы.

Согласно актам отбора проб от 02.08.2022, пробы меда отобраны из сот, убранных из ульев; проба подмора пчел предоставлена предпринимателем ФИО1 из холодильника, отбор проб членами комиссии не проводился; пробы зеленой массы и почвы отобраны на полях ООО «Агрофирма «Межениновская», расположенных за селом Баткат на расстоянии 0,5 км, 3-4 км, 6 км от села. Пробы переданы для проведения испытаний в Испытательную лабораторию Алтайского филиала ФГБУ «Центр оценки качества зерна» (т. 1, л.д. 29, 31-32, 37-39).

Согласно протоколам испытаний от 12.08.2022 № 10313, от 12.08.2022 № 10314, от 12.08.2022 № 10315, в представленных пробах подмора пчел выявлено наличие пестицидов: альфа-циперметрина (0,52 мг/кг), пропиконазола (0,27 мг/кг), тебуконазола (0,13 мг/кг); в пробе почвы выявлено недопустимое содержание альфа-циперметрина (1,15 мг/кг), а также наличие пропиконазола, тебуконазола в пределах нормативов; в растениях рапса выявлено наличие альфа-циперметрина (0,08 мг/кг), пропиконазола (0,16 мг/кг), тебуконазола (1,88 мг/кг) (т. 1, л.д. 40-48).

ОГАУ «Шегарское райветуправление» составлено заключение от 17.08.2022 о массовой гибели пчел, согласно которому на основании анамнеза и результатов лабораторных исследований массовая смерть пчел наступила от отравления пестицидами альфа-циперметрин, пропиконазол, тебуконазол (т. 1, л.д. 30).

В период с 04.08.2022 по 17.08.2022 Управлением Россельхознадзора по Томской области проведена внеплановая выездная проверка в отношении ответчика по соблюдению обязательных требований в области безопасного обращения с пестицидами и агрохимикатами.

По результатам проверки составлен акт от 17.08.2022, согласно которому, по сообщению общества, поля в окрестностях села Баткат обрабатывались ООО «Агрофирма «Межениновская» с 05 по 08 июля 2022 года препаратами Колосаль ПРО, Амицид бор, ФИО2, ФИО3, ФИО4. Согласно журналу учета и применения средств защиты растений на 2022 год, обработка земельных участков проводилась также с 13.07.2022 по 30.07.2022 и с 29.07.2022 по 31.07.2022, в то время как в уведомлениях пчеловодов (в том числе ФИО1) содержалась информация о сроках обработки полей только с 05.07.2022 по 09.07.2022. Установлено также, что обществом допущено превышение доз внесения препарата Колосаль ПРО при обработке полей, в том числе в селе Баткат; превышены нормы внесения гербицида ФИО3 при обработке культуры рапса в селе Баткат (т. 3, л.д. 106-109).

Согласно отчету оценщика от 09.09.2022 № 1127/2022, выполненному обществом с ограниченной ответственностью «Западно-Сибирская оценочная компания», размер ущерба, причиненного пасеке истца в результате отравления пестицидами, по состоянию на дату оценки составляет 3 525 000 рублей, в том числе 1 679 400 рублей реального ущерба (стоимость ущерба от гибели рабочей пчелы, шести пчелосемей, 12 условных медовых единиц пчелиных маток, 240 условных медовых единиц расплода пчел), 1 845 668 рублей упущенной выгоды (стоимость недополученных продуктов пчеловодства – меда, перги, пыльцы, прополиса, воска) (т. 1, л.д. 53-72).

Претензией от 14.10.2022 предприниматель ФИО1 потребовал от ответчика в течение 30 дней возместить причиненный вред (т. 1, л.д. 108-110).

Письмом от 28.10.2022 № 524 ООО «Агрофирма «Межениновская» сообщило истцу об отсутствии возможности проверить обоснованность требований о возмещении ущерба и его размер (т. 1, л.д. 111).

Ссылаясь на неисполнение ответчиком требования о возмещении причиненного вреда, предприниматель ФИО1 обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Учитывая изложенное, для удовлетворения заявленных требований подлежит доказыванию факт причинения вреда, противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, причинно-следственная связь между противоправными действиями (бездействием) и наступлением вредных последствий. Размер вреда может быть доказан истцом с разумной степенью достоверности.

Вина причинителя вреда презюмируется, если им не будет доказано иное (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса).

