Решение от 27 декабря 2019 г. по делу № А65-28310/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело №А65-28310/2019

Дата принятия решения – 27 декабря 2019 года

Дата объявления резолютивной части – 23 декабря 2019 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Мусина Ю.С., при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания помощником судьи Галеевым Р.И., рассмотрев в судебном заседании дело по иску Акционерного общества "Осиновские инженерные сети" (ОГРН 1061673024940, ИНН 1648018708) к Обществу с ограниченной ответственностью "Осиновская теплоснабжающая компания" (ОГРН 1151673002612, ИНН 1648041792) о взыскании убытков в размере 13 801 957 руб. 81 коп., с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица Исполнительного комитета Осиновского сельского поселения,

с участием:

от истца – представители: ФИО1, по доверенности от 23.01.2019г.; ФИО2, по доверенности от 07.10.2019г.

от ответчика – представители: ФИО3, по доверенности от 14.06.2019г., ФИО4, по доверенности от 24.06.2019г.;

от третьего лица – представители: ФИО5, по доверенности от 17.04.2019г.; ФИО6, по доверенности от 10.12.2018г.;

УСТАНОВИЛ:

Акционерного общества "Осиновские инженерные сети" (далее – «истец») обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Осиновская теплоснабжающая компания" (далее – «ответчик») о взыскании 13 801 957 руб. 81 коп. убытков.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечен Исполнительный комитет Осиновского сельского поселения.

Иск основан на следующих обстоятельствах.

Постановлением Исполнительного комитета Осиновского сельского поселения от 23.08.2016 №160 ответчику присвоен статус Единой теплоснабжающей организации (ЕТО) на территории Осиновского сельского поселения Зеленодольского муниципального района РТ.

Постановлением Исполкома Осиновского сельского поселения от 25.09.2016 № 173 в Постановление от 23.08.2016 №160 были внесены изменения, в соответствии с которыми статус ЕТО считается присвоенным с 25 сентября 2016г.

В соответствии с п. 113 Постановления Правительства РФ от 08.08.2012 N 808 "Об организации теплоснабжения в Российской Федерации и о внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации" организация при присвоении ей статуса единой теплоснабжающей организации направляет теплосетевым организациям подписанные со своей стороны договоры оказания услуг по передаче тепловой энергии и договоры поставки тепловой энергии (мощности) и (или) теплоносителя в целях компенсации потерь в тепловых сетях.

В силу ч. 4 ст. 15 ФЗ «О теплоснабжении» теплоснабжающие организации, в том числе единая теплоснабжающая организация, и теплосетевые организации в системе теплоснабжения обязаны заключить договоры оказания услуг по передаче тепловой энергии и (или) теплоносителя в объеме, необходимом для обеспечения теплоснабжения потребителей тепловой энергии с учетом потерь тепловой энергии, теплоносителя при их передаче.

Согласно правовой позиции истца, несмотря на установленную законодательством для ЕТО обязанность, ответчик уклонялся от заключения договора на поставку тепловой энергии с истцом с момента назначения его Единой теплоснабжающей организацией.

В силу пп. «к» п. 16 Правил регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 22.10.2012 №1075 (в редакции №17 от 31.12.2015г., действующей на период спора) обязательным документом для открытия дела об установления тарифа является копия договора об осуществлении регулируемого вида деятельности. Для обращения с заявлением об установлении тарифа на услуги по транспортировке тепловой энергии необходим заключенный договор.

В силу ч. 6 ст. 17 ФЗ «О теплоснабжении» собственники или иные законные владельцы тепловых сетей не вправе препятствовать передаче по их тепловым сетям тепловой энергии потребителям, теплопотребляющие установки которых присоединены к таким тепловым сетям, а также требовать от потребителей или теплоснабжающих организаций возмещения затрат на эксплуатацию таких тепловых сетей до установления тарифа на услуги по передаче тепловой энергии по таким тепловым сетям.

Согласно правовой позиции истца, из-за уклонения ответчика от заключения договора транспортировки тепловой энергии истец не мог получить тариф на передачу тепловой энергии, в связи с чем вынуждено осуществлять транспортировку тепловой энергии без оплаты.

