Решение от 13 мая 2024 г. по делу № А27-1407/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ


Дело №А27-1407/2024



Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации




13 мая 2024 г. г. Кемерово

Резолютивная часть решения оглашена 25 апреля 2024 г.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе

судьи Ефимовой О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем

С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании при участии представителей

истца по доверенности б/н от 09.01.2023 ФИО1

ответчика по доверенности №07 от 02.03.2024 ФИО2

дело по иску общества с ограниченной ответственностью «ВОДЭКО», город Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Водэкоцентр», город Кемерово (ОГРН <***>, ИНН <***>)

об обязании прекратить незаконное использование наименования и взыскании компенсации за нарушение исключительного права на фирменное наименование и товарный знак,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Водэко» (далее-истец, ООО) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области к обществу с ограниченной ответственностью «Водэкоцентр» (далее-ответчик, ООО) с требованиями:

- об обязании ответчика прекратить незаконное использование наименования ООО «ВОДЭКОЦЕНТР», которое является сходным до степени смешения с фирменным наименованием организации – ООО «ВОДЭКО» и зарегистрированным товарным знаком «ВОДЭКО» (свидетельство на товарный знак № 536187), путем внесения изменений в учредительные документы ООО «ВОДЭКОЦЕНТР» сведений о замене на фирменное наименование, не совпадающее с фирменным наименованием ООО «ВОДЭКО»;

- взыскании с ООО «ВОДЭКОЦЕНТР» в пользу ООО «ВОДЭКО» компенсацию за нарушение исключительного права на фирменное наименование и товарный знак в размере 1 000 000 рублей;

- взыскании с ООО «ВОДЭКОЦЕНТР» расходы по оплате государственной пошлины и расходы в порядке обеспечения доказательств в размере 20 100 рублей (за нотариальное обеспечение доказательств) (с учетом уточнений, принятых в порядке ст.49 АПК РФ)

Определением суда от 05.02.2024 исковое заявление принято судом к рассмотрению, предварительное судебное заседание назначено на 06.03.2024. Определением от 06.03.2024 подготовка к судебному разбирательству окончена, судебное разбирательство назначено на 02.04.2024, впоследствии отложено до 25.04.2024.

До начала судебного заседания 25.04.2024 от ответчика поступили дополнительные пояснения и возражения по исковому заявлению, согласно которым ответчик просит отказать в удовлетворении исковых требований, так как нарушение исключительных прав на товарный знак № 536187 «ВОДЭКО/VODEKO» не доказано, а также в связи с тем, что согласно классам МКТУ не установлена защита товарного знака № 536187 на фирменное наименование юридического лица, не нашло своего подтверждения, что фирменное наименование ООО «ВодЭкоЦентр» является схожим до смешения с фирменным наименованием ООО «ВОДЭКО» по морфологии и транскрипции русского языка согласно уставам обоих юридических лиц и видов экономический деятельности; предпринимательская деятельность обеих организаций осуществляется на территории разных субъектов Российской Федерации; виды основной экономической деятельности полностью не совпадают, а дополнительные виды экономической деятельности являются обширными и зависят от многих факторов при введении бизнеса.

От истца поступило ходатайство о приобщении к делу дополнительных документов (копия лицензионного договора от 05.04.2021).

В судебном заседании представитель ответчика возражал относительно приобщения лицензионного договора от 05.04.2021 к материалам дела, дал пояснения.

Представитель истца настаивал на приобщении лицензионного договора от 05.04.2021 к материалам дела, пояснил, что указанный лицензионный договор подтверждает стоимость права использования товарного знака ВОДЭКО/VODECO.

Поступившие документы приобщены судом к материалам дела в порядке положений статьи 41 АПК РФ.

Представитель истца исковые требования поддержал с учетом уточнений, дал пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика относительно удовлетворения исковых требований возражал, дал пояснения в обоснование правовой позиции, аналогичные изложенным в отзывах на исковое заявление.

Судом отклонены возражения ответчика относительно приобщения к материалам дела копии лицензионного договора, заключенного между истцом и обществом с ограниченной ответственностью «ВОДЭКО-СТРОЙ», поскольку истец, согласно его пояснениям, представляя указанную копию лицензионного договора, имел целью документальное подтверждение стоимости права использования товарного знака истца.