Факт гибели пчел на принадлежащей истцу пасеке в ходе проведения ответчиком мероприятий по обработке рапсовых полей агрохимикатами в июле 2022 года подтверждается совокупностью представленных истцом доказательств, в том числе: протоколом осмотра места происшествия от 06.07.2022; актом визуального осмотра пасеки от 07.07.2022 № 2; актом об отравлении пчел пестицидами от 07.07.2022; письмом ОМВД России по Шегарскому району УМВД России по Томской области от 15.07.2022; обращениями ФИО1 в Администрацию Шегарского района от 11.07.2022, от 13.07.2022 (т. 1, л.д. 33, 34); актом по результатам выездного мониторинга от 26.07.2022 № 1 (т. 1, л.д. 35-36); заключением ОГАУ «Шегарское райветуправление» от 17.08.2022 о массовой гибели пчел на пасеке; показаниями свидетелей ФИО5, ФИО6 в судебных заседаниях, состоявшихся 19.04.2023 и 18.05.2023, изложивших обстоятельства гибели пчел и отбора проб при составлении актов от 02.08.2022.

В соответствии с частью 1 статьи 65, статьями 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, используют любые допустимые и относимые доказательства, доказывают обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений.

При этом в силу части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Применительно к обстоятельствам настоящего спора оценка доказательств по внутреннему убеждению предполагает установление судом баланса вероятностей наступления тех или иных событий, на которые ссылаются стороны, а также баланса вероятностей причин их наступления на основании доказательств, представленных обеими сторонами. Суд может признать доказанным факт причинения ущерба истцу по вине ответчика в том случае, если в пользу этого истцом представлены более убедительные доказательства, чем доказательства ответчика, подтверждающие его возражения. Исходя из оценки по внутреннему убеждению большей вероятности предложенного истцом варианта механизма наступления вреда или предложенного ответчиком альтернативного варианта, суд устанавливает наличие либо отсутствие оснований для удовлетворения иска.

Совокупность имеющихся в материалах дела доказательств свидетельствует о наибольшей вероятности возникновения ущерба по причинам, указанным истцом, а именно вследствие отравления пчел пестицидами в результате нарушения ответчиком регламента обработки полей агрохимикатами.

Так, судом установлено, что по результатам обращений предпринимателя ФИО1 ОГАУ «Шегарское райветуправление» проведен отбор проб подмора пчел, меда, почвы и рапса на полях ответчика в окрестностях села Баткат. По результатам исследования отобранных проб установлено наличие в представленных пробах подмора пчел пестицидов альфа-циперметрина (0,52 мг/кг), пропиконазола (0,27 мг/кг), тебуконазола (0,13 мг/кг); в пробе почвы выявлено содержание альфа-циперметрина (1,15 мг/кг), пропиконазола, тебуконазола в пределах нормативов; в растениях рапса выявлено наличие альфа-циперметрина, пропиконазола, тебуконазола.

Согласно акту внеплановой выездной проверки Управления Россельхознадзора по Томской области от 17.08.2022, ответчиком допущено превышение доз и норм внесения агрохимикатов при обработке культуры рапса в селе Баткат.

Поскольку между сторонами имелись разногласия относительно наиболее вероятной причины гибели пчел истца, возможности гибели пчел по причинам, не связанных с деятельностью ответчика, возможности предотвращения и (или) уменьшения гибели пчел, и учитывая, что ответчиком предложены альтернативные версии причин гибели пчел (наличие у пчел заболеваний, отравление пестицидами в составе препаратов, которыми обрабатывался картофель на личных подсобных хозяйствах), судом назначена судебная экспертиза, производство которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Бюро экспертиз Решение», эксперту ФИО7.

Согласно заключению эксперта от 18.09.2023 № 48, выполненному экспертом ФИО7, из выявленных в образцах подмора пчел, рапса и почвы веществ к гибели пчел может приводить альфа-циперметрин, входящий в состав препарата ФИО2 СК. Его концентрация в подморе пчел более чем в три раза превышает среднелетальную дозу. Два других вещества, выявленные в образцах подмора пчел, рапса и почвы – пропиконазол и тебуконазол – являются малоопасными для пчел и могут быть использованы для их лечения. Эти вещества могут приводить к гибели пчел только при достаточно значительных концентрациях, более чем в 90 раз превышающих те, что были выявлены в подморе пчел.