Договор по оказанию по передаче тепловой энергии между истцом и ответчиком был заключен 21.03.2018г., после чего истцом был получен тариф в размере 90,46 руб. за Гкал. (Постановление Госкомитета РТ по тарифам № 5-3/тэ от 11 мая 2018 года, зарегистрировано в Минюсте РТ 24.05.2018 N 4696, опубликовано на официальном портале правовой информации Республики Татарстан 25.05.2018г., вступившее в силу по истечении 10 дней с момента опубликования).

Истец считает, что незаконное длительное уклонение ответчика от заключения договора поставки тепловой энергии привело к возникновению у истца убытков.

По мнению истца, его убытки выражены в том, что из-за уклонения ответчика от заключения договора транспортировки тепловой энергии истец не мог получить тариф на передачу тепловой энергии, в связи с чем истец был вынужден осуществлять транспортировку тепловой энергии без оплаты. Но при этом в силу ч. 6 ст. 17 ФЗ «О теплоснабжении» истец обязан не препятствовать передаче тепловой энергии Ответчика и реализации указанной тепловой энергии населению, т.е. фактически деятельность по транспортировке осуществлялась, но без оплаты. В связи с чем истец нес расходы, необходимые для осуществления деятельности по передаче тепловой энергии, в том числе осуществлял оплату труда своих сотрудников, необходимые ремонты и другие затраты.

В качестве подтверждения наличия убытков истец представил расчет фактических расходов на оплату труда своих работников и расходы на содержание сети за период с 25.09.2016-31.05.2019г., первичные бухгалтерские документы, платежные поручения об оплате расходов.

Обосновывая наличие причинно-следственной связи между нарушением и убытками истец указывает, что в нарушение ч. 4 ст. 15 ФЗ «О теплоснабжении», ответчик уклонялся от заключения договора на поставку тепловой энергии истцом с момента назначения его ЕТО, что повлекло невозможность получения истцом тарифа и как следствие невозможность получения платы за фактически оказанные услуги.

Обосновывая размер убытков, предъявленный к возмещению, истец указывает следующее.

Истец в спорный период осуществлял несколько регулируемых видов деятельности (водоснабжение, водоотведение, теплоснабжение), в связи с чем расходы предприятия определяются раздельно по каждому виду деятельности.

Так, в соответствии с п. 10 Основ ценообразования в сфере теплоснабжения, утвержденных Постановлением правительства РФ от 22.10.2012 №1075 (далее - Основы ценообразования), регулируемые организации в обязательном порядке ведут раздельный учет объема тепловой энергии, теплоносителя, доходов и расходов, связанных с производством, передачей и со сбытом тепловой энергии и теплоносителя.

В силу нормы п. 11 Основ ценообразования, раздельный учет объема тепловой энергии и теплоносителя, доходов и расходов осуществляется организацией в соответствии с Единой системой классификации и раздельного учета затрат относительно видов деятельности теплоснабжающих организаций, теплосетевых организаций, утвержденной Приказом ФСТ России от 12.04.2013 № 91 (далее -Приказ).

В соответствии с п. 4 указанного Приказа ведение раздельного учета осуществляется организацией на основании утвержденной на предприятии учетной политикой. При этом согласно п. 12 Приказа расходы регулируемой организации подразделяются на:

-расходы, непосредственно связанные с производством продукции (работ, услуг), относимые на конкретный вид производимой продукции (работ, услуг) в (далее -прямые расходы);

-расходы, которые не могут быть непосредственно отнесены на производство 0Ьнкретного вида производимой продукции (работ, услуг) (далее - косвенные расходы).

Распределение косвенных расходов по соответствующим регулируемым видам деятельности осуществляется в соответствии с учетной политикой организации (п. 13 Приказа) - пропорционально выбранной базе распределения.

В силу указанных выше норм, а также в соответствии со ст. 318 НК РФ перечень прямых и косвенных расходов самостоятельно закрепляется организацией в учетной политике.

Таким образом, для определения размера убытков согласно Учетной политике истца в течение рассматриваемого периода были определены следующие прямые расходы:

-расходы на оплату труда персонала, участвующего в процессе выполнения работ, оказания услуг по транспортировке тепловой энергии, а также соответствующие отчисления в ПФ, ФСС, ФОМС, уплата НДФЛ;

-амортизация основного производственного оборудования по транспортировке тепловой энергии; -иные затраты, непосредственно связанные с производством определенного вида продукции (оказанием услуг по транспортировке тепловой энергии) и прямо относимые на ее себестоимость, в том числе расходы на техническое обслуживание и ремонт подрядным способом основного производственного оборудования

По расчету истца, за период с 25.09.2016г. по 31.05.2018г. согласно ст. 318 НК РФ и Учетной политикой организации, истцом понесены прямые расходы, относимые на передачу тепловой энергии в размере 5 383 170, 50 рублей.

