Решение от 4 октября 2023 г. по делу № А40-15808/2023

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-15808/23-51-121
город Москва
04 октября 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 27 сентября 2023 года

Решение в полном объеме изготовлено 04 октября 2023 года


Арбитражный суд города Москвы в составе:

Судьи Козленковой О. В., единолично,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Власенко А. В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП 304770001230470)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРНИП 317774600189922)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам РФ №№ 453366, 707764, 748806 в общем размере 2 441 950 руб.,


при участии:

от истца – ФИО3, по дов. № б/н от 22 ноября 2021 года;

от ответчика – ФИО4, по дов. № 77 АД 3937219 от 05 июня 2023 года;

У С Т А Н О В И Л:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам РФ №№ 453366, 707764, 748806 в общем размере 2 441 950 руб.

Ответчик против удовлетворения заявленных требований возражает по доводам, изложенным в письменном отзыве, в тексте которого заявил ходатайство об оставлении искового заявления без рассмотрения в связи с несоблюдением истцом досудебного претензионного порядка урегулирования спора.

Протокольным определением от 27 сентября 2023 года ходатайство ответчика было судом отклонено, поскольку дело находилось в производстве суда с 22 февраля 2023 года. Целью досудебного порядка урегулирования спора является разрешение возникшего спора между сторонами конфликта в короткие сроки без процедуры судебного разбирательства, в данном случае учитывая период нахождения дела в суде первой инстанции, оставление иска без рассмотрения не приведет к восстановлению нарушенного права истца, не приведет к быстрейшему разрешению возникшего конфликта между сторонами, а будет направлено только на затягивание судебного процесса. Суд предоставил сторонам время для урегулирования спора мирным путем, однако, мировое соглашение так и не было заключено. В рассматриваемом случае оставление иска без рассмотрения по указанным основаниям представляется нецелесообразным, поскольку повлечет за собой лишь повторное обращение истца с аналогичным иском.

Кроме того, суд учитывал, что истцом в материалы дела представлена почтовая квитанция от 01 августа 2022 года (РПО № 60315551025580) в подтверждение факта направления претензии исх. № б/н от 27 июля 2022 года.

Ответчик утверждает, что согласно отчету АО «ПОЧТА РОССИИ», вес письма с претензией составляет 29 грамм. При этом, согласно подсчетам ответчика, истцом использовался конверт А4 весом 17 грамм, претензия и приложения должны были состоять минимум из 23 листов, вес которых должен был быть не менее 116 грамм.

Как указал истец, им для отправки претензии и приложений использовался конверт Формат DL (E65) весом 5 грамм. В почтовое отправление входили следующие документы: претензия, распечатанная на 1 листе посредством двусторонней печати по 2 страницы на листе; сведения о трех товарных знаков, распечатанные на 1 листе посредством двусторонней печати по 4 страницы на листе; интернет-страницы, фиксирующие правонарушения от 26.07.2022, распечатанные на 1 листе посредством двусторонней печати по 2 страницы на листе (истцом был направлен один принтскрин с нарушением, где количество продаж товара ответчика составляло 50 штук); таблица «Расчет суммы компенсации» на 1 листе; доверенность на имя ФИО3 на 1 листе. Так, документы, входящие в почтовое отправление, состояли из 5 листов. Как итог, согласно находящимся в свободном доступе сведениям с сайта https://postkonvert.ru/skolko-dolzhen-vesit-konvert/, на которые ссылается ответчик в ходатайстве, вес почтового отправления в конверте формата E65 с вложением, состоящим из 5 листов, составляет 30 грамм.

Также истцом представлена распечатка электронной почты, согласно которой, 01 августа 2022 года по адресу электронной почты OLENKABOO@MAIL.RU была направлена претензия, а также протокол осмотра электронной почты через систему «ВЕБДЖАСТИС» от 12 сентября 2023 года.

Данный адрес электронной почты указан в ЕГРИП, как адрес ответчика.

В силу правовой позиции, изложенной в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», с учетом положения пункта 2 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, осуществляющему предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя (далее - индивидуальный предприниматель), или юридическому лицу, направляется по адресу, указанному соответственно в едином государственном реестре индивидуальных предпринимателей или в едином государственном реестре юридических лиц либо по адресу, указанному самим индивидуальным предпринимателем или юридическим лицом.