Клинические признаки острого отравления пчел пиретроидами (класс соединений, к которому относится альфа-циперметрин): пчелы лежат в дорзальном положении, сгибают брюшко, энергично чистят хоботки и усики передними конечностями, перевертываются на бок, ножки и усики вибрируют, крылья сложены, сегменты брюшка сдвигаются и раздвигаются. Симптомы нарушения двигательных и дыхательных функций наблюдаются через 20 минут после отравления. При сублетальных дозах пиретроиды оказывают сильное парализующее действие и сильное сенсорное раздражение. Последний эффект часто отмечается в полевых условиях: при контакте с пиретроидом пчелы начинают энергично чистить свои хоботки и усики, находятся в стрессовом состоянии, что побуждает их вернуться в улей и предохраняет от набора летальной дозы. Аналогичный результат наблюдается при параличе пчел: при потере способности летать они остаются в семье, в то время как пчелы, не подвергшиеся интоксикации, продолжают работу в поле. В зависимости от дозы симптомы могут проявиться и через 2 суток. Токсичными для пчел могут быть не только сами пестициды, но и их метаболиты, при оценке токсичности рекомендовано производить учет погибших пчел через 24 и 48 часов, то есть гибель в эти промежутки времени однозначно связывают с острой токсической активностью пестицида.

Неправильное применение пестицидов на полях может вызвать гибель пчел, однако для установления возможной связи между обработкой полей ООО «Агрофирма «Межининовская» и гибелью пчел, принадлежащих ФИО1, нужно знать расстояние от пасеки до обработанных полей. В поисках нектара пчелы сначала довольно равномерно распределяются на массиве цветущего медоноса вблизи пасеки, затем перелетают на более отдаленные участки, иногда на расстояние до 6 км и более от улья. Продуктивным летом пчел за нектаром считается расстояние в 1-2 км.

В условиях отсутствия в материалах дела данных о наличии каких-либо заболеваний у пчел высокая, более чем в 3 раза превышающая среднелетальную дозу, концентрация альфа-циперметрина, обнаруженная в подморе пчел, может служить вероятной причиной гибели пчел (т. 4, л.д. 49-73).

Таким образом, совокупностью собранных по делу доказательств подтверждается, что наиболее вероятной причиной гибели пчел истца является отравление их альфа-циперметрином, входящим в состав использовавшегося ответчиком для обработки полей препарата.

В свою очередь, ООО «Агрофирма «Межениновская» не представило в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации какие-либо доказательства вероятности причинения вреда по иным причинам, не связанным с деятельностью общества. Утверждения ответчика о том, что причиной гибели пчел могло быть наличие у них заболевания (варроатоза) либо отравление пестицидами в составе препаратов, которыми обрабатывался картофель на личных подсобных хозяйствах, основаны исключительно на предположениях и документально не подтверждены. При этом сам по себе факт регулярной профилактической обработки истцом пчел препаратами от варроатоза (что отражено в ветеринарно-санитарном паспорте пасеки), не свидетельствует о наличии у пчел соответствующего заболевания; ответчиком не опровергнуто, что клинические признаки болезни (поражение пчел клещами) могли быть выявлены ветеринарными специалистами в результате простого визуального обследования погибших пчел при осмотре пасеки.

Доводы ответчика относительно того, что он не проводил обработку поля 06.07.2022, в связи с чем гибель пчел в эту дату не могла быть вызвана его действиями, не приняты судом. Представленными ответчиком путевыми листами подтверждается, что обработка полей осуществлялась 05, 07 и 08 июля 2022 года (приобщены в электронном виде – т. 3, л.д. 36). Учитывая содержащиеся в заключении эксперта выводы о возможности появления симптомов отравления в срок до 48 часов, не представляется возможным исключить вероятность начала отравления пчел пестицидами после обработки полей 05.07.2022.

Кроме того, истец связывает причинение ему ущерба не только с фактами отравления пчел, выявленными 06.07.2022, но и аналогичными фактами, выявлявшимися позднее в течение июля 2022 года. Согласно акту выездной проверки от 17.08.2022, на основе анализа журнала учета и применения средств защиты растений на 2022 год поля в окрестностях села Баткат обрабатывались обществом «Агрофирма «Межениновская» также с 13.07.2022 по 30.07.2022 и с 29.07.2022 по 31.07.2022.