Распределение по видам деятельности косвенных расходов истца, согласно Учетной политике осуществляется на предприятии пропорционально расходам на оплату труда, относимым на прямые расходы.

Косвенные расходы АО «ОИС» за рассматриваемый период, относимые на осуществление деятельности по передаче тепловой энергии определены истцом согласно учетной политике предприятия - в размере 56,74% (в доле пропорционально расходам на оплату труда, относимым на прямые расходы по передаче тепловой энергии за период с 25.09.2016 по 31.05.2018г., что подтверждается анализом счета 26 и составили с учетом коэффициента в размере 6 940 006,12 рублей.

По мнению истца, совокупно сумма прямых и косвенных расходов в размере 12 323 176, 62 рублей представляет собой понесенный истцом реальный ущерб вследствие неправомерных действий ответчика.

Со ссылкой на п.п. 2, 32. Основ ценообразования в сфере теплоснабжения, в соответствии с которым при утверждении тарифов с применением метода экономически обоснованных расходов необходимая валовая выручка организации определяется органом регулирования как сумма расходов, связанных с производством и реализацией продукции (услуг), расходов, относимых на прибыль после налогообложения, величины расчетной предпринимательской прибыли и величины налога на прибыль, истец, при определении суммы затрат, относимых на передачу тепловой энергии истцом на период с 25.09.2016г. по 31.05.2018г. включил расчетную предпринимательскую прибыль в размере 5% от объема текущих расходов (за исключением расходов на приобретение тепловой энергии (теплоносителя) и услуг по передаче тепловой энергии (теплоносителя)), что по расчету истца за период с 25.09.2016г. по 31.05.2018г. составляет 616 158,83 рублей.

Кроме этого со ссылкой на п. 48 Основ ценообразования в расчет убытков истец включил рентабельность на период с 25.09.2016г. по 31.05.2018г. в размере 7% от суммы расходов, что составляет 862 622,36 рублей

Конкурсным управляющим истца в адрес ответчика направлена претензия с требованием возмещения убытков в размере13 801 957 руб. 81 коп. (т.1, л.д. 19-20)

Данная претензия оставлена без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд.

В судебном заседании представители истца поддержали исковые требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представители ответчика иск не признали по основаниям, изложенным в письменном отзыве (т.2, л.д. 1-10). Согласно правовой позиции ответчика, истец фактически не содержал спорные сети теплоснабжения, право собственности истца на эти сети не было зарегистрировано. 19 сентября 2016 года указанные внутриквартальные сети были поставлены на кадастровый учет в качестве бесхозяйного объекта недвижимости. На основании Концессионного соглашения от 13.05.2016 между ответчиком и третьим лицом ответчик должен был получить указанные на свой баланс после завершения процедур оформления права собственности муниципалитета на бесхозяйное имущество. Ответчик ссылается на то обстоятельство, что в спорный период шли судебные споры относительно принадлежности сети: решением Зеленодольского городского суда РТ от 06 декабря 2017 года по делу №2-4975 признано право муниципальной собственности на спорные внутриквартальные сети как бесхозяйное имущество, которое было отменено Апелляционным определением Верховного суда Республики Татарстан от 12 февраля 2018 года. Кроме этого, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 01.11.2017г. по делу №А65-22917/2017, оставленным без изменений Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2018 в иске третьего лица о признании недействительной сделки по приватизации указанных внутриквартальных сетей отказано. Ответчик полагает, что до вступления в законную силу указанных судебных актов отсутствовала определенность относительно принадлежности сетей, соответственно, отсутствовали основания для заключения договора с истцом. В разумные сроки после получения указанных судебных актов, 21 марта 2018 года ответчик подписал проект договора, направленный истцом и письмом №И-372 от 22.03.2018г. направил указанный договор в адрес истца. В связи с изложенными обстоятельствами ответчик считает, что с его стороны не допущено просрочки исполнения обязательства по подписанию договора, в связи с чем основания для удовлетворения иска отсутствуют. Кроме этого ответчик считает, что истец, как собственник сетей несет бремя содержания указанной сети и его расходы не могут быть отнесены на ответчика. Ответчик также считает, что истцом не доказано фактическое несение расходов на содержание сети. Представители ответчика пояснили, что в спорный период, в рамках концессионного соглашения с третьим лицом ответчик нес фактическое содержание сетей истца, истец сам указанные сети не содержал, поскольку находился в процедуре банкротства.

