Постановление от 18 июля 2023 г. по делу № А40-123837/2022

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

18.07.2023 Дело № А40-123837/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 12.07.2023

Постановление в полном объеме изготовлено 18.07.2023


ААрбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Красновой С.В.

судей Беловой А.Р., Лазаревой И.В.,

при участии в заседании:

от АО Московский Международный Центр «Зеленоград»: ФИО1 по дов. от 22.11.2022,

от Департамента городского имущества города Москвы: ФИО2 по дов. от 10.10.2022,

от АО «Мотек-Ц»: не явился, извещен,

от Управления Росреестра по Москве: не явился, извещен,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу Департамента городского имущества города Москвы

на решение Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2023 по делу № А40-123837/2022

по иску акционерного общества Московский Международный Центр «Зеленоград»

к Департаменту городского имущества города Москвы

о признании права собственности

третьи лица: АО «Мотек-Ц», Управление Росреестра по Москве



У С Т А Н О В И Л:

Акционерное общество Московский Международный Центр "Зеленоград" (далее – истец, общество) обратился в Арбитражный суд города Москвы с исковыми требованиями к Департаменту городского имущества города Москвы (далее – ответчик, Департамент) о признании права собственности на нежилое здание с кадастровым номером 77:10:0007001:1349, по адресу: г. Москва, <...>, площадью 739,2 кв. м (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «Мотек-Ц», Управление Росреестра по Москве.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2023, исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ответчик обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты отменить как незаконные и необоснованные, принятые с нарушением норм материального и процессуального права и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте: http://kad.arbitr.ru.

Третьи лица своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Отводов составу суда не поступило.

В судебном заседании представитель ответчика доводы и требования кассационной жалобы поддержал, представитель истца против удовлетворения кассационной жалобы возражал по доводам, изложенным в письменном отзыве.

Изучив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального права и соблюдение норм процессуального права при принятии судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что отсутствуют основания, предусмотренные статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для их отмены или изменения.

Как следует из материалов дела и установлено судами, с 2001 года общество владеет нежилым зданием с кадастровым номером 77:10:0007001:1349, по адресу: г. Москва, <...>. Здание расположено по адресу: г. Москва, <...>, и имеет следующие характеристики: общая площадь 739,2 кв. м, нежилое, этажность 3, материал стен: кирпич, год постройки 1965.

Здание расположено на земельном участке площадью 93 147 кв. м по адресу: <...>, предоставленному истцу в аренду Москомземом для эксплуатации существующих зданий и строительства и последующей эксплуатации мультимодального центра, что подтверждается договором аренды № М-10-019783 от 31.10.2001.

Согласно пункту 2.1 срок действия договора аренды с 18.08.2001 по 12.08.2050.

Постановлением Правительства Москвы от 27.03.2001 № 276-ПП создано ОАО "Московский международный мультимодальный центр "Зеленоград" (с 22.03.2015 - Акционерное общество Московский международный мультимодальный центр "Зеленоград"). Учредителями ОАО выступили город Москва (58,8%) и ОАО ЦХХТ "МОТЕК-Ц" (с 29.07.2015 - Акционерное общество "Центр холодильно-транспортных технологий "МОТЕК-Ц") - 41,2%. Согласно п. 4 Постановления в качестве вклада в уставный 3 капитал создаваемого общества ОАО ЦХТТ "Мотек-Ц" вносит производственные комплексы на двух земельных участках по адресам: г. Зеленоград, промзона "Малина", ул. Заводская, вл. 21а площадью 9.47 га и промзона "Северная", 2-й Западный проезд площадью 7.89 га по их рыночной стоимости и произведенные инвестиции в развитие многофункционального терминала в г. Зеленограде, на базе которого создается Центр, на общую сумму 7 000 000 рублей.

Таким образом, прежним собственником здания являлось АО "Мотек-Ц". Перечень нежилых объектов, переданных от АО "Мотек-Ц" истцу, указан в приложениях к акту № 1 приемки-передачи основных средств от 18.06.2001.

Согласно перечню имущества, являющегося неотделимой частью объектов недвижимости по адресу: <...>, собственностью истца стала "котельная" (пункт 21 Перечня).

Котельная является нежилым зданием с кадастровым номером 77:10:0007001:1349, по адресу: г. Москва, <...>, что следует из заключения, составленного специалистами экспертной организации.

На момент передачи здания от АО "Мотек-Ц" истцу (2001 год) здание не было зарегистрировано в качестве объекта недвижимости и было внесено в ЕГРН как объект недвижимости только 23.05.2012, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 08.06.2022 № КУВИ-999/2022-609651.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пункту 3 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях и в порядке, предусмотренных настоящим Кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении.

При этом в пункте 16 вышеназванного совместного Постановления пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации также разъяснено, что по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений статьи 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности.

Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако, право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Учет критерия добросовестности, приобретения права собственности по давности владения направлен на защиту не только частных интересов собственника и владельца имущества, но и публично-правовых интересов, как то: достижение правовой определенности, возвращение имущества в гражданский оборот, реализация фискальных целей.