Утверждение ответчика о том, что контрольными органами установлено только нарушение ответчиком срока уведомления пасечников об обработке полей, а не регламента их обработки, противоречит обстоятельствам, изложенным в акте выездной проверки от 17.08.2022, согласно которому установлено также превышение доз внесения препаратов. Данное обстоятельство свидетельствует о небрежном или неосмотрительном использовании обществом агрохимикатов при обработке полей в окрестностях села Баткат в июле 2022 года, что могло повлечь также нарушение регламента использования препарата, содержащего альфа-циперметрин.

Доводы ответчика относительно того, что протоколы испытаний отбора проб являются ненадлежащими доказательствами, также не свидетельствуют о недоказанности причинно-следственной связи между гибелью пчел и действиями ответчика. Как пояснил истец, образец подмора пчел был предоставлен им в связи с тем, что отбор проб производился комиссией по истечении значительного периода времени после выявления гибели пчел. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что в распоряжении истца могли иметься образцы биологических материалов («подмор пчел»), источник возникновения которых не связан с гибелью пчел, произошедшей в июле 2022 года. Ответчиком не опровергнуто, что продолжительное хранение патологического материала до начала исследования могло привести лишь к уменьшению остаточной концентрации пестицидов, а не к их появлению в пробах. Результаты исследования образцов подмора пчел в части выявленных пестицидов согласуются с результатами исследования образцов почвы и рапса, отобранных на полях ответчика, в которых также обнаружены недопустимые концентрации пестицидов, в том числе альфа-циперметрина.

Ссылка ответчика на то обстоятельство, что 08.07.2022 уже осуществлялся отбор проб подмора пчел на пасеке истца и их исследование на наличие пестицидов, по результатам которого не выявлено наличие альфа-циперметрина, сама по себе не опровергает возможности отравления пчел данным пестицидом. Действительно, согласно протоколам испытаний от 25.07.2022, содержание альфа-циперметрина не было выявлено ни в пробах подмора пчел, ни в пробах почвы и зеленой массы рапса, отобранных 08.07.2022 (т. 2, л.д. 80-86). Однако при повторном проведении исследований по другим методикам в отобранных позднее пробах выявлена значительная концентрация названного вещества как в пробах подмора пчел (предоставленных для исследования истцом), так и в пробах почвы и рапса (отобранных сотрудниками ОГАУ «Шегарское райветуправление», а не истцом). Ответчик не привел убедительного обоснования того, что при оценке результатов не должны приниматься во внимание результаты исследования, проведенного после истечения более продолжительного времени с начала обработки полей препаратами и в отношении более широкого перечня химических веществ, и что следует учитывать только результаты первоначально выполненного исследования.

Тот факт, что по результатам исследования отобранных проб меда не выявлено наличия пестицидов, не ставит под сомнение возможность отравления пчел альфа-циперметрином, поскольку содержание данного пестицида выявлено в образцах биологических материалов.

Указание ответчика на то, что Испытательная лаборатория Алтайского филиала ФГБУ «Центр оценки качества зерна» не имеет аккредитации на проведение испытаний по определению пестицидов в почве, растениях, подморе пчел, не может быть принято судом во внимание.

Согласно сведениям об аккредитованном лице, размещенном на официальном сайте органа по аккредитации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», Испытательная лаборатория Алтайского филиала ФГБУ «Центр оценки качества зерна» внесена в реестр сведений об аккредитованных лицах 22.07.2015, и с этой даты решение о прекращении действия аккредитации в порядке, установленном частью 6 статьи 22 Закона об аккредитации, не принималось.

В соответствии с описанием области аккредитации, данное учреждение аккредитовано, среди прочего, для проведения исследований пищевых продуктов растительного и животного происхождения, биологического полевого материала.

Таким образом, Испытательная лаборатория Алтайского филиала ФГБУ «Центр оценки качества зерна» имела аккредитацию в период проведения исследования подмора пчел, почвы и рапса по указанной в протоколе методике для определения остатков пестицидов в продуктах питания растительного происхождения.

Размер вреда определен истцом на основании отчета оценщика от 09.09.2022 № 1127/2022, выполненного обществом с ограниченной ответственностью «Западно-Сибирская оценочная компания». Согласно данному отчету, вред включает в себя как реальный ущерб (стоимость погибшей рабочей пчелы, шести пчелосемей, 12 условных медовых единиц пчелиных маток, 240 условных медовых единиц расплода пчел), так и упущенной выгоды (стоимость недополученных продуктов пчеловодства – меда, перги, пыльцы, прополиса, воска).