Истец представил возражения на отзыв. Возражения приобщены в материалы дела.

Ответчик представил показания приборов учета подачи тепловой энергии на сети истца в спорный период, а также расчет объема поставки тепловой энергии в адрес населения, рассчитанный исходя из расчетных документов, выставленных населению.

Представитель истца считает, что указанные расчеты не могут быть приняты за основу, поскольку в показаниях приборов учета имеются неточности.

Иной расчет поставленного объема тепловой энергии суду не представлен, ходатайства о назначении по делу экспертизы не заявлено, в связи с чем суд рассматривает дело по имеющимся доказательствам, исходя из распределения бремени доказывания по ст. 65 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей сторон и третьего лица, суд приходит к следующим выводам.

Арбитражный суд на основании пункта 1 статьи 133, пункта 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса РФ с учетом обстоятельств, приведенных в обоснование иска, самостоятельно определяет характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами по делу, а также нормы законодательства, подлежащие применению.

В соответствии с п. 4 ст. 445 ГК РФ если сторона, для которой заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор. При этом сторона, необоснованно уклоняющаяся от заключения договора, должна возместить другой стороне причиненные этим убытки.

В соответствии с п. 4 ст. 15 Федерального закона «О теплоснабжении», теплоснабжающие организации, в том числе единая теплоснабжающая организация, и теплосетевые организации в системе теплоснабжения обязаны заключить договоры оказания услуг по передаче тепловой энергии и (или) теплоносителя в объеме, необходимом для обеспечения теплоснабжения потребителей тепловой энергии с учетом потерь тепловой энергии, теплоносителя при их передаче. Затраты на обеспечение передачи тепловой энергии и (или) теплоносителя по тепловым сетям включаются в состав тарифа на тепловую энергию, реализуемую теплоснабжающей организацией потребителям тепловой энергии, в порядке, установленном основами ценообразования в сфере теплоснабжения, утвержденными Правительством Российской Федерации.

В силу пп. «к» п. 16 Правил регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 22.10.2012 №1075 (в редакции №17 от 31.12.2015г., действующей на период спора) обязательным документом для открытия дела об установления тарифа является копия договора об осуществлении регулируемого вида деятельности. Для обращения с заявлением об установлении тарифа на услуги по транспортировке тепловой энергии необходим заключенный договор.

В силу ч. 6 ст. 17 ФЗ «О теплоснабжении» собственники или иные законные владельцы тепловых сетей не вправе препятствовать передаче по их тепловым сетям тепловой энергии потребителям, теплопотребляющие установки которых присоединены к таким тепловым сетям, а также требовать от потребителей или теплоснабжающих организаций возмещения затрат на эксплуатацию таких тепловых сетей до установления тарифа на услуги по передаче тепловой энергии по таким тепловым сетям.

Таким образом, в силу указанных выше норм права, ответчик был обязан заключить с истцом договор на оказание услуг по передаче тепловой энергии и теплового носителя.

Вопреки утверждению истца, законодательство в сфере теплоснабжения не содержит сроков исполнения обязанности ЕТО по заключению такого договора и не привязывает возникновение обязанности по заключению договора к дате присвоения ему статуса ЕТО.

В соответствии с п. 2 ст. 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении.