При этом необходимо учитывать, что гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Гражданин, сообщивший кредиторам, а также другим лицам сведения об ином месте своего жительства, несет риск вызванных этим последствий (пункт 1 статьи 20 ГК РФ). Сообщения, доставленные по названным адресам, считаются полученными, даже если соответствующее лицо фактически не проживает (не находится) по указанному адресу.

При таких обстоятельствах претензионный порядок считается соблюденным истцом.

Рассмотрев заявленные требования, выслушав представителей сторон, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, истец является обладателем исключительных прав на следующие товарные знаки:

- по свидетельству РФ № 453366 (на основании договора об отчуждении исключительного права на товарный знак в отношении всех товаров и/или услуг - 06.08.2018 РД0261021), дата регистрации - 09.02.2012, в том числе в отношении товаров 28 класса МКТУ: игры, игрушки;

- по свидетельству РФ № 707764, дата регистрации - 11.04.2019, в том числе в отношении товаров 28 класса МКТУ: игры, игрушки;

- по свидетельству РФ № 748806, дата регистрации - 28.02.2020, в том числе в отношении товаров 28 класса МКТУ: игры, игрушки.

Согласно пункту 1 статьи 1229 ГК РФ, гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В силу пункта 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

В обоснование исковых требований истец указал, что ответчиком на маркетплейсе Wildberries предлагались к продаже изделия с артикулом 84416102 со словесными обозначениями Dendy, Денди в названиях, описаниях и характеристиках товаров.

В подтверждение данных обстоятельств истец приложил к иску скриншоты сайта https://www.wildberries.ru/ от 22 июня, 26 июля, 13 октября, 30 ноября 2022 года, 25 января 2023 года, а также протокол осмотра сайта через систему «ВЕБДЖАСТИС» от 19 января 2023 года.

В ходе рассмотрения настоящего дела истец также представил скриншот сайта https://www.wildberries.ru/ от 02 мая 2023 года.

Согласно пункту 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 от 23 апреля 2019 года «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 10), при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ)). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статей 64 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет». Допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 71 АПК РФ).

Предоставленные истцом в материалы дела доказательства полностью соответствуют вышеуказанным критериям, указанным в постановлении № 10, и, соответственно, являются надлежащим доказательством нарушения исключительных прав истца на товарные знаки ответчиком.

Сам факт предложения к продаже спорных товаров ответчик не оспаривает.

В соответствии с частью 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. Предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации способы защиты интеллектуальных прав могут применяться по требованию правообладателей.

Отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.

Согласно п. 3 ст. 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В пункте 162 постановления № 10 разъяснено, что для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом. При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара. Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

По смыслу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Таким образом, при сопоставлении обозначения и товарного знака основное правило заключается в том, что вывод делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления от товарного знака и противопоставляемого обозначения.

В соответствии с пунктом 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Как установлено судом, товарный знак истца по свидетельству РФ № 453366 является словесным, выполнен нестандартным шрифтом, буквами латинского алфавита (первая – прописная, остальные строчные) в одну строку.

Товарный знак истца по свидетельству РФ № 707764 является словесным, выполнен стандартным шрифтом, прописными буквами кириллического алфавита в одну строку.

Товарный знак истца по свидетельству РФ № 748806 является словесным, выполнен стандартным шрифтом, буквами латинского алфавита (первая – прописная, остальные строчные) в одну строку.

Обозначения, использованные ответчиком, имеют полное фонетическое сходство с товарными знаками истца.

Поскольку все сравниваемые обозначения являются фантазийными, семантический критерий не должен учитываться при сравнении обозначений

Однако в силу созвучия данных фантазийных обозначений, с учетом широкой популярности данной игровой приставки в 90-х годах существует возможность ассоциирования спорного обозначения с товарными знаками истца.

Сравниваемые обозначения имеют графические отличия в шрифтовом начертании, при этом незначительные графические отличия не свидетельствуют об отсутствии сходства по данному критерию сравниваемых словесных элементов и ином зрительном восприятии.