Количество погибших пчел и пчелосемей подтверждается совокупностью имеющихся в материалах дела доказательств: актом визуального осмотра пасеки от 07.07.2022 № 2; актом об отравлении пчел пестицидами от 07.07.2022; обращением ФИО1 в Администрацию Шегарского района от 11.07.2022; заключением ОГАУ «Шегарское райветуправление» от 17.08.2022 о массовой гибели пчел на пасеке.

Оспаривая заявленное истцом количество погибших пчел и пчелосемей, общество «Агрофирма «Межениновская» не представило какие-либо доказательства причинения ущерба в меньшем размере, не привело убедительного обоснования объективной невозможности гибели пчел в указанном истцом количестве, не ссылалось на обстоятельства принятия им мер к установлению размера причиненного истцу вреда (в том числе после получения сведений о жалобах пчеловодов в селе Баткат на падеж пчел) и создания истцом препятствий к установлению размера вреда.

Доводы ответчика относительно недоказанности истцом размера причиненного ущерба, в том числе относительно внесения сведений в упомянутые выше акты о количестве погибших пчел исключительно со слов истца, относительно неверного оформления паспорта пасеки и т.д., являются формальными и не опровергают заявленное истцом количество погибших пчел и пчелосемей. Ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие гибель меньшего количества пчел.

При этом согласно пункту 5 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

В силу пункта 2 статьи 307.1 Гражданского кодекса Российской Федерации приведенные положения пункта 5 статьи 393 Кодекса подлежат субсидиарному применению к деликтным обязательствам.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Таким образом, в случае, если судом установлено причинение истцу вреда, размер убытков подлежит установлению судом на основании представленных в материалы дела доказательств, а имеющиеся у суда и (или) причинителя вреда сомнения относительно того, что истцом точно рассчитан размер убытков, не могут являться основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о возмещении вреда.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу статьи 15 ГК РФ, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» также указано, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

При взыскании упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором (постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

В настоящем случае в подтверждение наличия неполученного в 2022 году дохода от продажи продуктов пчеловодства вследствие гибели пчел, принятия необходимых мер и приготовлений для его получения, предпринимателем ФИО1 представлены: договоры поставки меда от 15.11.2021 № 1511/21, от 28.02.2021 № 1, договоры о предоставлении торговых мест, книга учета доходов и расходов организаций и индивидуальных предпринимателей, применяющих упрощенную систему налогообложения (т. 3, л.д. 124-150; т. 4, л.д. 1-5).

Поскольку между сторонами имелся спор относительно размера причиненных истцу убытков, и ответчиком представлены достаточно убедительные доказательства недостоверности выводов о размере ущерба, содержащихся в отчете оценщика от 09.09.2022 № 1127/2022, выполненном обществом с ограниченной ответственностью «Западно-Сибирская оценочная компания» (т. 2, л.д. 44-61), по делу назначена судебная оценочная экспертиза, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Ландо», эксперту ФИО8.

Согласно заключению экспертизы от 04.04.2024 № 661, выполненному экспертом ФИО8, рыночная стоимость 6 погибших пчелосемей по состоянию на июль 2022 года составляет 316 800 рублей; рыночная стоимость 70 % рабочей летной пчелы от 62 пчелосемей по состоянию на июль 2022 года составляет 1 282 000 рублей. Размер недополученного дохода от реализации продукции пчеловодства (мед, перга, пыльца, прополис, недополученный воск) в связи с гибелью пчел за вычетом расходов предпринимателя ФИО1, которые он понес бы на их производство и реализацию составляет: на основании данных за предыдущие 3 года – 153 000 рублей; на основании плановой продуктивности – 267 900 рублей (т. 5, л.д. 45-59).

Выводы, содержащиеся в заключении судебной оценочной экспертизы, сторонами не оспорены и не опровергнуты. После получения заключения экспертизы размер исковых требований уточнен истцом, исходя из выводов эксперта (с учетом расчета упущенной выгоды в соответствии с плановой продуктивностью пасеки).

Таким образом, принимая во внимание выводы судебной экспертизы, суд считает обоснованными и подлежащими удовлетворению требования предпринимателя ФИО1 о взыскании с ответчика 1 598 800 рублей реального ущерба, составляющего стоимость утраченных пчел и пчелосемей.

Что касается упущенной выгоды, суд счел необходимым определить ее размер исходя из выполненного экспертом расчета потенциального валового дохода на основании данных о продуктивности пасеки в предыдущие три календарных года.