Согласно части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьям 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения представителей сторон, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, ООО «ВОДЭКО» (ИНН <***>), зарегистрировано МИФНС № 46 по г. Москве за основным государственным регистрационным номером <***>.

В соответствии с п.2.1 устава полным фирменным наименованием общества является: Общество с ограниченной ответственностью «ВОДЭКО».

Основными видами деятельности Истца являются: оказание комплексных услуг для промышленной водоподготовки, включая, но не ограничиваясь, разработка проектной документации, изготовление и поставка водопроводного и технологического оборудования, в том числе блочно-модульной поставки, а также выполнение монтажных и пуско-наладочных работ технологического оборудования и систем очистки воды и водоподготовки и т.д. согласно раздела 5 Устава ООО «ВОДЭКО».

Истцом был зарегистрирован товарный знак «ВОДЭКО/VODEKO», что подтверждается свидетельством на товарный знак №536187.

Согласно доводам иска истцу стало известно о нарушении ответчиком исключительного права ООО «ВОДЭКО» на фирменное наименование и товарный знак (№ 536187), указанное нарушение выражается в незаконном использовании ответчиком наименования ООО «ВОДЭКОЦЕНТР», которое является сходным до степени смешения с фирменным наименованием ООО «ВОДЭКО», а также содержит в своем названии указание на зарегистрированный товарный знак «ВОДЭКО».

Исходя из информации, размещенной на сайте ответчика https://wec-llc.ru/ в сети Интернет, ответчик использует словесное обозначение «ВОДЭКОЦЕНТР» для индивидуализации комплексных услуг для водоподготовки.

Стороны осуществляют аналогичные виды деятельности, связанные с оказанием комплексных услуг по водоподготовке, (совпадение кодов ОКВЭД: 42.21 «Строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения»; 33.20 «Монтаж промышленных машин и оборудования»; 42.99 «Строительство прочих инженерных сооружений, не включенных в другие группировки»; 43.12 «Подготовка строительной площадки»; 46.69 «Торговля оптовая прочими машинами и оборудованием» и другие).

Ссылаясь на то, что с ответчиком не заключался лицензионный договор на предоставление права использования наименования и товарного знака, принадлежащего ООО «ВОДЭКО», истец считает действия ответчика нарушающими его исключительные права.

Истец направил в адрес ответчика претензию от 15.09.2023 с требованием о прекращении использования наименования, сходным до степени смешения с фирменным наименованием Истца и о выплате компенсации. Указанная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

В ходе рассмотрения дела ответчик представил отзыв на исковое заявление, полагал недоказанным факт нарушения ответчиком каких-либо прав в предпринимательской деятельности истца, а также полагает, что не нашло подтверждения нарушение исключительных прав на товарный знак № 536187, в связи с тем, что согласно классам МКТУ не установлена защита товарного знака № 536187 на фирменное наименование юридического лица; не нашло своего подтверждения, что фирменное наименование ООО «ВодЭкоЦентр» является схожим до смешения с фирменным наименованием ООО «ВОДЭКО» по морфологии и транскрипции русского языка согласно уставам обоих юридических лиц и видов экономический деятельности; предпринимательская деятельность обеих организаций осуществляется на территории разных субъектов Российской Федерации; виды основной экономической деятельности полностью не совпадают, а дополнительные виды экономической деятельности являются обширными и зависят от многих факторов при введении бизнеса. В связи с изложенным, ответчик заявленные исковые требования полагал не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.

В возражениях на отзыв ответчика истец отметил, что доводы ответчика являются несостоятельными, противоречащими имеющимся материалам дела.

Удовлетворяя заявленные истцом требования, суд исходил из следующего.

В силу статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) к результатам интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственности) отнесены, в том числе фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания, а также коммерческие обозначения.

В соответствии со статьей 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных этим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Статьей 1229 ГК РФ установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в том числе путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

В пункте 4 статьи 54 ГК РФ установлено, что юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, должно иметь фирменное наименование. Фирменное наименование является приравненным к результатам интеллектуальной деятельности средством индивидуализации юридических лиц (подпункт 13 пункта 1 статьи 1225 ГК РФ).