В случае с приобретательной давностью добросовестность владельца выступает лишь в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 28.07.2015 № 41-КГ15-16, от 20.06.2018 № 5-КГ18-3, от 15.05.2018 № 117-КГ18-25 и от 17.09.2019 № 78-КГ19-29).

Для приобретательной давности правообразующее значение имеет прежде всего не отдельное событие, состоявшееся однажды (как завладение вещью), а добросовестное длительное открытое владение, когда владелец вещи ведет себя как собственник, при отсутствии возражений со стороны других лиц. В этом случае утративший владение вещью собственник, как правило, не занимает активную позицию в споре о праве на вещь.

Разъяснение содержания понятия добросовестности в контексте статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации дано в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", не исключает при определенных обстоятельствах приобретению по давности владения имущества и тем лицом, которое могло знать об отсутствии у него оснований приобретения права собственности по сделке.

Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности.

Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 26.11.2020 № 48-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО3" практика применения положений о приобретательной давности свидетельствует, что для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.

Из указанных выше разъяснений следует, что приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2020 № 4-КГ20-16, 2-1368/2018, Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2020 № 84-КГ20-1).

Отсутствие надлежащего оформления сделки и прав на имущество применительно к положениям статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации само по себе не означает недобросовестности давностного владельца. Напротив, данной нормой предусмотрена возможность легализации прав на имущество и возвращение его в гражданский оборот в тех случаях, когда переход права собственности от собственника, который фактически отказался от вещи или утратил к ней интерес, по каким-либо причинам не состоялся, но при условии длительного, открытого, непрерывного и добросовестного владения (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17.09.2019 № 78-КГ19-29).

Таким образом, добросовестность для целей приобретательной давности необходимо определять не в момент приобретения (завладения) вещи, а с учетом оценки длительного открытого владения, когда владелец вещи ведет себя как собственник при отсутствии возражений и правопритязаний со стороны других лиц.

Под действие указанных конституционных гарантий подпадают и имущественные интересы давностного владельца, поскольку только наличие подобных гарантий может обеспечить выполнение конституционно значимой цели института приобретательной давности, которой является возвращение имущества в гражданский оборот, включая его надлежащее содержание, безопасное состояние, уплату налогов и т.п. (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 20.03.2018 № 5-КГ18-3). При этом Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что поддержание правовой определенности и стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, эффективной судебной защиты прав и законных интересов его участников является конституционной гарантией (постановления от 21.04.2003 № 6-П, от 16.11.2018 № 43-П и др.).

Согласно положениям пункта 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации одной из задач судопроизводства в арбитражном суде является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

Реализация указанной задачи исключает формальный подход суда к рассмотрению спора, и предполагает исследование всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания по делам о признании права собственности на основании статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом конкретных обстоятельств, включая, в том числе добросовестность/недобросовестность приобретения спорного имущества со стороны истца.

Судом установлено, что открытость и непрерывность давностного владения истца спорным зданием с 2001 года подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, истец добросовестно, открыто и непрерывно владеет находящимися на земельном участке зданием, как своей собственностью с 2011 года, неся бремя по его содержанию, эксплуатации и обслуживанию.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что истец приобрел право собственности на спорный объект недвижимого имущества в силу приобретательной давности.

Довод ответчика о том, что котельная являлась неотделимым улучшением, предметом, находящимся внутри одного из 8 поименованных зданий, но никак не отдельным зданием, да еще и иного года постройки, судом не принят, поскольку ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие указанный довод.

Также истцом в материалы дела представлены доказательства, что спорная котельная является нежилым зданием с кадастровым номером 77:10:0007001:1349, по адресу: г. Москва, <...>, что подтверждается представленным в материалы дела заключением специалистов экспертной организации ООО "А-ЭКСПЕРТ": "здание, фигурирующее в документе "Акт № 1 приемки-передачи основных средств в уставной капитал от 18.06.2001" как "Котельная", а в паспорте БТИ "производственное" является нежилым зданием с кадастровым номером 77:10:0007001:1349".

Указанное заключение Департментом не опровергнуто. Ходатайство о проведении по делу судебной экспертизы не заявлялось.

Ссылка на вступившее в законную силу решение Арбитражного суда по делу № А40-83077/2021 по аналогичному спору между теми же лицами в отношении иного строения, не принята судом во внимание, поскольку решение вынесено по иску с другим основанием и иным ответчиком, Департамент выступал в нем в качестве третьего лица.

На основании вышеизложенного судебная коллегия соглашается с выводами судов и находит их законными, обоснованными, соответствующими имеющимся в деле доказательствам и фактическим обстоятельствам дела.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов суды установили все существенные для дела обстоятельства и дали им надлежащую правовую оценку, выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу в их совокупности, в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, нормы материального права применены правильно.

Нарушений норм процессуального права, которые могли явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и свидетельствуют о несогласии с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами доказательств.

Переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда города Москвы от 09.02.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.04.2023 по делу № А40-123837/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.


Председательствующий – судья С.В. Краснова


Судьи: А.Р. Белова


И.В. Лазарева