Оснований для определения упущенной выгоды исходя из рассчитанной истцом плановой продуктивности в 2022 году не имеется, поскольку истцом не представлено какое-либо документальное или нормативное обоснование возможности существенного увеличения объемов выработки продуктов пчеловодства (на 25 процентов) при неизменности условий хозяйствования на пасеке.

В этой связи размер упущенной выгоды, подлежащей возмещению ответчиком в пользу истца, составляет 153 000 рублей.

Указание ответчика на то, что истец не представил документы, подтверждающие учет результатов предпринимательской деятельности для целей уплаты налогов с учетом избранной им системы налогообложения, является неконкретным; ответчиком не указано, какие именно документы не представлены истцом и каким образом они могут повлиять на размер подлежащего возмещению ущерба, принимая во внимание использование предпринимателем в спорный период упрощенной системы налогообложения.

Доводы ответчика относительно того, что причинение вреда явилось результатом грубой неосторожности самого истца, который не принял мер по охране пчел от воздействия пестицидов на период обработки полей, предусмотренных Инструкцией о мероприятиях по предупреждению и ликвидации болезней, отравлений и основных вредителей пчел, утвержденной Минсельхозпродом РФ 17 августа 1998 года № 13-4-2/1362 (далее – Инструкция), суд счел необоснованными.

В силу пунктов 1, 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Из приведенной нормы права следует, что в обязательствах из причинения вреда юридическое значение имеет не любая форма вины потерпевшего, а только грубая неосторожность как основание уменьшения размера возмещения вреда. При этом простая неосторожность потерпевшего, как следует из пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса, если ею обусловлено причинение потерпевшему вреда, не только не освобождает причинителя вреда от обязанности этот вред возместить, но не является основанием и для снижения размера возмещения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция наличия вины установлена исключительно для причинителя вреда. В отношении потерпевшего статья 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации подобную презумпцию не устанавливает, а потому как умысел, так и грубая неосторожность потерпевшего должны быть доказаны причинителем вреда.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Согласно части 1 статьи 16 Федерального закона от 30.12.2020 № 490-ФЗ «О пчеловодстве в Российской Федерации» не позднее чем за три дня до проведения работ по применению пестицидов и агрохимикатов лица, ответственные за проведение таких работ, обеспечивают доведение до населения населенных пунктов, расположенных на расстоянии до 7 километров от границ запланированных к обработке пестицидами и агрохимикатами земельных участков, через средства массовой информации (радио, печатные органы, электронные и другие средства связи и коммуникации) информации о таких работах.

Из материалов дела следует и ответчиком по существу не оспаривалось, что уведомление предпринимателя ФИО1 о планируемых с 05.07.2022 работах по применению пестицидов и агрохимикатов осуществлено с нарушением установленного срока – 04 июля 2022 года (за 31 час до начала работ).

Поскольку основные меры по предупреждению отравлений пчел пестицидами заключаются в вывозе пасеки в безопасное место или изоляции пчел в ульях на срок, предусмотренный ограничениями при применении ядохимиката, суд полагает, что имевшегося у истца времени было явно недостаточно для того, чтобы избежать гибели пчел. Во всяком случае, ответчик, допустивший нарушение установленного законом срока доведения до населения информации о запланированных работах, несет риски негативных последствий, возникающих вследствие выполнения работ по применению пестицидов и агрохимикатов, и не вправе ссылаться на непринятие истцом необходимых мер для охраны пчел.

Кроме того, у суда отсутствуют достаточные основания полагать, что в случае принятия истцом обычных мер по охране пчел возможность причинения вреда была бы полностью исключена или существенно снижена, принимая во внимание установленные при проведении внеплановой проверки обстоятельства проведения ответчиком обработки полей за пределами срока, изначально указанного в уведомлении, и нарушения регламента использования агрохимикатов.

Суждение ответчика о том, что истец также не принял мер к уменьшению размера (митигации) вреда, поскольку не выполнил необходимые меры по защите пчел уже после выявления мора пчел, суд счел ошибочным.

Из имеющихся в материалах дела актов обследования пасеки усматривается, что предпринимателем ФИО1 были приняты все меры, рекомендованные Инструкцией, действовавшей в период причинения вреда, за исключением подкормки пчел сахарным сиропом.