В силу статьи 1475 ГК РФ на территории Российской Федерации на фирменное наименование действует исключительное право, включенное в единый государственный реестр юридических лиц. Исключительное право на фирменное наименование возникает со дня государственной регистрации юридического лица и прекращается в момент исключения фирменного наименования из единого государственного реестра юридических лиц в связи с прекращением юридического лица либо изменением его фирменного наименования.

Пунктом 1 статьи 1473 ГК РФ установлено, что юридическое лицо, являющееся коммерческой организацией, выступает в гражданском обороте под своим фирменным наименованием, которое определяется в его учредительных документах и включается в единый государственный реестр юридических лиц при государственной регистрации юридического лица.

Согласно пункту 3 статьи 1473 ГК РФ юридическое лицо должно иметь одно полное фирменное наименование и вправе иметь одно сокращенное фирменное наименование на русском языке.

В пункте 3 статьи 1474 ГК РФ указано, что не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица.

Таким образом, в пункте 3 статьи 1474 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулирована совокупность признаков, при наличии которых использование иным лицом фирменного наименования правообладателя признается противоправным: во-первых, тождественность используемого другим лицом обозначения фирменному наименованию правообладателя или их сходство до степени смешения; во-вторых, осуществление данными юридическими лицами аналогичной деятельности; в-третьих, более позднее включение в единый государственный реестр юридических лиц фирменного наименования второго лица.

Анализ данной нормы позволяет сделать вывод о том, что право на фирменное наименование подлежит защите при установлении совокупности признаков противоправности использования другим лицом фирменного наименования правообладателя.

Юридическое лицо, нарушившее правила пункта 3 статьи 1474 ГК РФ, по требованию правообладателя обязано по своему выбору прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию правообладателя или сходного с ним до степени смешения, в отношении видов деятельности, аналогичных видам деятельности, осуществляемым правообладателем, или изменить свое фирменное наименование, а также обязано возместить правообладателю причиненные убытки (пункт 4 статьи 1474 ГК РФ).

При этом следует учитывать разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), согласно которым в ходе рассмотрения соответствующего спора судом должно быть установлено, что истец и ответчик имеют тождественные или сходные до степени смешения фирменные наименования и фактически занимаются конкретными установленными судом аналогичными видами деятельности.

Таким образом, фактическое осуществление обеими сторонами спорных видов экономической деятельности входит в предмет доказывания по настоящему делу.

Именно фактическое осуществление аналогичных видов деятельности создает реальную угрозу смешения различных производителей и поставщиков товаров (услуг) в глазах потребителя.

При этом истец, обладая всей полнотой сведений о видах деятельности, осуществляемой им самим, подтверждая виды деятельности, осуществляемые им самим, должен представить доказательства фактического осуществления им конкретных видов деятельности, в том числе указанных в его учредительных документах.

В отношении ответчика истец может приводить данные, как о фактической деятельности ответчика, так и о деятельности, указанной в учредительных документах.

При этом если истец ссылается на виды деятельности, указанные в учредительных документах ответчика, презюмируется фактическое осуществление этих видов деятельности, если ответчик не доказал, что они фактически не осуществляются.

Так, согласно пункту 2 статьи 51 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, добросовестно полагающееся на данные ЕГРЮЛ, вправе исходить из того, что они соответствуют действительным обстоятельствам. Предполагается, что юридическое лицо может осуществлять или осуществляет указанные в выписке из ЕГРЮЛ виды деятельности, пока не доказано иное.

Вместе с тем такая презумпция не распространяется на доказывание истцом осуществления деятельности им самим, так как - он точно знает, какую именно деятельность сам осуществляет, и имеет соответствующие доказательства.

В силу положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Из материалов дела следует, что истец, с наименованием ООО «ВОДЭКО» зарегистрирован в ЕГРЮЛ 27.10.2008, а ответчик с наименованием - ООО «ВОДЭКОЦЕНТР» зарегистрирован в ЕГРЮЛ позднее, а именно - 25.05.2022.