С учетом положений п. 2 ст. 314 ГК РФ, при определении срока возникновения у ответчика обязанности по заключению договора с истцом необходимо исходит из даты соответствующего обращения истца с предложением заключить договор.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, истец впервые обратился к ответчику с предложением заключить договор 22 июня 2017 года. (Письмо №181 от 22.06.17, с приложением проекта договора, том 2, л.д. 11 - 100). Истец в тот же день получил указанное письмо с проектом договора, однако подписал договор только 21.03.2018г. и направил его в адрес ответчика письмом №И-372 от 22.03.2018. Следовательно, по правилам п. 2 ст. 314 ГК РФ сроком исполнения ответчиком обязанности по заключению договора является 29.06.2017г., а первым днем нарушения ответчиком срока исполнения обязательства является 30.06.2017г. Обязательство прекратилось надлежащим исполнением, в соответствии со ст. 408 ГК РФ, 22 марта 2018 года после подписания договора и направления его в адрес истца.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что ответчик должен возместить истцу убытки, причиненные нарушением обязательства по заключению договора в период с 30.06.2017 по 22.03.2018.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может по общему правилу требовать полного возмещения причиненных ему убытков. При этом, под убытками понимаются, в том числе, расходы, которое лицо, чье право нарушено произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факт нарушения обязательства, наличие убытков.

Согласно п. 4 ст. 393 ГК РФ при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

В соответствии с п. 2 постановления Пленума Верховного суда РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушение обязательств» упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Пунктом 3 вышеуказанного Постановления установлено, что в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

В соответствии с частью 3.1. статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Оценка требований и возражений сторон осуществляется судом по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле, применительно к части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определяя размер убытков, которые ответчик должен возместить истцу, суд исходит из следующего.

При правомерном поведении ответчика и своевременном заключении договора на оказание услуг по передаче тепловой энергии и теплового носителя, истец имел бы возможность получить плату за передачу тепловой энергии.

После заключения договора, Постановлением Госкомитета РТ по тарифам №5-3/тэ от 11.05.2018 истцу утвержден тариф в размере 90 руб. 46 коп. за Гкал переданной тепловой энергии.

В отсутствие иных тарифов, утвержденных в спорный период, суд считает возможным, для целей расчета размера убытков истца, использовать указанный тариф.

Как следует из представленных ответчиком ФИО7 о суточных параметрах теплопотребления исходя из показаний приборов учета на входе в внутриквартальные тепловые сети истца, суммарное значение переданной тепловой энергии за период нарушения истцом обязательства по заключению договора (30.06.2017 по 22.03.2018) составила: по горячему водоснабжению – 6 704, 4449 Гкал, по отоплению – 22 807, 7818 Гкал. Итого, общий объем переданной тепловой энергии – 29 512, 2267 Гкал.

Истец и ответчик иных доказательств передачи тепловой энергии в ином размере не представили, ходатайства о назначении по делу экспертизы не заявили. Довод истца о некорректном отображении в приборах учета объемов переданной тепловой энергии отклоняется судом, как не подтвержденный соответствующими доказательствами. Само по себе наличие в показаниях приборов отрицательных значений не свидетельствует о неисправности данных приборов учета. Отрицательные значения в расчете общего объема переданной тепловой энергии судом не учитывались. Кроме этого, показания приборов учета, отраженные в ежесуточных отчетах по передаче тепловой энергии истца, коррелируются с расчетами ответчика об объеме тепловой энергии, полученной населением.

Следовательно, сумма неполученной истцом прибыли за переданную тепловую энергию в указанном объеме исходя из утвержденного тарифа 90 руб. 46 коп. составляет 2 669 676 руб. 03 коп. (29 512, 2267 Гкал. х 90 руб. 46 коп.).

Довод истца о том, что ответчик должен возместить ему все расходы, а также расчетную прибыль и рентабельность, отклоняется судом, поскольку бремя содержания тепловых сетей в спорный период в силу ст. 210 ГК РФ лежало на истце, как на собственнике указанных сетей и, при правомерном поведении ответчика истец мог рассчитывать только на получение оплаты в пределах утвержденного тарифа.

С учетом изложенного исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, государственная пошлина по иску относится на стороны пропорционально удовлетворенным требованиям и взыскивается в доход федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 167-169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Осиновская теплоснабжающая компания" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Акционерного общества "Осиновские инженерные сети" (ОГРН <***>, ИНН <***>) 2 669 676 руб. 03 коп. в счет возмещения убытков.

В удовлетворении иска в оставшейся части отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Осиновская теплоснабжающая компания" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 17 797 руб. госпошлины.

Взыскать с Акционерного общества "Осиновские инженерные сети" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 74 211 руб. госпошщлины.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

СудьяЮ.С. Мусин