Согласно заключению судебной экспертизы от 18.09.2023 № 48, выполненному экспертом ФИО7, никакие меры не могли бы полностью предотвратить гибель пчел, так как их принимают уже по факту гибели части пчел вследствие токсикоза, и они направлены в основном на предотвращение контакта отравленных летных пчел с ульевыми и изъятие принесенной отравленными пчелами пчелопродукции. Количество пчел, которые удалось бы сохранить при применении данных мер, определить не представляется возможным, так как оно в первую очередь зависит от дозы полученного яда, исходного состояния пчелиной семьи и времени, прошедшего с момента отравления до принятия мер.

Таким образом, у суда отсутствуют основания полагать, что в случае принятия истцом после выявления гибели пчел исчерпывающего перечня мер, предусмотренных Инструкцией, размер ущерба удалось бы уменьшить.

Ввиду того, что ответчиком не представлены доказательства возмещения ущерба, причиненного вследствие гибели пчел, исковые требования предпринимателя ФИО1 подлежат удовлетворению в части взыскания с ООО «Агрофирма «Межениновская» 1 751 800 рублей убытков. В остальной части исковые требования удовлетворению не подлежат.

Истцом также заявлено требование о взыскании 19 648,73 рублей расходов на получение доказательств, 7 000 рублей расходов на проведение досудебной оценки, 100 000 рублей расходов на оплату услуг представителя,

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде (статья 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Перечень судебных издержек, предусмотренный положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является исчерпывающим.

Как разъяснено в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», перечень судебных издержек, предусмотренный положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы, связанные с легализацией иностранных официальных документов, обеспечением нотариусом до возбуждения дела в суде судебных доказательств (в частности, доказательств, подтверждающих размещение определенной информации в сети «Интернет»), расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Таким образом, судебными издержками признаются не любые расходы стороны, понесенные ею для сбора доказательств в обоснование своей позиции, а лишь расходы на получение тех доказательств, представление которых было объективно необходимо для реализации права на судебную защиту и которые непосредственно связаны с соответствующим спором.

Предметом исковых требований предпринимателя является взыскание убытков, причиненных вследствие отравления пчел пестицидами, применявшимися ответчиком. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление причины гибели пчел. В связи с изложенным расходы предпринимателя ФИО1 на оплату лабораторных исследований для определения остаточного количества пестицидов в подморе пчел, почве и рапсе в сумме 19 468,73 рублей являются судебными издержками по смыслу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Размер издержек и их фактическое несение истцом подтверждаются актом об оказании услуг от 10.08.2022 № АЛ00-015742 и платежным поручением от 08.08.2022 № 22.

Оценка размера ущерба на досудебной стадии проведена по инициативе истца. Договор на составление отчета оценщика заключен и исследование проведено до предъявления истцом настоящего иска. Таким образом, указанное исследование проводилось до начала судебного разбирательства, и понесенные расходы непосредственно не связаны с рассмотрением дела непосредственно в арбитражном суде.

Проведение оценки не являлось объективно необходимым для реализации истцом своих процессуальных прав; ее проведение также не привело к устранению имевшегося между сторонами спора относительно размера ущерба, в связи с чем данные обстоятельства устанавливались судом на основе иных доказательств.

В ходе судебного разбирательства ответчиком мотивированно заявлено о том, что отчет оценщика является ненадлежащим доказательством размера вреда, поскольку он не соответствует требованиям законодательства об оценочной деятельности, федеральным стандартам оценки, заданию на оценку. В подтверждение данных утверждений ответчиком представлена рецензия на отчет оценщик, выполненная экспертным советом Ассоциации «Русское общество оценщиков», с указанием имеющихся замечаний к полученному истцом отчету (т. 2, л.д. 44-61).

Для установления достоверного размера ущерба судом назначена судебная экспертиза. По результатам экспертизы подтверждены доводы ответчика относительно недостоверности отчета оценщика, представленного истцом при обращении с иском: размер ущерба, указанный в представленном истцом отчете оценщика, более чем в 2 раза превышал размер убытков, определенный по результатам судебной экспертизы.

В этой связи выводы суда не были и не могли быть основаны на выполненном по инициативе истца отчете оценщика, не содержавшем достоверных сведений о размере причиненного истцу ущерба.

При таких обстоятельствах расходы истца на оплату услуг оценщика не являются судебными издержками по смыслу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и не подлежат возмещению ответчиком, изначально занимавшим позицию о недостоверности представленного истцом отчета.