Фирменным наименованием истца является «Общество с ограниченной ответственностью «ВОДЭКО», фирменным наименованием ответчика является «Общество с ограниченной ответственностью «Водэкоцентр»». Оценив фирменные наименования истца и ответчика, суд приходит к выводу о том, что фирменные наименования истца и ответчика являются сходными до степени смешения за счет тождественности словесного элемента «Водэко».

Согласно выпискам из ЕГРЮЛ истца и ответчика, стороны осуществляют аналогичные виды деятельности, связанные с оказанием комплексных услуг по водоподготовке, (совпадение кодов ОКВЭД: 42.21 «Строительство инженерных коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, газоснабжения»; 33.20 «Монтаж промышленных машин и оборудования»; 42.99 «Строительство прочих инженерных сооружений, не включенных в другие группировки»; 43.12 «Подготовка строительной площадки»; 46.69 «Торговля оптовая прочими машинами и оборудованием» и другие).

Информация, указанная на сайтах истца и ответчика также подтверждает вывод об осуществлении сторонами аналогичных видов деятельности (разработка проектной документации станций/оборудования промышленной водоподготовки, разработка и поставка технологического оборудования водоочистки, в том числе контейнерные, блочно-модульные станции и станции на единой раме, выполнение монтажных и пуско-наладочных работ).

Суд отклоняет довод ответчика относительно того, что ответчик осуществляет строительство коммуникаций для водоснабжения и водоотведения, а истец продает водопроводное и отопительное оборудование, поскольку информация, размещенная на сайтах организаций истца и ответчика подтверждает вывод об осуществлении сторонами аналогичных видов деятельности: разработка проектной документации станций/оборудования промышленной водоподготовки, разработка и поставка технологического оборудования водоочистки, в том числе контейнерные, блочно-модульные станции и станции на единой раме, выполнение монтажных и пуско-наладочных работ.

Истцом даны пояснения об осуществлении не только поставки оборудования, но и оказания полного комплекса услуг по строительству коммуникаций для водоснабжения. Истец оказывает услуги начиная с проектирования объекта и заканчивая его пуском. Факт выполнения со стороны истца работ по строительству коммуникаций подтверждается как наличием действующего разрешения СРО на выполнение проектных, монтажных и пуско-наладочных работ (представлена выписка из реестра СРО), а также наличием как действующих договоров на строительство коммуникаций для станций, так и реализованных проектов, о чем также имеется информация на сайте истца. Истцом в материалы дела представлено штатное расписание, предусматривающее в структурной системе Истца монтажников, слесарей, инженеров, технологов, проектировщиков, то есть персонал, который выходит за рамки ведения обычной торговой деятельности.

Истцом также предъявлено требование о прекращении незаконного использования товарного знака истца № 536187 «ВОДЭКО/VODECO».

Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации. Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в пункте 13 Информационного письма от 13.12.2007 № 122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», вопрос о сходстве до степени смешения обозначений может быть разрешен самим судом без назначения экспертизы на основе Правил рассмотрения заявки.

В силу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482, обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением, если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

При этом, словесные обозначения сравниваются: со словесными обозначениями; с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений может быть звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) (пункт 42 Правил № 482).

Звуковое (фонетическое) сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков, близость звуков, составляющих обозначение, расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу, наличие совпадающих слогов и их расположение, число слогов в обозначениях, место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений, близость состава гласных, близость состава согласных, характер совпадающих частей обозначений, вхождение одного обозначения в другое, ударение.

При этом одним из наиболее распространенных случаев звукового сходства является фонетическое вхождение одного обозначения в другое.

Смысловое сходство определяют на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей; в частности, совпадение значения обозначений в разных языках; совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

В пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление N 10) и пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015 (далее - Обзор от 23.09.2015), разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

При определении сходства обозначений исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении. Судом должно быть учтено, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Для установления факта нарушения достаточно уже самой опасности, а не реального смешения обозначения и товарного знака обычным потребителем соответствующих товаров. Обозначение считается сходным до степени смешения с конкретным товарным знаком, если обычные потребители соответствующего товара ассоциируют обозначение с товарным знаком в целом, несмотря на отдельные отличия.

Обстоятельства, связанные с определением сходства товарного знака, в защиту исключительного права на который обращается истец, и обозначений, используемых ответчиком, имеют существенное значение для установления факта нарушения исключительного права на товарный знак, при этом суд должен учитывать представленные сторонами доказательства.