Указанные товарные знаки зарегистрирован в том числе в отношении товаров 28 класса МКТУ: игры, игрушки, обозначение, использованное ответчиком, использовалось при предложении к продаже товаров – игровых консолей.

Таким образом, обозначение, использованное ответчиком, однородно товарам, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки истца.

Незначительные графические отличия сравниваемых обозначений не свидетельствуют об отсутствии их сходства до степени смешения, поскольку сходство достигается, как правило, в силу семантического и фонетического сходства;

С учетом изложенного, а также исходя из положений, закрепленных в пункте 13 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», согласно которым, вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы, суд, основываясь на осуществленном им сравнении спорных обозначений и товарных знаков истца, приходит к выводу о том, что они являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков.

Ссылка ответчика на то, что истец не использует свой товарный знак, в связи с чем его действия по обращению с настоящим иском являются злоупотреблением правом, подлежит отклонению, так как в силу разъяснений, изложенных в пункте 154 постановления № 10, неиспользование товарного знака правообладателем, обращающимся за защитой принадлежащего ему права, само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом. Признаков злоупотребления правом применительно к статье 10 ГК РФ со стороны истца судом по результатам исследования материалов дела не установлено.

Кроме того, указанный довод ответчиком был приведен лишь в письменных объяснениях, представленных 27 сентября 2023 года, при том, что дело находится в производстве суда с 22 февраля 2023 года. Ранее в отзыве на исковое заявление ответчиком данный довод заявлен не был.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права. Предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации способы защиты интеллектуальных прав могут применяться по требованию правообладателей.

Отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ, в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Истец просит суд взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам РФ №№ 453366, 707764, 748806 в общем размере 2 441 950 руб. в двукратном размере стоимости товаров, в названиях, описаниях и характеристиках которых незаконно размещены товарные знаки истца, исходя из указанного на сайте количества реализованного товара (1100), количества товара, предлагаемого к продаже (добавленного в корзину на сайте) (25), минимальной стоимости товара и актуальной стоимости товара (л.д. 5).

Подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

В соответствии с пунктом 61 постановления № 10, если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).

Таким образом, в отсутствие доказательств иного расчет компенсации, произведенный истцом по правилам пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ, принимается судом.

Ответчик заявил о снижении размера взыскиваемой компенсации до 10 000 руб., указав на то, что заявленный размер компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков.

В пункте 62 постановления № 10 разъяснено, что размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика при определенных условиях: размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Также Конституционный Суд Российской Федерации Постановлением от 24.07.2020 № 40-П признал подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 и 55 (часть 3), в той мере, в какой он в системной связи с общими положениями ГК РФ о защите исключительных прав, в том числе с пунктом 3 его статьи 1252 ГК РФ, не позволяет суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности исключительного права на один товарный знак, снизить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в Постановлениях от 13.12.2016 № 28-П и от 24.07.2020 № 40-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении № 40-П, с учетом характера допущенного нарушения и тяжелого материального положения ответчика и при наличии соответствующего заявления от него суд вправе снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ величины.

При этом с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (то есть не может быть менее стоимости права использования товарного знака).

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Определение конкретного размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Оценив представленные в дело доказательства, суд, применительно к рассматриваемому спору, полагает возможным снизить размер компенсации до однократной стоимости товара, а именно: до 1 220 975 руб..

При этом судом учтено, что правонарушение совершено предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности (из представленных ответчиком распечаток сайта маркетплейса следует, что ответчик осуществляет продажи более 150 наименований товаров) и не носило грубый характер.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 46-П, снижение судом исходя из обстоятельств дела размера компенсации, заявленной в минимальном установленном законом размере, ниже указанных пределов, не может отождествляться с частичным удовлетворением исковых требований.

Расходы истца по уплате государственной пошлины в соответствии со ст. 110 АПК РФ возлагаются на ответчика.

Руководствуясь ст. ст. 106, 110, 123, 156, 167 - 170, 176 АПК РФ,



Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 компенсацию за нарушение исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам РФ №№ 453366, 707764, 748806 в общем размере 1 220 975 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 35 210 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья: О. В. Козленкова