В силу части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Как разъяснено в пунктах 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 указано, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер (пункт 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1).

Таким образом, лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, обязано доказать их размер и факт выплаты, а другая сторона вправе доказывать их чрезмерность и неразумность.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2004 № 454-О, реализация судом права по уменьшению суммы расходов возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела.

Предприниматель ФИО1 в обоснование понесенных в связи с рассмотрением дела расходов на оплату услуг представителя представил: соглашение об оказании юридических услуг от 30.11.2022, заключенный им с адвокатом Г.М. Копаневым; платежные квитанции на общую сумму 100 000 рублей.

Оценив представленные истцом доказательства в обоснование понесенных им расходов на оплату услуг представителя, принимая во внимание объем и сложность выполненной представителем работы, в том числе объективную сложность и категорию спора, длительность судебного разбирательства, количество проведенных судебных заседаний с участием представителя истца и выполненных представителем процессуальных документов, сложившийся в регионе уровень оплаты юридических услуг, суд приходит к выводу о признании разумными и обоснованными фактически понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя в размере 100 000 рублей.

Оснований считать, что сумма расходов в размере 100 000 рублей является явно неразумной, с учетом обстоятельств дела, сложности спора и длительности его разрешения, количества выполненных представителями сторон и судом процессуальных действий, у суда не имеется.

Истцом также понесены расходы на проведение судебных экспертиз в сумме 35 000 рублей (т. 4, л.д. 21, 29, 153).

Неиспользованные денежные средства в сумме 40 000 рублей, поступившие от истца для оплаты за экспертизу по платежному поручению от 08.08.2023 № 67 (в части оплаты в сумме 5 000 рублей), платежному поручению от 15.08.2023 № 68 в сумме 35 000 рублей, подлежат возврату с депозитного счета суда.

Поскольку исковые требования предпринимателя ФИО1 удовлетворены судом частично, судебные издержки на получение доказательств, на оплату услуг представителя, на проведение судебных экспертиз и на уплату государственной пошлины по иску подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям.

Вместе с тем, ООО «Агрофирма «Межениновская» также понесло судебные издержки на проведение судебных экспертиз в общей сумме 85 000 рублей (т. 3, л.д. 118; т. 4, л.д. 30, 155). В этой связи ответчику подлежат возмещению истцом расходы на проведение судебных экспертиз пропорционально размеру требований, в удовлетворении которых судом отказано, а именно в сумме 5 159 рублей 50 копеек.

Учитывая выраженное в судебном заседании согласие представителей сторон на зачет судебных издержек, взыскиваемых в пользу каждой из сторон, суд считает необходимым произвести зачет издержек.

Излишне уплаченная предпринимателем ФИО1 платежным поручением от 01.12.2022 № 53 государственная пошлина по иску в сумме 8 975 рублей подлежит возврату из федерального бюджета на основании статьи 104 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 104, 110, 167-171, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Межениновская» (636141, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) 1 751 800 рублей убытков, а также 18 456 рублей 11 копеек расходов на получение доказательств, 93 930 рублей судебных расходов на оплату услуг представителя, 32 875 рублей 50 копеек расходов на проведение судебных экспертиз, 29 728 рублей 85 копеек судебных расходов на уплату государственной пошлины по иску, всего: 1 926 790 рублей 46 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Межениновская» (636141, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) 5 159 рублей 50 копеек расходов на проведение судебных экспертиз.

Произвести процессуальный зачет.

В результате зачета взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Агрофирма «Межениновская» (636141, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) 1 921 630 рублей 95 копеек.

Выдать исполнительный лист с указанием суммы, подлежащей взысканию по результатам процессуального зачета.

Возвратить с депозитного счета Арбитражного суда Томской области индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>, КПП 0, счет № 40802810664000024702, открытый в Томском отделении № 8616 ПАО СБЕРБАНК г. Томск, БИК 046902606, сч. № 30101810800000000606) 40 000 рублей, поступивших для оплаты за экспертизу по платежному поручению от 08.08.2023 № 67 в части оплаты в сумме 5 000 рублей, платежному поручению от 15.08.2023 № 68 в сумме 35 000 рублей.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 из федерального бюджета 8 975 рублей государственной пошлины по иску, уплаченной платежным поручением от 01.12.2022 № 53.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд через принявший решение в первой инстанции арбитражный суд в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Судья А.В. Кузьмин