С учетом приведенных правовых норм и подходов правоприменительной практики в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений. Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев, после чего с учетом приведенного анализа осуществляется сравнение обозначений в целом.

Степень сходства может быть высокой (близкой к тождеству), средней или низкой.

В случае установления отсутствия сходства дальнейший анализ не производится. При этом вхождение одного обозначения (например, словесного элемента, являющегося единственным элементом в защищаемом товарном знаке истца) в другое исключает вывод о несходстве таких обозначений. Равно, вывод о сходстве (высокой степени) обозначений по какому-либо из приведенных выше критериев также исключает вывод о несходстве обозначений в целом, а может свидетельствовать в отсутствие сходства или низкой степени сходства по оставшимся критериям о средней или низкой степени сходства обозначений в целом.

Суд приходит к выводу, что используемое ответчиком в составе своего фирменного наименования обозначение «Водэкоцентр» графически, а также по смыслу (семантически) и по звуку (фонетически) сходно до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком ««ВОДЭКО/VODECO»». Из 6 букв обозначения истца 6 полностью совпадают с обозначением ответчика, т.е. совпадают звуки, состав гласных и согласных букв, при этом оба противопоставляемых обозначения сходны в отношении заложенных в нем понятий.

Некоторые отличия сравниваемых знаков (наличие в наименовании ответчика словесного элемента «Центр», наличие в зарегистрированном товарном знаке наименования, которое дублирует наименование на английском языке) играют в настоящем случае второстепенную роль при восприятии данных знаков в целом.

Исходя из изложенного, сравниваемое обозначение, используемое ответчиком, можно признать тождественным по фонетическому и семантическому критерию сходства к товарному знаку № 536187.

При этом доводы ответчика о том, что обозначения не сходны по фонетическому признаку, спорное наименование не является тождественным товарному знаку истца, являются несостоятельными в силу того, что защите подлежит элемент обозначения в целом, а не его графическое, семантическое либо фонетическое восприятие.

Нарушение ответчиком исключительного права ООО «ВОДЭКО» на фирменное наименование и товарный знак (№ 536187) подтверждается представленными в материалы дела письменными доказательствами: нотариальным протоколом осмотра доказательств от 07.09.2023, выписками из ЕГРЮЛ, письмом ООО «ВОДЭКОЦЕНТР» от 01.08.2023 о предоставлении технико-коммерческого предложения на установку приготовления флокулянта (сухого) производительностью 1000 л/ч.

Таким образом, истец документально подтвердил факт осуществления ответчиком деятельности, совпадающей с основными видами деятельностью истца.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные истцом в обоснование заявленных требований доказательства, суд приходит к выводу о том, что фирменные наименования истца и ответчика тождественны, стороны осуществляют аналогичные виды деятельности, в результате такого тождества или сходства потребители и (или) контрагенты могут быть введены в заблуждение.

При таких обстоятельствах, суд считает обоснованными и подлежащими удовлетворению исковые требования об обязании ответчика прекратить использование наименования «ВОДЭКОЦЕНТР», которое является сходным до степени смешения с фирменным наименованием организации истца - «ВОДЭКО» и зарегистрированным товарным знаком «ВОДЭКО/VODECO» (свидетельство на товарный знак № 536187), путем внесения изменений в учредительные документы ООО «ВОДЭКОЦЕНТР» сведений о замене на фирменное наименование, не совпадающее с фирменным наименованием ООО «ВОДЭКО».

Доводы ответчика о том, что истец и ответчик осуществляют деятельность в различных субъектах Российской Федерации, судом отклонены, поскольку правовая охрана фирменному наименованию предоставляется на территории всей Российской Федерации, в связи с чем, доводы заявителя по обозначенному вопросу не нивелируют выводов о наличии оснований для удовлетворения требования истца об обязании ответчика прекратить использование фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию истца в отношении видов деятельности, аналогичных осуществляемым истцом.

Доводы ответчика относительно наличия в уставе ответчика сокращенного наименования ответчика «ВЭЦ» не свидетельствуют об отсутствии схожести до степени смешения в основных наименованиях истца и ответчика. Более того, в выписке из ЕГРЮЛ в отношении ответчика по состоянию на дату обращения истца в суд с настоящим иском отсутствовали соответствующие сведения о сокращенном наименовании ответчика. 10.04.2024, в ходе рассмотрения дела, в сведения ЕГРЮЛ внесены соответствующие изменения о сокращенном наименовании ответчика.

Поскольку материалами дела подтверждается факт нарушения ответчиком исключительного права истца на товарный знак № 536187, соответственно, указанное дает истцу право требовать компенсации за незаконное использование фирменного наименования истца и товарного знака.

Определяя размер компенсации, истец указывает следующее.

С момента начала предпринимательской деятельности ответчиком (с 2022 года), незаконно используя фирменное наименование и товарный знак истца, реализовано большое количество оборудования для водоподготовки. За длительное время существования ответчика и незаконного использования им исключительного права на фирменное наименование и товарный знак, согласно доводам иска, истец лишился возможности реализовать проекты от своего имени и как следствие получить прибыль.

Средняя цена единицы оборудования истца составляет не менее 1 000 000 руб., также между истцом и ООО «ВОДЭКО-СТРОЙ» заключен лицензионный договор на предоставление права на использование товарного знака истца и фирменного наименования. Сумма вознаграждения составляет 1 000 000 руб.

При определении размера компенсации истец учитывал нарушение ответчиком нескольких норм законодательства – использование наименования, являющегося сходным до степени смешения с фирменным наименованием ООО «ВОДЭКО», использование в названии указания на товарный знак, зарегистрированный истцом.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Таким образом, пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрены два типа компенсации, в равной мере применимых при нарушении исключительного права на товарный знак, и правообладатель вправе сделать выбор по собственному усмотрению.

Поэтому использование ответчиком в составе своего фирменного наименования словесного обозначения, сходного до степени смешения с наименованием истца и товарным знаком истца, позволяет последнему, как правообладателю по своему выбору требовать взыскания компенсации в размере, предусмотренном подпунктом 1 либо подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Как разъяснено в пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление N 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Истец определил компенсацию в размере 1 000 000 руб. на основании части 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

С учетом изложенных истцом в обоснование размера предъявленной к взысканию с ответчика компенсации документально подтвержденных доводов, суд приходит к выводу об обоснованности размера заявленной к взысканию компенсации, ходатайства о снижении размера взыскиваемой компенсации ответчиком не заявлено.

При таких обстоятельствах, исковые требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ответчика, поскольку судебный акт принят в пользу истца.

Понесенные истцом и предъявленные к взысканию с ответчика расходы за нотариальное обеспечение доказательств в размере 20 100 руб. суд признает обоснованными и подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца, поскольку осуществление нотариального обеспечения доказательств обусловлено необходимостью доказывания довода о нарушении исключительных прав истца, указанные расходы относятся к предмету спора, по своей правовой природе представляют собой убытки истца, как расходы, понесенные в связи с необходимостью восстановления нарушенного права, являются документально подтвержденными, поскольку представлена справка об уплате тарифа Московской городской нотариальной палаты, с учетом чего подлежат компенсации истцу, заявление в указанной части подлежит удовлетворению.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 171, 174, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

иск удовлетворить.

Обязать общество с ограниченной ответственностью «Водэкоцентр», город Кемерово (ОГРН <***>, ИНН <***>) прекратить использование наименования «ВОДЭКОЦЕНТР», которое является сходным до степени смешения с фирменным наименованием организации истца - «ВОДЭКО» и зарегистрированным товарным знаком «ВОДЭКО/VODECO» (свидетельство на товарный знак № 536187), путем внесения изменений в учредительные документы ООО «ВОДЭКОЦЕНТР» сведений о замене на фирменное наименование, не совпадающее с фирменным наименованием ООО «ВОДЭКО».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Водэкоцентр», город Кемерово (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ВОДЭКО» город Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>) компенсацию за нарушение ответчиком исключительного права истца на фирменное наименование «ВОДЭКО» и товарный знак № 536187 в размере 1 000 000 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 29 000 руб., расходы на нотариальное обеспечение доказательств по делу в размере 20 100 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в арбитражный суд апелляционной инстанции посредством подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.


Судья О.Н. Ефимова